← Назад к обзору

Первая брачная ночь

Шепот рассвета и бесконечное «Мы»

Первые лучи солнца робко пробивались сквозь тяжелые портьеры президентского люкса, расчерчивая комнату длинными золотистыми полосами. Артем проснулся первым — привычка организма, привыкшего к жесткому графику, сработала даже после самой изнурительной и прекрасной ночи в его жизни. Он не спешил открывать глаза, наслаждаясь ощущением тепла и тяжести на своей груди. Ангелина спала, уютно свернувшись калачиком и уткнувшись носом в его плечо. Ее русые волосы разметались по подушке, переплетаясь с его кудрями в причудливый узор.

Он осторожно, стараясь не разбудить ее, приподнялся на локте. Даже в утреннем свете, без макияжа и сложной прически, она казалась ему совершенством. Маленькая, хрупкая, почти прозрачная в своей нежности. Разница в тридцать два сантиметра роста сейчас ощущалась как-то по-особенному остро: его ладонь, лежавшая на ее бедре, казалась огромной, способной укрыть ее от всего мира.

Артем медленно провел пальцем по ее щеке, едва касаясь кожи. Ангелина забавно сморщила нос во сне и пробормотала что-то невнятное, прижимаясь к нему еще плотнее.

– Просыпайся, соня, – прошептал он ей на ухо, обжигая дыханием чувствительную кожу. – Мы проспали завтрак.

– М-м-м, пусть весь мир подождет, – не открывая глаз, отозвалась она. Ее голос после сна был низким и чуть хриплым, что мгновенно отозвалось жаром где-то внизу живота Артема. – Который час?

– Почти десять. Твоя мама уже наверняка оборвала телефон, пытаясь узнать, живы ли мы после вчерашнего.

Ангелина наконец приоткрыла один глаз, глядя на него снизу вверх. В ее взгляде еще плескалась сонная нега, смешанная с лукавством.

– Пусть звонит. Сегодня я принадлежу только тебе, а ты — мне. Разве не это ты обещал в клятвах?

– Обещал, – согласился он, склоняясь ниже и целуя ее в кончик носа. – И собираюсь выполнять это обещание каждую секунду.

Он снова накрыл ее губы своими, на этот раз нежно и неторопливо. Поцелуй пах утренней свежестью и тем особенным интимом, который бывает только у людей, ставших друг для друга всем. Руки Ангелины скользнули по его широким плечам, пальцы запутались в густых русых кудрях, слегка оттягивая их назад. Артем глухо зарычал, чувствуя, как вчерашняя страсть вспыхивает с новой силой, словно и не было тех часов забытья.

– Артем... – выдохнула она, когда его поцелуи спустились к шее, а затем к ложбинке между грудей. – Мы же хотели заказать кофе...

– Кофе подождет, – отрезал он, перехватывая ее запястья и прижимая их к подушке над ее головой. – Ты даже не представляешь, как красиво на тебе смотрится этот утренний свет.

Он смотрел на нее с такой неприкрытой жаждой, что у Ангелины перехватило дыхание. Его огромная фигура нависала над ней, полностью перекрывая обзор, создавая их собственный, закрытый от всех микрокосм. Контраст его смуглой кожи и ее бледности, его мощи и ее изящества сводил с ума обоих.

Артем начал медленно исследовать ее тело заново, словно видел его впервые. Каждую родинку, каждый изгиб. Его большие ладони скользили по ее талии, спускались к бедрам, заставляя Ангелину выгибаться навстречу его ласкам. Она чувствовала себя крошечной скрипкой в руках великого мастера, который знал каждую ее струну.

– Ты такая теплая, – шептал он, прикусывая мочку ее уха. – Моя маленькая девочка.

– Твоя жена, – поправила она, закидывая ноги ему на поясницу, притягивая ближе, не желая больше ни миллиметра пространства между ними.

Когда он вошел в нее — плавно, глубоко, с тихим стоном облегчения — Ангелина почувствовала, как мир вокруг окончательно рассыпается на искры. Это не было похоже на вчерашнюю неистовую страсть; это было нечто более глубокое, осознанное. Ритм был тягучим, как мед, каждое движение отзывалось во всем теле сладкой судорогой.

– Смотри на меня, – попросил Артем, переплетая свои пальцы с ее пальцами.

Она послушно распахнула глаза. В его зрачках она видела свое отражение — растрепанную, счастливую, любимую. Его движения становились мощнее, увереннее. Артем приподнял ее, усаживая к себе на бедра, и эта смена позиции заставила Ангелину вскрикнуть, впиваясь ногтями в его твердые бицепсы. Теперь она была выше, могла сама задавать темп, но все равно чувствовала его доминирующую силу в каждом касании его рук к ее спине.

– Боже, Артем... – она запрокинула голову, чувствуя, как внутри натягивается невидимая струна, готовая вот-вот лопнуть.

– Я здесь, я с тобой, – он подхватил ее за ягодицы, помогая двигаться, направляя ее. Его кудри касались ее лица, когда он тянулся за поцелуем, и этот щекочущий контакт только добавлял остроты.

Финал настиг их одновременно — громкий, сокрушительный, лишающий воли. Ангелина уткнулась лбом в его плечо, содрогаясь в мощных спазмах, а Артем, крепко прижав ее к себе, замер, выплескивая всю свою нежность и страсть.

Тишина, воцарившаяся после, была наполнена лишь их тяжелым дыханием и стуком двух сердец, бьющихся в унисон. Артем аккуратно уложил ее обратно на кровать, накрывая их обоих одеялом, и еще долго просто лежал, перебирая ее волосы.

– Знаешь, – нарушил он молчание спустя бесконечное количество минут. – Я никогда не думал, что можно быть настолько счастливым. Просто от того, что ты дышишь рядом.

Ангелина приподняла голову, глядя на него совершенно влюбленными глазами.

– А я никогда не думала, что такой большой и грозный мужчина может быть таким нежным.

– Только с тобой, Ангел. Только с тобой.

Он потянулся к тумбочке и взял свой телефон, который до этого момента беспрестанно вибрировал.

– Так, – Артем усмехнулся, глядя на экран. – Пятнадцать пропущенных от твоего брата и десять от моей мамы. Кажется, нас собираются объявить в розыск.

– Скажи им, что мы заняты важными государственными делами, – хихикнула Ангелина, потягиваясь под одеялом, словно сытая кошка. – Например, строительством фундамента нашей семьи.

– Фундамент заложен успешно, – он отбросил телефон в сторону и снова притянул ее к себе. – Но я думаю, нам нужно еще немного закрепить результат.

– Артем! – притворно возмутилась она, хотя ее руки уже снова скользили по его груди. – Мы же умрем с голоду.

– Сначала я наемся тобой, – он перевернул ее на спину, снова оказываясь сверху. – А потом, так и быть, закажу самый большой завтрак в этом отеле.

– Обещаешь? – она лукаво прищурилась.

– Клянусь, – он снова склонился к ее губам. – Но завтрак будет долгим. Как и вся наша жизнь.

В этот момент за окном зазвонили колокола старой церкви, стоявшей неподалеку от отеля. Звук был торжественным и чистым, словно благословляя их первый день в качестве мужа и жены. И в этом светлом утре, в переплетении рук и взглядов, в тихом шепоте и громком биении сердец, они оба знали: это начало самой прекрасной истории, которую им только предстояло написать вместе.

Артем смотрел на свою маленькую жену и понимал, что готов ради нее свернуть горы. А Ангелина, глядя на своего кудрявого великана, знала, что за его широкой спиной ей больше никогда не будет страшно.

– Ты мой мир, – прошептал он перед тем, как окончательно потеряться в ней снова.

– А ты мой, – отозвалась она, закрывая глаза и растворяясь в его объятиях.

Солнце продолжало подниматься выше, заливая комнату ярким светом, но для них двоих время остановилось. Впереди были звонки родственникам, сборы чемоданов для свадебного путешествия и тысячи будничных дел, но сейчас существовало только это мгновение — чистое, как первый снег, и жаркое, как летний полдень. Первый день их вечности начался именно так, как и должен был: в любви, страсти и абсолютном доверии друг к другу.