Прозрение
Последний рубеж
Субботнее утро в Сеуле обычно приносило мне долгожданное затишье, но не в этот раз. Я сидел в гостиной своей квартиры, погруженный в тишину, которую нарушало лишь мерное тиканье настенных часов. Мои чувства, отточенные до предела Системой, были сосредоточены не на окружающем пространстве, а на тонкой, почти невидимой нити связи.
Я приставил своих теней к Юки. Игрит и пара элитных пехотинцев следовали за ним повсюду, скрываясь в его тени. Сейчас я чувствовал, что мой «дерзкий новичок» дома. Он спал. Его дыхание было ровным, а аура — спокойной и умиротворенной. После вчерашнего «наказания» в кабинете и последовавшего за ним безумного вечера, ему требовался отдых. Мысль о том, как он выглядит сейчас — растрепанный, укутанный в одеяло, с кожей, все еще хранящей следы моих прикосновений, — вызвала у меня невольную полуулыбку.
Но идиллия была разрушена резким, требовательным звонком в дверь.
Я даже не вздрогнул. Я знал, кто это, еще до того, как гостья поднялась на лифте. Запах озона и та особая, стерильно-чистая энергия охотника S-ранга. Ча Хэ Ин.
Я медленно поднялся с дивана. Внутри меня не было ни страха, ни предвкушения. Только глухое раздражение и осознание того, что этот разговор назревал слишком долго. Слова Юки о «двух роботах» и «холодной королеве» эхом отозвались в голове. Он был прав. Мы с Хэ Ин превратились в красивую витрину, за которой не было ничего, кроме взаимного уважения и общего долга.
Я подошел к двери и открыл её.
Хэ Ин стояла на пороге, как всегда безупречная. Строгий костюм, аккуратная укладка, пронзительный взгляд. Она выглядела как символ надежности и силы, но для меня она была лишь напоминанием о жизни, которую я перерос.
– Джинву-ши, – она слегка кивнула, собираясь пройти внутрь.
Я не сдвинулся с места, перегородив дверной проем своим плечом. Мой рост в сто девяносто сантиметров и тяжелая аура Монарха создали незримую преграду.
– Хэ Ин, – мой голос был ровным и холодным. – Что привело тебя в субботу утром без предупреждения?
Она замерла, удивленно приподняв бровь. Обычно я был более гостеприимен, хотя мы редко виделись вне рабочих встреч.
– Нам нужно обсудить совместный рейд в Чеджудо и... – она запнулась, внимательно вглядываясь в мое лицо. – И слухи, которые начали циркулировать в гильдии. Ты ведешь себя странно, Джинву.
– Слухи? – я усмехнулся, и в моих серых глазах промелькнула искра фиолетового пламени. – Ты имеешь в виду сплетни о моей личной жизни или о том, что мы с тобой — идеальная пара для прессы?
Хэ Ин нахмурилась, её рука непроизвольно коснулась рукояти меча, который она всегда носила с собой.
– Джинву, я не понимаю твоего тона. Мы всегда поддерживали определенный имидж. Это необходимо для стабильности Ассоциации. Ты — Теневой Монарх, я — сильнейшая женщина-охотник. Люди смотрят на нас как на опору.
– Люди смотрят на нас как на роботов, Хэ Ин, – отрезал я, делая шаг вперед, вынуждая её отступить на лестничную площадку. – И они правы. Между нами нет ничего, кроме контрактов и магических обязательств. Тебе не кажется, что эта игра затянулась?
– О чем ты говоришь? – её голос стал тише, в нем послышались стальные нотки. – Ты хочешь разрушить всё, что мы строили годами? Из-за чего? Из-за какого-то парня из отдела логистики, которого ты вчера запер в своем кабинете?
Мои тени в углах коридора угрожающе зашевелились. Значит, слухи уже дошли до неё. Юки был прав — в «Аджите» стены имели уши, даже если эти уши принадлежали охотникам высокого ранга.
– Не смей втягивать его в это, – произнес я, и температура в коридоре ощутимо упала. – То, что происходит между мной и Окумурой Юки, не касается ни гильдии, ни тебя.
Хэ Ин горько усмехнулась, качая головой.
– Значит, это правда. Великий Сон Джинву променял статус и будущее на... на это? Ты хоть понимаешь, как это выглядит со стороны? Он — никто. Новичок с пирсингом и татуировками. Он разрушит твою репутацию.
– Моя репутация — это моя сила, а не то, с кем я сплю, – я смотрел на неё сверху вниз, чувствуя, как внутри закипает истинная мощь Теневого Монарха. – Юки живой. Он настоящий. Он не боится моей тени и не смотрит на меня как на икону. А ты, Хэ Ин... ты любишь не меня, а символ, который я собой представляю.
– Это неправда! – воскликнула она, и её аура вспыхнула ярким светом, пытаясь противостоять моей тьме. – Я всегда была рядом!
– Ты была рядом на поле боя, – мягко, но беспощадно поправил я её. – Но когда мы оставались одни, в комнате было двое чужих людей. Нам не о чем было говорить, кроме рейдов. Мы никогда не были парой, Хэ Ин. Мы были бизнес-партнерами с привилегиями.
Она замолчала, её плечи слегка опустились. Я видел, что мои слова попали в цель. Она и сама это знала, просто боялась признать. Мир охотников был жесток и одинок, и мы цеплялись друг за друга, как за спасательные круги, забыв, что давно умеем плавать сами.
– И что теперь? – спросила она, глядя мне в глаза. – Ты просто бросишь всё? Объявишь, что Монарх выбрал парня?
– Я ничего не буду объявлять, – я сложил руки на груди. – Я просто буду жить так, как хочу. Если прессе нужны скандалы — пусть пишут. Если Ассоциации нужны отчеты — они их получат. Но моя личная жизнь больше не является частью сделки.
– Ты пожалеешь об этом, Джинву, – прошептала она. – Он не выдержит твоего мира. Твоя тьма поглотит его.
– Он уже в ней купается, – я вспомнил небесно-голубые глаза Юки, полные восторга, когда я открывал ему свою силу. – И, поверь, ему это нравится гораздо больше, чем твоя «световая» правильность.
Хэ Ин резко развернулась, её каблуки звонко застучали по плитке коридора. Она уходила, не оглядываясь, и я чувствовал, как с каждым её шагом рушится старая, душная стена, которая окружала меня годами.
Я закрыл дверь и прислонился к ней спиной. Тишина квартиры снова окутала меня, но теперь она была другой — легкой и чистой.
Я закрыл глаза и сосредоточился на связи с Юки.
– Игрит, – позвал я мысленно.
– Да, мой Повелитель, – отозвался верный рыцарь из тени парня.
– Он проснулся?
– Только что, господин. Он ищет свой телефон и... кажется, он ворчит на то, что у него болит спина.
Я не удержался от короткого смешка. Представил, как Юки, щурясь от солнца, пытается осознать события вчерашнего дня.
– Передай ему... нет, ничего не передавай. Просто присматривай за ним. Я скоро буду.
Я оттолкнулся от двери и направился в спальню, чтобы переодеться. Выходные только начинались, и у меня было много планов. Нужно было показать Юки, что быть «собственностью Монарха» — это не только строгие наказания в кабинете, но и нечто гораздо большее.
Я вышел из дома, чувствуя необычайную легкость. Сеул жил своей жизнью, люди спешили по делам, охотники готовились к рейдам. Но для меня мир сузился до одной маленькой квартиры в другом районе, где меня ждал парень с взъерошенными волосами и самым острым языком в мире.
Когда я подошел к его дому, я почувствовал всплеск его энергии — легкое замешательство и радость. Он почувствовал мое приближение.
Я поднялся на нужный этаж и постучал. Дверь открылась почти мгновенно. Юки стоял в одной растянутой футболке и боксерах, его волосы торчали во все стороны, а на шее красовался мой вчерашний «подарок» — яркий засос, который он даже не пытался скрыть.
– Босс? – он удивленно моргнул, протирая глаза. – Вы что тут делаете? Суббота же.
– Я пришел проверить, не забыл ли ты вчерашний урок, – я прошел внутрь, закрывая за собой дверь и притягивая его к себе за талию.
Юки охнул, упираясь ладонями в мою грудь. Его кожа была теплой, а запах — родным и успокаивающим.
– Забудешь такое, – проворчал он, хотя его пальцы уже начали блуждать по моей спине. – У меня до сих пор всё тело ноет. Вы, Сон-ним, совершенно не знаете меры.
– Для тебя у меня меры нет и не будет, – я наклонился, вдыхая запах его волос. – Кстати, Ча Хэ Ин приходила ко мне сегодня утром.
Юки замер, его тело напряглось. Он поднял на меня свои пронзительные голубые глаза, в которых читалась неприкрытая тревога.
– И? Она... она устроила скандал? Она узнала про нас?
– Она узнала, – я провел большим пальцем по его нижней губе, задевая пирсинг. – И я сказал ей, что между нами всё кончено. Теперь официально.
Юки широко открыл рот, его зрачки расширились.
– Вы... вы серьезно? Ради меня? Босс, вы хоть понимаете, что теперь начнется в гильдии? Ким Дан с ума сойдет, а уж про остальных я вообще молчу.
– Пусть сходят с ума, – я подхватил его на руки, вызывая короткий вскрик. – Мне плевать на всех, кроме тебя. И раз уж у нас выходные, я собираюсь посвятить их твоему дальнейшему обучению.
– Опять? – Юки притворно вздохнул, но его руки крепко обхватили мою шею. – Вы невыносимы, Джинву-сан.
– Я Монарх, Юки. Мне положено быть невыносимым.
Я понес его в сторону спальни, чувствуя, как его смех вибрирует у меня в груди. Тень Игрита в углу тактично исчезла, оставляя нас наедине.
В этот день я окончательно понял: сила не в том, чтобы соответствовать ожиданиям мира. Сила в том, чтобы иметь смелость выбрать то, что делает тебя живым. И мой выбор сейчас обнимал меня за шею, обещая сделать эти выходные самыми незабываемыми в моей долгой, отмеченной тенями жизни.
– Знаешь, – прошептал Юки, когда я уложил его на кровать и навис сверху, – а слухи-то придется менять. Теперь все будут знать, что наш босс — самый настоящий зверь.
– Я лично прослежу, чтобы у тебя не осталось сил об этом рассказывать, – ответил я, накрывая его губы своими.
И в этой тишине, нарушаемой лишь нашим дыханием, я наконец-то почувствовал себя дома. Больше не было Теневого Монарха и его подчиненного. Были только мы — двое людей, нашедших друг друга в хаосе магического мира. И никакая «холодная королева» или общественное мнение не могли это изменить.
Юки выгнулся под моим прикосновением, его глаза сияли ярче любого магического кристалла.
– Начинайте урок, учитель Сон, – выдохнул он, облизывая губы. – Я весь внимание.
И я начал. Снова и снова доказывая ему — и всему миру, — что пламя, рожденное в тени, греет куда сильнее, чем любой искусственный свет.