Поттер и Хекматьяр
Баллистический экзорцизм
Коко медленно подошла к Гарри, взяла его за руку и сжала пальцы так крепко, что побелели костяшки.
Ее лицо, обращенное к дымящемуся ущелью, светилось совершенно безумным, чистым, первобытным восторгом. Ветер трепал белые пряди волос, швыряя их в лицо, но она даже не моргала, глядя на пятидесятиметровую воронку из остекленевшего камня, где еще минуту назад стояли сорокатонные стальные исполины, закрытые древнейшими щитами британских чистокровных родов.
– Гарри… – выдохнула она, и ее звонкий голос сорвался на счастливый полушепот. – Это не просто оружие. Это похоронный марш для всего их старого, замшелого мира. Никаких тайных дуэлей в пыльных комнатах. Никаких родовых заветов. Только чистая, неостановимая физика, помноженная на инженерный гений!
– Это только прототип, детка, – невозмутимо отозвался Гарри, выпустив густую струю дыма из сигары. – Сервоприводы на левой опоре нагрелись на восемь градусов выше расчетной нормы. На крутом подъеме по мокрому грунту гидравлика может дать просадку на полсекунды. А в настоящем бою полсекунды — это разница между тем, закуришь ты после перестрелки или тебя соскребут со стенок кокпита в цинковый ящик.
Из люка «Хризалиды» высунулась Тонкс. Она стянула герметичный шлем, встряхнув коротко остриженными волосами, которые сейчас искрились электрическим лазурным блеском, и победно вскинула кулак в воздух:
– Капитан! Запас мощности реактора после полного залпа — девяносто один процент! Если бы мне дали еще две кассеты с теми вольфрамовыми болванками, я бы сбрила эту гору до самого основания!
– Успеешь еще насбривать, – усмехнулся Гарри. – Сворачивайте полигон. Тоджо, готовь транспортник к погрузке. Мы возвращаемся на европейскую базу. У наших аналитиков есть новости, ради которых стоит распечатать пару ящиков тяжелых калибров.
***
*Сорок восемь часов спустя. Франция, закрытый командный бункер HLI в предгорьях Альп близ Гренобля.*
В подземном оперативном зале царила рабочая, собранная тишина, нарушаемая лишь мерным гудением серверов и шелестом вентиляции. Никаких факелов, замшелых гобеленов или скрипучих пергаментов — помещение больше походило на центр управления космическими полетами. Вдоль стен мерцали голографические терминалы, а в центре зала над гигантским круглым столом парил трехмерный топографический макет Великобритании, расчерченный секторами спутникового наблюдения.
Гермиона Грейнджер стояла перед консолью управления, быстро отстукивая команды по сенсорной клавиатуре. Под ее глазами залегли тени от хронического недосыпа, но в самих зрачках горел неукротимый азарт ученого, вышедшего на след величайшей тайны века.
Рядом, примостившись на высоком лабораторном стуле и поджав под себя ноги в шерстяных носках, сидела доктор Минами Амада. Японка сосредоточенно вертела в пальцах отвертку с титановым жалом, изредка поправляя съезжающие на нос круглые очки.
Дверь шлюза с тихим шипением отъехала в сторону, впуская Гарри и Коко.
На Гарри была расстегнутая полевая куртка поверх бронежилета скрытого ношения, армейские брюки, заляпанные смазкой, и тяжелые берцы. В зубах тлела неизменная сигара, пепел с которой он сбивал прямо в карманный утилизатор. Коко, одетая в строгую черную водолазку и узкие брюки, держала в руке две кружки с обжигающим эспрессо.
– Докладывай, сержант Грейнджер, – пробасил Гарри, останавливаясь у края голографического стола и опершись на него массивными кулаками. – Твой срочный вызов оторвал меня от чистки пулемета. Надеюсь, ты нашла что-то более существенное, чем очередные любовные письма Фаджа к французским банкирам.
– Намного существеннее, Гарри, – Гермиона нажала клавишу ввода, и трехмерная карта Британии приблизилась, сфокусировавшись на двух конкретных точках. – Совместно с доктором Амада мы завершили калибровку низкоорбитальной группировки спутников HLI. Мы использовали квантовые спектрометры, объединенные с руническими датчиками резонанса темной магии, которые я настроила на сигнатуру распада человеческой души.
– Проще говоря, кудрявая, – перебил Гарри, прищурившись. – Вы нашли его консервы?
– Две из них, – кивнула Гермиона, и на голограмме вспыхнули два красных пульсирующих маркера. – Первая точка — заброшенная лачуга в лесах близ деревни Литтл-Хэнглтон в Йоркшире. Родовое гнездо Мраксов, прямых предков Тома Реддла по материнской линии. Сканеры фиксируют там плотный купол проклятий высшей категории: разложение плоти, морок, пространственное искажение. В эпицентре — кольцо с тяжелым черным камнем. Фоновое излучение некромантии зашкаливает.
– Отличная мишень, – хмыкнул Гарри. – Вдали от жилых кварталов, вокруг только вековые дубы и вороны. Вторая точка?
– Побережье графства Корнуолл, – палец Гермионы переместился на юг. – Глубокая подводная пещера в отвесных скалах. Добраться туда пешком невозможно — только через вход, затопляемый во время прилива. Внутри фиксируется огромный резервуар с зачарованной водой, наполненный инферналами — ожившими мертвецами, не менее пяти сотен особей. В центре озера, на островке — чаша с темным зельем, скрывающая золотой медальон.
– Классическая паранойя психопата, – подала голос Минами, щелкнув отверткой. – Многослойная ловушка с нулевой функциональной пользой против дистанционных систем поражения. Он рассчитывал, что туда придет благородный рыцарь с палочкой, будет пить яд из чаши и бороться с зомби врукопашную. Примитивное средневековое мышление. Ноль процентов понимания кинетической энергии и термобарических процессов.
Коко поставила кружки на край панели, звонко рассмеявшись:
– Обожаю, когда диктаторы строят свои тайные святилища по стандартам детских сказок! Гарри, мой милый, грозный капитан, как мы будем их потрошить? Отправим Вальмет с ножами?
– Слишком много чести для кусков дохлой души, – оскалился Гарри той самой тяжелой, разбитной усмешкой, от которой у наемников в барах перехватывало дыхание. – Тайкус Финдли в таких ситуациях говаривал: «Если ублюдок заперся в каменном сортире и думает, что он в домике — не стучись в дверь. Подгони бетономешалку с динамитом и залей его под самую крышу». Мы не пойдем пешком ни в какие пещеры. И в йоркширские болота соваться не станем.
Гарри повернулся к селектору внутренней связи и нажал клавишу общего вызова:
– Уайли, Лем. На связь.
Динамик отозвался треском, сквозь который прорвался веселый, хриплый голос Уильяма Нельсона:
– На связи, командир! Мы на полигоне докручиваем стабилизаторы к новой партии пятисоткилограммовых фугасов. Чего изволите?
– Бросай свои игрушки, подрывник, – приказал Гарри. – Бери Уго и дуйте на авиабазу в Марселе. Подготовить к вылету два штурмовика Су-25, модернизированных под наши системы. На подвесы — корректируемые бетонобойные авиабомбы с рунной гравировкой пробоя «Турисаз-Хагалаз» и начинкой из жидкого тринитротолуола с добавлением солей очищенного серебра.
Гермиона замерла, широко раскрыв глаза:
– Гарри… ты собираешься нанести авиаудар по территории Великобритании?!
– Не по Великобритании, Грейнджер, – Гарри выпустил клуб сизого дыма прямо в голографическое изображение лачуги Мраксов. – А по двум свалкам радиоактивных магических отходов. Воздушное пространство над Северным морем и Ла-Маншем перекрыто для гражданской авиации из-за учений НАТО, о которых Каспер договорился с французским генштабом еще в прошлый вторник. Ни один британский радар нас не увидит — контуры сокрытия на самолетах работают безупречно. Мы просто скинем пару подарков с высоты десяти тысяч метров.
– А пещера с инферналами? – с замиранием сердца спросила Гермиона. – Она же под скалами! Толщина базальтового монолита там не менее двадцати метров!
– Для этого у нас есть объемно-детонирующие боеприпасы, кудрявая, – Гарри постучал пальцем по изображению скалы. – Первый снаряд вскроет свод пещеры кинетическим ударом на гиперзвуке. Второй влетит в образовавшийся пролом и распылит аэрозольное облако горючего прямо над озером. В замкнутом пространстве температура горения превысит три тысячи градусов по Цельсию, а давление выжжет весь кислород за полторы секунды. Вода закипит, инферналы испарятся вместе со своей чашей, а медальон расплавится на атомы под воздействием концентрированного серебряного термита. Быстро, гигиенично и без лишнего пафоса.
– Господи… – прошептала Гермиона, и на ее лице медленно проступило выражение холодного, научного восторга. – Ты стираешь древнейшую темную магию простым термодинамическим коллапсом.
– Законы физики плевали на чистоту крови, – Гарри сделал глоток обжигающего эспрессо. – Тоджо, готовь спутниковый канал телеметрии. Вылет через сорок минут.
***
*Два часа спустя. Высота 10 000 метров над проливом Ла-Манш.*
Два штурмовика с хищными силуэтами, выкрашенные в матовый темно-серый цвет без опознавательных знаков, бесшумно рассекали ледяной разреженный воздух.
На их титановых плоскостях слабо пульсировали вытравленные рунные вязи сокрытия, полностью поглощавшие как радиоволны магловских радаров, так и любые магические эманации. В герметичных кабинах пилотов царила деловая, монотонная сосредоточенность.
– Говорит «Борт Один», – раздался в наушниках командного бункера спокойный голос Лема Брика. – Вышли в точку сброса над сектором «Браво». Высота десять двести, скорость восемьсот пятьдесят. Цель номер один захвачена оптико-электронным комплексом. Рунные маркеры Грейнджер горят на прицельной сетке, как рождественская елка.
В бункере под Греноблем Гарри сидел в командирском кресле, зажав в зубах сигару и глядя на гигантский экран прямой трансляции со спутника. Рядом стояла Коко, затаив дыхание и положив руки ему на плечи.
– Сброс по готовности, Лем, – негромко произнес Гарри. – Не забудь передать пламенный привет предкам Тома.
– Принято, командир. Пошел гостинец.
Под крылом ведущего штурмовика сорвалась тяжелая полутонная бомба с заостренным вольфрамовым носовым обтекателем. Раскрылись решетчатые рули стабилизаторов. Зачарованный боеприпас, повинуясь сигналам спутникового наведения, устремился к земле, стремительно набирая скорость и переходя звуковой барьер.
На экране спутника приближалась крошечная точка среди вековых деревьев Йоркшира — покосившаяся, заросшая ядовитым плющом хижина Мраксов.
Вокруг нее мерцал багровый, почти невидимый глазу купол древних проклятий. На ветвях сидели змеи, земля была пропитана трупным ядом, а воздух густел от морока, отгонявшего любого случайного путника. Веками эта земля хранила тайну безумного рода Слизерина.
Снаряд ударил вертикально сверху на скорости в три маха.
Купол проклятий даже не успел среагировать. Руны «Турисаз» на носовой части бомбы пробили магическую защиту, как раскаленный гвоздь пробивает тонкий лед.
Боеприпас вошел в сырую землю под полом лачуги на глубину четырех метров, прямо туда, где в истлевшей шкатулке покоилось кольцо с черным камнем.
Сработал донный взрыватель.
*БЛЕСК.*
На экране спутника вспыхнула ослепительная белая звезда.
Взрывная волна из концентрированного серебряного термита и гексогена вырвалась наружу гигантским огненным грибом. Вековые дубы в радиусе двухсот метров слизало, словно сухие спички. Земля вздыбилась, выплюнув фонтан раскаленного базальта и пламени.
А в следующее мгновение в радиоэфире, настроенном на прием магических колебаний, раздался леденящий душу, вибрирующий потусторонний визг.
Черный сгусток концентрированной тьмы попытался вырваться из эпицентра взрыва, корчась в предсмертной агонии, но температура в четыре тысячи градусов и облако распыленного ионизированного серебра не оставили призраку ни единого шанса. Тень с шипением распалась на светящиеся пепельные хлопья, растаяв в чистом небе.
На месте лачуги Мраксов остался идеально круглый, дымящийся кратер диаметром в сорок метров, дно которого было покрыто слоем спекшегося, остывающего стекла.
– Цель номер один уничтожена, – сухо доложил Лем. – Вторичных магических сигнатур не фиксируется. Разворачиваемся на сектор «Чарли».
– Подтверждаю уничтожение, – Гермиона судорожно перевела дыхание, глядя на приборы. – Резонанс души оборван. Кольцо мертво.
– Красиво… – прошептала Коко, ее глаза сверкали отраженным светом экрана. – Как в кино про апокалипсис!
– Теперь Корнуолл, – бросил Гарри, выпускает дым. – Уайли, твой выход. Вскрой эту консервную банку.
– Уже на боевом курсе, босс! – отозвался Нельсон с борта второго штурмовика. – Бросаю «вскрыватель», следом — «зажигалку». Подержите пиво!
Над суровыми, пенящимися волнами Атлантики у побережья Корнуолла пронеслась пара тяжелых бомб.
Первая — кинетический проникающий снаряд массой в полторы тонны — с чудовищной силой врезалась в вершину прибрежной скалы ровно над подземным залом. Многотонный монолит черного базальта треснул с громоподобным звуком, раскалываясь по линиям природного разлома. В своде пещеры образовалась дыра размером с грузовик.
А спустя две секунды точно в этот пролом вошла объемно-детонирующая бомба.
То, что произошло дальше, спутниковые камеры зафиксировали как извержение рукотворного вулкана.
Из расщелин скалы и подводного грота с ревом вырвались струи бело-голубого пламени. Вода у побережья мгновенно вскипела, подняв к небу гигантские столбы пара. Ударная волна колоссального давления вышибла морское дно, превратив подземное озеро вместе со всеми сотнями инферналов в перегретый пар и пепел за долю секунды.
Зелье в каменной чаше детонировало от запредельной температуры, а золотой медальон Слизерина просто испарился в эпицентре термобарического ада, не успев даже выпустить хранящуюся внутри сущность.
Скала не выдержала внутреннего давления.
Вершина базальтового утеса с глухим, протяжным стоном обрушилась внутрь, похоронив остатки святилища под полумиллионом тонн каменных обломков. Океанские волны с ревом хлынули в образовавшуюся воронку, запечатывая могилу темного артефакта навсегда.
В эфире снова пронесся тонкий, жалобный стон умирающего осколка души — и смолк.
– Сектор «Чарли» зачищен, – доложил Нельсон. – Скала сложилась, как карточный домик. Даже если бы там сидел сам черт, от него остались бы только рожки для холодца. Возвращаемся на базу, топлива в обрез.
– Отличная работа, парни, – Гарри нажал клавишу отбоя связи и медленно откинулся на спинку кресла.
В командном бункере повисла тишина.
Гермиона смотрела на экраны с выражением благоговейного ужаса и абсолютного триумфа одновременно. Два крестража, ради поиска и уничтожения которых в старых сказках Дамблдора потребовались бы годы лишений, смертей и предательств, были стерты с лица земли за сорок минут полета пары штурмовиков.
– Минус два, – спокойно подытожил Гарри, стряхнув пепел. – Остались диадема в Хогвартсе, чаша в Гринготтсе и змея. Но самое веселое сейчас начнется не у нас. Самое веселое сейчас начнется в Уилтшире.
***
*Англия. Графство Уилтшир, поместье Малфоев.*
В главном бальном зале мэнора стоял удушливый запах серы, горелой плоти и ледяного, могильного ужаса.
Люциус Малфой лежал ничком на мраморном полу, вжавшись лицом в стыки плит и боясь даже дышать. Рядом на коленях, судорожно сжимая палочки, замерли Беллатриса Лестрейндж и Северус Снейп.
В центре зала, на возвышении перед камином, корчился Волан-де-Морт.
Великий Темный Лорд, мнивший себя бессмертным владыкой судеб, стонал от невыносимой, раздирающей на части муки. Его змееподобное бледное тело выгибалось под неестественными углами, пальцы с длинными желтыми ногтями до крови скребли по груди, пытаясь разорвать ткань мантии.
Из его рта капала черная, дымящаяся кровь, а алые глаза-щели были широко распахнуты в диком, нечеловеческом безумии.
– А-А-А-А-АРХ! – дикий, клокочущий вопль разорвал своды зала.
Взрывная волна сырой темной магии выбила витражные окна библиотеки, осыпав ковры дождем из цветного хрусталя.
– Мой Лорд! Повелитель! – взвизгнула Беллатриса, порываясь подползти ближе, но Снейп жестко перехватил ее за плечо, силой удерживая на месте.
– Не трогай его, дура! – прошипел зельевар. – Это обратный магический шок высшей категории! Вмешаешься — твое ядро выгорит за секунду!
Волан-де-Морт рухнул на колени, тяжело, хрипло хватая ртом воздух.
Он чувствовал это.
Сначала на севере — внезапный, сокрушительный удар, стерший часть его естества так быстро, что осколок души в кольце даже не успел передать образ врага. Только чудовищный жар, ослепительный свет и пустота.
А спустя полчаса на юге — второй удар. Пещера… его неприступная твердыня, где он спрятал медальон! Она не просто пала — ее раздавило, выжгло дотла, оставив в его сознании зияющую, кровоточащую дыру.
Две части его бессмертия. Стерты. Уничтожены без дуэлей, без предупреждения, без единого слова заклинания.
– Кто-о-о?! – прохрипел Темный Лорд, поднимая перекошенное от ярости и ужаса лицо к потолку. – Дамблдор?! Старый пес нашел их?!
– Мой Лорд… – подал дрожащий голос Снейп, медленно поднимая голову. – Дамблдор… Дамблдор заперт в Хогвартсе. По моим сведениям, старик третьи сутки не выходит из своего кабинета после женевского позора. Орден Феникса парализован. У них нет сил для подобных рейдов.
– Тогда КТО?! – взревел Волан-де-Морт, и от его голоса со стен посыпалась позолота. – Кто посмел коснуться моей плоти?!
– Повелитель… – прошептал Люциус, не поднимая головы с пола. – Десять минут назад… магловские радиостанции перехватили сообщения береговой охраны Корнуолла. Они заявляют о «сейсмическом инциденте и падении метеорита» на побережье. А в Йоркшире… очевидцы видели в небе сверхзвуковые магловские самолеты без опознавательных знаков. Они сбросили бомбы чудовищной мощности на старые леса.
В зале повисла мертвая, парализующая тишина.
Волан-де-Морт медленно опустил руки. Его алые зрачки сузились до микроскопических точек. В его больном, воспаленном разуме наконец-то сложилась страшная, непостижимая картина.
Это был не Дамблдор.
Старый волшебник никогда не опустился бы до использования магловского оружия.
Это был мальчишка. Гарри.
Тот самый щенок, которого он вычеркнул из списка угроз. Тот самый отступник, который презирал магию и продавал пушки по всему миру. Он нашел его тайники из космоса. Он сжег его бессмертие с неба, даже не ступив ногой на английскую землю!
– Он знает… – прошептал Волан-де-Морт, и в его голосе впервые за пятьдесят лет прозвучал чистый, животный страх загнанного волка. – Он знает о крестражах. Он выслеживает их, как бешеных собак.
Темный Лорд резко вскочил на ноги, пошатываясь от слабости, но его глаза горели дихорадочным, безумным пламенем:
– Люциус! Собери всех! Всех Пожирателей смерти! Оборотней, великанов, наемников — всех, кто может держать палочку или дубину!
– Куда прикажете выдвигаться, Повелитель? – с ужасом спросил Малфой.
– В Хогвартс! – прорычал Волан-де-Морт, сжимая тисовую палочку так, что побелели костяшки. – Мы берем замок штурмом прямо сейчас! Сегодня ночью!
– Но, Мой Лорд… Дамблдор… – попытался возразить Снейп.
– Плевать на Дамблдора! – взвизгнул Темный Лорд. – В замке спрятано то, что принадлежит мне! Диадема Когтевран! Если щенок доберется до нее своими железными птицами — я стану смертным! Мы заберем реликвию, убьем старика и закроем Британию под куполом кровавого жертвоприношения! Ни одна магловская тварь не должна пересечь границу! В атаку! Все на штурм!
***
*Шотландия. Замок Хогвартс. Полночь.*
Небо над древней твердыней пылало багровым, ядовито-зеленым и фиолетовым огнем.
Тысячи заклинаний непрерывным дождем хлестали по защитному куполу школы, заставляя вековые каменные стены дрожать до самого основания. Запретный лес гудел: сотни оборотней под предводительством Сивого с воем неслись к деревянному мосту, великаны вырывали с корнем вековые сосны и швыряли их в башни, а над верхушками деревьев кружили темные тени Пожирателей смерти на метлах, поливая периметр адским пламенем.
В Большом зале царила паника.
Младших учеников спешно эвакуировали через потайные ходы к «Кабаньей голове», но выходы из Хогсмида уже перекрыли отряды егерей.
На парадном крыльце стояли защитники замка.
Альбус Дамблдор, в потрепанной мантии, с взъерошенной седой бородой, непрерывно взмахивал Бузинной палочкой, пытаясь удержать трещащий по швам купол «Протего Максима». Лицо великого мага было землисто-серым.
Рядом с ним насмерть стояли остатки Ордена Феникса: Римус Люпин, отчаянно отбивавшийся от проклятий наступающих оборотней, Минерва Макгонагалл, оживившая рыцарские доспехи, и Джеймс Поттер.
Лорд Поттер выглядел как тень самого себя. Его мантия была изодрана, на щеке зияла глубокая рана от темного проклятия, но он продолжал исступленно посылать оглушающие заклинания в темноту:
– Отступайте к дверям! – хрипел Джеймс. – Держите строй! Ради Годрика! Ради Британии!
– Они пробили южные ворота! – вскричал Люпин, когда каменная арка взорвалась ослепительной вспышкой, и во внутренний двор хлынула лавина Пожирателей в серебряных масках.
– Авада Кедавра! – зеленый луч прорезал тьму, едва не задев плечо Дамблдора.
Сам Волан-де-Морт, окруженный клубами черного дыма, медленно ступал по обломкам ворот. На его плечах покоилась гигантская змея Нагини, шипящая и раздувающая капюшон. В глазах Темного Лорда плескалось торжество безумца:
– Сдайся, Альбус! – прошипел он, и его голос разнесся над полями сражения. – Твой драгоценный Избранный сгнил в могиле! Второй твой щенок предал тебя и сбежал к маглам! Твой Орден разбит! Отдай мне замок, и я, быть может, подарю тебе быструю смерть!
Дамблдор тяжело опустил палочку. В его глазах погасла последняя искра надежды.
Старик оглядел рушащиеся башни родной школы, испуганные лица немногих оставшихся защитников, и слезы бессилия обожгли его морщинистые щеки. Сто лет манипуляций, великих планов, жертв во имя «высшего блага» — и всё закончилось здесь, в грязи и пепле, под сапогами темных фанатиков.
– Всё кончено… – прошептал Дамблдор, закрывая глаза. – Прости меня, Годрик… Прости меня, волшебный мир…
*ТУМ-ТУМ-ТУМ-ТУМ.*
Звук пришел не с земли. Он пришел с неба.
Это не был грохот заклинаний. Это был низкий, вибрирующий, утробный гул колоссальных турбин и тяжелой гидравлики, от которого зазвенели уцелевшие стекла астрономической башни.
Тучи над Черным озером внезапно рассеялись, словно сдутые гигантской ладонью.
Из клубящейся ночной тьмы прямо на центральную поляну перед замком, взметая фонтаны влажного дерна и каменной крошки, тяжело рухнула гигантская стальная туша.
*ГРОХОТ.*
Четыре титановые гидравлические опоры вонзились в землю на глубину полуметра, спружинив и погасив колоссальную кинетическую энергию падения.
Штурмовой шагающий комплекс «Хризалида». Четыре с половиной метра смертоносного композитного сплава, переливающегося в лунном свете матовым антрацитовым блеском.
Пожиратели смерти оцепенели. Оборотни замерли, испуганно прижимая уши к головам и чуя запах раскаленного машинного масла и абсолютной, чуждой им мощи.
– Что это за магловская мерзость?! – взвизгнула Беллатриса Лестрейндж, вскидывая палочку. – Редакто!..
*ВЖ-Ж-Ж-Ж-ИХ!*
Внешние прожекторы «Хризалиды» вспыхнули с ослепительной яростью в миллион люмен, залив внутренний двор Хогвартса мертвенно-белым светом. Заклинание Беллатрисы бессильно разбилось о мерцающий лазурный купол адаптивной брони.
Из внешних динамиков боевой машины на полную мощность ударили тяжелые, ревущие гитарные риффы американского тяжелого рока, эхом разносясь по древним шотландским холмам.
– Внимание всем наземным целям! – прогремел над поляной насмешливый, искаженный радиопомехами голос Нимфадоры Тонкс. – Говорит служба контроля за бродячими вредителями синдиката HLI! Вы находитесь в зоне проведения санитарной зачистки! Рекомендуем засунуть ваши деревянные зубочистки себе в задницы и лечь мордой в грязь! Время пошло!
– Убейте эту тварь! – в ярости заорал Волан-де-Морт.
Сотни лучей «Авады» и разрушительных проклятий ударили в корпус машины.
И… ничего не произошло.
Квантовые процессоры и рунные цепи, рассчитанные Гермионой, мгновенно распределили магическую энергию по контурам заземления, превратив смертоносные чары в безобидные синие искры, стекающие по титановым лапам в сырую землю.
– Моя очередь, ублюдки, – донесся из динамиков довольный голос Тонкс.
Спаренные тридцатимиллиметровые роторные пушки «Хризалиды» раскрутились с визгом пилорамы.
*ТР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-ЯХ!*
Сплошная стена зачарованного вольфрамового свинца ударила по рядам наступающих Пожирателей смерти.
Здесь не было дуэлей. Не было времени выкрикнуть заклинание.
Очередь с темпом в три тысячи выстрелов в минуту буквально смела передовой отряд фанатиков. Магические щиты лопались в микросекунды, тела в черных шелках разрывало на куски кинетической волной колоссальной мощности.
Великаны, шедшие позади, взвыли: крупнокалиберные снаряды с рунами разрушения пробивали толстую шкуру монстров навылет, круша кости и отрывая конечности.