← Назад к обзору

приемный сын

Омовение в тени Монарха

– Нам нужен душ, – прошептал Юки, утыкаясь носом в шею Джинву. Его голос звучал приглушенно и лениво, словно он только что вышел из глубокого транса. – Мы оба ужасно сладкие и липкие.

Юки тихо хихикнул, чувствуя, как остатки ванильного крема подсыхают на его коже, стягивая её в самых неожиданных местах. Кухонная битва, переросшая в нечто гораздо более глубокое и интимное, оставила свои следы не только в виде беспорядка в доме, но и на их телах. Белые разводы глазури смешались с потом, а магия, всё еще вибрирующая в воздухе, заставляла волоски на руках вставать дыбом.

Джинву, чья грудь тяжело вздымалась под весом юноши, приоткрыл глаза. Фиолетовое свечение в них уже почти угасло, сменившись мягким, глубоким спокойствием. Он провел ладонью по спине Юки, ощущая кончиками пальцев рельеф татуировки — те самые костяные линии, которые теперь казались ему роднее собственных шрамов.

– Ты прав, – Джинву приподнялся на локтях, легко пересаживая Юки к себе на бедра. – Если я сейчас не отмою этот крем, Бер решит, что я превращаюсь в десерт, и попытается меня съесть.

– Ну, я бы его не винил, – Юки игриво прикусил губу, оглядывая атлетическое тело Монарха, окропленное каплями сладости. – Ты выглядишь чертовски аппетитно.

Джинву не ответил, лишь коротко и властно улыбнулся. Одним плавным движением он поднялся, подхватывая Юки на руки так, словно тот весил не больше перышка. Юноша инстинктивно обхватил его шею руками, чувствуя, как магическое тепло отца окутывает его, защищая от прохладного ночного воздуха, проникающего сквозь разбитые окна кухни.

Они поднялись на второй этаж, в ванную комнату, которая больше напоминала личный спа-салон. Огромная чаша из темного камня, встроенная в пол, была окружена панорамными окнами, за которыми шумел ночной лес. Джинву коснулся сенсорной панели на стене, и из скрытых кранов с глухим рокотом хлынула горячая вода, мгновенно наполняя помещение паром.

– Стой спокойно, – скомандовал Джинву, опуская Юки на холодный мраморный пол рядом с купелью.

Юки стоял, слегка покачиваясь от усталости и сенсорной перегрузки. Он наблюдал, как Джинву настраивает температуру, его движения были точными и скупыми, как у хирурга или великого воина. Но в том, как он то и дело бросал на Юки короткие, обжигающие взгляды, было столько неприкрытого обладания, что у юноши подгибались колени.

Когда вода наполнила чашу наполовину, Джинву обернулся. Он взял губку и флакон с маслом сандала, чей терпкий аромат тут же начал вытеснять запах ванили.

– Иди сюда, – Джинву протянул руку.

Юки шагнул в горячую воду, блаженно зажмурившись. Тепло проникало в мышцы, снимая напряжение после боя и недавней близости. Джинву вошел следом, его массивная фигура заполнила пространство, делая ванную комнату уютной и тесной одновременно.

– Повернись спиной, – прошептал Монарх.

Юки послушно развернулся. Он почувствовал, как горячая губка коснулась его плеч, осторожно стирая остатки крема и пота. Джинву двигался медленно, почти благоговейно. Каждый его жест был актом заботы, который Юки ценил больше, чем любые слова.

– Твоя татуировка... – Джинву провел пальцами по лопатке Юки, там, где белые линии костей сплетались в сложный узор. – Сегодня она светилась иначе. Я чувствовал в ней не только силу Санса, но и твое собственное желание.

– Она реагирует на тебя, – Юки склонил голову, позволяя Джинву омыть его шею. – Моя ДУША... она словно тянется к твоей тени, как растение к свету. Только наоборот. Я нахожу покой именно в твоей темноте.

Джинву замер на мгновение, прижимаясь грудью к мокрой спине юноши. Его руки скользнули по талии Юки, смывая липкие следы с живота и бедер.

– Ты — единственное существо, которое не боится моей темноты, – Джинву зарылся лицом в мокрые черные волосы Юки. – Даже Ча... она всегда инстинктивно отстранялась, когда я отпускал контроль. Но ты... ты расцветаешь в этом.

– Потому что я сам — порождение пустоты и магии, – Юки развернулся в его руках, его глаза, мокрые от пара и тепла, сияли небесной лазурью. – Санс создал меня таким, чтобы я мог выдержать тебя. Чтобы ты не был одинок на своем троне.

Джинву взял лицо Юки в свои ладони. Вода стекала с их тел, создавая тихий ритмичный шум. В этот момент, среди пара и аромата сандала, они были просто двумя существами, нашедшими друг друга в бесконечности миров.

– Ты не просто выдерживаешь меня, Юки. Ты дополняешь меня.

Джинву начал намыливать волосы юноши, его сильные пальцы массировали кожу головы, заставляя Юки тихо стонать от удовольствия. Юноша закрыл глаза, полностью доверяя себя этим рукам. Он чувствовал, как Карма внутри него мурлычет, словно сытый кот.

– Слушай, – пробормотал Юки, когда Джинву начал смывать пену, поливая его голову теплой водой из ковша. – А ты знаешь, почему скелеты такие плохие лжецы?

Джинву тяжело вздохнул, но уголки его губ дрогнули в невольной улыбке.

– Почему, Юки?

– Потому что их всегда можно видеть насквозь!

Юки расхохотался, брызгая водой в сторону Джинву. Монарх перехватил его за запястья, притягивая к себе, и его смех, низкий и вибрирующий, смешался с весельем юноши.

– Твой отец явно переборщил с чувством юмора, когда создавал твой код ДНК, – Джинву прижал его к краю купели, и его взгляд снова стал тяжелым и серьезным.

– Тебе ведь нравится, – Юки обхватил его шею, слизывая каплю воды с губ Джинву. – Это разбавляет твою вечную серьезность.

– Мне нравится всё, что связано с тобой, – Джинву накрыл его губы своими в ленивом, влажном поцелуе, который на вкус был как чистая вода и сандал.

Они провели в воде еще долго, смывая не только грязь, но и усталость прожитого дня. Джинву тщательно вымыл каждую складку на теле Юки, словно тот был самым хрупким и ценным артефактом в его коллекции. Юки отвечал тем же, касаясь шрамов на теле отца, заживляя их своей любовью и признанием.

Когда они наконец вышли из воды, Джинву окутал Юки огромным пушистым полотенцем, вытирая его насухо. Юноша стоял, сонный и расслабленный, позволяя отцу заботиться о себе.

– Пойдем в кровать, – Джинву накинул на плечи шелковый халат и протянул руку Юки. – Завтра нам нужно будет восстановить кухню до того, как тени решат, что это новый дизайн.

– О, я уверен, Бер уже составил план реконструкции, – Юки зевнул, прижимаясь к плечу Джинву, когда они шли в спальню. – Он так гордится своими навыками дворецкого.

Они легли в огромную кровать, простыни которой казались прохладными и невероятно мягкими после горячей ванны. Джинву притянул Юки к себе, укрывая их обоих тяжелым одеялом. Юноша мгновенно нашел удобное положение, уткнувшись носом в изгиб плеча Монарха.

– Джинву? – позвал он уже почти во сне.

– Да, Юки.

– Спасибо.

– За что?

– За то, что не побоялся стать для меня всем.

Джинву ничего не ответил, лишь крепче сжал его в объятиях. Ему не нужны были слова. Его тени, заполнившие комнату мягким защитным коконом, говорили за него. В этой тишине, нарушаемой лишь мерным дыханием Юки, Теневой Монарх наконец-то почувствовал, что его долгий путь завершен. Он нашел свою ДУШУ.

А Юки, засыпая, чувствовал, как Карма внутри него окончательно успокаивается, превращаясь в чистый свет. Он знал, что впереди их ждут великие дела и, возможно, страшные битвы. Но пока на его коже оставался аромат сандала и тепло рук Джинву, он был готов встретить любое будущее.

Где-то в глубине его подсознания промелькнул образ Санса. Скелет сидел на краю бесконечности, болтая ногами в розовых тапочках, и подмигивал ему.

– Неплохо, малый, – прозвучал далекий шепот. – Ты нашел того, кто умеет смывать не только крем, но и грехи.

Юки улыбнулся во сне и окончательно провалился в объятия Морфея, согретый тенью своего личного бога.

***

На следующее утро солнце залило кухню ярким светом, обнажая масштаб вчерашнего «кулинарного побоища». Джинву стоял в дверях, скрестив руки на груди, и наблюдал за тем, как десяток теней-солдат под предводительством Бера с невероятной скоростью оттирают кафель и полируют столешницы.

Юки, одетый в его огромную футболку, которая едва прикрывала бедра, сидел на подоконнике и грыз яблоко.

– Видишь? – он кивнул в сторону теней. – Им это даже нравится. Бер выглядит так, будто он нашел свое истинное призвание.

– Мой верховный главнокомандующий отмывает ванильный крем с плинтусов, – Джинву покачал головой, но в его глазах светилось неприкрытое удовольствие. – Если об этом узнают в Ассоциации, мой авторитет рухнет.

– Твой авторитет непоколебим, – Юки спрыгнул с подоконника и подошел к нему, обхватывая за талию. – Потому что все знают: Монарх может уничтожить мир, но только Юки может заставить его печь торты.

– И проигрывать в них, – добавил Джинву, наклоняясь для утреннего поцелуя.

– Кстати, – Юки хитро прищурился, отстраняясь. – Ты знаешь, почему тени никогда не пользуются мылом?

Джинву прикрыл глаза, готовясь к неизбежному.

– Почему, Юки?

– Потому что они и так всегда «чистые»... от природы!

Джинву рассмеялся, подхватывая его на руки. Жизнь продолжалась, полная магии, теней и самых ужасных каламбуров во вселенной. И это было именно то, ради чего стоило быть Теневым Монархом.