← Назад к обзору

Приёмный младший брат семьи Тосака

Контракт с лисицей и кровь на руинах

Янтарные глаза незнакомки сузились, скользнув по каменным сводам подвала, по остаткам тлеющего серебряного круга и, наконец, остановились на застывшем юноше.

На ее пухлых губах, тронутых нежно-розовой помадой, расцвела обворожительная, но откровенно хищная улыбка. Пушистые лисьи ушки на макушке слегка дрогнули, уловив гул затухающей праны, а длинный хвост за спиной лениво качнулся из стороны в сторону, едва не задев стоявший у стены стеллаж со старинными гримуарами.

– Ох, божечки… Какая прелестная, винтажная обстановка, – ее голос звучал подобно шелку, в котором спрятано лезвие из закаленной стали. – Позвольте представиться. Слуга класса Ассасин. Зовите меня Коянская… Коянская Светлая. Президент, генеральный директор и ваш персональный консультант по вопросам идеального устранения любых проблем.

Она сделала шаг вперед на умопомрачительно высоких шпильках, цокот которых гулко разнесся по подвалу. Поправив изящным пальчиком очки в тонкой золотой оправе, женщина наклонилась к Гарри так близко, что тот почувствовал пьянящий аромат дорогих духов — смесь дикого мускуса, корицы и едва уловимого запаха оружейной смазки.

– Итак, мой юный господин… Вы кажетесь куда интереснее, чем те замшелые старцы, которых я привыкла видеть в роли заказчиков. Вы и есть мой Мастер?

Гарри не шелохнулся. Наука Рин въелась ему в подкорку слишком глубоко: маг семьи Тосака никогда не должен демонстрировать слабость или растерянность, даже если перед ним материализовалась полубожественная сущность с повадками топ-менеджера международной корпорации и тяжелым вооружением.

Юноша медленно выпрямился, одернул темно-бордовый жилет и холодно, с идеальной светской вежливостью ответил:

– Верно. Гарри Тосака, полноправный глава младшей ветви рода и участник этого ритуала. Рассчитываю на плодотворное сотрудничество, Ассасин.

– «Гарри Тосака»? – протянула она, и в ее глазах мелькнули лукавые золотистые искры. – Какое занятное сочетание британского упрямства и восточной утонченности. И какой восхитительный запас чистейшей праны… Кажется, мы с вами сработаемся, Мастер-сан. Мои услуги стоят баснословно дорого, но для вас… для вас я сделаю скидку по высшему разряду.

– Эй! Гарри! Что у тебя там стряслось?! – раздался с лестницы яростный топот каблуков.

Спустя секунду в подвал ворвалась Рин Тосака. Ее глаза метали молнии, щеки горели от возмущения, а два хвостика комично подрагивали. Следом за ней, бесшумно ступая по ступеням, спустился высокий смуглый мужчина с короткими белыми волосами, одетый в обтягивающий черный доспех и алый плащ-пальто без рукавов.

– Мой круг едва не выгорел из-за твоего скачка энергии! – выпалила Рин, но тут же осеклась, уставившись на стоящую посреди подвала женщину. – Это… это еще кто?!

Арчер, стоявший за спиной хозяйки, мгновенно напрягся. Его серые глаза прищурились, оценивая массивный кейс у ног слуги и тяжелый калибр на ее бедре.

– Слуга? – процедил мечник с легким сарказмом. – Должен признать, в мою эпоху наемные убийцы выглядели несколько иначе. Меньше меха, больше маскировки.

– О, какой грубый и неотесанный лучник, – Коянская даже не повернула головы, лишь слегка повела плечом. – Настоящий профессионал двадцать первого века не прячется по кустам с кинжалом, дорогуша. Настоящий профессионал решает вопросы на дистанции, с комфортом и максимальным финансовым профитом.

– Это Коянская. Класс Ассасин, – спокойно представил ее Гарри, скрестив руки на груди точно так же, как делала его сестра. – Судя по всему, призыв прошел успешно. Хотя концепция класса явно претерпела… модернизацию.

Рин шумно выдохнула, прижав ладонь ко лбу:

– Ассасин… С ума сойти. У меня слуга, который дерзит мне с первой секунды знакомства, а у тебя — лиса-секретарь с пушками. Грааль определенно издевается над родом Тосака в этот раз!

– Не завидуй, сестренка, – тонко усмехнулся Гарри. – Твой Арчер хотя бы выглядит солидно. Если не открывает рот, разумеется.

– Я все слышу, юный маг, – невозмутимо отозвался беловолосый лучник.

– Ладно! – Рин резко хлопнула в ладоши, возвращая контроль над ситуацией. – Хватит балагана. Поднимайтесь наверх. Нам нужно обсудить стратегию до рассвета. Командные заклинания получены, слуги призваны. Война официально началась.

***

В гостиной поместья Тосака потрескивал огонь в камине. На низком стеклянном столике дымился свежезаваренный черный чай, расставленный по тончайшим фарфоровым чашкам.

Коянская сидела на диване, элегантно закинув ногу на ногу и демонстрируя безупречную линию бедра, совершенно не смущаясь оценивающего взгляда Арчера и раздраженного прищура Рин. Гарри расположился в соседнем кресле, аккуратно листая тяжелый блокнот с записями о лей-линиях Фуюки.

– Итак, диспозиция, – начал юноша, сделав глоток. – Семь слуг. Трое рыцарских классов — Сэйбер, Лансер, Арчер. Четыре кавалерийских — Райдер, Кастер, Берсеркер и Ассасин. Поскольку Арчер и Ассасин находятся под контролем нашего альянса, у нас есть серьезное тактическое преимущество на дистанции.

– На бумаге — да, – отозвалась Рин, постукивая ногтем по чашке. – Но мы ничего не знаем об остальных. Мой информатор в Ассоциации утверждал, что Айнцберны отправили на войну гомункула с Берсеркером. Учитывая их ресурсы, это будет чудовище. Про Мато я вообще молчу… Синдзи ведет себя как обычно, но от их особняка несет гнилью сильнее, чем когда-либо.

– Мато Сакура… – тихо произнес Гарри, и его изумрудные глаза опасно потемнели.

Рин вздрогнула и отвела взгляд. Судьба младшей сестры была для них обоих кровоточащей раной. Гарри, сам переживший адские годы в чужой семье, ненавидел старика Дзокена Мато всеми фибрами души.

– Мы вытащим ее, Гарри, – твердо сказала Рин. – Грааль или нет, но этот червивый склеп мы сожжем дотла.

– Полностью поддерживаю, – промурлыкала Коянская, отпивая чай с видом истинной леди. – Разрушение конкурирующих предприятий и спасение заложников — одна из моих любимых статей расходов. Кстати, о других участниках… Мой сенсорный аппарат уже зафиксировал странную активность на окраине района Синто.

Гарри мгновенно подобрался:

– Подробнее.

– Западный жилой сектор, заброшенный традиционный особняк в европейском стиле, – Коянская достала из кармана пиджака тонкий серебристый смартфон неизвестной модели и легким движением пальца спроецировала в воздух голографическую карту. – Около двух часов назад там был активирован сильный барьер рунической магии. Кельтский след. Очень чистый, очень древний. Но буквально двадцать минут назад структура барьера начала коллапсировать. Там пахнет кровью, предательством и… чем-то отвратительно церковным.

Гарри и Рин переглянулись.

– Руны? – нахмурилась девушка. – Ассоциация прислала сильного Инфорсера?

– Базетт Фрага МакРемитц, – произнес Гарри, вспоминая отчеты, которые получал из Часовой Башни.

Несколько месяцев назад, во время краткой поездки в Лондон по делам семьи Тосака, он имел удовольствие познакомиться с юной представительницей кафедры астромантии — Ольгой Марией Анимусфир. Гордая, вспыльчивая и отчаянно пытающаяся заслужить признание отца девушка почему-то прониклась симпатией к столь же колючему и безупречно манерному Гарри. Именно Ольга Мария в одном из своих раздраженных писем жаловалась, что верхушка Ассоциации отправила в Японию боевого пса из рода МакРемитц, нацеленного на призыв Лансера.

– Если там Базетт, – Гарри резко поднялся на ноги, – то почему рушится ее барьер? Война только началась, полномасштабные стычки бессмысленны.

– «Церковный запах», говоришь? – Рин помрачнела, и в ее глазах отразилось искреннее подозрение. – Неужели Кирей?..

– Твой святой отец никогда не играл по правилам, сестренка, – отрезал Гарри, проверяя зачарованные магазины к парным автоматическим пистолетам, скрытым под полами длинного черного пальто. – Ты верила ему, потому что он был учеником нашего отца. Я не верил ему ни единой секунды. Если Котомине решил устранить Мастера Ассоциации до начала основной фазы, чтобы прибрать ее слугу к рукам…

– Мы не можем этого допустить, – закончил за него Арчер, материализуя свои клинки Каншо и Бакую, которые тут же растворились в искрах праны. – Слуга класса Лансер в руках церковного надзирателя — это катастрофа для баланса всей войны.

– Рин, ты остаешься здесь с Арчером, – скомандовал Гарри тоном, не терпящим возражений. – Закрой поместье вторым контуром. Если церковь следит за холмом Мияма, они не должны видеть, что дом пуст. Мы с Коянской разберемся на месте.

– Эй! С каких это пор ты командуешь старшей сестрой?! – возмутилась Рин, уперев руки в бока.

– С тех самых, когда на кону стоит выживание семьи Тосака, – холодно усмехнулся Гарри, наклонился и быстро поцеловал ее в щеку, отчего девушка мгновенно вспыхнула до кончиков ушей. – Скоро буду. Не скучай.

– Идиот! Попробуй только погибнуть там! – крикнула она ему вдогонку, но в голосе звенела неподдельная тревога.

Коянская грациозно поднялась с дивана, подхватила свой массивный кейс одной рукой так легко, будто он был набит перьями, и лукаво подмигнула хозяйке дома:

– Не волнуйтесь, мисс Тосака. Ваш братишка под надежной защитой NFF Services. Мы вернемся к завтраку… возможно, с трофеями.

***

Район Синто, лесистый склон на окраине города.

Ночной туман стелился между соснами, заглушая звуки шагов. Европейский особняк, некогда служивший резиденцией богатых иностранцев, выглядел мертвым. Окна первого этажа зияли выбитыми стеклами, а на кованых воротах еще тлели угасающие синие искры кельтских защитных рун.

Гарри и Коянская возникли на границе поместья бесшумно, словно две тени.

– Магические цепи: активация, – едва слышно прошептал юноша.

Вдоль его позвоночника вспыхнула изумрудная сеть внутренних каналов. Сорок восемь цепей высшего качества, пробужденных кровным ритуалом Тосака и сплавленных с осколками его изначальной силы, заработали с идеальной точностью швейцарского механизма. Мир вокруг обрел предельную четкость: запах запекшейся крови, металлический привкус озона и густая, удушающая аура праны класса Лансер.

– Ну надо же, какая драма, – мурлыкнула Коянская, встав за плечом Гарри. Ее очки слабо мерцали в темноте термальным сканером. – Внутри двое живых. Один истекает кровью — давление падает, остановка сердца через четыре минуты. Второй… о, какой великолепный дикий зверь загнан в угол чужой волей.

– Входим, – коротко бросил Гарри.

Они скользнули через разбитый витраж гостиной.

Зрелище, открывшееся им, заставило бы содрогнуться любого неподготовленного человека. Роскошный деревянный паркет был буквально залит темной, еще дымящейся на холоде кровью. У подножия мраморной лестницы лежала женщина в разорванном строгом бордовом костюме. Ее короткие каштановые волосы слиплись от пота и пыли, лицо было белее мела.

Ее левая рука была грубо, хирургически точно отсечена по самое плечо.

Над ней возвышался высокий мужчина с длинными синими волосами, заплетенными в хвост, в обтягивающем лазурном доспехе с серебряными узорами. В его руке было зажато алое копье, источающее чистую жажду убийства. Глаза воина горели неукротимой первобытной яростью, а клыки были сжаты до скрежета.

– Проклятье… Шевелись, женщина! Не смей подыхать вот так! – рычал Лансер, опускаясь на одно колено и пытаясь свободной рукой зажать чудовищную рану своего Мастера. – Чертов фальшивый священник… Клянусь своими рунами, я разорву его глотку!

– Она не доживет до рассвета, Кухулин, – раздался спокойный, уверенный голос из дверного проема.

Лансер среагировал со скоростью молнии. Алое копье описало смертоносную дугу, метнувшись наконечником прямо в горло незваного гостя.

Воздух в комнате разорвало от грохота.

Коянская даже не сдвинулась с места — в ее руке словно из ниоткуда возник тяжелый крупнокалиберный револьвер, и две бронебойные пули, усиленные концептуальной праной, с ювелирной точностью ударили в древко Гэ Болга, сбив траекторию смертоносного выпада на долю дюйма. Наконечник копья с треском вонзился в дубовую панель стены рядом с ухом Гарри. Юноша даже бровью не повел.

– Остынь, Пес Куланна, – холодно произнес Гарри, глядя прямо в горящие глаза кельтского героя. – Мы пришли не добивать. Мы пришли спасать твоего Мастера.

– Ты… – Лансер окинул взглядом Гарри, задержавшись на тыльной стороне его ладони с командными заклинаниями, затем перевел взгляд на ухмыляющуюся Коянскую. – Мастер и Ассасин? Какого дьявола вам здесь надо? Церковный ублюдок прислал вас закончить работу?!

– Если бы я работал на Котомине, ты бы уже защищался от пули в затылок, пока пытался ее перевязать, – Гарри решительно шагнул вперед, отстраняя древко копья рукой, защищенной укрепляющей руной. – Отойди. У нее осталось меньше ста секунд.

Лансер на мгновение заколебался. Вековая гордость воина воевала с отчаянным желанием спасти женщину, которая призвала его в этот мир.

– Если ты тронешь ее… – глухо прорычал кельт.

– Заткнись и не мешай, – рявкнул Гарри с чисто тосаковской властностью, опустившись на колени рядом с Базетт.

Из внутреннего кармана пальто юноша извлек три крупных, безупречно ограненных рубина кроваво-красного цвета — семейный запас высшего класса.

– Преобразование материи. Структурный резонанс: кровь и плоть, – зашептал он формулу на древнегреческом, сжимая камни в ладони.

Драгоценности раскололись в пыль, превращаясь в густую, сияющую алую жидкость. Гарри с силой прижал ладонь к чудовищной ране на плече Базетт. Чистейшая прана дома Тосака хлынула в разрушенные сосуды женщины. Кровотечение остановилось мгновенно — обожженные сосуды запаялись, раздробленная кость покрылась защитной пленкой из застывшей драгоценной субстанции, а в жилы умирающей волшебницы хлынул концентрированный конструкт искусственной жизненной силы.

Базетт судорожно, со всхлипом вдохнула воздух и распахнула мутные, непонимающие глаза.

– К-котомине… – прохрипела она, пытаясь дернуться. – Моя рука… Командные…

– Лежи смирно, идиотка, – жестко оборвал ее Гарри, удерживая за здоровое плечо. – Руку тебе оторвали вместе с заклинаниями. Котомине забрал твой контракт. Но ты жива.

– Мой контракт… – Базетт с ужасом посмотрела на Лансера, чья фигура начала подергиваться рябью из-за потери связи с источником праны. – Лансер… беги…

– Никуда он не побежит, – мурлыкнула Коянская, грациозно подойдя ближе и открыв свой металлический кейс с тихим шипением пневматики.

Внутри кейса, среди рядов футуристического оружия, мерцали ампулы с густой золотистой жидкостью и сложные артефакты, напоминающие портативные магические реакторы.

– Президент NFF Services не оставляет клиентов без полного пакета обслуживания, – лисица достала массивный серебряный шприц-инъектор и легким щелчком вогнала его в шею Базетт, впрыскивая стабилизирующий концентрат чистой жизненной энергии. – Так… физическое тело стабилизировано. Теперь контракт. Мистер Тосака, вы готовы оплатить счет за перепривязку слуги?

– Спишешь с моих трофеев после победы, Коянская, – усмехнулся Гарри.

Юноша повернулся к Лансеру, чьи глаза расширились от изумления при виде того, как смертельная рана его Мастера превратилась в аккуратный, магически купированный рубец.

– Слушай меня, Кухулин, – заговорил Гарри, и в его голосе зазвучала непререкаемая сила истинного лидера. – Кирей Котомине забрал руку Базетт с ее командными заклинаниями. Сейчас он считает, что ты остался без Мастера и вынужден подчиниться ему, чтобы не исчезнуть. Но Базетт жива. Ее магические цепи целы. Моя прана удержит ее на этом свете, а технологии Ассасина создадут временный якорь. Мы не отдадим тебя этой церковной гиене.

Лансер опустил копье. На его суровом лице медленно расплылась дикая, кровожадная улыбка — улыбка хищника, которому только что вернули свободу и дали цель.

– Значит, ты предлагаешь мне послать этого ублюдочного попа к праотцам?

– Я предлагаю союз, – Гарри поднялся на ноги, отряхивая брюки с безупречным аристократическим хладнокровием. – Базетт перейдет под защиту дома Тосака. Моя семья обеспечит ее лечение и безопасность. Ты остаешься ее слугой, получая дополнительную подпитку от меня через скрытый канал. Для Котомине ты будешь делать вид, что подчинился его приказам, пока мы не найдем идеальный момент, чтобы всадить твое копье ему прямо в черное сердце.

Лансер запрокинул голову и громко, от души расхохотался. Гулкий смех кельтского героя эхом разнесся по разрушенному особняку.

– Ха-ха-ха! Черт меня дери, парень! А ты мне нравишься! Высокомерный, наглый, расчетливый, как настоящий вождь клана! – Кухулин резко крутанул Гэ Болг и с глухим стуком упер его в пол. – Я согласен. Ради спасения моего Мастера и ради того, чтобы увидеть рожу Котомине, когда я разорву его на куски… Я в деле, Гарри Тосака!

– Превосходно, – кивнул Гарри. – А теперь убираемся отсюда. Скоро рассвет, а у нас еще куча работы.

***

Поместье Тосака. Раннее утро следующего дня.

Когда Гарри и Коянская внесли бессознательную, но стабильную Базетт через черный ход, Рин едва не выронила фамильный серебряный поднос с кофейником.

– ТЫ ПРИВОЛОК СЮДА ИНФОРСЕРА АССОЦИАЦИИ БЕЗ РУКИ?! – взвизгнула Рин на ультразвуке, вцепившись себе в волосы. – Гарри! Ты спятил?! Мы должны были убивать конкурентов, а не открывать благотворительный госпиталь для покалеченных магов!

– Успокойся, Рин, ты разольешь кофе, – невозмутимо ответил Гарри, аккуратно укладывая Базетт на диван в гостевой комнате. – Во-первых, Базетт — ценнейший союзник. Ее род хранит технику Фрагараха, которая способна убить любого слугу с одного удара при правильных условиях. Во-вторых, ее слуга — Лансер. И теперь Лансер работает на нас втайне от Кирея.

Рин замерла с открытым ртом. Ее гнев мгновенно сменился яростной работой мысли.

– Кирей… Это правда был он?

– Он самый, – Гарри налил себе кофе, сделал глоток и поморщился. – Слишком много сахара, Рин. Ты опять нервничала. Да, Кирей напал на нее в спину, отрубил руку и забрал командные заклинания. Он планировал использовать Лансера как свою личную ищейку. Теперь же пес будет кусать того, кто пытается держать его на поводке.

– Невероятно… – пробормотала Рин, опускаясь в кресло. – Этот мерзавец предал Ассоциацию, нарушил правила надзора… Отец бы в гробу перевернулся.

– Наш отец был слишком наивен в отношении людей вроде Котомине, – холодно отрезал Гарри. – Мы не повторим его ошибок.

В этот момент в дверях материализовался Лансер в своей астральной форме, с интересом оглядывая традиционную гостиную:

– Эй, хозяева. Есть что выпить в этом благородном доме? После ночной пробежки у меня в горле пересохло так, будто я неделю жрал песок в пустыне.

– В подвале есть ящик виски тридцатилетней выдержки, – отозвался Гарри, даже не поворачивая головы. – Иди, угощайся. Только не трогай коллекционные вина отца, иначе Рин сотрет тебя в порошок даже без командных заклинаний.

– О, парень, ты определенно мой лучший друг в этой эпохе! – осклабился кельт и с радостным гиканьем растворился в направлении погреба.

– Он превратит мой дом в проходной двор… – простонала Рин, уронив голову на сложенные руки. – Сначала наемница с пушками, теперь кельтский алкоголик… За что мне все это?

– За то, что ты Тосака, дорогая сестренка, – Гарри с мягкой улыбкой потрепал ее по волосам, игнорируя ее слабое ворчание. – Мы победим в этой войне. Все вместе.

***

Школа Хомурахара. 2 февраля 2004 года.

Прошло несколько дней. Базетт под присмотром восстанавливающих зелий Гарри и передовых стимуляторов Коянской стремительно шла на поправку. Лансер исправно выходил на связь, докладывая о передвижениях Котомине и изображая верного цепного пса, пока по вечерам глушил ирландский эль в компании Гарри на заднем дворе поместья, обсуждая тонкости рукопашного боя и тактику работы с древковым оружием.

Для Гарри и Рин наступило время дневного патрулирования. Статус школьников служил идеальным прикрытием.

Гарри шел по коридору старшей школы, ловя на себе восхищенные и робкие взгляды девушек. Высокий, с безупречной осанкой, в идеально отглаженной форме и с легкой, снисходительной полуулыбкой на губах, он делил с сестрой статус главных недосягаемых идолов школы.

– Братец, ты опять привлекаешь слишком много внимания, – негромко шепнула Рин, идя рядом с ним с пачкой учебников в руках. – Будь скромнее. Маг должен оставаться незаметным.

– Говорит девушка, за которой половина мужской половины школы ходит с открытыми ртами, – парировал Гарри, не поворачивая головы. – Кстати, о незаметности. Посмотри направо.

В конце коридора, у расписания занятий, стоял парень с взъерошенными рыжими волосами и открытым, слегка наивным лицом. Рядом с ним суетилась миниатюрная девушка с длинными фиолетовыми волосами, робко пряча взгляд.

– Эмия Широ и… Сакура, – прошептала Рин, и ее пальцы сжались на корешках книг так, что затрещала бумага.

– Держи себя в руках, – тихо, но веско произнес Гарри, едва заметно коснувшись ее локтя. – Мы не можем подойти к ней открыто. Дзокен следит за каждым ее шагом через фамильяров. Но этот парень… Эмия.

– Что с ним? – нахмурилась Рин, беря эмоции под контроль.

– Ты разве не чувствуешь? – Гарри слегка прищурился, пропуская каплю праны через зрительные нервы. – У него внутри спят магические цепи. Кривые, неоткалиброванные, используемые совершенно варварским способом… Но их структура аномальна. Будто внутри человека закованы тысячи стальных клинков. И от него пахнет приближающейся бедой.

– Сын Кирицугу Эмии… – протянула Рин. – Наемника, который разрушил город десять лет назад. Думаешь, он тоже?..

– Грааль не выбирает случайных людей, Рин. Будь готова. Если начнется заварушка в школе, мы должны быть первыми, кто вмешается.

Их разговор прервал резкий вибросигнал в кармане пиджака Гарри. Он достал зачарованный коммуникатор, настроенный на защищенный канал связи с Лондоном. На экране высветилось лицо девушки с пепельно-белыми волосами, собранными в сложную прическу, и надменным, вечно недовольным выражением глаз.

Ольга Мария Анимусфир.

– Наконец-то ты соизволил ответить, Тосака! – раздался раздраженный, но явно облегченный голос будущей главы Халдеи. – Почему ты не выходил на связь двое суток?! Я уже думала, что тебя прикончили в этой вашей восточной глуши!

– Добрый день, Ольга, – Гарри мягко усмехнулся, отойдя к окну лестничного пролета, пока Рин с любопытством вытягивала шею, пытаясь рассмотреть собеседницу брата. – Приятно слышать, что ты так искренне переживаешь за мое здоровье.

– П-переживаю?! Много чести! – вспыхнула на экране миниатюрная аристократка, смущенно поправляя воротник своей безупречной мантии. – Просто кафедра астромантии ждет от тебя отчетов о стабильности лей-линий Дальнего Востока! И вообще… до меня дошли слухи из канцелярии лорда Эль-Меллоя Второго. В вашем захолустье зафиксированы колоссальные аномалии высшего порядка. Ты в порядке?

– Более чем, – Гарри бросил взгляд во двор школы, где под сенью деревьев материализовалась полупрозрачная фигура Коянской, пославшей ему воздушный поцелуй сквозь оптику своей снайперской винтовки. – Скажем так: проект продвигается успешно. Новые деловые партнеры оказались исключительно эффективными.

– Смотри у меня, Тосака, – сбавила тон Ольга Мария, и в ее голосе прорезалась непривычная для нее нежность. – Не смей там погибнуть. Когда ты вернешься в Часовую Башню, у нас… у нас запланирован ужин. Ты обещал показать мне нормальные рестораны Лондона, а не эти дурацкие столовые для магов.

– Я помню свои обещания, директор, – тепло ответил Гарри. – До связи.

Он отключил вызов, пряча коммуникатор в карман. Рин тут же оказалась рядом, уперев руки в бока и ехидно прищурившись:

– «Ольга», значит? Юная леди из дома Анимусфир? И когда это мой братишка успел очаровать главную недотрогу факультета астромантии?

– Деловые контакты, сестренка, исключительно деловые контакты, – с самым невинным видом отрезал Гарри.

– Ага, конечно. А глаза у нее блестели так, будто она готова телепортироваться в Фуюки прямо сейчас, – фыркнула Рин.

Внезапно воздух вокруг них загустел. Тонкий, едва уловимый звон прорезал тишину школьного коридора.

Кровавый форт Андромеды.

Барьер, медленно, незаметно оплетающий всю территорию школы Хомурахара, начал наполняться тяжелой, ядовитой праной слуги класса Райдер.

Гарри и Рин замерли одновременно. Шутки и семейные подколы испарились в ту же секунду. Лица обоих магов дома Тосака стали холодными, сосредоточенными и смертельно опасными.

– Начинается, – произнес Гарри, коснувшись рукояти скрытого пистолета.

– Да, – кивнула Рин, сжимая в кармане боевые камни. – Пора показать этому городу, почему имя Тосака заставляет других магов дрожать от страха.

В наушнике Гарри раздался мурлыкающий, предвкушающий голос Коянской:

– Цель на крыше, Мастер-сан. Прикажете открыть огонь на поражение или сначала поиграем?

Гарри Тосака усмехнулся хищной, истинно блэковской усмешкой, которую унаследовал через кровь и ритуал:

– Заряжай бронебойные, Коянская. Мы начинаем охоту.