← Назад к обзору

погуляли

Третий лишний, или Схватка за гренки

Школьный коридор, как всегда, гудел ульем, но для Никса и Донны он был их персональной ареной, где каждый шаг, каждая шутка отдавались эхом. Воздух вокруг них все еще был наэлектризован после недавней стычки с Владом, и оба чувствовали, что это была лишь прелюдия к чему-то большему. Никс, с красной банданой, поправлял свои черные подтяжки, его лимонно-желтые глаза сканировали толпу, ища знакомые лица. Он насвистывал мотив "Я бью женщин и детей", который, по его мнению, идеально ложился на текущую ситуацию. Донна, его верный спутник, шел рядом, откусывая очередной «Chocopie». Маска, как всегда, была сдвинута на затылок, открывая его серо-голубые глаза, в которых иногда мелькали тени давно забытых обид.

– Слышь, Гренка, – пробасил Донна, тщательно пережевывая шоколадную вафлю, – ты видел, как Влад сегодня на физре отжимался? Как будто он не живой, а… ну, робот какой-то.

– Пф-ф! – Никс фыркнул, его трехцветный хвост дернулся. – Он просто пытается казаться крутым. А на деле – обычный больной уёбок без носа. Помнишь, как он вчера нож достал?

– Еще бы! – Донна нервно сглотнул. – Я думал, мне придется его твоим тостом накормить, чтобы он успокоился.

Они рассмеялись, но смех был немного натянутым. Влад оставил после себя неприятный осадок, и оба чувствовали, что это была не последняя их встреча.

– Интересно, что он сегодня выкинет? – Никс задумчиво почесал подбородок, его клыки блеснули. – Может, снова предложит мне «извиниться»?

– Если предложит, – Донна усмехнулся, – я ему сам в компот перцовый баллончик вылью.

Они шли по коридору, обсуждая новые стратегии пранков и возможные ответные меры против Влада. Никс был в своей стихии – планирование хаоса было его любимым занятием. Донна, хотя и был более осторожным, всегда поддерживал друга, даже если это означало ввязаться в очередную передрягу.

– А если серьезно, – Донна вдруг посерьезнел, – что ты будешь делать, если он снова на тебя с ножом пойдет?

– Да ладно тебе, крокодильчик, – Никс махнул лапой. – Я же не беззащитный котенок. У меня есть... ну, мои когти и острый язык. А еще ты.

Донна улыбнулся, и в его глазах появилось тепло. Он ценил Никса, несмотря на все его выходки и безрассудство. Никс был единственным, кто всегда был рядом, кто понимал его и принимал таким, какой он есть.

Вдруг, завернув за угол, они наткнулись на него.

Влад стоял у шкафчиков, его бледная кожа и растрепанные черно-белые волосы выделялись на фоне серых стен. Он что-то оживленно обсуждал с Даней, который, увидев Никса и Донну, тут же замолчал и спрятался за спину Влада.

Влад медленно повернул голову. Его глаза, в которых белые склеры контрастировали с черными зрачками, скользнули по Никсу, затем по Донне. На его губах появилась та же тонкая, едва заметная ухмылка, что и вчера.

– О, здравствуйте, нищие смертные, – произнес Влад, и в его голосе прозвучала насмешка. – Не ожидал вас здесь увидеть. Думал, вы уже в подвале, репетируете свои «перформансы».

Никс почувствовал, как шерсть на загривке снова встает дыбом. Его хвост дернулся, принимая форму вопросительного знака. Верхняя часть его лица чуть потемнела, предвещая бурю.

– А ты, Антик, – прошипел Никс, обнажая клыки, – всё еще без носа? Или ты его в кармане потерял, пока отжимался?

Донна напрягся, его крокодилья морда стала «протокольной». Он уже был готов вступить в бой, если потребуется.

Влад не отреагировал на оскорбление. Его взгляд оставался неподвижным, но что-то в его глазах, в том, как они изучали Никса, заставило кота слегка напрячься.

– Ты слишком много болтаешь, Котенок, – сказал Влад. – Мой друг рассказывал, что ты любишь оскорблять тех, кто слабее.

– Слабее? – Никс расхохотался. Его смех был резким и пронзительным. – Я слабее? Это ты, видно, забыл, кто вчера в штаны наложил, когда я ему гренку в лицо швырнул.

Даня занервничал. Он знал, что Никс был способен на всё, но Влад был непредсказуем.

– Влад, он совсем берега попутал! – заныл Даня.

Влад поднял руку, останавливая его. Он медленно подошел к Никсу, его глаза не отрывались от лимонно-желтых зрачков кота.

– У тебя есть две секунды, чтобы извиниться, – произнес Влад, и в его голосе прозвучали нотки чего-то, что заставило даже Никса слегка напрячься.

Никс лишь шире оскалился. Его трехцветный хвост замер, готовый к прыжку.

– Извиниться? Перед этим… – Никс ткнул пальцем в Даню, – …сыном лавы? Да я лучше тебе в компот перцовый баллончик вылью.

Влад мгновенно отреагировал. Его рука метнулась к карману, и через мгновение в его ладони блеснул маленький охотничий нож.

Донна, который до этого стоял чуть в стороне, рванулся вперед, перекрывая Владу путь. Его крокодильи зубы сверкнули, а серо-голубые глаза сузились до щелочек.

– Да ты чё творишь, морда протокольная! – прорычал Донна. – Совсем берега попутал? Это школа, а не твоя заброшка!

Влад остановился. Он посмотрел на Донну, затем снова на Никса. В его глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение.

– Отойди, крокодил, – сказал Влад. – Это не твоё дело.

– Моё, – упрямо ответил Донна. – Он мой Гренка. И ты его не тронешь.

Никс, видя, как Донна встал на его защиту, почувствовал прилив гордости. Его хвост принял расслабленную J-образную форму, а на лице появилась «акулья улыбка».

– Видишь, Антик? – промурлыкал Никс. – У меня есть друзья. А у тебя – только сопливые подпевалы.

Влад медленно опустил нож. Он не убирал его, просто держал в руке, демонстрируя свою готовность.

– Хорошо, – произнес Влад. – Сегодня не твой день, Котенок. Но запомни: я не забываю обид. И ты ещё пожалеешь.

С этими словами Влад развернулся и, кивнув Дане, пошел прочь. Даня с друзьями поспешили за ним, бросая на Никса и Донну злобные взгляды.

Как только они скрылись за углом, Никс расслабился. Его верхняя часть лица, которая слегка потемнела от гнева, снова приобрела обычный цвет.

– Ух ты! – воскликнул Никс, хлопнув Донну по плечу. – А я думал, он реально пырнёт. Влад, значит. Больной уёбок.

– Ещё какой больной, – Донна убрал маску. – У него нож был, Гренка! Ты вообще охренел?

– Да ладно тебе, крокодильчик, – Никс махнул лапой. – Я же знаю, ты меня в беде не бросишь. И к тому же, это было весело!

Донна вздохнул, но уголки его пасти дрогнули в подобии улыбки.

– Придурок ты, Гренка. Нарвёшься когда-нибудь.

– Пф-ф! – Никс закатил глаза, зрачки превратились в крестики. – Лучше нарваться, чем скучать. Пошли, мне гренки нужны. После такого адреналина я могу съесть слона. Или хотя бы пять гренок.

Они направились в столовую, оставив за собой шлейф смеха и предвкушения новых приключений. Никс уже придумывал, как он подложит Владу в портфель дохлую крысу, а Донна размышлял, не стоит ли им запастись перцовыми баллончиками для самообороны. Влад, конечно, был опасен, но для Никса и Донны это лишь означало, что их школьная жизнь станет ещё интереснее. Ведь хаос был их стихией, а дружба — их нерушимым щитом. И они были готовы к любым испытаниям, которые подкинет им судьба, даже если это будет больной уёбок с ножом и без носа.

– Кстати, Доннельдо, – Никс вдруг остановился. – А ты заметил, что у него гитара чёрная?

– Какая гитара? – Донна недоуменно уставился на друга.

– Ну, я видел, как он в прошлый раз тащил её в музыкальный класс. Чёрная, с белой накладкой. Красивая. Может, он играет что-то крутое?

– Да ему бы на нервах играть, Гренка, а не на гитаре, – фыркнул Донна.

– Ну нет, – Никс задумчиво почесал подбородок. – Я думаю, он играет «Я бью женщин и детей». И это, знаешь ли, моё.

Донна лишь закатил глаза. Эти двое были неисправимы. И их приключения только начинались. Ведь в школе №47 никогда не бывает скучно, когда есть Никс и Донна.