Поттер бывший солдат революции
Эхо в Пустоте
Тишина в медицинском отсеке пентхауса была густой и стерильной, нарушаемой лишь тихим писком мониторов. Моргана стояла у прозрачной стены реанимационного блока, глядя на «Призрака-3». Он лежал без сознания, подключённый к десятку аппаратов. Автоматические манипуляторы вводили в его кровь питательные растворы и нейростабилизаторы, а над его головой медленно вращалось устройство, генерирующее поле, которое, по словам медиков, «перезагружало» повреждённые синапсы.
– Его состояние стабильно, – раздался за её спиной голос Иглы. Командир диверсионного отряда стояла, скрестив руки на груди. Она уже переоделась в стандартную чёрную форму «Атласа». – Физических повреждений нет. Проклятие Лестрейндж вызвало каскадный нейронный шок. Наши специалисты говорят, что он полностью восстановится через сорок восемь часов. Повезло, что броня выдержала основной удар.
– Повезло? – шёпотом повторила Моргана, не отрывая взгляда от неподвижного тела. – Он мог умереть. Из-за меня. Я не учла эту ловушку.
– Ты не могла её учесть, – голос Иглы был ровным, без тени сочувствия, но и без упрёка. – Это была нестандартная защита, основанная на кровной магии. Её не засечь никакими сенсорами. Мы знали о риске. Каждый из нас. Это наша работа.
– Но я отдала приказ...
– Ты разработала план, который позволил нам войти и выйти, – прервала её Игла. – Ты дала нам инструмент, чтобы обойти дракона. Ты нашла уязвимость, которую никто не видел сотни лет. А когда всё пошло не по плану, директор отдал приказ, который спас нас. Ты сделала свою часть работы. Я – свою. Не бери на себя чужую вину, мисс Поттер. Это непрофессионально.
Моргана вздрогнула от холодной логики её слов. Она хотела услышать утешение, но получила лишь сухой отчёт. И, как ни странно, это помогло больше, чем любые слова сочувствия. Игла говорила с ней не как с напуганной девочкой, а как с командиром, допустившим просчёт. Это заставляло выпрямить спину.
– Спасибо, командир, – тихо сказала она, наконец оторвав взгляд от раненого бойца. – Как остальные?
– В полном порядке. Проходят стандартный постмиссионный опрос и психологическую экспертизу. Директор ждёт нас в тактическом центре через десять минут. Для подведения итогов.
***
Главный зал Гринготтса напоминал разорённый муравейник, залитый кислотой. Воздух был тяжёлым от запаха горелого камня, озона и едкой гоблинской ярости. Десятки гоблинов-стражей в помятых доспехах сновали туда-сюда, их гортанные крики эхом отдавались от мраморных сводов. Несколько клерков пытались успокоить немногочисленных клиентов, которых застала тревога, но их тонкие улыбки не могли скрыть дрожащих рук.
У входа в подземелья стояла группа волшебников. Альбус Дамблдор, чьё лицо было бледным и непроницаемым, как зимнее небо. Амелия Боунс, глава Отдела магического правопорядка, её лицо под моноклем было искажено смесью шока и ярости. И Люциус Малфой, который, казалось, постарел на десять лет. Его обычная надменность сменилась пепельной бледностью и плохо скрываемым ужасом.
– Пусто... – прошептал он, глядя на отчёт, который ему протянул гоблин-поверенный. – Всё. До последнего кната. Фамильные драгоценности... реликвии... Всё исчезло.
– Такая же ситуация с хранилищами Лестрейнджей, Ноттов, Эйвери... всего двенадцать родов, все известные сторонники... – начала Амелия Боунс, но её прервал рык.
Из тоннеля, шатаясь, вышел директор банка, старый гоблин Рагнок. Его роскошная мантия была обожжена, а на лице виднелись копоть и свежая царапина. За ним тащили тела убитых стражей.
– Это объявление войны! – прорычал он, его глаза горели ненавистью. Он смотрел не на кого-то конкретно, а на всех волшебников сразу. – Ваши дрязги... ваши Тёмные Лорды и ваши Ордены... вы принесли войну в наши залы! Гринготтс закрывается! Для всех! До тех пор, пока виновные не будут найдены и их кровь не омоет наши камни!
В зале повисла ошеломлённая тишина. Закрыть Гринготтс... это было немыслимо. Это означало полный коллапс магической экономики.
– Директор Рагнок, мы должны сохранять спокойствие, – начал Дамблдор своим самым миролюбивым тоном. – Мы все заинтересованы в поимке преступников.
– Спокойствие?! – взвизгнул Рагнок. – Они прошли мимо моих драконов! Они вскрыли наши замки! Они убили моих воинов! И вы говорите мне о спокойствии?! Это сделали волшебники! И вы, волшебники, за это заплатите! С этого момента каждый контракт пересматривается. Каждая услуга дорожает вдвое. Никаких кредитов. Никаких отсрочек. Вы хотели войны? Вы её получите.
Он развернулся и, не сказав больше ни слова, заковылял в сторону своих личных покоев, оставив за собой волну паники и отчаяния.
– Альбус, что это было? – Амелия Боунс повернулась к директору. – Как это возможно?
Дамблдор медленно подошёл к месту, где сработало проклятие Лестрейндж. Он наклонился, его пальцы едва коснулись почерневшего камня. Он не чувствовал остаточной магии взлома. Он чувствовал... пустоту. Словно здесь что-то выжгли. Что-то холодное, неживое.
– Это не почерк Волдеморта, – тихо произнёс он. – Он бы упивался разрушением. Он бы оставил свой знак. Это... чисто. Хирургически точно. Они взяли только то, за чем пришли, и исчезли.
– Но кто? – не унималась Боунс. – Никто не может обойти защиту Гринготтса!
– Кто-то смог, – Дамблдор выпрямился, и в его глазах мелькнула тень глубокой, леденящей тревоги. – Кто-то, кто мыслит не как волшебник. Кто-то, кто использует методы, которые мы не можем понять.
Он вспомнил встречу у приюта. Холодный взгляд зелёных глаз. Пистолет. Бесшумных людей в чёрных костюмах.
– Это он, – прошептал он так тихо, что его никто не услышал. – Гарри.
Он осознал масштаб своей ошибки. Он думал, что создал проблему, изгнав мальчика. Теперь он понял, что создал монстра. И этот монстр только что нанёс удар не по Волдеморту, не по Ордену, а по самой основе их мира.
***
В грязном, заброшенном складе где-то на окраине Антверпена Беллатриса Лестрейндж кружила вокруг привязанного к стулу человека. Это был мелкий торговец информацией, который имел дело с наёмниками со всего мира. Его лицо было разбито, а из носа текла кровь, но Беллатриса ещё даже не начинала.
– Ты не понимаешь, чего я хочу, червяк, – пропела она, проводя кончиком палочки по его щеке. – Мне не нужны имена. Мне не нужны банды. Я ищу призраков. Тех, у кого нет имени. Тех, кто оставляет после себя не трупы, а... пустоту. Холод.
– Я... я не знаю, о чём вы, – пролепетал мужчина.
– Знаешь, – она приставила палочку к его виску. – Легилименс!
Она ворвалась в его сознание, как ураган, разбрасывая воспоминания, ломая ментальные барьеры. Она продиралась сквозь образы грязных сделок, пьяных драк, лиц проституток... пока не нашла то, что искала. Короткий, обрывочный разговор в баре. Слух. О новой силе на рынке. О группе, которую называют «Атлас». О их лидере, которого никто не видел, но которого боятся даже русские. О их технологиях, которые кажутся магией. О их солдатах, которые двигаются бесшумно и не оставляют следов.
– Атлас... – прошептала Беллатриса, выходя из его сознания. Её глаза горели новым, ещё более безумным огнём. – Какое скучное, магловское название.
Она почувствовала это. Тот самый холод, то самое эхо пустоты, которое она ощутила в Гринготтсе. Это были они.
– Спасибо за помощь, – улыбнулась она торговцу. – Ты был очень полезен. Круцио!
Мужчина закричал, его тело выгнулось дугой под действием непростительного заклятия. Беллатриса смеялась, упиваясь его агонией. Она нашла след. И теперь она пойдёт по нему до конца.
***
Тактический центр «Атласа» гудел от возбуждения. На главном экране в реальном времени отображались сводки с мировых финансовых рынков.
– Котировки акций магических компаний, чьи активы хранились в Гринготтсе, рухнули на сорок процентов, – докладывал Алекс Чен, его голос дрожал от восторга. – Паника на рынке. Все пытаются вывести активы, но банк закрыт. Гоблины объявили дефолт по всем краткосрочным обязательствам. Магическая Британия на пороге величайшей депрессии в своей истории. Директор, это... это гениально.
– Это только начало, – спокойно ответил Гарри, стоя во главе стола. Перед ним сидели Моргана, Игла, Лебедев и Чен. – Мы не просто украли их золото. Мы украли их уверенность. Мы показали им, что их мир, их крепости, их древняя магия – ничто перед лицом расчёта и технологии. Мы посеяли хаос. А в хаосе побеждает тот, у кого есть план.
Он посмотрел на Моргану. Она сидела молча, её лицо было бледным, но в глазах больше не было страха. Была усталость и... понимание.
– Твой план сработал, Моргана, – сказал он. – Ты нанесла им удар, от которого они не скоро оправятся.
– Ценой ранения одного из наших, – тихо ответила она.
– Да, – кивнул Гарри. – Такова цена. Ты готова платить её и дальше?
Моргана молчала несколько секунд, глядя на свои руки. Затем она подняла голову, и её взгляд был твёрд.
– Да.
Гарри удовлетворённо кивнул.
– Хорошо. Потому что это ещё не всё. Игла, твой отчёт.
Командир «Призраков» коснулась экрана, и на нём появилось изображение небольшого предмета. Это была тонкая книга в обложке из чёрной кожи, без каких-либо надписей.
– Мы нашли это в хранилище Лестрейнджей, – доложила Игла. – Оно не было похоже на остальные артефакты. Сканеры не показывали активной магии, но вокруг него было странное поле. Оно не регистрировалось как золото или драгоценность. Я приказала забрать его для анализа. Оно находилось в том же контейнере, что и проклятый медальон. Возможно, они связаны.
– Это дневник, – сказала Моргана, узнав формат.
– Возможно, – согласился Лебедев. – Но он запечатан. Ни магически, ни физически его не открыть. Мы пробовали. Он словно не существует в нашей реальности, пока его не коснётся определённый человек.
– Беллатриса, – догадалась Моргана. – Или кто-то из её рода.
– Или тот, кто обладает схожей магической сигнатурой, – поправил Лебедев. – Или... тот, в ком течёт её кровь.
Все взгляды обратились на Гарри. Он был потомком Блэков через свою бабушку, Дорею Поттер.
Гарри подошёл к столу, где в герметичном контейнере лежал дневник. Он помолчал, а затем покачал головой.
– Нет. Моя магия заблокирована. Даже если бы во мне была кровь Блэков, я бы не смог его открыть. Но... – он посмотрел на Моргану. – Ты тоже Поттер. И в тебе тоже течёт кровь Блэков. И ты – волшебница.
Он открыл контейнер и осторожно, с помощью манипулятора, положил дневник на стол перед сестрой.
– Я хочу, чтобы ты изучила его. Ты – наш мост между двумя мирами. Ты понимаешь их магию и начинаешь понимать наши технологии. Если в этой книге есть что-то важное, какая-то слабость Лестрейнджей или всего их проклятого рода, ты это найдёшь. Это твоё новое задание.
Моргана смотрела на чёрную книгу. Она чувствовала исходящий от неё холод, но не такой, как от технологий «Атласа». Это был другой холод. Древний, полный ненависти и тёмных секретов.
Она протянула руку и медленно, с замиранием сердца, коснулась обложки.
В тот момент, когда её пальцы соприкоснулись с кожей, ничего не произошло. Ни вспышки света, ни удара магии. Но Моргана почувствовала... шёпот. Тихий, едва различимый, на самом краю сознания. Словно кто-то звал её по имени из глубокого, тёмного колодца.
Она резко отдёрнула руку.
– Что такое? – спросил Гарри.
– Он... он живой, – прошептала она, глядя на дневник с суеверным ужасом.
– Всё в этом мире живое, Моргана, – сказал Гарри. – Просто нужно найти правильный способ заставить его говорить. Изучи его. Используй наших аналитиков, наши лаборатории. Расковыряй его на части, если понадобится. Я хочу знать, что внутри.
***
В своём минималистичном офисе на вершине небоскрёба в Шанхае Вэй Нань смотрела на голографическую шахматную доску. Фигуры медленно двигались, разыгрывая партию, которую она вела с одним из своих конкурентов в Токио.
В дверь постучали.
– Войдите.
Вошёл её помощник, его лицо было бледным.
– Госпожа Вэй... невероятные новости из Европы. Магический банк Гринготтс... ограблен.
Вэй Нань не повернула головы, её взгляд был прикован к доске.
– Насколько серьёзно? – спросила она.
– Полный коллапс. Двенадцать чистокровных родов полностью разорены. Банк закрыт на неопределённый срок. Их экономика на грани краха. Никто не понимает, как это было сделано. Никаких следов магии...
Вэй Нань медленно улыбнулась. Это была хищная, восхищённая улыбка. Она сделала ход, ставя чёрному королю противника шах и мат.
– Можете идти, – сказала она помощнику.
Когда он вышел, она осталась одна в тишине, глядя на завершённую партию.
– Твой ход, Поттер, – прошептала она в пустоту. – И он был великолепен. Ты не просто взял фигуру. Ты перевернул всю доску.
Она встала и подошла к панорамному окну, глядя на раскинувшийся под ней город. Игра становилась всё интереснее. И она была рада, что этот опасный, непредсказуемый игрок на её стороне. Пока что.