← Назад к обзору

сквозь года

Линии судьбы и сантиметры

Теплый вечерний воздух Хогсмида, казалось, был пропитан запахом сливочного пива и медовой тянучки. Настя бежала по мощеной дорожке, чувствуя, как ветер обдувает ее лицо, а тяжелые темные волосы бьют по спине. Она смеялась, и это был тот самый искренний, детский смех, который она не могла сдерживать рядом с Виталиком. Но теперь всё было иначе. Сзади слышался тяжелый, уверенный топот его кроссовок, и этот звук больше не напоминал бег маленького мальчика.

– Поймал! – Виталик резко сократил дистанцию, его длинные руки обхватили ее за талию, и Настя буквально взлетела в воздух.

Он легко приподнял ее, крутанув вокруг себя. Настя взвизгнула, вцепившись в его предплечья. Мышцы под ее пальцами были твердыми, совсем не такими, как год назад. Когда он, наконец, поставил ее на землю, она оказалась прижата спиной к стволу старого дуба, а Виталик, тяжело дыша, уперся руками в дерево по обе стороны от ее головы.

– Ну что, коротконожка, далеко убежала? – он наклонился ниже, и его кудри коснулись ее лба.

Настя смущенно отвела взгляд, рассматривая пуговицу на его рубашке, которая теперь находилась прямо перед ее глазами.

– Ты жульничал, – прошептала она, стараясь не выдать дрожь в голосе. – У тебя ноги теперь в два раза длиннее моих. Это нечестная гонка.

– В любви и на дуэлях все средства хороши, – Виталик ухмыльнулся, и его зеленые глаза хитро блеснули. – А мы сейчас на каком этапе, Насть?

Она подняла на него свои карие глаза, сверкнув брекетами в сумерках. В ее голове роились тысячи подколок, но ни одна не шла на ум. Она чувствовала себя маленькой не только из-за роста, но и из-за того, как уверенно он себя вел. Этот новый Виталик — высокий, широкоплечий, с хриплым голосом — пугал ее и притягивал одновременно.

– Мы на этапе, когда ты ведешь себя как придурок, – Настя попыталась проскользнуть под его рукой, но он ловко перехватил ее за ладонь.

– Эй, я же серьезно, – его тон внезапно изменился, стал мягче. – Год в колледже — это долго. Я там даже зельеварение выучил, представляешь? Только чтобы время быстрее шло до нашей встречи.

– И что, сварил что-нибудь полезное? – Настя приподняла бровь, возвращая себе привычную маску иронии. – Средство от излишней самоуверенности?

– Нет, сварил антидот от твоих колючек, – он сделал шаг еще ближе, так что их носки обуви соприкоснулись. – Насть, ты хоть понимаешь, как ты изменилась? Ты... ты стала совсем взрослой. Даже эта железная улыбка тебе идет.

Настя покраснела, радуясь, что в наступающих сумерках ее смуглая кожа скрывает румянец.

– Ой, всё, Виталик, – она легонько толкнула его в грудь. – Пойдем к остальным, а то Захаров там Дашу совсем заколдует своим «обаянием».

– Захарову не нужны заклинания, у него есть язык без костей и отсутствие совести, – Виталик нехотя отстранился, но руку ее не отпустил, переплетя свои пальцы с ее. – Но ты права, надо проверить, не съел ли он ее.

Они направились в сторону озера, где на берегу виднелись две фигуры. Захаров сидел на поваленном бревне, развалившись так, будто это был трон в Малфой-мэноре. Даша сидела рядом, буквально заглядывая ему в рот.

– ...и тогда я сказал декану, что драконья кровь в моем котле оказалась случайно, потому что я просто мимо проходил, – Захаров вальяжно махнул рукой, поправляя свои русые патлы. – И она поверила. Потому что против такого взгляда не устоит ни одна ведьма.

– Ого! – Даша восторженно захлопала ресницами. – Ты такой смелый! А мне в школе всегда страшно даже лишний вопрос задать профессору Флитвику.

– Тебе не нужно задавать вопросы, куколка, – Захаров притянул ее к себе за плечо, от чего Даша едва не растаяла. – Тебе нужно просто красиво стоять рядом. Хотя... в горизонтальном положении ты бы смотрелась еще лучше.

– Захаров, ты можешь хоть пять минут не быть озабоченным троллем? – Настя подошла к ним, сложив руки на груди.

Парень лениво повернул голову и окинул Настю скептическим взглядом.

– О, святая Настасья вернулась. Ну что, Виталя, она уже прочитала тебе лекцию о вреде пошлых шуток и пользе чтения учебников по трансфигурации перед сном?

Виталик хохотнул, по-хозяйски приобнимая Настю за плечи.

– Пока нет, но я в процессе обучения. Она пытается меня перевоспитать, а я пытаюсь ее... ну, ты понял.

– Виталик! – Настя возмущенно ткнула его локтем в бок.

– Ауч! – он притворно схватился за ребра. – Видишь, Захаров? Она применяет физическое насилие к беззащитному кудрявому мальчику.

– Ты — беззащитный? – Даша хихикнула, наконец оторвав взгляд от своего кумира. – Виталик, ты же в девятом классе умудрился подложить навозную бомбу в сумку Филчу и выйти сухим из воды!

– Это была производственная необходимость, – подмигнул Виталик.

Вечер продолжался в шутках и легкой перепалке. Захаров продолжал «обрабатывать» Дашу, которая, казалось, была готова на всё, лишь бы этот высокий и жесткий парень продолжал обращать на нее внимание. Настя смотрела на подругу с легким беспокойством. Даша всегда была наивной, а Захаров... Захаров выглядел как ходячая неприятность.

– Слушай, Захаров, – Настя прищурилась, – а ты в своем колледже хоть чему-то полезному научился, кроме как кадрить первокурсниц?

– Я не кадрю первокурсниц, это мелко, – Захаров усмехнулся, обнажая ровные белые зубы. – Я предпочитаю тех, кто постарше. Но для Дашеньки я сделаю исключение. У нее... потенциал.

– Потенциал к чему? – подозрительно спросила Настя.

– К приключениям, – коротко бросил он и внезапно встал, возвышаясь над всеми, как скала. – Ладно, молодежь, мне надоело сидеть. Пойдемте к воде, я покажу вам, как вызывать светящихся медуз без палочки.

– Без палочки? – удивилась Даша, вскакивая следом. – Разве это возможно?

– Со мной возможно всё, – он подмигнул ей и, не оборачиваясь, направился к кромке воды.

Даша, как привязанная, побежала за ним. Настя вздохнула и посмотрела на Виталика.

– Твой друг действительно такой... опасный, как кажется?

Виталик посерьезнел, глядя вслед Захарову.

– Он сложный, Насть. У него в семье не всё гладко, вот он и строит из себя циника и бабника. Но он верный. Если он кого-то выбрал своим другом, он за него в огонь и в воду. А насчет Даши... не волнуйся. Он ее не обидит. Он просто любит играть на нервах.

– Надеюсь, – Настя поежилась от прохладного ветра, дующего с озера.

Виталик тут же заметил это. Он снял свою легкую куртку и набросил ей на плечи. Куртка была огромной, пахла его одеколоном — чем-то хвойным и терпким — и всё еще хранила тепло его тела. Настя буквально утонула в ней, рукава свисали далеко ниже кистей.

– Ты в ней как в палатке, – Виталик рассмеялся, поправляя воротник куртки вокруг ее шеи. – Зато тепло.

– Спасибо, – тихо сказала она.

Они подошли к озеру. Захаров уже стоял по щиколотку в воде, хотя на нем были дорогие ботинки. Он что-то шептал, делая плавные движения руками над поверхностью воды. Внезапно из глубины начали подниматься нежно-голубые огни. Они пульсировали, принимая форму причудливых существ, похожих на прозрачных медуз.

– Ой, как красиво! – Даша захлопала в ладоши, ее лицо озарилось магическим светом.

– Это магия стихий, – пояснил Виталик Насте, наклонившись к ее уху. – В колледже этому уделяют много внимания. Захаров в этом лучший на курсе.

Настя смотрела на медуз, но чувствовала лишь тепло, исходящее от Виталика. Он стоял так близко, что она ощущала ритм его сердца. Весь этот год она убеждала себя, что их дружба — это просто привычка, что он навсегда останется тем смешным мальчишкой, с которым можно было делить одну шоколадку на двоих. Но сейчас, под светом магических огней, она поняла, что привычка переросла в нечто большее.

– Знаешь, – Виталик вдруг взял ее за обе руки, заставляя повернуться к нему. – Я ведь не просто так приехал. Я мог остаться на практику в Лондоне.

– А почему приехал? – Настя затаила дыхание.

– Потому что мне нужно было убедиться, – он сделал паузу, подбирая слова. – Убедиться, что ты всё еще ждешь своего «младшего брата». Хотя, как видишь, брат из меня теперь некудышный. Слишком уж я вырос.

– Ты всё такой же дурак, Виталик, – Настя улыбнулась, и в ее глазах отразились голубые огни озера. – Рост ничего не меняет.

– Ошибаешься, – он мягко коснулся ее подбородка, приподнимая его. – Рост меняет угол обзора. Раньше я смотрел на тебя снизу вверх и видел своего кумира. А теперь я смотрю сверху вниз и вижу...

– И что ты видишь? – выдохнула она.

– Девушку, которую я собираюсь поцеловать, если она не применит ко мне какое-нибудь проклятие, – прошептал он.

Настя не успела ответить. Его губы накрыли ее — осторожно, почти невесомо, как будто он боялся, что она исчезнет. Это не было похоже на те поцелуи, о которых писали в романах из школьной библиотеки. Это было странно, непривычно из-за его новых габаритов и ее брекетов, но в то же время это было самым правильным событием за всё лето.

– Эй, голубки! – раздался громовой голос Захарова с берега. – Заканчивайте там облизываться, а то медузы смущаются и гаснут!

Настя резко отстранилась, чувствуя, как горят щеки. Виталик же лишь рассмеялся, не отпуская ее талии.

– Завидуй молча, Захаров! Занимайся своей блондинкой!

– Я уже занимаюсь, – донесся голос Даши, которая, судя по звукам, тоже была чем-то очень увлечена.

Настя спрятала лицо на груди Виталика, вдыхая запах его куртки.

– Я тебя ненавижу, – пробормотала она в ткань рубашки.

– Ага, конечно, – он поцеловал ее в макушку. – Именно поэтому ты сейчас обнимаешь меня так, будто я — последний кусок пирога в Большом зале.

– Ты просто теплый, – соврала она, сильнее прижимаясь к нему.

– Я не просто теплый, я — твой личный великан, – Виталик подхватил ее под колени и, несмотря на ее протестующий возглас, понес прочь от берега. – А теперь, Настенька, я предлагаю пойти к нам и доесть тот торт, который моя мама испекла к твоему приходу.

– Только если ты перестанешь шутить про мой рост! – крикнула она, болтая ногами.

– Ладно, ладно. Обещаю шутить только про твои брекеты. Они так мило искрятся, когда ты злишься...

Они шли по темной тропинке, и их тени, длинные и переплетенные, скользили по траве. Захаров и Даша остались где-то позади, погруженные в свой собственный мир магии и флирта. А Настя, качаясь на руках у Виталика, вдруг поняла, что это лето будет совсем не таким, как она планировала. И, пожалуй, это было лучшее, что могло с ней случиться после окончания десятого класса.

– Виталь? – позвала она тихо, когда они уже подходили к дому.

– А?

– А ты правда скучал?

Он остановился, посмотрел на нее серьезно и кивнул.

– Каждый день. Даже когда Захаров тащил меня на вечеринки к когтевранкам. Я просто закрывал глаза и представлял, как ты будешь подкалывать меня за мои новые ботинки.

– Они ужасные, кстати, – улыбнулась Настя.

– Вот видишь? – он рассмеялся и прижал ее к себе крепче. – Всё возвращается на круги своя. Только теперь я могу носить тебя на руках. И поверь, я не собираюсь тебя отпускать.

В окнах дома Виталика горел уютный свет. Впереди был целый месяц лета, полный долгих прогулок, дурацких шуток и новых, совсем не детских чувств. Настя знала, что завтра Даша будет в деталях рассказывать ей о «невероятном» Захарове, а она сама будет пытаться осознать, как ее «младший брат» превратился в того, ради кого сердце начинало биться в ритме чечетки. Но сейчас ей было просто хорошо. Тепло, спокойно и... высоко.