← Назад к обзору

Секрет

Осколки идеального мира

Телефон на краю стола завибрировал с такой неистовой силой, что едва не смахнул стопку свежеотпечатанных апелляций. Я вздрогнул, вырываясь из вязкого оцепенения. После ухода Юки и визита его отца я не мог сосредоточиться. В воздухе кабинета всё еще витал запах озона и терпкой, холодной магии, которая обычно сопровождала моего мужа.

На экране высветилось «Юки». Сердце пропустило удар и пустилось вскачь, отдавая глухой болью в висках.

– Да, Юки? – я ответил мгновенно, прижимая трубку к уху так сильно, что пластик хрустнул. – Милый, что случилось? Твой голос... ты дышишь так, будто пробежал марафон.

– Вон-и, слушай меня внимательно, – голос Юки был непривычно хриплым, в нем звенела сталь, смешанная с какой-то первобытной яростью. – Собирай вещи. Прямо сейчас. Не бери ничего лишнего, только документы, деньги и самое необходимое для Мины.

– О чем ты говоришь? – я почувствовал, как внутри всё похолодело. – Юки, сейчас вечер, я на работе, Мина с няней...

– Я уже вызвал такси для няни, она привезет Мину к твоему офису через десять минут, – перебил он меня, и я услышал на заднем фоне шум ветра и тяжелые шаги по асфальту. – Я забираю вас. Мы уезжаем из города. Сегодня же. Навсегда.

– Юки, объясни толком! – я вскочил, опрокидывая кресло. – Это из-за отца? Он что-то сделал? Он угрожал тебе?

– Я всё расскажу, когда буду на месте, – отрезал он. – Просто доверься мне. Выходи на парковку.

Связь оборвалась. Я стоял посреди пустого кабинета, глядя на свои дрожащие руки. Уехать? Бросить всё? Карьеру, которую я строил по кирпичику, статус ведущего адвоката Ассоциации, квартиру... Но потом я вспомнил взгляд Сон Джин Ву. Взгляд бога, который обнаружил сорняк в своем безупречном саду.

Я не стал раздумывать. Сгреб документы в портфель, накинул пальто и выбежал из кабинета, едва не сбив секретаршу, которая собиралась уходить домой.

– Господин Ли? Вы куда-то спешите? – удивленно спросила она.

– Срочное дело, Ким. Очень срочное, – бросил я, не оборачиваясь.

На парковке было зябко. Сеульский смог давил на плечи, а огни мегаполиса казались неестественно яркими. Через несколько минут к входу подкатило такси, из которого вышла заспанная няня с Миной на руках. Малышка, закутанная в розовое одеяльце, тихо сопела, не подозревая, что её жизнь только что совершила крутой поворот.

– Господин Ли, молодой господин Сон сказал, что это экстренная поездка к родственникам... – начала было женщина, передавая мне ребенка.

– Да, именно так. Спасибо, госпожа Пак, вы свободны. Мы свяжемся с вами, – я перебил её, забирая теплую, пахнущую молоком кроху.

Мина завозилась, открыла свои огромные серые глаза и, узнав меня, сонно улыбнулась. Я прижал её к себе, чувствуя, как страх немного отступает. Пока она со мной, я справлюсь с чем угодно.

Тень отделилась от стены внезапно. Я даже не услышал звука шагов — просто пространство между двумя фонарями вдруг сгустилось, и из него вышел Юки.

Я невольно вскрикнул, прижимая Мину крепче. Но когда он подошел ближе, свет фонаря упал на его лицо, и у меня перехватило дыхание.

Его левая щека была ярко-красной, почти багровой. На бледной, фарфоровой коже отчетливо виднелись следы пальцев — грубый, рваный отпечаток удара. Его губа была разбита, а в глазах горело такое темное пламя, что мне на секунду стало страшно.

– Юки... – я протянул руку, желая коснуться его лица, но он перехватил мою кисть. – Боже мой, кто это сделал? Это твоя мать? Или отец?

– Это неважно, – он мягко, но настойчиво забрал у меня сумку с вещами Мины. – Важно то, что у нас больше нет семьи в этом городе. Я закончил с ними. Раз и навсегда.

– Но твоя щека... она же опухла, – я всхлипнул, глядя на это клеймо на его лице. – Тебе больно?

– Боль — это пустяк, Ли Вончик, – он вдруг улыбнулся, но эта улыбка не коснулась его глаз. – Знаешь, что самое забавное? Когда она ударила меня, я не почувствовал обиды. Я почувствовал свободу. Словно последняя нить, которая привязывала меня к их «идеальному» миру, наконец-то лопнула.

Он подошел вплотную, обнимая меня свободной рукой и целуя в висок. От него пахло грозой и сталью — запах его пробудившейся силы, которую он больше не пытался сдерживать.

– Куда мы поедем? – спросил я, чувствуя, как Мина снова засыпает у меня на плече под мерный ритм сердца Юки. – Твой отец... он же найдет нас везде. Он Теневой Монарх, Юки. Весь мир — его тень.

– Не весь, – Юки прищурился, глядя на темное небо. – Есть места, куда даже он не заглядывает. У меня есть связи среди «серых» охотников, тех, кто не числится в списках Ассоциации. Мы уедем на побережье, в маленький городок, о котором они даже не вспомнят. Я создам для нас барьер, который не пробьет ни один поисковый навык.

– Ты так уверен в своей силе? – я посмотрел на него с сомнением. – Против него?

– Я — его сын, Ли Вон, – Юки усмехнулся, и за его спиной на мгновение взметнулись черные щупальца, тут же исчезая. – Я знаю его слабости лучше, чем он сам. Он слишком привык, что тени ему подчиняются. Но он забыл, что тени могут иметь собственную волю.

Он подвел нас к неприметному черному внедорожнику с тонированными стеклами. За рулем сидел человек в капюшоне, лицо которого было скрыто тенью. Я понял, что Юки подготовил это заранее. Возможно, он планировал этот побег уже давно, а сегодняшний скандал стал лишь катализатором.

– Садись, – он открыл дверь. – Нам нужно пересечь границу округа до рассвета.

Когда мы тронулись, Сеул начал стремительно уменьшаться в зеркалах заднего вида. Огни небоскребов Ассоциации, где я провел столько лет, превратились в крошечные искры.

Юки сидел рядом со мной, не сводя глаз с дороги. Его рука лежала на моем колене, и я чувствовал, как сквозь ткань брюк передается его жар. Он всё еще был напряжен, как натянутая струна.

– Юки, – тихо позвал я, когда мы выехали на скоростную трассу. – Ты действительно готов отказаться от всего? От титула наследника, от богатства, от будущего, которое тебе прочили?

Он повернулся ко мне. В полумраке салона его глаза светились мягким голубым светом.

– Вон-и, ты до сих пор не понял? – он взял мою руку и прижал её к своей разбитой щеке. – Всё это богатство — золотая клетка. Мой отец правит миром мертвых, а моя мать пытается превратить живых в манекены. Мне не нужно их будущее. Мне нужно только наше. Ты, я и Мина.

Он замолчал на мгновение, глядя, как малышка смешно морщит носик во сне.

– Я видел, как отец смотрел на тебя сегодня в кабинете, – продолжал он, и его голос стал жестким. – Он смотрел на тебя как на ошибку в коде. Как на что-то, что нужно исправить или удалить. Я не позволю ему «исправлять» мою жизнь. Я скорее сожгу этот мир дотла, чем позволю ему коснуться тебя или нашей дочери.

– Но он твой отец... – прошептал я.

– Он Монарх, Ли Вон. А Монархи не умеют любить. Они умеют только владеть. А я не хочу, чтобы мной владели. Я хочу принадлежать только тебе.

Я прижался лбом к его плечу. Страх всё еще сидел где-то глубоко внутри, но рядом с Юки он становился терпимым. Его сила, пугающая всех остальных, для меня была самым надежным щитом.

– Ли Вончик? – позвал он через некоторое время.

– Да?

– Спасибо, что пошел со мной. Я знаю, что прошу слишком многого.

– Ты просишь только одного — быть семьей, – я поднял голову и посмотрел в его израненное, но такое красивое лицо. – А это то, ради чего стоит бросить всё остальное.

Машина неслась сквозь ночь. За окнами мелькали леса и поля, а впереди расстилалась неизвестность. Мы были беглецами в собственном мире, объявленными вне закона самой могущественной семьей на планете.

Но когда Юки переплел свои пальцы с моими, а его тени мягко окутали заднее сиденье, создавая уютный кокон, я понял, что мне не страшно. Пусть Сон Джин Ву ищет нас. Пусть Хэ Ин злится.

В эту ночь Теневой Монарх потерял не просто сына. Он потерял ту часть себя, которая еще была способна на искренний, безумный и разрушительный бунт во имя любви.

– Мы будем счастливы, – прошептал Юки, закрывая глаза. – Обещаю тебе. В этом новом городе нас никто не будет знать как «сына Монарха» и «адвоката Ассоциации». Мы будем просто Юки и Вон. И Мина.

– Просто мы, – согласился я, засыпая под мерный гул мотора.

А далеко в Сеуле, в пустом и холодном доме, Теневой Монарх стоял у окна, глядя на пустую дорогу. Его тени обыскивали каждый закоулок города, но они возвращались ни с чем. Потому что его сын, его плоть и кровь, научился самому главному уроку своего отца — как исчезнуть в темноте так, чтобы тебя не нашел даже свет самого яркого солнца.

Побег начался. И это была единственная битва, в которой Сон Джин Ву не мог победить. Потому что против его власти стояла сила, которую нельзя было подчинить приказами системы — сила любви, рожденная в тени великого имени.