← Назад к обзору

Русский парень для теневого монарха

Симфония теней и пепельный драйв

– Ты ведь понимаешь, что теперь я тебя никуда не отпущу? – голос Сон Джинву прозвучал в тишине спальни как низкий рокот, вибрирующий в самом воздухе.

Алекс, чье тело всё еще подрагивало от недавней вспышки удовольствия, лишь судорожно выдохнул, пытаясь сфокусировать взгляд на потолке. Его пепельно-русые волосы разметались по подушке, а небесно-голубые глаза были подернуты туманом изнеможения и восторга.

– Ты... ты маньяк, Джинву, – прохрипел парень, чувствуя, как горячая кожа охотника S-ранга снова прижимается к нему, не давая ни секунды передышки. – Мой отец... он точно тебя убьет.

– Пусть попробует, – Джинву усмехнулся, и в этой усмешке не было ни капли его привычного ледяного спокойствия.

Сейчас он не был Монархом Теней, спасителем мира или холодным стратегом. Он был мужчиной, который наконец-то нашел то, что искал всю жизнь, даже не осознавая этой пустоты. Алекс был его якорем, его светом и его личным безумием. И сейчас, когда Система подтвердила их связь, Джинву не собирался останавливаться.

Он снова навис над Алексом, заставляя того вжаться в матрас. Его руки, сильные и властные, скользнули по бедрам парня, разводя их в стороны с пугающей уверенностью.

– Подожди... – Алекс попытался упереться руками в широкую грудь Джинву. – Я... я больше не могу. Ты меня просто на части разберешь.

– Не разберу, – Джинву наклонился к самому уху парня, обжигая его дыханием. – Я соберу тебя заново. Так, как нужно мне.

Он вошел в него снова — плавно, но до самого предела, заставляя Алекса выгнуться дугой и вскрикнуть, впиваясь пальцами в плечи охотника. Это было не просто физическое проникновение; мана Джинву, его тени, словно просачивались сквозь поры кожи Алекса, сплетаясь с его собственной золотистой энергией.

– Джинву! – выдохнул Алекс, и в этом крике было столько же боли, сколько и неистовой страсти.

Охотник не давал ему спать, не давал прийти в себя. Он менял позы, заставляя Алекса чувствовать каждый дюйм своего присутствия. Он проникал глубже, чем это казалось возможным, словно пытался запечатлеть себя в самой душе этого дерзкого мальчишки. Джинву не мог насытиться — этот вкус свободы, бунтарства и искренности, который исходил от Алекса, действовал на него сильнее любого наркотика.

Наконец, когда за окном начали проступать первые признаки рассвета, окрашивая небо над Сеулом в нежно-сиреневые тона, Джинву позволил им обоим немного замедлиться.

Они лежали на боку. Джинву крепко прижимал Алекса к себе со спины, надежно удерживая его ногой, навалившись всем своим мощным телом. Его рука по-хозяйски покоилась на животе парня, чувствуя каждый его вдох.

Алекс, окончательно обессиленный, уткнулся лицом в изгиб локтя, но его тело всё еще отзывалось дрожью на каждое движение Джинву.

– Ты невыносим, – пробормотал парень, чувствуя, как Джинву впивается в его губы в очередном требовательном поцелуе, перевернув его лицо к себе.

– Ты сам напросился, когда решил прыгнуть ко мне в машину, – Джинву отстранился лишь на миллиметр, глядя в глаза Алекса. – Теперь ты мой. Только мой. Ты это понимаешь?

– Понимаю, – Алекс слабо улыбнулся, и в его взгляде на мгновение промелькнула та самая нежность, которую он так тщательно скрывал за маской безразличия. – Ты ведь не думаешь, что я бы позволил кому-то другому делать со мной... всё это?

– Я не позволил бы никому другому даже смотреть на тебя так, как смотрю я, – отрезал Джинву.

Он чувствовал, как внутри него успокаивается вечный шторм. Система, которая раньше постоянно подгоняла его, требуя новых уровней и побед, сейчас словно затихла, признавая, что главная цель достигнута. Алекс Сергеев, сын русского титана, парень с пирсингом под губой и взрывным характером, стал его личным горизонтом событий.

– Знаешь, – Алекс пошевелился, пытаясь устроиться поудобнее в захвате Джинву, – мой отец... он ведь не просто злой S-ранг. Он за меня горы свернет. Если он узнает, что ты не давал мне спать всю ночь...

– То он придет сюда и попытается разрушить мой дом, – закончил за него Джинву. – И я его встречу. С уважением, как подобает зятю.

Алекс поперхнулся воздухом и негромко рассмеялся, отчего его тело в руках Джинву мелко затряслось.

– Зятю? Ого... ты планируешь так далеко?

– Я планирую навсегда, Алекс, – Джинву прижался губами к затылку парня, вдыхая запах его волос — смесь пота, дорогого шампуня и той самой солнечной магии, которая теперь текла и в его жилах. – Я никогда не бросаю то, что принадлежит мне.

Алекс затих. Его рука, на запястье которой всё еще был тонкий черный браслет, накрыла ладонь Джинву на его животе.

– Тогда тебе придется привыкнуть к тому, что я буду спорить, гонять на мотоцикле и бесить твою Ассоциацию, – прошептал парень, закрывая глаза. – И я не буду тихой тенью в твоем замке.

– Я бы и не хотел другого, – ответил Джинву, чувствуя, как сон наконец-то начинает забирать Алекса.

Он смотрел, как расслабляются плечи парня, как выравнивается его дыхание. В лучах восходящего солнца Алекс казался почти неземным — пепельные волосы отливали серебром, а на губах застыла едва заметная, умиротворенная улыбка.

Джинву закрыл глаза, прижимая это сокровище к себе еще крепче. Он знал, что впереди их ждут политические бури, ярость Цезаря и, возможно, новые враги, которые захотят использовать их связь. Но сейчас, в этой тихой спальне над просыпающимся Сеулом, мир принадлежал только им двоим.

Монарх Теней наконец-то нашел свой свет. И он был готов сжечь всю вселенную, если кто-то посмеет его погасить.

– Спи, мой пепельный драйв, – едва слышно прошептал Джинву, погружаясь в сон вслед за своей родственной душой. – Завтра начнется наша настоящая битва. И мы в ней обязательно победим.