← Назад к обзору

Падение охотников

Теневой пульс реальности

Я стоял в тени колонны, скрытый от посторонних глаз не только физически, но и с помощью легкого искажения пространства. Мои чувства, обостренные годами сражений в подземельях, сейчас работали на пределе, фиксируя каждый звук, каждый шорох за дверью. Барьер, который я установил, надежно защищал их приватность, но я сам... я не мог просто уйти. Не тогда, когда на кону стояла безопасность моего сына и, возможно, будущее всего человечества.

Минуты тянулись мучительно долго. В главном зале Ассоциации гремела музыка, слышался звон хрусталя и натянутый смех высокопоставленных чиновников. Они и не подозревали, что в нескольких десятках метров от них решается судьба мира, который они считали незыблемым.

Наконец, за дверью послышалось движение. Я почувствовал, как магический контур барьера дрогнул — они собирались выходить. Я быстро отступил глубже в нишу, сливаясь с темнотой.

Дверь тихо скрипнула. Первым вышел Алекс. Его вид был... вызывающим. Пиджак, который он нехотя надел по моей просьбе, теперь был небрежно переброшен через плечо. Волосы, и без того растрепанные, превратились в настоящий хаос, а на губах играла та самая дерзкая, самодовольная ухмылка, которая так часто выводила из себя его учителей.

Следом за ним, едва переставляя ноги, показался Ли Вон. Молодой адвокат выглядел так, будто только что прошел через тяжелейшее судебное заседание, перешедшее в рукопашную схватку. Его безупречный костюм был помят, а лицо горело густым румянцем, который не могли скрыть даже тени коридора. Он шел странной, чуть скованной походкой, придерживаясь рукой за стену.

– В следующий раз используй презерватив, – прошипел Ли Вон, бросая на Алекса взгляд, полный праведного гнева и чего-то еще, что невозможно было спутать с ненавистью.

Алекс лишь хмыкнул, поправляя ремень на своих техно-карго штанах.

– Когда я собирался, я о них не думал. Слишком торопился к тебе.

– Три недели назад я из-за тебя сидеть не мог! – Ли Вон остановился, тяжело дыша и впиваясь пальцами в рукав Алекса. – Ты хоть представляешь, как мне было стыдно краснеть в кабинете у проктолога, придумывая нелепые оправдания?

Мои брови невольно поползли вверх. Я, Сон Джинву, Теневой Монарх, победитель Владык, сейчас узнал о личной жизни своего сына гораздо больше, чем был готов переварить. Внутри боролись два чувства: отцовское желание немедленно прочитать нотацию о безопасности и странное, почти забытое чувство неловкости.

– Ты сам просил «пожестче», – парировал Алекс, оборачиваясь к нему. В его глазах, этих небесно-голубых омутах, промелькнула искра подлинной страсти. – Не делай вид, что тебе не понравилось, Ли Вон. Твои стоны говорили об обратном.

– Заткнись, придурок! – Ли Вон испуганно огляделся по сторонам, не подозревая, что я нахожусь в двух шагах от них. – Нас же могут услышать. Ты в здании Ассоциации, здесь на каждом углу охотники с чутким слухом!

– Успокойся, – Алекс вдруг стал серьезным, его голос понизился, приобретая те самые властные нотки, которые я так хорошо знал. – Здесь стоит барьер. Никто ничего не слышал. И я тебя люблю, ты же знаешь. Идем, я есть хочу, умираю просто.

– Ненавижу тебя, – прорычал Ли Вон, но при этом позволил Алексу перехватить себя за талию, чтобы помочь удержать равновесие.

Они двинулись по коридору в сторону служебного выхода, подальше от парадного зала. Я смотрел им в спину, и мои мысли крутились не вокруг их близости, а вокруг тех слов, что были сказаны ранее.

«Мана истончается».

Я закрыл глаза и обратился к своей внутренней силе. Теневая энергия внутри меня была бездонным океаном, но... если присмотреться, если почувствовать тончайшие вибрации окружающего мира... Да. Теперь, когда Алекс указал на это, я видел. Внешний фон маны в атмосфере стал едва заметно реже. Это было похоже на то, как если бы в комнате постепенно выкачивали кислород: сначала ты не замечаешь, а потом начинаешь задыхаться.

Мой сын, не имея доступа к системе, развил в себе чувствительность, превосходящую возможности любого ранга S. Он полагался на свои чувства, на свое тело, на физику. И он заметил катастрофу раньше, чем те, кто привык купаться в магической силе.

Я медленно вышел из тени. Коридор был пуст, лишь слабый запах одеколона Ли Вона и терпкий аромат кожи от куртки Алекса напоминали о их присутствии.

– Игрис, – негромко позвал я.

Из моей тени бесшумно соткался верный рыцарь. Его алые доспехи тускло мерцали в свете ламп.

– Мой Господин, – Игрис склонил голову в глубоком поклоне.

– Присмотри за ними. Не вмешивайся, если только жизни Алекса не будет угрожать смертельная опасность. И... проследи за этим Ли Воном. Мне нужно знать всё о его расследовании исчезновений.

– Слушаюсь, – коротко ответил рыцарь и растворился, последовав за парой.

Я вернулся в зал. Хэ Ин разговаривала с женой председателя Ассоциации, ее лицо светилось спокойствием. Сухо стоял неподалеку, окруженный стайкой молодых охотниц, явно чувствуя себя в своей тарелке. Он был идеальным наследником. Сильным, понятным, предсказуемым.

Но Алекс... Алекс был ключом к выживанию в мире, который стоял на пороге перемен.

Я подошел к столу с напитками, взял бокал с водой и посмотрел на свое отражение в темном стекле окна. За окном раскинулся ночной Сеул, сияющий миллионами огней. Сколько из этих людей исчезло бесследно? Сколько приютов опустело, пока мы праздновали свою непобедимость?

Если система действительно дает сбой, если мана — это ресурс, который исчерпывается, то всё, что я построил, может рухнуть. Охотники станут обычными людьми. Те, кто привык летать, упадут на землю. Те, кто привык сжигать врагов взглядом, окажутся безоружными перед лицом физической угрозы.

Алекс уже тренировал свое тело так, чтобы не зависеть от системы. Его знание болевых точек, его боевые искусства — он готовил себя к новой эре. И он делал это втайне, понимая, что его не поймут. Даже я, его отец, до сегодняшнего дня считал его просто «трудным подростком» с тягой к экстриму.

Как же я ошибался.

– Джинву? Ты какой-то бледный, – Хэ Ин подошла ко мне, обеспокоенно коснувшись моей руки. – Что-то случилось? Ты нашел Алекса?

Я заставил себя улыбнуться, накрывая ее ладонь своей.

– Всё в порядке. Алекс... он просто решил уйти пораньше. Сказал, что проголодался. Знаешь же, какой у него аппетит в его возрасте.

Хэ Ин вздохнула, но в ее глазах промелькнуло облегчение.

– Он такой непредсказуемый. Сухо говорит, что видел его с каким-то молодым человеком в вестибюле. Ты не знаешь, кто это?

– Друг, – ответил я, и это было правдой, хоть и не полной. – Очень надежный друг.

Вечер продолжался, но для меня он уже закончился. Я наблюдал за гостями, за тем, как они хвастались своими навыками, как демонстрировали всплески маны, и чувствовал горечь. Они были как дети, играющие с огнем в деревянном доме, не замечая, что стены уже начали тлеть.

Когда мы вернулись домой, Сухо сразу ушел к себе, уставший от внимания прессы. Хэ Ин тоже отправилась отдыхать. Я же остался в кабинете, глядя на отчеты, которые мне присылали из Ассоциации.

Пропавшие без вести. Психиатрические клиники.

Я начал сопоставлять данные. Алекс был прав. География исчезновений не была случайной. Люди пропадали там, где концентрация маны была самой низкой. Словно что-то — или кто-то — собирало остатки энергии, используя человеческие тела как сосуды или топливо.

Около четырех утра я услышал, как входная дверь тихо открылась и закрылась. Шаги Алекса были практически неслышны — он двигался как настоящий хищник, распределяя вес так, чтобы половицы не издали ни звука.

Я вышел в коридор. Алекс замер, уже одной ногой стоя на лестнице. Его взгляд мгновенно стал колючим, защитным.

– Еще не спишь, «пап»? – в его голосе прозвучал вызов. – Решил проверить, во сколько я возвращаюсь?

Я молча смотрел на него. На его татуировку с символом ассасинов, на серьги, на его небесно-голубые глаза, в которых сейчас читалась готовность к обороне.

– Нам нужно поговорить, Алекс, – сказал я спокойно. – О мане. О Ли Воне. И о том, что происходит в приютах.

Я увидел, как его тело напряглось, словно натянутая струна. Улыбка исчезла, сменившись выражением ледяной серьезности, которое делало его пугающе похожим на меня в мои худшие дни.

– Ты подслушивал, – не вопрос, а констатация факта.

– Я защищал твою тайну, – поправил я. – Я поставил барьер, чтобы никто другой не услышал.

Алекс медленно спустился с лестницы и подошел ко мне вплотную. Несмотря на свои семнадцать, он был почти одного роста со мной.

– И что теперь? – спросил он, скрестив руки на груди. – Прочитаешь лекцию о том, что я должен был прийти к тебе? О том, что великий Сон Джинву всё решит одним щелчком пальцев?

– Нет, – я покачал головой. – Я хочу, чтобы ты научил меня.

Алекс моргнул. Его маска безразличия на мгновение треснула.

– Что?

– Научил меня видеть мир так, как видишь его ты. Без маны. Без системы. Ты сказал Ли Вону, что охотники станут беспомощными. Я не хочу, чтобы моя семья была беспомощной.

Сын долго смотрел мне в глаза, словно проверяя на искренность. Затем он криво усмехнулся, и в этой усмешке было больше уважения, чем во всех поклонах моих подчиненных.

– Это будет больно, отец. У тебя нет мышечной памяти обычного человека. Твое тело привыкло, что мана компенсирует всё. Если я начну тебя учить, ты будешь чувствовать себя калекой.

– Я готов, – ответил я.

– Ладно, – Алекс зевнул, направляясь к своей комнате. – Завтра в пять утра на заднем дворе. И не бери с собой свои тени. Они только мешают чувствовать реальность. И да... Ли Вону ничего не говори. Он и так на грани нервного срыва из-за моих «прогулок».

– Договорились.

Я смотрел, как он уходит, и чувствовал, как тяжесть на моем сердце немного отпускает. Мы не знали, что именно пожирает ману нашего мира. Мы не знали, кто стоит за исчезновениями. Но теперь я знал одно: мой сын — не «пустой». Он — самый подготовленный из всех нас.

И если мир действительно должен измениться, мы встретим эти перемены вместе.

Я вернулся в кабинет и вызвал системное окно. Оно мерцало привычным неоновым светом, предлагая задания и статистику. Раньше оно казалось мне абсолютной истиной. Теперь же я видел в нем лишь красивую обертку, которая начала рваться.

– Бериль, – позвал я еще одного теневого воина.

– Да, мой Повелитель?

– Подготовь архивы времен, когда системы еще не существовало. Мне нужно всё о древних техниках дыхания и концентрации.

– Будет исполнено.

Я подошел к окну. Небо на востоке начало светлеть, окрашиваясь в нежно-розовые тона. Скоро наступит утро. Новая эра, о которой предупреждал Алекс, уже была здесь, она дышала нам в затылок.

И, возможно, именно его дерзость и отсутствие маны станут тем фундаментом, на котором мы построим новый мир.

А пока... мне нужно было подготовиться к тренировке в пять утра. Я подозревал, что мой сын не упустит возможности «случайно» ударить Теневого Монарха по какой-нибудь особенно болезненной точке, просто чтобы доказать свою правоту.

И, честно говоря, я этого даже ждал. Это было то самое живое чувство реальности, которое я начал терять в своем бессмертном могуществе. Алекс вернул мне его. Мой сын, мой ассасин, мой единственный шанс на спасение в мире, где гаснут огни магии.