← Назад к обзору

разбитое сердце и новая жизинь

Шепот прилива и отблеск заката

Месяцы ожидания в Республиканском городе тянулись, словно густая смола. Катара, верная своему обещанию, стала частым гостем в покоях Юми. Она приносила целебные отвары, следила за состоянием будущей матери и, к собственному удивлению, обнаружила, что общество жены Аватара больше не причиняет ей невыносимой боли. Юми была тихой гаванью, в которой даже бушующие чувства Катары находили успокоение.

Но день родов настал внезапно, в час, когда луна только начала свой подъем над заливом Юи.

Весь дом стоял на ушах. Аанг, обычно спокойный и собранный, метался по коридору, едва не сбивая с ног слуг. Сокка пытался отвлечь его рассказами о тактике охоты, но сам постоянно ронял бумеранг. И только Катара оставалась скалой. Она вошла в комнату Юми, засучив рукава, и её магия воды светилась мягким, уверенным светом.

Прошло много часов, прежде чем из-за дверей донесся первый крик — пронзительный и требовательный. Аанг замер, его глаза расширились. Но не успел он сделать и шага, как раздался второй голос — чуть тише, но не менее настойчивый.

Дверь медленно отворилась. Катара вышла к ним, выглядя изможденной, но на её губах играла слабая улыбка. Она вытирала руки полотенцем.

– Аанг, – позвала она тихим, дрожащим от волнения голосом. – Заходи. Тебя ждут двое.

– Двое? – переспросил Сокка, выронив недоеденный персик. – Ты хочешь сказать... двойня?

Аватар влетел в комнату. На широкой кровати, бледная, но сияющая, лежала Юми. В её руках, завернутые в мягкие шелка, копошились два крошечных свертка.

– Посмотри на них, Аанг, – прошептала Юми.

Мальчик, которого назвали Року в честь предыдущего воплощения Аватара из Народа Огня, имел темные пушки волос и уже сейчас проявлял недюжинный темперамент. Девочка, Кайя, названная в честь матери Катары и Сокки, была спокойной, с тонкими чертами лица и крошечными пальчиками, которые сразу же ухватились за палец отца.

– У них твои глаза, – выдохнул Аанг, опускаясь на колени перед кроватью. – И твоя сила.

Катара смотрела на эту сцену из дверного проема. В груди всё еще щемило, но это была уже не та острая боль, что раньше. Это была светлая грусть по жизни, которая не случилась, смешанная с радостью за друга.

– Пойдем, Катара, – раздался рядом низкий голос.

Она вздрогнула и обернулась. Зуко стоял в тени коридора, скрестив руки на груди. Его золотистые глаза внимательно следили за ней. Он прибыл в город неделю назад, официально — для дел совета, неофициально — чтобы поддержать друзей в этот важный момент.

– Им нужно время, – тихо добавил Хозяин Огня. – А тебе нужен воздух.

Они вышли на террасу, выходящую на море. Ночной воздух был прохладным, принося запах соли и жасмина из сада. Катара оперлась о перила, чувствуя, как дрожат колени от перенапряжения.

– Двое детей, – произнесла она, глядя на лунную дорожку. – Аанг всегда мечтал о большой семье. Чтобы восстановить свой народ.

– Он восстановит его, – кивнул Зуко, подходя ближе. – Но по-новому. Эти дети — плод союза двух стихий. Они — будущее, которое мы строим.

Катара повернула голову и посмотрела на него. В свете луны шрам на лице Зуко казался менее резким, а его черты — более благородными. За эти два года он тоже изменился. Исчезла та вечная настороженность, сменившись мудростью правителя, который познал цену мира.

– А что насчет нашего будущего, Зуко? – вдруг спросила она, сама удивляясь своей смелости. – Мы все так долго жили ради других. Аанг нашел свое счастье. Сокка вечно в делах и шутках. А мы?

Зуко промолчал, глядя на горизонт. Он долго подбирал слова.

– Я долго думал, что мой долг — это и есть мое счастье, – наконец произнес он. – Искупление грехов моего отца, восстановление чести Народа Огня. Но глядя на Аанга и Юми... я понял, что в пустом дворце даже самая великая честь кажется холодной.

Он сделал шаг к ней. Теперь между ними было всего несколько дюймов. Катара чувствовала тепло, исходящее от него — ровное, уверенное пламя, которое больше не обжигало, а согревало.

– Катара, – он произнес её имя так, словно это было самое хрупкое сокровище в мире. – Ты провела эти годы, заботясь о городе, о детях, об Аанге. Ты была целителем для всех, кроме самой себя.

– Я привыкла к этому, – она горько усмехнулась, чувствуя, как к глазам подступают слезы. – Быть сильной. Быть той, на кого все опираются.

– Тебе больше не нужно быть сильной в одиночку, – Зуко накрыл её руку своей.

Его ладонь была большой и горячей. Катара не отстранилась. Напротив, она перевернула руку, переплетая свои пальцы с его. Это было странное чувство — вода и огонь, которые когда-то были врагами, теперь искали друг в друге утешение.

– Когда ты отказалась лететь с Аангом, – тихо продолжил Зуко, – я сначала не понял тебя. Но потом... я увидел, как ты здесь работаешь. С какой страстью ты защищаешь этот город. И я понял, что мы с тобой сделаны из одного теста. Мы не можем просто бросить свой долг. Но мы можем разделить его тяжесть.

Катара подняла глаза на него. В его взгляде не было жалости, только глубокое, искреннее восхищение и нечто большее, что она боялась признать.

– Ты предлагаешь мне разделить твой трон, Хозяин Огня? – в её голосе промелькнула слабая искорка прежнего задора.

– Я предлагаю тебе разделить мою жизнь, – ответил он серьезно, не отводя глаз. – В стране Огня сейчас много работы. Мы строим школы, больницы. Мне нужен кто-то, кто знает цену человеческой жизни лучше, чем кто-либо другой. Мне нужна ты. Не как советник. Как... Катара.

Она почувствовала, как ледяная стена, которую она выстраивала вокруг своего сердца последние два года, окончательно рухнула. Аанг нашел свой путь, и этот путь привел его к Юми. А её путь, полный борьбы и самопожертвования, всё это время шел параллельно с путем Зуко.

– Это будет непросто, – прошептала она, делая шаг еще ближе. – Народ Огня может не принять мага воды в качестве...

– Пусть только попробуют, – в голосе Зуко прорезалась сталь, но он тут же смягчился. – Я больше не тот мальчишка, который искал одобрения. Я сам решаю, кто достоин стоять рядом со мной. И для меня нет никого достойнее тебя.

Катара прислонилась лбом к его плечу. От него пахло костром и старыми свитками — запахом, который стал ей удивительно родным за последние месяцы его визитов.

– Дай мне немного времени, Зуко. Дети Аанга... я обещала помочь.

– Столько, сколько тебе нужно, – он нежно коснулся её волос. – Я ждал годы, чтобы просто поговорить с тобой так. Я подожду еще немного.

В этот момент из комнаты послышался смех Сокки и радостный возглас Аанга. Жизнь продолжалась. В соседней комнате спали двое младенцев, которым предстояло изменить мир. А здесь, на террасе под лунным светом, два разбитых сердца начинали срастаться в одно целое.

– Знаешь, – тихо сказала Катара, отстраняясь и глядя ему в глаза. – Юми как-то сказала мне, что огонь — это не только разрушение, но и тепло. Я тогда не до конца ей поверила.

Зуко улыбнулся — редкой, по-настоящему счастливой улыбкой.

– Может быть, пришло время убедиться в этом на собственном опыте?

Они стояли вместе, глядя на море. Где-то там, за горизонтом, лежал Народ Огня, ждала работа и новые вызовы. Но сейчас, в этой тишине, Катара впервые за долгое время чувствовала, что она не просто «опора» или «мастер». Она была женщиной, которую любят. И это было самое великое исцеление, которое она когда-либо знала.

Прошло несколько дней. Республиканский город праздновал рождение детей Аватара. Улицы были украшены синими и красными фонариками — в честь союза Аанга и Юми.

Катара стояла в саду, наблюдая, как Аанг неумело пытается укачать Року, в то время как Юми кормила Кайю. Сокка рядом увлеченно чертил на песке план «идеальной колыбели с автоматическим обмахиванием веером».

Зуко подошел к ней и незаметно взял за руку.

– Ты готова? – спросил он шепотом.

– Почти, – ответила она, улыбаясь. – Мне нужно только попрощаться.

Она подошла к Аангу. Тот поднял на неё глаза, полные безграничного счастья и легкой усталости.

– Катара, посмотри, он схватил меня за нос! У него хватка как у мага земли!

– Он будет великим воином, Аанг, – Катара положила руку на голову младенца. – И великим человеком.

Она перевела взгляд на Аватара.

– Аанг, я уезжаю с Зуко. В Страну Огня.

Аанг замер. На мгновение в его глазах отразилось удивление, а затем — глубокое, чистое понимание. Он посмотрел на Зуко, который стоял чуть поодаль, и тот ответил ему коротким, твердым кивком.

– Я рад за вас, – искренне сказал Аанг. – Правда. Ты заслуживаешь этого счастья больше, чем кто-либо другой. Ты всегда была сердцем нашей команды, Катара. Теперь пришло время тебе найти свой собственный дом.

Юми тоже подняла взгляд и тепло улыбнулась Катарe.

– Огонь и Вода, – тихо произнесла она. – Я же говорила, что когда они находят ритм, рождается жизнь. Береги его, Катара. А он будет беречь тебя.

Прощание было долгим, полным объятий и обещаний писать каждую неделю. Сокка даже пустил слезу, хотя тут же заявил, что это просто «аллергия на избыток чувств в воздухе».

Когда корабль Хозяина Огня начал медленно отчаливать от пристани, Катара стояла на палубе рядом с Зуко. Она смотрела на удаляющийся берег Республиканского города, на белое пятно Аппы, кружащего над резиденцией, и на фигуру Аанга, машущего ей рукой.

Два года назад она стояла на этой же пристани и смотрела, как Аанг улетает. Тогда её сердце было полно сомнений и долга. Сейчас оно было полно надежды.

Зуко обнял её за талию, притягивая к себе.

– Холодно? – спросил он.

– Нет, – ответила Катара, прижимаясь к нему. – Теперь мне никогда не будет холодно.

Корабль резал волны, направляясь к горизонту, где вставало яркое, жаркое солнце. Старая глава была окончательно закрыта. Начиналась новая история, написанная пламенем и омытая чистой водой. История о том, что даже после самого болезненного расставания можно найти путь к свету, если не бояться открыть свое сердце новой стихии.