← Назад к обзору

Решения

Татуировка на фарфоре

Прошел ровно месяц с того дня, как моя жизнь раскололась на «до» и «после» в той галерее. Месяц, в течение которого Теневой Монарх, перед которым трепещут правители и монстры, превратился в обычного влюбленного мужчину, настойчиво и порой почти отчаянно пытающегося завоевать сердце одного строптивого пекаря.

Юки был крепостью. Не той, что строится из камня и магии, а той, что соткана из мягкого упрямства и ироничных улыбок. Он принимал мои цветы, но всегда ворчал, что они занимают слишком много места на его крошечной кухне. Он соглашался на ужины, но неизменно выбирал самые простые места, где на меня не смотрели как на бога. Он сопротивлялся моему напору, но я видел, как в его небесно-голубых глазах с каждым днем разгорается ответное пламя.

В то же время мир охотников не желал оставлять меня в покое. Ча Хэ Ин… она была настойчива. Ее визиты в офис Ассоциации, ее «случайные» встречи со мной на тренировочных полигонах — всё это начинало утомлять. Она была идеальным охотником, но в ее глазах я видел лишь отражение собственного статуса, а не меня самого.

Последняя наша встреча закончилась быстро. Она подошла ко мне после брифинга, ее лицо было застывшей маской спокойствия.

– Джинву, мы могли бы пообедать сегодня. Нам нужно обсудить координацию рейдов S-ранга. И… имидж семьи Сон требует нашего присутствия на благотворительном вечере.

Я посмотрел на нее холодным, пронизывающим взглядом, от которого тени в зале заволновались.

– Хэ Ин, – мой голос звучал как хруст льда. – Рейды мы обсудим в кабинете председателя. Что касается «имиджа семьи Сон» — забудь об этом. У этой семьи уже есть тот, кто будет ее сердцем. И это не ты. Пожалуйста, прекрати эти попытки. Это выглядит жалко.

Она побледнела, ее губы дрогнули, но я просто развернулся и ушел. У меня не было времени на вежливость, когда дома — или в том месте, которое я уже считал домом — меня ждал холодный прием от Юки.

А сегодня он превзошел сам себя. Юки не отвечал на мои звонки весь день. Сообщения в мессенджере оставались непрочитанными, хотя я знал, что его пекарня закрылась три часа назад. Мое терпение, и без того не самое крепкое, когда дело касалось моей родственной души, лопнуло.

– Игрис, – позвал я в пустоту. – Оставайся в тени. Я разберусь сам.

Один шаг через теневой переход — и я оказался в его спальне. Воздух здесь был пропитан ароматом ванили и свежего постельного белья. Было тихо, лишь из-за приоткрытой двери ванной доносился шум льющейся воды.

Я бросил взгляд на тумбочку. Смартфон Юки лежал там, мигая синим огоньком пропущенных уведомлений. Десять моих звонков. Пятнадцать сообщений. И полное игнорирование.

– Маленький бунтарь, – прошептал я с невольной усмешкой.

Внутри меня вскипала смесь раздражения и острого, почти болезненного желания. Я не привык ждать. Я Монарх, я беру то, что принадлежит мне по праву судьбы.

Я начал медленно расстегивать пуговицы рубашки, не сводя глаз с матового стекла двери ванной, за которым угадывался стройный силуэт. Пиджак полетел на кресло, следом за ним отправилась рубашка. Я чувствовал, как моя мана вибрирует под кожей, откликаясь на его близость.

Дверь была не заперта. Юки всегда был слишком доверчив в своем маленьком мирке.

Я вошел внутрь. Комната была наполнена густым паром, пахнущим каким-то цитрусовым гелем для душа. Сквозь полупрозрачную занавеску я видел его спину. Высокий, широкоплечий, но при этом изящный, он стоял под струями воды, закинув руки за голову.

Тихо, словно тень, я подошел ближе и отодвинул занавеску.

Вода стекала по его фарфоровой коже, очерчивая рельеф мышц. И тут я замер. На его правой лопатке, прямо на этой идеальной белизне, красовалась татуировка. Это была маленькая, тонко прорисованная веточка лаванды, переплетенная с чем-то, что подозрительно напоминало стилизованное изображение тени.

Это было так неожиданно и так интимно, что у меня перехватило дыхание.

Я протянул руку и положил ладони ему на талию. Его кожа была горячей и влажной, и это прикосновение прошило меня мощным разрядом тока.

Юки вздрогнул так сильно, что едва не поскользнулся. Он резко развернулся, прижимаясь спиной к мокрой плитке, и его глаза округлились от шока и ярости. Вода заливала его лицо, взъерошенные волосы облепили лоб.

– Какого черта?! – выкрикнул он, пытаясь оттолкнуть мои руки, но я лишь крепче сжал его талию, фиксируя на месте. – Сон Джинву! Ты… ты совсем с ума сошел? Как ты сюда попал?!

– Ты не отвечал на звонки, Юки, – сказал я, понизив голос до опасного рокота. – Я предупреждал, что не люблю, когда меня игнорируют.

– Я был занят! Я работал! – он тяжело дышал, и его грудь вздымалась, касаясь моей обнаженной груди. – И это не повод врываться ко мне в душ! Убирайся немедленно!

– Нет, – я сократил расстояние, прижимая его своим телом к стене. – Сначала ты объяснишь мне, почему на твоем теле я вижу символы моей силы.

Я кивнул на его плечо, где под струями воды темнела татуировка. Юки на мгновение замер, его гнев сменился странным замешательством, а затем он густо покраснел — так, что румянец залил даже его уши.

– Это… это просто рисунок. Мне понравилось сочетание, – он попытался отвести взгляд, но я перехватил его подбородок, заставляя смотреть на меня.

– Ложь, – прошептал я, чувствуя, как его пульс под моими пальцами бьется в сумасшедшем ритме. – Ты сделал это после нашей встречи в галерее. Ты уже тогда знал, что мы связаны.

Юки закусил губу, и в его глазах блеснули капли — то ли воды, то ли невольных слез досады.

– Ты слишком самовлюбленный, Монарх. Ты думаешь, мир вращается вокруг тебя?

– Мой мир — да, – я прижался лбом к его лбу, игнорируя потоки воды, заливающие мои брюки. – Мой мир вращается вокруг парня, который печет круассаны и носит мою тень на своем плече.

– Джинву… – его голос дрогнул, теряя былую твердость. – Это слишком быстро. Я не охотник. Я не смогу жить в твоем мире крови и сражений.

– Тебе и не придется, – я нежно коснулся губами его виска, вдыхая аромат его кожи. – Ты будешь моим светом, Юки. Моим якорем. А я буду твоим щитом. Никто и никогда не посмеет тронуть тебя или наших детей.

– Детей… – он нервно хмыкнул, но его руки, до этого упиравшиеся в мои плечи, теперь медленно скользнули вверх, обвивая мою шею. – Ты так уверен в этом? Система действительно показала тебе их?

– Я видел их так же ясно, как вижу тебя сейчас, – я снова нашел его губы, на этот раз целуя мягко, почти умоляюще. – Алекс, Сухо и Миджун. Они ждут нас, Юки. Где-то там, в будущем. Но чтобы они появились, ты должен перестать бежать от меня.

Юки закрыл глаза, подставляя лицо под поцелуи. Вода продолжала шуметь, создавая вокруг нас кокон из пара и тепла.

– Ты невыносимый, властный и абсолютно сумасшедший тип, – прошептал он мне в губы, и я почувствовал, как он наконец-то расслабляется в моих руках. – И я, кажется, тоже схожу с ума, раз позволяю тебе это.

– Это не безумие, Юки, – я подхватил его под бедра, заставляя обхватить меня ногами, и он вскрикнул от неожиданности, крепче вцепляясь в мои плечи. – Это судьба. И я больше не позволю тебе игнорировать мои звонки.

– Ладно, ладно! – он рассмеялся, и в этом смехе уже не было злости. – Только выключи воду, Монарх. Ты сейчас затопишь мне всю квартиру своей мощью.

Я щелкнул пальцами, и вода мгновенно перестала течь, повинуясь моей воле. В ванной воцарилась тишина, нарушаемая лишь нашим прерывистым дыханием.

– Ты останешься сегодня? – спросил он тихо, пряча лицо у меня на плече.

– Я останусь навсегда, если ты позволишь, – ответил я, выходя из душевой кабины вместе с ним на руках.

В тот вечер в маленькой квартире пекаря Теневой Монарх окончательно сложил свое оружие. Перед ним не было врагов, которых нужно сокрушить, или врат, которые нужно закрыть. Перед ним было его будущее — растрепанное, мокрое и чертовски упрямое.

И когда я укладывал его на кровать, накрывая своим телом, я знал, что ни одна Ча Хэ Ин, ни одна Ассоциация и ни один бог не смогут разрушить то, что мы начали строить.

– Джинву? – позвал он уже в полусне, когда луна залила комнату серебристым светом.

– Да, Юки?

– Завтра утром… тебе придется помочь мне с тестом для чиабатты. Раз уж ты здесь.

Я улыбнулся, притягивая его ближе к себе и чувствуя, как наши маны окончательно сливаются в единый гармоничный поток.

– Считай, что я уже нанялся к тебе в подмастерья.

Система в моей голове тихонько звякнула, подтверждая: совместимость 100%. Но мне уже не нужны были окна интерфейса, чтобы знать — я дома. Настоящий Теневой Монарх нашел свою истинную королеву, даже если эта королева предпочитает фартук боевым доспехам. И это была самая великая победа в моей жизни.