← Назад к обзору

Рождество

Ярость Дракона и Шепот Ведьм

Завтрак, который начинался так мирно и странно, внезапно превратился в поле боя. Скай, до этого хранивший молчание, с каждой минутой становился всё мрачнее. Его пальцы судорожно сжимали край стола, а взгляд, полный горечи и непонимания, метался между Блум и Айси, которая в этот момент осторожно принимала кусочек сыра из рук феи. Принц Эраклиона чувствовал себя лишним на этом празднике жизни, преданным и глубоко оскорбленным тем, как легко его возлюбленная впустила в свою постель и сердце их злейших врагов.

– Рождество было бы действительно счастливым, если бы здесь не появились они! – Внезапно взорвался Скай, с грохотом отодвигая стул. Он стоял, тяжело дыша, и указывал дрожащим пальцем на Трикс. – Блум, очнись! Ты сидишь с монстрами, которые пытались уничтожить всё, что нам дорого! Они убивали, лгали, пытали нас! А теперь ты кормишь их с рук, как комнатных собачек? Это позор для Домино и для тебя!

В зале повисла мертвая тишина. Трикс мгновенно напряглись. В их глазах на долю секунды вспыхнул прежний хищный блеск — инстинкт воинов требовал нанести ответный удар, заморозить наглеца или испепелить его молнией прямо на месте. Но они тут же осеклись. Айси бросила быстрый, почти испуганный взгляд на Блум, ища в ней опору. Дарси и Сторми низко опустили головы, вжимаясь в свои кресла, не зная, имеют ли они право защищаться в присутствии своей новой госпожи.

– Скай, замолчи, – голос Блум был тихим, но в нем уже слышался рокот надвигающейся бури.

– Не замолчу! – Скай перешел на крик, не замечая, как воздух вокруг Блум начинает вибрировать от жара. – Посмотри на них! Они же просто используют тебя, чтобы спасти свои шкуры! Ты променяла меня, своих друзей, нашу верность на... на это извращение?!

Это было последней каплей. Блум почувствовала, как внутри неё что-то с треском лопнуло. Это не был обычный гнев феи — это была первобытная ярость Огня Дракона, который не терпел неуважения к тому, что он признал своим. Её собственность, её «подарки», её ведьмы были оскорблены, и пламя внутри неё отозвалось ревом.

– Ты не смеешь... – начала она, но голос её сорвался в утробный рык.

Её тело окутало ослепительное золотисто-багровое сияние. Стены зала задрожали, посуда на столе начала плавиться, а гости в ужасе отпрянули. Блум росла, её кожа покрывалась тончайшей золотой чешуей, за спиной развернулись огромные огненные крылья, а вместо человеческого крика из её горла вырвался оглушительный рев дракона. Она больше не была девушкой. В центре зала возвышался Великий Дракон, воплощение самой жизни и разрушения. Его глаза, два пылающих солнца, уставились на Ская, который побледнел и попятился, осознав, какую силу он пробудил.

– Блум, остановись! – закричал Орител, пытаясь закрыть собой Марион. – Ты разрушишь замок!

– Блум, милая, это же мы! – Стелла попыталась создать световой щит, но магия Огня Дракона просто поглотила его, даже не заметив.

Винкс в ужасе сгрудились в углу. Они видели Блум в разных состояниях, но сейчас она их не слышала. Она была чистой стихией, ослепленной яростью. Хвост дракона снес массивный дубовый стол, превращая его в щепки. Скай забился в нишу за колонной, понимая, что один вдох этой твари превратит его в пепел.

Но среди этого хаоса и невыносимого жара нашлись те, кто не испугался. Трикс, которые еще мгновение назад дрожали от стыда, теперь смотрели на это величие с восторгом, граничащим с религиозным экстазом. Для них, ведьм, сила всегда была высшим мерилом. И та мощь, которую сейчас демонстрировала Блум, была тем, чему они присягнули на верность.

– Она нас не слышит... – прошептала Дарси, прикрывая лицо от летящих искр. – Она потеряла себя в пламени.

– Нет, – Айси решительно шагнула вперед, навстречу жару, от которого её ледяная кожа начала покрываться испариной. – Она защищала нас. Теперь наша очередь.

Ведьмы, не сговариваясь, двинулись к огромному ящеру. Остальные гости замерли, ожидая, что дракон разорвет их на части. Но Трикс шли уверенно. Они не использовали магию для защиты — они шли с открытыми сердцами, полностью доверяя той, кто вчера ночью связала их судьбы в один узел.

– Тише, пламя наше... тише, – Айси первой коснулась раскаленной золотой чешуи на груди дракона.

Её ладони зашипели, но она не отстранилась. Она прижалась всем телом к мощному зверю, обхватывая его руками.

– Блум, посмотри на меня, – ледяная ведьма подняла голову, и в её глазах не было страха, только бесконечная преданность. – Мы здесь. Твой подарок здесь. Тебе не нужно никого сжигать, чтобы доказать, что мы твои.

Дракон замер, его тяжелое дыхание опалило волосы Айси, но она лишь крепче прижалась к нему. К ней присоединились Дарси и Сторми. Дарси начала нежно гладить дракона по морде, шепча ласковые слова, которые раньше никогда не срывались с её губ.

– Ты такая красивая в этом гневе, – шептала Дарси, целуя чешую прямо под огромным глазом зверя. – Моя великая, моя сильная фея... Успокойся ради нас. Мы не стоим этих разрушений.

Сторми, обычно такая резкая, теперь ластилась к шее дракона, словно маленькая кошка. Она целовала жесткие гребни, поглаживала чешую и что-то тихо напевала — старую ведьминскую колыбельную, которая должна была усмирять бури.

– Мы твои, Блум, – шептала Сторми. – Слышишь? Только твои. Никто не заберет нас у тебя. Не злись на этого глупого мальчика, он просто не понимает, какое сокровище ты обрела.

Дракон издал долгий, вибрирующий звук, похожий на вздох. Огонь в его глазах начал затухать, сменяясь привычным лазурным цветом. Гигантское тело начало уменьшаться, чешуя втягивалась, а крылья опадали золотой пылью. Через минуту в центре зала, на коленях среди обломков, сидела Блум. Она тяжело дышала, её одежда была в беспорядке, а лицо испачкано сажей.

Трикс не отпустили её. Они продолжали обнимать её, создавая вокруг живой кокон из своих тел. Айси бережно вытирала слезы с её щек, Дарси поправляла спутанные волосы, а Сторми прижимала её руки к своей груди, согревая их.

– Всё хорошо, – прошептала Айси, целуя Блум в лоб. – Мы здесь. Мы с тобой.

Блум подняла взгляд на ошеломленных гостей. Скай всё еще стоял за колонной, его лицо выражало смесь ужаса и поражения. Он понял, что проиграл окончательно. Он не смог усмирить её ярость — это сделали те, кого он презирал.

– Скай, – голос Блум был слабым, но твердым. – Уходи. Я не хочу тебя видеть. Больше никогда.

Принц хотел что-то сказать, но Орител положил руку ему на плечо и покачал головой. Скай развернулся и быстро вышел из зала, не оглядываясь.

Винкс осторожно начали приближаться к центру комнаты. Стелла выглядела так, будто хотела одновременно и обнять Блум, и попросить автограф у Трикс за такое невероятное шоу.

– Блум, ты как? – Флора присела рядом, протягивая руку, но Сторми предупреждающе шикнула на неё, не желая выпускать фею из объятий.

– Я в порядке, – Блум слабо улыбнулась, прижимаясь к Айси. – Простите за стол... и за всё остальное. Я просто не выдержала.

– Ты была великолепна, – прошептала Дарси ей на ухо так, чтобы слышали только они. – Мы никогда не видели ничего более прекрасного.

Королева Марион подошла к ним и, к удивлению всех, опустилась на корточки рядом с этой странной группой. Она посмотрела на Трикс, чьи руки всё еще были в легких ожогах от контакта с драконом, но лица сияли счастьем.

– Вы спасли мой замок и мою дочь, – серьезно сказала королева. – Кажется, я недооценивала силу вашей... привязанности.

– Мы любим её, королева, – просто ответила Айси, не отпуская руки Блум. – По-своему, странно, через боль и борьбу, но теперь — только так.

Блум поднялась на ноги, опираясь на ведьм. Она чувствовала себя опустошенной, но в то же время удивительно целостной. Конфликт, который терзал её долгие годы, наконец разрешился. Ей больше не нужно было выбирать между светом и тьмой, между долгом и желанием. Она приняла свою темную сторону, а Трикс приняли её свет.

– Рождество продолжается, – объявила Блум, обводя взглядом присутствующих. – Но теперь правила изменятся. Мои ведьмы будут жить со мной. И любой, кто посмеет оскорбить их, будет иметь дело с Драконом. Это понятно?

Никто не посмел возразить. Даже Орител, видя решимость в глазах дочери, лишь молча кивнул.

– Тогда давайте приберемся здесь, – Стелла взмахнула палочкой, пытаясь восстановить стол. – У нас еще куча подарков не распакована! Хотя, Блум, твой главный подарок, кажется, уже распаковал тебя саму.

Все рассмеялись, и напряжение окончательно спало. Блум шла к уцелевшей части стола, окруженная своими тремя спутницами. Она чувствовала их тепло, их запах и ту незримую магическую связь, которая теперь пульсировала в такт её сердцу.

Этой ночью она доминировала над ними, подчиняя их тела. Этим утром они спасли её душу, подчинив её ярость своей любовью. Это был идеальный баланс, который они искали так долго.

– Ты в порядке, моя королева? – тихо спросила Айси, когда они снова сели рядом.

– Теперь — да, – ответила Блум, накрывая ладони ведьм своими. – Теперь я по-настоящему счастлива.

За окном продолжал падать снег, но в сердце Домино горел огонь, который больше не обжигал, а дарил жизнь и надежду на то, что даже самые заклятые враги могут стать самыми преданными возлюбленными, если в дело вмешивается магия истинной страсти.