← Назад к обзору

Расхитители сосков

Пятки, пытки и проклятие кожаного дивана

– Соня, если ты еще раз скажешь «я знаю короткий путь», я запихну твой навигатор тебе туда, где даже Олеся не решится проводить тактильный осмотр! – Лера яростно отмахнулась от свисающей с потолка липкой ленты, которая больше всего напоминала использованную ловушку для мух-переростков.

Они стояли в узком коридоре, стены которого были обиты чем-то подозрительно мягким и влажным. После триумфального выхода из «Викторианской спальни» девушки не пошли домой пить вино, как планировалось. Соня, обуреваемая жаждой приключений и лишним шотом текилы, купленным в баре за углом, увидела вывеску: «Сверхсекретный уровень: только для выживших».

– Да ладно тебе, Лерчик! – Соня бодро шагала впереди, подсвечивая путь фонариком на телефоне. – Смотрите, какой антураж! Это же чистый сюрреализм. Полина, не отставай, а то тебя заберет Бабайка-фетишист.

– Я не отстаю, я... я провожу стратегическую разведку тыла! – Полина, совершая сложные маневры своей тростью с единорогом, пыталась одновременно прижиматься ко всем стенам сразу. – Девочки, у меня единорог вспотел. Это плохой знак. В книгах по эзотерике написано, что когда потеет пластмасса, где-то рядом открывается портал в ад или в налоговую инспекцию!

– О, налоговая — это по моей части, – отозвалась Лера, поправляя очки. – Но здесь пахнет скорее несвежим латексом и амбициями неудавшегося актера ТЮЗа.

Олеся, шедшая последней, внезапно остановилась и присела.

– Девочки, стойте! Гляньте, какой след на пыли. Сорок третий размер, плоскостопие второй степени и... о боже, он шел босиком!

– Олеся, умоляю, не облизывай пол, – простонала Соня.

– Я и не собиралась! Просто констатирую факт: наш преследователь — мужчина с очень интересным строением пятки. Я чувствую, что этот квест начинает оправдывать свою стоимость.

Внезапно свет в коридоре замигал и сменился на ядовито-розовый. Из скрытых динамиков раздался томный стон, плавно переходящий в звук бензопилы. Дверь позади них с грохотом захлопнулась, а пол под ногами начал медленно... вибрировать.

– О-о-о, пошла эротика с элементами землетрясения! – Соня схватилась за поручень на стене. – Полина, хватайся за Леру, только не за горло!

– А-а-а-а! Вибро-пол! Нас хотят превратить в молочный коктейль! – Полина в панике попыталась запрыгнуть на Леру, но та ловко увернулась, и Полина, описав изящную дугу, приземлилась прямо в объятия внезапно появившегося из стены существа.

Существо было одето в костюм гигантского розового зайца, но вместо мордочки у него была кожаная маска с молнией на рту. Заяц издал утробное рычание и прижал Полину к своей меховой груди.

– Мама! – пискнула Полина. – У него мех пахнет кондиционером «Альпийские луга» и грехом!

– Отпустите женщину, – Лера сделала шаг вперед, выставив перед собой блокнот как щит. – Согласно статье о незаконном удержании лиц, вы рискуете провести следующие пять лет в местах гораздо менее комфортных, чем этот плюшевый костюм.

Заяц-доминант проигнорировав угрозу, внезапно начал ритмично двигать бедрами, увлекая Полину в какой-то безумный танец.

– Смотрите, это же бачата! – Соня начала хлопать в ладоши. – Поля, не тупи, веди в танце! Используй трость как шест!

– Соня, ты чудовище! – Полина, несмотря на ужас, инстинктивно начала попадать в такт, размахивая единорогом. – Он меня трогает! Он трогает мою трость! Это домогательство к неодушевленному предмету!

Олеся тем временем зашла зайцу со спины. Ее глаза хищно сузились.

– Так, зайчик, а ну-ка посмотрим, что у нас под хвостиком...

– Олеся, нет! – хором крикнули Соня и Лера, но было поздно.

Олеся с профессиональной ловкостью каскадера нырнула рукой куда-то в складки плюшевого костюма. Раздался звук, похожий на сдувающийся шарик, и заяц внезапно замер. Его глаза-пуговицы, казалось, расширились от шока.

– Ой, – Олеся выпрямилась, держа в руке пучок розового меха. – Кажется, я нажала на секретную кнопку. Или на что-то, что актер явно не планировал использовать в этом шоу.

Заяц издал тонкий, почти ультразвуковой писк, выпустил Полину и, смешно перебирая лапами, скрылся в темноте коридора.

– Ты его сломала! – Соня согнулась пополам от смеха. – Ты сделала кусь за попу гигантскому зайцу-садо-мазохисту! Олеся, ты мой кумир!

– Я просто хотела проверить, настоящий ли это мех, – невинно заметила Олеся, вытирая руки о влажную салфетку. – Оказалось — дешевая синтетика. И, кстати, под костюмом у него были семейные трусы в горошек. Никакого стиля.

Полина сидела на полу, тяжело дыша и поправляя растрепанные волосы.

– Я... я видела бездну, – прошептала она. – И бездна была в горошек. Девочки, я хочу домой, к коту и сериалам. Там никто не пытается танцевать со мной грязные танцы в костюме лесного зверя.

– Вставай, боец, – Лера помогла подруге подняться. – Мы еще не нашли ключ от выхода. Судя по карте, которую я мельком видела у входа, нам нужно попасть в «Зал Забытых Истин».

– Это звучит как место, где нам предъявят счета за коммуналку, – проворчала Соня. – Вперед!

Они двинулись дальше и вскоре оказались в помещении, которое выглядело как кабинет гинеколога, спроектированный Сальвадором Дали. В центре стояло стоматологическое кресло, обитое мехом леопарда, а на стенах висели дипломы на имя «Доктора Шлёп-Шлёпа».

– О, а вот и тяжелая артиллерия, – Соня по-хозяйски уселась в кресло. – Ну и где этот Шлёп-Шлёп? Я готова к осмотру моей души.

Внезапно из-под потолка спустилась клетка, в которой сидел человек в маске сварщика и балетной пачке. В руках он держал огромный венчик для взбивания яиц.

– Приветствую вас, смертные! – пробасил он. – Чтобы выйти отсюда, вы должны пройти испытание «Сладкий Грех». Одна из вас должна лечь на алтарь, а остальные — накормить ее взбитыми сливками... используя только ноги!

Наступила тишина. Лера медленно сняла очки, протерла их и надела обратно.

– Простите, я правильно расслышала? Использование нижних конечностей для манипуляции пищевыми продуктами в условиях повышенной влажности?

– Именно! – Сварщик-балерина эффектно щелкнул венчиком.

– О-О-О-О! – Глаза Олеси загорелись ярче, чем прожекторы на стадионе. – Это мой выход! Соня, ложись на алтарь!

– Почему я?! – возмутилась Соня. – Я лидер, я должна руководить процессом! Пусть ложится Полина, она уже в полуобморочном состоянии, ей все равно.

– Нет! – Полина прижала трость к груди. – Мои ноги не предназначены для сливок! У меня плоскостопие и трепетная душа!

– Поля, это вопрос выживания! – Лера решительно подтолкнула подругу к леопардовому креслу. – К тому же, это отличный способ проработать мелкую моторику пальцев ног. Подумай об этом как о бесплатном курсе йоги.

Через две минуты Полина, привязанная к креслу шелковыми лентами, выглядела как жертва очень странного культа. Олеся, скинув туфли, с азартом профессионального футболиста начала открывать баллончик со сливками пальцами левой ноги.

– Господи, – простонала Лера, отворачиваясь. – Если это попадет в соцсети, моя карьера юриста закончена. Я буду работать только в цирке.

– Смотри, смотри! – Соня азартно комментировала процесс. – Олеся, левее! Поля, открывай рот шире, ты сейчас похожа на рыбку, которая увидела червяка, но сомневается в его свежести!

Олеся, демонстрируя невероятную гибкость, умудрилась не только нажать на клапан баллончика, но и художественно распределить сливки по лицу Полины, нарисовав на ее лбу что-то среднее между смайликом и пентаграммой.

– А теперь — десерт! – Сварщик в клетке начал раскачиваться. – Кто из вас готов облизать...

– Так, стоп! – Лера подняла руку. – Это уже нарушение всех возможных этических норм. К тому же, у Полины аллергия на лактозу, если вы не заметили, она уже начинает покрываться пятнами негодования.

– Это не аллергия, это ярость! – Полина внезапно дернулась, и ленты, завязанные на бантик (видимо, актер был эстетом), развязались. – Вы! Вы, извращенцы в пачках! Вы испортили мою любимую блузку!

Она вскочила, схватила трость и начала размахивать ею, как пропеллером.

– Поля, тише! Ты его сейчас собьешь! – закричала Соня.

Но Полина была в трансе. Ее трость-единорог врезалась в прутья клетки, та качнулась, и «Доктор Шлёп-Шлёп» с криком «Я просто на полставки здесь!» вывалился на мягкий мат.

– Ключ! Где ключ?! – Полина нависла над несчастным актером, тыча рогом единорога ему в маску сварщика.

– В... в сейфе... за картиной с голым Наполеоном! – пролепетал тот, пытаясь прикрыться балетной пачкой.

– Отлично, – Лера подошла к картине, которая действительно изображала Бонапарта в весьма фривольной позе. – Код, я полагаю, дата Бородинской битвы?

– Нет... – актер всхлипнул. – 0000. Нам лень запоминать цифры.

– Абсурд, – констатировала Лера, открывая сейф. – Даже в этом подвале деградация достигла своего пика.

Они схватили ключ и бросились к массивной двери в конце зала. Соня на бегу прихватила баллончик со сливками.

– Пригодится для афтерпати! – подмигнула она.

Последняя комната оказалась... совершенно пустой. Белые стены, яркий свет и одна маленькая кнопка с надписью «Выход».

– И всё? – Олеся выглядела разочарованной. – А как же финальный босс? Я так и не посмотрела на пятки Сварщика!

– Слава богу, всё, – Полина привалилась к стене, пытаясь вытереть сливки с лица. – Я больше никогда, слышите, никогда не пойду на квесты, где в описании есть слова «тактильный» и «нестандартный».

– Да ладно тебе, Поля! – Соня нажала на кнопку. – Было же весело. Особенно когда ты танцевала с зайцем. У тебя открылся талант к стрип-пластике.

– Соня, замолчи, – Лера поправила очки, выходя в темный переулок. – Нам нужно срочно найти место, где подают очень крепкий алкоголь и где нет ни одного человека в маске.

Они вышли на улицу. Холодный ночной воздух мгновенно привел их в чувство. Полина, все еще немного хромая, опиралась на трость, которая теперь была липкой от сливок.

– Девочки, – Олеся вдруг остановилась и посмотрела на свои руки. – А вы заметили, что у того Сварщика на пачке был ценник?

– И что? – не поняла Лера.

– Там было написано «Детский мир, отдел распродаж». Это же... это же настоящий черный юмор жизни. Он пугал нас в одежде для утренника.

Все четверо замерли на секунду, а потом переулок взорвался хохотом. Они смеялись так долго, что проходящий мимо патрульный подозрительно покосился на них, но, увидев Полину с единорогом и лицом в сливках, предпочел ускорить шаг.

– Ну что, – Соня вытерла слезы. – В следующую субботу идем на «Побег из дурдома»?

– Только если там будут кормить нормальной едой, а не нутеллой с горчицей, – Лера улыбнулась.

– А я... я возьму с собой вторую трость, – решительно заявила Полина. – Для ближнего боя. И надену комбинезон, который невозможно снять без болгарки.

– Вот это настрой! – Соня обняла подруг. – Пошли, банда. Нас ждет вино и обсуждение того, почему у зайца в горошек были такие грустные глаза.

Они уходили вдаль по пустой улице, четыре абсолютно разные, но неразлучные подруги, для которых даже самый безумный хоррор был лишь поводом лишний раз убедиться: вместе им не страшен ни один маньяк, особенно если у него проблемы с педикюром.