ребенок
Эхо грядущего шторма
Тишина в комнате Юми больше не была давящей. Она стала живой, наполненной едва уловимым гулом энергии, который всегда сопровождал присутствие Аватара. Аанг сидел рядом, и его тепло — физическое и духовное — окутывало её, словно плотный кокон. Но несмотря на облегчение, которое принесло его признание, в глубине души Юми всё ещё копошились сомнения. Она была магом огня, дочерью двух народов, женщиной, привыкшей полагаться только на свои силы и остроту своего клинка. Идея стать матерью ребёнка Аватара казалась ей чем-то за гранью реальности.
– Ты так спокоен, – нарушила она молчание, отстраняясь лишь на дюйм, чтобы заглянуть ему в лицо. – Как ты можешь быть таким спокойным? Это же не просто ребёнок, Аанг. Это... это продолжение твоей линии. А если он не будет магом воздуха? Если он будет магом огня, как я? Или вообще не будет владеть магией?
Аанг мягко улыбнулся, и в уголках его глаз собрались лучики морщинок. За последние годы он научился смотреть на мир с мудростью, которая порой пугала.
– Юми, я люблю тебя не за твою магию. И нашего ребёнка я буду любить не за то, какую стихию он сможет покорить. Воздух, огонь или просто чистая душа — это не имеет значения. Мир изменился. Мы больше не живем в страхе перед тем, кто «не такой».
– Мир, может, и изменился, – она горько усмехнулась, вставая с дивана и подходя к окну. – Но люди — нет. Старейшины Народа Огня всё ещё грезят о чистоте крови. А твои сторонники из числа Служителей Воздуха... они ждут от тебя возрождения целой нации. Ты представляешь, какое давление ляжет на этого малыша?
Аанг поднялся следом. Он подошёл к ней со спины и осторожно положил руки ей на плечи. Его прикосновение было невесомым, но Юми почувствовала, как её внутренняя дрожь утихает.
– Я — Аватар, – тихо, но властно произнёс он. – Моя работа — защищать этот мир. И я обещаю тебе, Юми, что моей первой и самой важной миссией с этого момента будет защита нашей семьи. Никакие старейшины, никакие политики не будут диктовать нам, как жить.
Юми прислонилась затылком к его плечу, глядя на огни города вдали.
– Нам нужно будет сказать остальным, – прошептала она. – Сокка упадет в обморок. Или начнет планировать свадьбу государственного масштаба с графиком дежурств у колыбели.
Аанг негромко рассмеялся, и этот звук завибрировал в его груди, передаваясь Юми.
– Скорее всего, и то, и другое одновременно. А Катара... она уже давно что-то подозревала. Ты же знаешь её интуицию. Она смотрела на нас обоих последние недели так, будто мы — неразгаданная загадка, которую она уже почти решила.
– Мне страшно, Аанг, – призналась Юми, закрывая глаза. – Я привыкла сражаться с врагами, которых вижу. А здесь... я не знаю, как быть матерью. Моя собственная мать ушла слишком рано, а отец... ты сам знаешь, каково это — расти в тени Народа Огня, будучи наполовину чужой.
– Ты не одна, – он развернул её к себе, заставляя посмотреть в глаза. – Мы пройдем через это вместе. Каждый шаг. Каждую бессонную ночь. Каждую схватку с общественным мнением.
В этот момент дверь внизу хлопнула. Юми вздрогнула и инстинктивно призвала искру огня в ладонь, но тут же погасила её, узнав характерный топот и громкий голос, который невозможно было спутать ни с чьим другим.
– Эй! Есть тут кто? Юми! Аанг! Я притащил те самые лепешки из Ба Синг Се, которые ты любишь, и, клянусь духами, если вы сейчас спите, я съем их все сам!
Юми и Аанг переглянулись.
– Сокка, – одновременно выдохнули они.
– Похоже, момент истины наступил раньше, чем мы планировали, – Аанг взял её за руку, переплетая свои пальцы с её. – Ты готова?
Юми глубоко вздохнула, расправляя плечи. Её фарфоровая кожа казалась почти светящейся в лунном свете, а в голубых глазах зажглось упрямое пламя.
– Нет. Но когда это нас останавливало?
Они вышли из комнаты и спустились по лестнице. В гостиной Сокка уже вовсю хозяйничал: он разложил на столе свертки с едой и пытался зажечь лампу, ворча что-то о «неудобных огнивах магов огня». Рядом с ним стояла Катара, которая выглядела куда более собранной, но в её взгляде, устремленном на лестницу, читалось ожидание.
– О, вот и вы! – воскликнул Сокка, размахивая лепешкой. – Аанг, дружище, ты выглядишь так, будто только что победил Хозяина Огня... снова. А ты, Юми, почему такая бледная? Тебе нужно больше есть. Вот, возьми с мясом коало-кабана.
Катара подошла ближе, игнорируя болтовню брата. Она перевела взгляд с Аанга на Юми, а затем на их переплетенные руки. Её лицо смягчилось, а в глазах блеснуло понимание.
– Аанг? – тихо спросила она. – Всё в порядке?
Аватар посмотрел на Юми, словно спрашивая разрешения. Она едва заметно кивнула.
– Катара, Сокка... нам нужно вам кое-что сказать, – начал Аанг, и его голос был торжественным.
Сокка замер с набитым ртом, медленно прожевал и подозрительно прищурился.
– Так, если это насчет того, что вы случайно сломали мою новую модель планера, то я не хочу этого слышать до завтрашнего утра.
– Сокка, замолчи, – оборвала его Катара, не сводя глаз с друзей.
Аанг сделал глубокий вдох.
– Мы с Юми... мы будем родителями. У нас будет ребёнок.
В комнате повисла такая тишина, что было слышно, как за окном стрекочут ночные насекомые. Сокка выронил лепешку. Она с мягким шлепком упала на ковер, но он даже не заметил. Его глаза округлились, а челюсть медленно поползла вниз.
– Ребёнок? – переспросил он шепотом. – Маленький Аватарчик? Или маленькая огненная Юми? Погодите... это значит... вы...
– Сокка! – Катара всплеснула руками, но на её лице уже сияла широкая улыбка. Она в два шага преодолела расстояние до Юми и крепко обняла её. – Юми, это чудесно! Я так и знала! Ну, то есть, я надеялась.
Юми почувствовала, как напряжение в её плечах окончательно исчезает. Объятия Катары были теплыми и искренними, в них не было ни капли ревности или обиды, которых она так боялась.
– Ты не злишься? – тихо спросила Юми ей в плечо.
– Злиться? – Катара отстранилась, её глаза светились радостью. – Юми, я мечтала, чтобы Аанг нашел того, кто сделает его таким счастливым. И я вижу, как он смотрит на тебя. А этот малыш... он будет самым любимым ребёнком в четырех народах.
– ТАК! – Сокка, наконец, пришел в себя. Он вскочил на ноги и начал мерить комнату шагами. – Значит, так. План действий. Во-первых, нам нужна лучшая колыбель из древесины северного кедра. Во-вторых, я должен начать писать руководство «Как быть крутым дядей и не взорвать ничего магией». В-третьих... Аанг! Ты понимаешь, что теперь ты не можешь просто так летать на Аппе по всему миру? Тебе нужно гнездо! Безопасное место!
– Сокка, успокойся, – Аанг рассмеялся, обнимая Юми за талию. – У нас есть время. Целых семь месяцев.
– Семь месяцев — это ничто! – Сокка схватил свиток и уголь, который всегда носил с собой. – Нужно составить список имен. Если это мальчик, я предлагаю «Сокка-младший». Или «Буми-два». Если девочка...
– Сокка, никто не будет называть ребёнка Буми-два, – покачала голвой Катара, но её смех выдавал её хорошее настроение.
Юми наблюдала за этой сценой, и странное чувство полноты жизни затопило её. Еще час назад она чувствовала себя одинокой и напуганной, а теперь сидела в кругу людей, которые стали ей ближе родных. Она посмотрела на Аанга — он светился изнутри, и этот свет был ярче любого солнца.
– Знаешь, – прошептала она ему, когда Сокка начал спорить с Катарой о том, стоит ли учить младенца метанию бумеранга с пеленок. – Кажется, я начинаю понимать, почему ты так верил в этот мир.
– Потому что в этом мире есть ты, – ответил Аанг, целуя её в висок.
Позже, когда возбуждение немного улеглось и Сокка всё-таки уговорил всех съесть остывшие лепешки, они сидели на веранде, глядя на звезды. Ночной воздух был свежим, принося запахи моря и цветущих садов острова.
– Юми, – Катара подсела к ней, когда мужчины ушли на кухню за чаем. – Я знаю, о чем ты думаешь. О смешанной крови, о магии, о долге. Не позволяй этим мыслям украсть твою радость. Ты — сильная женщина. Ты прошла через войну. Ты научилась контролировать пламя, которое многие считали проклятием. Ты справишься и с этим.
– Я просто боюсь, что не смогу дать ему того, что дал Аангу его народ, – призналась Юми. – У него нет корней, Катара. Моя семья разбросана, его народа больше нет.
– Корни — это не только прошлое, – Катара взяла её за руку. – Корни — это то, что мы сажаем сейчас. Мы и есть его народ. Мы — Вода, Земля, Огонь и Воздух. Мы создадим для него новый мир, где не важно, откуда ты пришел. Важно только то, кто ты есть.
Юми кивнула, чувствуя, как внутри неё что-то окончательно встает на свои места. Она была магом огня, рожденным в тени конфликта, но её ребёнок родится в лучах мира.
В дверях появились Аанг и Сокка. Аанг нес поднос с чаем, а Сокка продолжал что-то эмоционально доказывать, активно жестикулируя.
– ...и я говорю тебе, Аанг, если он будет магом воздуха, мы должны привязать к нему колокольчик! Они же бесшумные! Ты в детстве наверняка изводил своих монахов, появляясь из ниоткуда!
– Я уверен, что справлюсь с этим без колокольчиков, Сокка, – улыбнулся Аанг, ставя чай на стол.
Он подошел к Юми и протянул ей чашку. Их пальцы соприкоснулись, и по телу Юми пробежала волна спокойной уверенности. Она больше не была той испуганной девушкой, которая сбежала из его постели на рассвете. Она была женщиной, которая приняла свою судьбу.
Этой ночью, засыпая в объятиях Аватара, Юми впервые за долгое время не видела во сне пожаров или битв. Ей снился бескрайний океан, над которым кружил легкий теплый ветер, а в глубине вод танцевали искры золотого пламени. Это был сон о будущем, которое они создадут вместе. И в этом будущем больше не было места страху. Только любовь, такая же вечная, как цикл Аватара, и такая же живая, как первый вздох младенца.