← Назад к обзору

Порн

Золото, ревность и резиновый гнев

Утро на «Саузенд Санни» началось с привычного хаоса, но для меня оно было окрашено в совершенно иные тона. После вчерашнего приключения на острове я чувствовала себя так, будто внутри меня зажгли маленькое солнце. Каждый раз, когда мой взгляд пересекался с Луффи, он широко улыбался, но в этой улыбке теперь проскальзывало нечто новое — тайное знание, которое принадлежало только нам двоим.

Однако Луффи оставался Луффи. Его понимание «тайной миссии» было весьма специфическим. Он то и дело подмигивал мне так сильно, что зажмуривал половину лица, или пытался незаметно коснуться моей руки, растягивая свои пальцы через всю палубу, что выглядело крайне подозрительно.

– Эй, ты чего дергаешься, как паралитик? – Зоро, лениво потягиваясь у мачты, с подозрением посмотрел на капитана, который в очередной раз попытался «незаметно» погладить меня по плечу, находясь при этом на другом конце юта.

– Я? Ничего! – Луффи резко отдернул руку. – Я просто... разминаюсь! Тренирую гибкость!

– Ну-ну, – хмыкнул мечник, снова закрывая глаза. – Смотри, не завяжись в узел.

Я поспешила скрыться на камбузе, надеясь, что аромат свежего кофе и завтрака Санджи поможет мне прийти в себя. Внутри было прохладно и пахло выпечкой. Санджи, как обычно, кружился у плиты, напевая что-то романтичное.

– О, моя прекрасная леди! – Он мгновенно оказался рядом, прижимая руку к сердцу и изгибаясь в своем фирменном поклоне. – Твоё присутствие озаряет эту скромную кухню ярче, чем утреннее солнце над Гранд Лайн! Позволь мне предложить тебе этот особенный омлет с травами, приготовленный специально для твоих нежных губ.

Он подмигнул мне, и в его глазах заплясали сердечки. Санджи всегда был галантен, и я привыкла к его флирту, воспринимая его как часть повседневной жизни на корабле.

– Спасибо, Санджи, пахнет просто божественно, – я улыбнулась и присела за стол.

– Для тебя — всё, что угодно! – Он наклонился чуть ближе, ставя тарелку передо мной. – Знаешь, сегодня ты выглядишь как-то по-особенному... Твоя кожа сияет, а глаза... О, в них можно утонуть глубже, чем в Алл Блю! Может, мне стоит приготовить тебе еще и тот черничный десерт, который ты так любишь?

В этот момент дверь камбуза с грохотом распахнулась. На пороге стоял Луффи. Его ноздри раздувались, а соломенная шляпа была низко надвинута на глаза. Он не бежал за мясом, как обычно. Он смотрел прямо на Санджи, и этот взгляд мне очень не понравился.

– Санджи! – голос Луффи прозвучал необычно низко.

– А, Луффи, – повар даже не обернулся, продолжая ворковать надо мной. – Подожди пять минут, твоя гора мяса еще не готова. Не мешай мне наслаждаться общением с прекрасной дамой.

– Отойди от неё, – сказал Луффи, делая шаг вглубь кухни.

Санджи замер и медленно повернулся, подняв бровь.

– Чего? Луффи, ты перегрелся на солнце? Я просто подаю завтрак.

– Ты слишком близко, – Луффи подошел вплотную к столу и бесцеремонно вклинился между мной и Санджи. – И ты говоришь слишком много слов. Ей не нужны твои десерты. Ей нужно... моё мясо! То есть... еда, которую я принес вчера!

Я едва не поперхнулась омлетом.

– Луффи, ты чего? – я попыталась успокоить его, положив руку ему на предплечье. – Санджи просто вежлив.

– Нет! – Луффи сбросил мою руку и сердито посмотрел на повара. – Он смотрит на тебя так, будто хочет съесть! А есть тебя могу только я! Потому что ты — мой товарищ! И моё... сокровище!

Санджи выпустил изо рта облачко дыма, его глаза сузились.

– Послушай, резиновый мозг, я всегда так общаюсь с дамами. Это называется «этикет». Тебе это слово незнакомо, так что иди поиграй со своим львом на носу корабля.

– Резиновый-резиновый... – Луффи начал замахиваться кулаком, его кожа заметно покраснела. Неужели он собирался использовать Второй Гир прямо на кухне из-за тарелки омлета?

– А ну прекратили оба! – я вскочила, ударив ладонями по столу. – Луффи, сядь! Санджи, вернись к плите!

Луффи замер, его кулак дрожал от напряжения. Он посмотрел на меня, потом на Санджи, который выглядел искренне оскорбленным.

– Он трогал твоё плечо, – буркнул капитан, неохотно опуская руку. – И он называл тебя какими-то странными именами. Мне это не нравится. У меня в животе от этого неприятно, и это не голод!

– Это называется ревность, идиот, – раздался голос Зоро из дверного проема. Мечник, видимо, пришел на запах скандала. – Хотя странно видеть, как ты ревнуешь кого-то, кроме куска свинины.

– Ревность? – Луффи нахмурился, пробуя новое слово. – Это когда хочешь кого-то ударить за то, что он трогает твои вещи?

– Я не вещь! – возмутилась я.

– Я знаю! – Луффи вдруг схватил меня за талию и с силой притянул к себе, так что я буквально врезалась в его твердую грудь. – Но ты моя! Понял, Повар? Моя! Мы вчера на острове...

– Луффи, молчи! – я зажала ему рот ладонью, чувствуя, как сердце уходит в пятки.

Санджи застыл с половником в руке. Его лицо медленно приобретало багровый оттенок.

– Что... вы вчера... на острове? – прошипел он. – Вы ведь просто охотились на кабана, верно? Луффи, скажи мне, что ты не сделал ничего, что могло бы осквернить чистоту этой леди!

– Я сделал её счастливой! – гордо заявил Луффи, убирая мою руку от своего рта. – Она сама просила! Чтобы «очень сильно»! И я сделал «очень сильно»! Два раза!

На кухне воцарилась гробовая тишина. Санджи выронил половник. Зоро, стоявший в дверях, медленно поднял брови, и его единственный глаз округлился до невероятных размеров.

– Ты... ты... – Санджи начал оседать на пол, его мир рушился. – Ты, резиновое чудовище... Ты даже не знаешь, с какой стороны подойти к женщине... Как ты мог?! Моя мечта... Моя нежная роза... Осквернена этим обжорой!

– Эй, я не осквернял! – обиделся Луффи. – Было здорово! Мы ели мясо и...

Я поняла, что если не уведу его сейчас, то «Санни» пойдет ко дну прямо здесь, в штилевом поясе. Я схватила Луффи за ухо и потащила к выходу.

– Мы уходим! Нам нужно... еще потренироваться! – крикнула я через плечо онемевшим друзьям.

– Но мой завтрак! – вопил Луффи, пока я тащила его по палубе.

– Забудь о завтраке! Ты чуть не выдал всё на свете!

Я затащила его в воронье гнездо — тренировочный зал Зоро, где сейчас никого не было. Захлопнув люк, я прислонилась к нему спиной, тяжело дыша. Луффи стоял посреди комнаты, потирая покрасневшее ухо.

– Ты чего? – недовольно спросил он. – Санджи злился, я злился... Почему нельзя просто сказать, что ты теперь со мной?

– Потому что это Гранд Лайн, Луффи! Здесь всё сложно! – я подошла к нему и взяла за плечи. – Зачем ты устроил этот цирк на кухне? Ты действительно приревновал?

Луффи отвел взгляд, что было на него совсем не похоже. Он начал ковырять носком сандалии деревянный пол.

– Не знаю я... Просто когда он так на тебя смотрел и говорил эти свои словечки... У меня внутри всё закипало. Я хотел его выкинуть за борт. Я не хочу, чтобы кто-то другой так на тебя смотрел. После вчерашнего... – он вдруг поднял голову, и его взгляд был пугающе серьезным. – После того, как я был внутри тебя, я чувствую, что ты часть меня. Как моя шляпа. Нет, важнее. Как моё обещание Шанксу.

Моё сердце растаяло. Я прижалась к нему, обнимая за шею.

– Глупый ты капитан. Я никуда не денусь. Но тебе нужно научиться сдерживаться.

– Не хочу сдерживаться, – буркнул он, и его руки собственнически легли на мои бедра. – Я хочу снова.

– Луффи, сейчас день! Нас могут услышать!

– И пусть слышат! – Он внезапно подхватил меня и усадил на одну из тяжелых штанг Зоро. – Я Король Пиратов! Я делаю что хочу!

Его поцелуй был требовательным и властным. В нем не было вчерашней робости. Ревность пробудила в Луффи что-то первобытное, какую-то скрытую мощь. Он сорвал с меня майку одним движением, его пальцы впились в мою кожу.

– Луффи, стой... – прошептала я, хотя сама уже горела от желания. – Зоро может вернуться за своими гантелями...

– Пусть попробует, – рыкнул он мне в губы. – Я его вышвырну.

Он быстро избавился от своей одежды. В полумраке вороньего гнезда его тело казалось еще более внушительным. Мускулы перекатывались под кожей, а Воля Вооружения, которую он неосознанно активировал, придавала его коже легкий металлический блеск.

– Я покажу тебе, кто здесь главный, – прошептал он, раздвигая мои ноги.

В этот раз это не было похоже на нежное исследование. Это была буря. Луффи вошел в меня одним мощным толчком, заставив меня вскрикнуть и вцепиться в его плечи. Он двигался быстро, жестко, с той самой «силой», о которой я просила вчера, но теперь усиленной его территориальным инстинктом.

– Ты чья? – спрашивал он между резкими толчками, заставляя штангу под нами жалобно скрипеть.

– Твоя... Луффи... только твоя! – стонала я, теряя связь с реальностью.

– Правильно, – он перехватил мои руки, сцепляя пальцы в замок. – И не забывай об этом. Никаких поваров. Никаких мечников. Только я.

Его движения становились всё более неистовыми. Резиновое тело позволяло ему достигать невероятной глубины, и каждый его выпад отзывался во мне волной чистого экстаза. Я чувствовала, как воздух в комнате накаляется. Луффи тяжело дышал, его лоб покрылся испариной, а в глазах горел огонь, способный испепелить целые флотилии.

– Я... я сейчас... – он зарылся лицом в мою грудь, его зубы слегка прикусили кожу.

– Да, Луффи! Давай!

Он содрогнулся всем телом, выплескивая свою страсть и свою ревность внутри меня. Это было так мощно, что я на мгновение ослепла от наслаждения. Мы замерли, тяжело дыша в унисон, пока скрип штанги медленно затихал.

Луффи не отстранился сразу. Он продолжал держать меня, уткнувшись лбом в моё плечо.

– Фух... – наконец выдохнул он. – Это было... мощно. Даже сильнее, чем в прошлый раз.

– Еще бы, – я слабо улыбнулась, поглаживая его по влажной спине. – Ты чуть не разнес здесь всё. Зоро нас убьет за свои тренажеры.

– Плевать, – Луффи поднял голову и чмокнул меня в нос. – Главное, что ты запомнила.

Мы начали медленно приходить в себя и одеваться. Луффи выглядел абсолютно довольным и умиротворенным, как кот, который только что съел целую миску сливок и прогнал соседского пса.

Когда мы спустились вниз, на палубе царило странное оживление. Нами и Робин сидели за столом, о чем-то тихо переговариваясь, а Санджи сидел в углу, обнимая свои колени и что-то бормоча про «конец эпохи рыцарства». Зоро тренировался с одной гантелей, делая вид, что ему всё равно, но его взгляд то и дело возвращался к нам.

– О, вы вернулись! – Робин одарила нас своей фирменной загадочной улыбкой. – Как прошла тренировка? Удалось отработать... новые приемы?

– Ага! – Луффи по-хозяйски приобнял меня за плечи. – Было очень продуктивно! Я закрепил материал!

Нами вздохнула и прикрыла глаза рукой.

– Луффи, ты хоть понимаешь, что теперь нам придется пересматривать весь уклад жизни на корабле? Если вы двое решили... ну, быть вместе, то это накладывает определенные обязательства.

– Какие еще обязательства? – Луффи нахмурился. – Я капитан, она мой штурман... ой, то есть мой товарищ. Мы просто любим друг друга и едим мясо. Что тут менять?

– Например, то, что ты не должен избивать Санджи каждый раз, когда он приносит ей кофе! – фыркнула Нами.

Луффи посмотрел на Санджи, который в этот момент издал жалобный стон.

– Ладно, – нехотя согласился капитан. – Если кофе — то можно. Но без этих его «сердечек» в глазах! И без нежных слов! Пусть просто ставит чашку и уходит.

– Я всё слышу! – прохрипел Санджи. – Моя душа растоптана... Мой капитан — тиран и узурпатор женских сердец...

– Да ладно тебе, завиток, – Зоро ухмыльнулся, вытирая пот полотенцем. – Зато теперь у нас на корабле будет меньше твоих розовых соплей. Хотя, судя по физиономии Луффи, он теперь будет охранять её похлеще, чем свои запасы еды.

Вечер прошел на удивление спокойно. Санджи, хоть и пребывал в глубокой меланхолии, всё же приготовил великолепный ужин. Луффи сидел рядом со мной, и хотя он по-прежнему поглощал еду с невероятной скоростью, он постоянно следил за тем, чтобы у меня в тарелке были лучшие куски.

Когда стемнело, и команда начала расходиться по каютам, Луффи потянул меня за руку к носу корабля.

– Слушай, – прошептал он, когда мы остались одни под звездным небом. – Я тут подумал... Твоя каюта слишком маленькая. И моя тоже. Может, нам попросить Фрэнки построить нам одну большую? Чтобы я мог всегда чувствовать, что ты рядом.

Я посмотрела на него — на этого взрослого мужчину с душой ребенка, который только что открыл для себя самое сложное и прекрасное чувство на свете.

– Луффи, Фрэнки и так всё понял. Думаю, он уже что-то проектирует.

– Супер! – Луффи просиял и вдруг стал серьезным. – Знаешь... я раньше думал, что Король Пиратов — это тот, кто самый свободный в море. А теперь я понял: самая большая свобода — это когда ты можешь принадлежать кому-то, и при этом чувствовать себя еще сильнее.

Он обнял меня, прижимая к себе, и мы долго стояли так, слушая шепот волн о борт «Саузенд Санни». Я знала, что впереди нас ждут великие битвы и невероятные открытия. Но теперь я также знала, что за моей спиной всегда будет стоять резиновый парень в соломенной шляпе, готовый разнести весь мир в щепки, если кто-то посмеет косо взглянуть на его «секретное сокровище».

– Эй, – тихо сказала я. – А ты не боишься, что я тебя разбалую?

– Меня? – Луффи рассмеялся, и этот звук был самым приятным на свете. – Ты не сможешь. Я же резиновый! Я растянусь под любое твоё желание. Главное — будь со мной.

И в этом бесконечном океане, полном чудовищ и тайн, я наконец нашла свой настоящий остров сокровищ. И он не был сделан из золота. Он был сделан из смеха, запаха моря и безумной, неудержимой любви моего капитана.