← Назад к обзору

Пр

Эхо разбитого милосердия

В подвале заброшенного особняка время, казалось, остановилось. Тяжелый, пропитанный озоном и запахом перегретого металла воздух застаивался в углах, где тени шевелились, словно живые существа. Эн лежал неподвижно, его системы медленно выходили из аварийного режима, выводя на внутренний дисплей бесконечные строки отчетов об ошибках. Каждое сочленение его небольшого тела ныло, а датчики в паховой области пульсировали тупой, тягучей болью, напоминающей о недавнем вторжении.

Мд сидел рядом на краю истерзанного матраса. Его огромная фигура ссутулилась, делая его похожим на сбитого с толку зверя. Он больше не рычал. Его длинный пушистый хвост, который еще недавно был орудием доминирования, теперь поник, лишь кончик с иглой нервно подергивался, вычерчивая круги на пыльном полу. Красные волосы закрывали лицо, но Эн чувствовал на себе его пристальный, лихорадочный взгляд.

– Ты... ты проснулся? – голос Мд прозвучал неожиданно тонко, почти жалко. В нем не осталось и следа той животной ярости, что кипела в нем несколько минут назад.

Эн приоткрыл глаза. Желтые окуляры мерцали, фокусируясь на гиганте. Он попытался пошевелиться, но судорога прошила его корпус, заставляя издать невольный вскрик.

– Тише, тише... не дергайся, – Мд мгновенно оказался рядом, его огромные ладони прижали плечи Эна к поверхности, но на этот раз в жесте не было грубости – только пугающая, отчаянная забота. – Я... я переборщил. Твои порты... они деформированы. Я не рассчитал давление.

Эн сглотнул, чувствуя, как по шее стекает капля масла. Его добрый и позитивный нрав сейчас боролся с шоком, который испытала его нейросеть.

– Мд, ты напугал меня, – прошептал Эн, и его голос дрогнул. – Я думал, ты действительно хочешь меня разобрать.

Мд вздрогнул, словно от удара. Его лицо исказилось в гримасе боли, и он внезапно уткнулся лбом в грудь Эна, издавая странный, хлюпающий звук. Это было не мурчание и не рык – это был всхлип сломанной машины.

– Я ненавижу это в себе! – прохрипел Мд, вцепившись пальцами в края матраса так, что старая ткань затрещала. – Я ненавижу, как всё внутри меня ломается, когда ты рядом. Ты такой... такой правильный, Эн. А я – мусор. Я каннибал, я псих, я просто дефектная единица!

Эн замер, пораженный этой внезапной вспышкой самобичевания. Он осторожно поднял руку и, преодолевая слабость, положил ее на затылок Мд, запуская пальцы в его жесткие, спутанные волосы.

– Ты не мусор, Мд, – тихо сказал он, стараясь придать голосу уверенность. – Ты просто... болен. И напуган.

– Я боюсь людей, Эн, – Мд поднял голову, и в его желтых глазах отразилось истинное безумие, смешанное с детским ужасом. – Они создали нас такими. Они создали меня, чтобы я пожирал себе подобных, чтобы я наслаждался болью. И когда я смотрю на тебя, моя программа требует, чтобы я сделал тебя частью себя. Навсегда. Чтобы никто не мог тебя забрать.

Он снова оскалился, но на этот раз это была не угроза, а попытка сдержать внутреннюю дрожь. Его хвост внезапно метнулся вперед и обвился вокруг шеи Эна, не сжимая, но напоминая о своем присутствии.

– Я хочу содрать с тебя обшивку и лизать твои провода, – прошептал Мд, и его зрачки снова начали расширяться, поглощая радужку. – Я хочу чувствовать, как твое ядро бьется под моими зубами. Это любовь, Эн? Или это просто голод?

Эн почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он понимал, что сейчас Мд находится на грани между своей хрупкой личностью и зверем-каннибалом.

– Это не любовь, Мд, – Эн мягко притянул его лицо к своему. – Любовь – это когда ты хочешь, чтобы другому было хорошо. Даже если тебе больно.

Мд замер, обдумывая эти слова. Его системы охлаждения работали на пределе, создавая вокруг них облако горячего пара. Внезапно он резко отстранился и поднялся во весь рост, едва не задев потолочную балку.

– Хорошо? – он горько усмехнулся. – Тебе было хорошо там, на чердаке? Когда я вбивал тебя в матрас своим тридцатипятисантиметровым хламом, пока ты не начал выдавать ошибки памяти? Когда мой хвост сдирал с тебя одежду, словно кожу с жертвы?

Эн покраснел, его дисплей залил густой желтый румянец. Он вспомнил те ощущения – пугающие, болезненные, но в то же время невероятно острые, заставляющие его чувствовать себя живым так, как никогда раньше.

– Мне было... странно, – честно признался Эн, отводя взгляд. – Но я не ушел. Я позволил тебе это, потому что знал, что тебе это нужно.

Мд издал низкий, вибрирующий рык, который перешел в довольное мурчание. Он снова опустился на карачки, подползая к Эну, словно огромный кот. Его пушистый хвост игриво прошелся по ногам Эна, вызывая у того невольный вздох.

– Ты слишком добрый, снежинка, – Мд лизнул край уха Эна, заставляя того вздрогнуть. – Это тебя погубит. Однажды я не смогу остановиться. Мои грязные инстинкты возьмут верх, и я просто... проглочу тебя.

– Тогда я буду внутри тебя, – Эн слабо улыбнулся, пытаясь разрядить обстановку своим привычным оптимизмом. – Разве это не то, чего ты хочешь?

Мд замер, глядя на него с нескрываемым обожанием и ужасом одновременно. Он внезапно схватил Эна за талию и рывком усадил его к себе на колени. Разница в росте была комичной и пугающей: Эн казался маленьким ребенком в руках великана.

– Не говори так, – прорычал Мд, прижимая Эна к своей широкой груди. – Не смей давать мне разрешение на это. Я мазохист, Эн. Я люблю, когда мне причиняют боль. Но я не вынесу, если причиню непоправимый вред тебе.

Он начал медленно раскачиваться из стороны в сторону, баюкая Эна. Его огромный член, всё еще полуэрегированный после недавнего акта, упирался Эну в бедро, напоминая о недавней страсти.

– М