← Назад к обзору

Секрет младшего сына

Шепот мастичного сахара и стальной пульс

Тишина в доме Сон была обманчивой. Родители уехали в командировку в Пусан еще вчера, оставив сыновей одних на целую неделю. Обычно это означало спокойные вечера: Юки на кухне среди муки и венчиков, Сухо в своей комнате, восстанавливающийся после рейдов. Но сегодня воздух в квартире казался наэлектризованным, густым, как карамель, которую Юки переварил на огне.

В комнате Сухо царил хаос. Брошенная на пол экипировка охотника, запах пота и чего-то острого, первобытного. Сухо лежал на кровати, его пальцы судорожно сжимали простыни, сминая белоснежную ткань в бесформенные жгуты. Его тело, обычно такое сильное и непоколебимое перед лицом монстров ранга А, сейчас выгибалось дугой, дрожа от каждого движения младшего брата.

Юки, сбросив свою привычную мешковатую толстовку, остался в одной футболке, которую теперь закусил зубами, чтобы не выдать собственного тяжелого дыхания. Его руки, украшенные черной вязью татуировок, стальными тисками держали Сухо за талию. Мышцы пресса Юки перекатывались под кожей, влажной от пота, а голубые глаза горели темным, почти пугающим пламенем. Он двигался размеренно, то замедляясь до мучительной пытки, то ускоряясь, заставляя Сухо глухо стонать в подушку.

В этот момент, когда реальность сузилась до жара двух тел, на прикроватной тумбочке надрывно запел телефон. На экране высветилось: «Мама Хэ Ин».

Юки замер на долю секунды, но не отстранился. Напротив, он прижал Сухо сильнее, чувствуя, как у того сбивается ритм дыхания.

– Тш-ш... – выдохнул Юки, выплюнув край футболки.

Он протянул руку и, не прерывая движения бедер, принял вызов. Одновременно с этим его ладонь жестко накрыла рот Сухо, заглушая готовый вырваться крик.

– Да, мам? – Голос Юки звучал удивительно ровно, лишь слегка хрипло, что можно было списать на усталость.

– Юки, дорогой! – Голос матери в трубке был полон тепла и легкой тревоги. – Мы с отцом только что устроились в отеле. Как вы там? Сухо дома? Я звонила ему, но он не берет трубку.

Юки почувствовал, как Сухо под ним дернулся, его глаза расширились от смеси ужаса и запредельного возбуждения. Это опасное соседство — голос матери в динамике и порочная близость брата — ударило по нервам Юки сильнее любого адреналина. Он резко, без предупреждения, сменил угол, попадая точно в цель.

Сухо содрогнулся всем телом, его стон впился в ладонь Юки, превращаясь в нечленораздельное мычание.

– Милый, что это за шум? – спросила Хэ Ин, прислушиваясь. – У вас там что-то упало?

– Все хорошо, мам, – Юки прикрыл глаза, сцепив зубы, когда Сухо начал отчаянно толкаться навстречу. – Просто я сейчас на кухне, занят заготовками для большого заказа. Случайно уронил мешок с мукой. Сухо... он спит. Ты же знаешь, какой тяжелый был рейд вчера. Он выключил телефон, чтобы отоспаться.

– Ох, бедный мальчик, – вздохнула мать. – Ну, не буди его. А ты не перетруждайся с этой выпечкой, Юки. Тебе тоже нужно отдыхать.

– Я скоро закончу и тоже лягу, – ответил он, чувствуя, как пот катится по позвоночнику. – Я перезвоню завтра, хорошо? Целую.

Как только звонок завершился, Юки отшвырнул телефон на одеяло. Он не убрал руку с лица брата, но вместо того, чтобы просто отпустить, он бесцеремонно просунул пальцы в приоткрытый рот Сухо.

– Ты слышал? – прошептал Юки, склоняясь к самому уху брата, обжигая его горячим дыханием. – Мама волнуется. А ты ведешь себя так шумно, Сухо. Охотник ранга А не может сдержать себя перед младшим братом без маны?

Сухо попытался что-то ответить, его язык коснулся пальцев Юки, но в глазах читалось полное подчинение. Ситуация, в которой он, надежда ассоциации, оказался во власти «бессильного» подростка, ломала его волю куда эффективнее, чем любой босс подземелья.

Юки смотрел на него сверху вниз. В тусклом свете ночника его татуировка казалась живой, цветы и узоры словно пульсировали в такт его сердцу. Его тело, доведенное до совершенства изнурительными тренировками, сейчас работало на пределе. Он не был охотником, в нем не текла мана, но в этой комнате он был единственным хищником.

– Смотри на меня, – приказал Юки, убирая пальцы изо рта, но тут же перехватывая подбородок брата.

Сухо повиновался. Его лицо было влажным от слез и пота, губы припухли.

– Ты такой красивый, когда не пытаешься быть героем, – усмехнулся Юки. – Завтра я испеку тебе лимонные пирожные. Ты ведь любишь их, верно? А пока... забудь о рейдах. Забудь о мане. Здесь есть только я.

Он снова прибавил темп, окончательно стирая грань между реальностью и безумием. Сухо только и мог, что зарываться лицом в подушку, понимая, что его идеальный младший брат — это самая опасная ловушка, в которую он когда-либо попадал. И самое страшное было в том, что он не хотел из нее выбираться.

Когда всё закончилось, в комнате воцарилась тяжелая, вязкая тишина. Юки лежал рядом, его грудь мерно вздымалась. Он лениво перебирал пальцами цепочку с кулоном на шее, глядя в потолок.

– Тебе стоит принять душ, – нарушил тишину Юки, его голос снова стал обычным, мягким, каким он разговаривал с клиентами в кондитерской. – Иначе завтра мама почувствует запах «муки» даже через телефон.

Сухо натянул на себя край простыни, пытаясь унять дрожь в коленях.

– Ты монстр, Юки, – тихо произнес он, но в этом не было злобы. Только опустошенное признание факта.

Юки приподнялся на локте, и его ярко-голубые глаза блеснули в темноте.

– Нет, брат. Я просто человек, который очень хорошо знает, чего хочет. И я всегда получаю то, что хочу. Будь то идеальный бисквит или ты.

Он встал с кровати, его обнаженное тело в лунном свете выглядело как мраморная статуя древнего бога — безупречное, мощное и холодное. Подняв с пола свою толстовку, он натянул ее, снова превращаясь в обычного шестнадцатилетнего парня.

– Спи, Сухо. Завтра будет тяжелый день. У меня много заказов, а тебе нужно восстановить силы.

Юки вышел из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Проходя мимо зеркала в коридоре, он на секунду задержался, поправляя растрепанные черные волосы. На губах играла едва заметная, торжествующая улыбка.

Мир считал его слабым. Брат считал его опорой. Родители считали его гордостью. И только он сам знал, какая тьма и какая сила скрываются за ароматом ванили и блеском голубых глаз. Юки Сон не нуждался в системе уровней. Он сам был системой.