← Назад к обзору

Сломанная игрушка Фантом Таск

Тени Альбиона

Холодный медицинский гель пах ментолом и спиртом. Он неприятно холодил кожу вдоль позвоночника, но Гарри даже не поморщился, когда тонкие пальцы Майи Ямады бережно коснулись третьего грудного позвонка, где титановый каркас срастался с костной тканью.

– Проводимость в норме, сопротивление нейрошунта снизилось на два ома, – тихо, словно боясь нарушить хрупкую тишину диагностического бокса, произнесла Майя.

Она сидела на вращающемся табурете позади него, держа в руках портативный сканер. На экранах перед ней плясали зеленые графики синаптической активности, перемежающиеся с незнакомыми медицинскими иероглифами и схемами квантового резонанса.

– Это положительная динамика, сестра? – спросил Гарри, глядя на свое отражение в темном стекле выключенного монитора.

– Очень положительная, глупый, – Майя легонько щелкнула его по затылку, чуть выше крайнего серебристого разъема, и тут же заботливо стерла излишки геля мягкой салфеткой. – Наномашины ядра больше не пытаются перестроить твою центральную нервную систему под стандартный процессор. Твой собственный организм… он словно просыпается. Забирает контроль обратно. Доктор Такаси говорит, что это феномен. Твоя внутренняя энергия — та, которую вы в Британии зовете магией — наконец-то перестала конфликтовать с синтетическими волокнами. Она их обволакивает.

– Я чувствую это, – Гарри опустил взгляд на свои ладони.

Раньше, стоило ему закрыть глаза, мир превращался в сухую сетку координат: углы тангажа, остаток кинетической энергии, тепловые сигнатуры целей. Теперь сквозь эту математическую сухость пробивалось забытое детское ощущение — покалывание в подушечках пальцев, теплое, словно искры от камина в гостиной дедушки Чарльза. Магия, которую террористы пытались выжечь электрошоком и свести к банальному источнику питания для ядра IS, никуда не ушла. Она просто затаилась, ожидая, пока железо перестанет убивать плоть.

– Чифую-тян очень довольна вчерашним боем, – Майя улыбнулась, снимая медицинские перчатки. – Хотя она, конечно, никогда не скажет об этом вслух. На утреннем совещании дирекции она едва ли не с кулаками отстаивала твой рацион и отдельный график симуляций перед представителями министерства обороны.

– Оримура-сенсей… строгая, но справедливая, – произнес Гарри, надевая форменную белую рубашку. Застегивая пуговицы, он аккуратно заправил под воротник тонкую цепочку с армейским жетоном — единственной вещью, оставшейся от обломков его первой кабины. – Но министерство недовольно?

Лицо Майи на мгновение омрачилось. Она отвела взгляд, поправляя круглые очки, и в ее жесте Гарри безошибочно считал скрытое беспокойство:

– Политика — грязная вещь, Гарри-кун. Появление Ичики встряхнуло мир, потому что он был первым мужчиной, способным запустить экзоскелет. Но когда международное сообщество узнало, что есть второй… и что этот второй пилотирует модифицированный штурмовик третьего поколения без малейших признаков отторжения… началось форменное безумие.

Она сделала паузу, вздохнула и подошла ближе, положив руки ему на плечи:

– Хуже всего то, что зашевелились европейцы. Особенно англичане.

Гарри замер, пальцы на манжете рубашки едва заметно дрогнули:

– Они вспомнили, что у них был второй сын?

– Не они, – раздался резкий, ледяной голос от дверей медицинского отсека.

Чифую Оримура стояла в проеме, прислонившись плечом к косяку. Ее строгий черный костюм сидел безупречно, в руках она держала толстую папку с грифом секретности международного комитета IS.

– Поттерам до сих пор плевать, – отрезала Чифую, входя в комнату. Каблуки ее туфель сухо стучали по линолеуму. – Они слишком заняты турне своего золотого мальчика. Годрик Поттер на прошлой неделе победил какого-то карпатского василиска в показательной дуэли, вся пресса магического мира захлебывается слюной от восторга. Джеймс Поттер раздает интервью о непобедимости британской магии, а Лили возглавила совет по опеке юных волшебников.

На губах Чифую появилась ядовитая, саркастическая усмешка:

– Зашевелилось их магловское правительство и военная разведка МИ-6. Они сопоставили архивы Дурслей, утечки из «Фантом Таск» и официальные протоколы нашего инцидента. Британия поняла, что упустила величайший военно-стратегический ресурс десятилетия. Мальчика, в чьих жилах течет кровь древнейшего рода магов, способного напрямую синхронизироваться с технологиями IS без женского генома.

– Они прислали запрос на экстрадицию? – спросил Гарри. Голос его оставался ровным, но внутри, за ребрами, на мгновение вспыхнул холодный гнев.

– Они прислали целую дипломатическую ноту, – фыркнула Чифую, бросая папку на стол перед Майей. – Заявляют, что ты — похищенный подданный Ее Величества, находящийся на территории Японии под незаконным военным арестом. Требуют немедленной передачи в посольство Великобритании для «реабилитации и воссоединения с семьей».

– С семьей… – тихо повторил Гарри, и в его зеленых глазах промелькнула сталь. – С теми, кто отдал меня за ненадобностью в чулан? Или с теми, кто продал меня за пачки банкнот людям со скальпелями?

– Никто тебя им не отдаст, – отрезала Чифую. В ее голосе звенел металл, не допускающий возражений. – Японское правительство уже отправило их дипломатов куда подальше, сославшись на то, что ты официально усыновлен гражданкой Японии Майей Ямадой и являешься действующим кадетом Международной Академии под юрисдикцией ООН. Но англичане не успокоятся. Сегодня прибывает их представительский кандидат.

Майя ахнула:

– Уже сегодня? Но распределение должно было быть только на следующей неделе!

– Они ускорили процесс, – Чифую скрестила руки на груди. – Сесилия Олкотт. Наследница британской аристократии, официальный пилот третьего поколения «Синие Слезы». Ей дали негласные инструкции: прощупать почву, оценить боеспособность Гарри и, если представится возможность, публично доказать превосходство британской школы пилотирования, чтобы уронить его статус как независимого испытателя.

Оримура посмотрела прямо в глаза Гарри:

– Ты понимаешь, что это значит, Поттер?

– Тактическое давление, – без запинки ответил юноша. – Провокация на открытый конфликт с целью создания прецедента для международного разбирательства.

– Именно. Поэтому в классе держи себя в руках. Если эта блондинка начнет задирать нос — игнорируй. Но если дело дойдет до полигона…

Чифую сделала паузу, и в ее глазах мелькнул хищный огонек, выдававший в ней лучшую мечницу мира:

– Размажь ее по арене так, чтобы у Лондона на три года пропало желание слать нам свои бумажки.

– Есть, Оримура-сенсей, – Гарри коротко склонил голову.

***

Классная комната первого года обучения гудела, как растревоженный улей.

Слухи в Академии IS распространялись быстрее, чем радиосигналы боевых дронов. Все уже знали, что сегодня в класс переводится официальный кандидат от Великобритании — представительница одной из самых богатых и влиятельных семей Европы.

– Говорят, ее «Синие Слезы» — это шедевр дальнобойного боя, – увлеченно рассказывал Ичика, крутясь на стуле перед партой Гарри. – Четыре автономных бит-орудия, высокоточные лазеры и пространственные сенсоры последнего поколения! Гарри, ты вообще представляешь, каково это — управлять четырьмя независимыми ударными дронами одновременно?

– Это создает колоссальную нагрузку на мозжечок и затылочные доли коры, – методично отозвался Гарри, раскладывая на столе электронный планшет и традиционную тетрадь. – При отсутствии прямой нейроинтеграции время отклика дронов составляет от нуля целых четырех десятых до полутора секунд. В условиях ближнего кинетического боя эта задержка фатальна.

– Ты всегда всё переводишь в секунды и углы атаки! – надулась сидевшая наискосок Лин, вертя в руках коробочку с домашним печеньем. – Она же девушка, к тому же аристократка! Нельзя оценивать людей только по ТТХ их экзоскелетов!

– В небе над нами нет девушек и аристократов, Хуан-сан, – спокойно парировал Гарри. – В небе есть только векторы движения, сигнатуры захвата целей и зоны поражения. Забудешь об этом — превратишься в обломки на земле.

– Опять ты за свое… – вздохнула Хоки, но в ее взгляде читалось полное согласие. Дочь мастера клинка прекрасно знала цену иллюзиям в реальной схватке.

Дверь класса с грохотом распахнулась, прерывая разговоры.

На пороге появилась она.

Сесилия Олкотт выглядела именно так, как представляли себе заносчивую британскую элиту в худших стереотипах. Роскошные светлые волосы, уложенные в идеальные спиральные локоны, безупречно подогнанная форма со специальными аксельбантами национальной сборной Великобритании, горделивая осанка и ледяной, оценивающий взгляд лазурных глаз.

Она обвела аудиторию взглядом, полным снисходительного превосходства, задержавшись на мгновение на Ичике, а затем ее глаза намертво пригвоздили Гарри.

Секундное замешательство сменилось на ее лице гримасой тонкой, почти брезгливой жалости.

– Надо же, – произнесла она звонким, поставленным голосом, наполненным безупречным аристократическим оксфордским акцентом. – Слухи не лгали. Второй юноша-пилот действительно здесь. Хотя я ожидала увидеть нечто более… внушительное, чем бледного мальчика, которого японцы подобрали на свалке после неудачной террористической выходки.

Класс мгновенно затих. Даже шелест страниц прекратился.

Лин сжала кулаки так, что затрещала пластиковая коробочка со сладостями. Хоки медленно опустила ладонь на ножны тренировочного меча, стоящего у парты. Ичика растерянно переводил взгляд с Сесилии на Гарри:

– Эй, ты чего несешь?! Какая свалка?! Гарри наш…

– Сидеть, Оримура, – тихий голос Гарри прозвучал не громче шепота, но в нем была такая плотность, что Ичика мгновенно захлопнул рот.

Гарри медленно поднялся из-за парты. Его движения были плавными, экономными, лишенными малейшей суеты. Он посмотрел на Сесилию Олкотт в упор. Его изумрудные глаза были абсолютно прозрачными и холодными, как арктический лед под броней перископа.

– Мисс Олкотт, полагаю? – произнес он на чистейшем, благородном британском английском — языке старой знати, которому его учил дедушка Чарльз задолго до того, как его мир рухнул. – Ваш акцент выдает корни южного Уилтшира. Однако манеры оставляют желать лучшего даже для провинциального дворянства. Впрочем, учитывая недавний скандал с банкротством ваших дальних родственников по материнской линии, падение стандартов в доме Олкотт вполне закономерно.

Лицо Сесилии вспыхнуло пунцовым румянцем. Ее безупречная маска превосходства треснула за долю секунды:

– Как ты смеешь?! Жалкий подкидыш! Твоя собственная семья отреклась от тебя! Великий род Поттеров вычеркнул твое имя из родословных книг, как бракованную деталь! Мой отец лично знаком с лордом Джеймсом, и он подтвердил: ты был рожден пустышкой, неспособной даже зажечь огонек на кончике палочки! Твое место — в резервациях для сквибов, а не в кабине боевой машины высшего класса!

В воздухе класса повисло тяжелое, давящее напряжение. Слово «сквиб» ничего не говорило японским кадеткам, но интонация, с которой оно было брошено, сочилась чистым ядом.

Гарри не сдвинулся ни на миллиметр. Он даже не моргнул:

– Лорд Джеймс Поттер — слепец, который продал будущее своего рода за аплодисменты толпы. А вы, мисс Олкотт — всего лишь громкоговоритель чужих заблуждений. Вы пришли сюда, чтобы заявить права британской короны на мою жизнь?

Сесилия надменно вздернула подбородок, пытаясь вернуть самообладание:

– Я пришла сюда, чтобы занять законное место лидера первого курса. И показать миру, что машины третьего поколения, созданные британским гением, не имеют равных. Место представителя класса принадлежит мне по праву крови и мастерства!

– Выборы представителя класса проводятся на дуэльной арене, – Гарри сделал шаг вперед из-за парты.

Его шаг был неслышным, но от его фигуры внезапно повеяло такой тяжелой, удушающей аурой опасности, что Сесилия инстинктивно отступила на полшага назад, к двери. Это была не аура школьника-дуэлянта. Это было дыхание боевой машины, прошедшей через мясорубку настоящей войны.

– Ичика претендует на этот пост, – продолжил Гарри, слегка повернув голову в сторону друга. – Но поскольку ваши претензии носят не академический, а политический и личный характер… я принимаю вызов вместо него. Если, конечно, «британский гений» не побоится встретиться со «свалкой» один на один.

– Что?! – Сесилия яростно прикусила губу. – Ты смеешь вызывать меня?! Персонального кандидата на серийном прототипе?!

– Сегодня в шестнадцать ноль-ноль. Четвертый сектор полигона. Официальная дуэль за пост представителя первого года, – Гарри равнодушно сел обратно на свое место и открыл тетрадь. – Не опаздывайте, мисс Олкотт. Задержка старта более чем на три минуты карается техническим поражением по регламенту Академии.

В этот момент в класс вошла Чифую Оримура, держа под мышкой журнал. Ее холодный взгляд скользнул по багровой Сесилии, застывшей у дверей, и абсолютно спокойному Гарри:

– Все по местам. Урок тактики применения баллистических щитов начинается. Олкотт — сядьте на свободное место в третьем ряду. И захлопните рот, сквозняк мешает учебному процессу.

Сесилия, сжав зубы так, что побелели скулы, метнула на Гарри взгляд, сулящий скорую расправу, и резко прошагала к указанной парте.

***

– Ты с ума сошел! – Лин настигла Гарри на крыше учебного корпуса во время обеденного перерыва.

Ветер трепал ее темные хвостики, а глаза метали молнии. Следом за ней тяжело дыша по лестнице поднялись Ичика и Хоки, а в тени вентиляционной шахты уже беззвучно стояла Татинаси Сарасики, медленно обмахиваясь своим неизменным веером.

– «Синие Слезы» — это чертова дальнобойная турель! – выпалила Лин, ткнув пальцем в грудь Гарри. – У нее лазерный радар шестого уровня! Она расстреляет тебя с дистанции в три километра, ты даже приблизиться к ней не успеешь! Твой «Су-37» — ближнебойный перехватчик, ему нужен контакт!

– Лин права, Гарри, – нахмурился Ичика. – Я должен был драться с ней. Мой «Бякусики» обладает «Игнорированием брони», я мог бы разрубить ее дистанционные орудия…

– И потерять весь энергощит на первой же минуте сближения, – тихо и веско прервала его Татинаси, выступая из тени.

Ее веер с легким щелчком закрылся. В лазурных глазах президента студсовета не было привычной игривости — только расчет опытного стратега:

– Сесилия тренировалась с лучшими инструкторами британской армии. Ее тактика против новичков проста: плотный заградительный огонь бит-орудий, создание перекрестных секторов смерти и постепенное выжигание щита противника до нуля. Ичика с его прямолинейным рывком был бы идеальной мишенью.

Татинаси подошла к Гарри, ее ладонь легла ему на плечо, пальцы слегка сжали ткань пиджака:

– Но ты… ты ведь не собираешься играть по правилам Академии, правда, Гарри-кун?

Гарри посмотрел на небо над головой. Белые перистые облака медленно плыли над футуристическими шпилями учебных корпусов.

– Правила Академии запрещают атаковать кабину пилота боевыми кинетическими снарядами, – негромко произнес он. – Я перенастроил орудия на импульсную резиновую картечь повышенной плотности и снизил мощность вибролезвий до тренировочного порога. Я не собираюсь ее убивать.

– Но она оскорбила тебя! – воскликнула Хоки, ее рука непроизвольно сжалась на рукояти тренировочного меча. – Она назвала тебя… тем словом. Вычеркнутым. Неполноценным. Честь воина требует сокрушить того, кто оскверняет твое имя!

Гарри повернулся к Хоки. На его бледном лице промелькнула едва заметная, горькая тень улыбки:

– Имя «Поттер» осквернили те, кто носит его в Англии, Синононо-сан. Не она. Для меня это пустой звук. Набор фонем. Сесилия Олкотт — просто инструмент в руках британского министерства. Она думает, что война — это красивый турнир в белых перчатках, где побеждает тот, у кого дороже доспех и громче титул.

Он опустил взгляд на штифты в своих предплечьях:

– Пора показать ей, как выглядит война на самом деле.

Татинаси улыбнулась — хищно, тонко, с нескрываемым удовольствием истинной хозяйки клана Сарасики:

– Обожаю, когда ты говоришь таким тоном. Иди в ангар, Гарри. Я лично прослежу, чтобы Чифую сняла лимитаторы маневренности с твоего вектора тяги. Покажи этой заносчивой англичанке, почему небо Востока принадлежит не королеве.

***

– Внимание! Активация дуэльного барьера сектора номер четыре. Пилоты, подтвердите готовность систем.

Механический голос автоматического судьи отразился от бронированных стен колоссального купола.

Арена представляла собой сложный многоуровневый ландшафт: искусственные скалистые уступы, руины бетонных заводских построек и открытое воздушное пространство высотой до двухсот метров.

В северной точке завис «Синие Слезы».

Доспех Сесилии был великолепен. Изящный, ультрамариново-синий с серебряными вставками, он напоминал парящую бабочку из титана и оптического волокна. За ее спиной грациозно покачивались стабилизаторы, а вокруг корпуса в мягком гравитационном танце парили четыре каплевидных дрона — знаменитые «Биты», оснащенные импульсными лазерными эмиттерами. В руках Сесилии покоилась массивная снайперская винтовка системы «Звездный свет».

В южной точке над бетонной платформой застыл «Терминатор-37Б».

На фоне сияющего британского экзоскелета доспех Гарри выглядел ожившим кошмаром из эпохи холодной войны. Матово-темный, хищный, с резкими изломами плоскостей крыла изменяемой стреловидности. Его отклоняемые сопла тихо гудели, выбрасывая короткие языки синего пламени, а тяжелые кинетические пушки на предплечьях были направлены строго в землю. Никакого пафоса. Никаких украшений. Чистая, концентрированная геометрия смерти.

– Поттер! – голос Сесилии разнесся по открытому каналу связи. В нем звенела снисходительная уверенность. – Я даю тебе последний шанс признать поражение и сложить полномочия. Твой доспех — устаревший грубый хлам, собранный террористами из списанных запчастей. Ты не продержишься против моих дронов и тридцати секунд!

Гарри молчал.

Внутри пилотской капсулы его мир сузился до точки. Серебристые штифты в затылке вспыхнули ледяным огнем — прямой нейроинтерфейс замкнул контур. Индикаторы на виртуальном фонаре кабины вспыхнули изумрудным светом.

*Синхронизация — 98%.* *Вектор тяги — активен.* *Ограничители перегрузок — сняты по специальному коду «Брунгильда-01».*

– Таймер обратного отсчета: три… два… один… Старт!

Сесилия не стала тратить время на сближение.

– Огонь! – скомандовала она, вскидывая снайперскую винтовку.

Четыре автономных бита мгновенно взмыли в воздух, разлетаясь по полусфере и беря «Терминатор» в идеальный геометрический перекрестие. Четыре лазерных луча толщиной с палец и мощный луч снайперской винтовки сорвались одновременно, сходясь в одной точке пространства со скоростью света.

Это был гарантированный нокаут. Ни один пилот-первогодок не мог уклониться от лучевого оружия на такой дистанции.

Но в ту миллисекунду, когда пальцы Сесилии нажали на спуск, доспеха Гарри на месте уже не было.

Воздух в секторе старта взорвался оглушительным звуковым ударом.

Гарри не стал поднимать энергетический щит. Он просто активировал форсажные камеры двигателей на триста процентов мощности, вдавив рукояти управления от себя с нечеловеческой, машинной резкостью.

«Терминатор» сорвался с места не по прямой. Используя управляемый вектор тяги и резкое отклонение переднего горизонтального оперения, машина совершила чудовищный по динамике плоский штопорный рывок в сторону, проваливаясь в мертвую зону скалистого каньона. Пять лучей прошили пустой воздух, оставив на бетонной платформе оплавленные дымящиеся борозды.

– Что за… куда он делся?! – воскликнула Сесилия, глядя на пустой сектор прицела. Ее радар отчаянно пищал, захлебываясь помехами.

– Скорость звука у земли, – раздался холодный комментарий Чифую из динамика командного мостика. – Он ушел на предельно малую высоту. Олкотт, ищи его глазами, твой радар слеп в складках рельефа!

– Биты, сканирование каньона! Сетка «Браво»! – запаниковала Сесилия.

Четыре дрона устремились к расщелине скал, разворачивая лазерные сенсоры.

И в этот момент скала взорвалась.

Темно-серый силуэт вылетел из облака каменной крошки вертикально вверх, практически в упор к первому дрону. Гарри не стрелял. На правой голени «Терминатора» со щелчком выдвинулось трехгранное вибролезвие системы «режущий шаг».

Словно цирковой акробат, машина совершила восходящее сальто в воздухе. Стальной клинок на подошве с визгом распорол корпус дрона пополам, разрывая оптические кабели и топливные магистрали. Дрон вспыхнул и рухнул вниз бесформенным куском искореженного пластика.

– Мой бит! – вскрикнула Сесилия от фантомного нейрошока.

– Минус один, – прозвучал ровный голос Гарри в радиоэфире.

«Терминатор» не остановился. Используя инерцию вращения, он задрал нос к небу, выходя на критический угол атаки. Газодинамические рули взвыли. Машина замерла на месте на высоте пятидесяти метров, встав на хвост — абсолютная, идеальная «Кобра», но на этот раз исполненная в боевом режиме.

Оставшиеся три дрона развернулись для залпа в упор.

– Не смей издеваться надо мной! – закричала Сесилия, наводя винтовку.

– Ты полагаешься на машины, которые думают за тебя, – произнес Гарри.

Его глаза вспыхнули изумрудным светом. В глубине его сознания спящая магия рода Поттеров и квантовые цепи ядра IS наконец слились в единый импульс. По корпусу «Терминатора» пробежали тонкие серебристо-зеленые молнии — не технологический статический разряд, а чистая, первородная магия изменения вероятностей.

Электроника британских дронов на долю секунды сошла с ума. Системы наведения «Синих Слез» выдали фатальную ошибку позиционирования: вместо одной цели сенсоры зафиксировали сотни фантомных тепловых сигнатур, рассыпавшихся вокруг штурмовика, словно перья призрачного изумрудного феникса.

– Ошибка захвата цели?! Но это невозможно! – Сесилия в ужасе нажала спуск, но лучи ушли в молоко, распарывая потолочные плиты арены.

«Терминатор» опустил нос. Орудия на предплечьях захлопнулись в боевое положение.

– Огонь на подавление.

Два тридцатимиллиметровых автомата загрохотали спаренными очередями.

Это не были лазеры. Это был шквал тяжелого свинца и композитного полимера. Грамотно выстроенная огневая траектория срезала оставшиеся два дрона, превращая их в металлическую пыль, а затем стена снарядов ударила по фронтальному щиту «Синих Слез».

Энергетический барьер Сесилии затрещал. Запас энергии щита начал стремительно таять:

*80%... 55%... 30%...*

– Отвали! Пошел вон! – в истерике кричала Сесилия, пытаясь включить реверс двигателей и разорвать дистанцию.

Но «Терминатор» уже был рядом. Он двигался с грацией хищного сокола, использующего нисходящий поток. Сложив крылья в стреловидную конфигурацию, Гарри сократил дистанцию до нуля за доли секунды.

Массивное металлическое предплечье русского штурмовика врезалось в снайперскую винтовку Сесилии, выбивая оружие из ее рук и отправляя его в полет на бетонные плиты арены.

Сесилия замерла.

Ее щит рухнул до критических пяти процентов, двигатели отключились автоматикой безопасности.

Она беспомощно зависла на высоте трех метров над землей, удерживаемая лишь аварийными антигравами. Прямо перед ее бронированным забралом застыло выдвижное вибролезвие правого наруча «Терминатора». Тонкая стальная кромка вибрировала с ультразвуковой частотой, издавая смертоносное низкое гудение в паре сантиметров от ее горла.

Один толчок манипулятора — и бронестекло капсулы лопнет, как яичная скорлупа.

В секторе воцарилась гробовая, ледяная тишина. Было слышно только прерывистое, паническое дыхание Сесилии через открытый микрофон.

– Бой… бой завершен! – механический голос судьи дрогнул. – Щит кандидата Олкотт истощен. Победитель — Гарри Поттер!

Вибролезвие со щелчком втянулось обратно в паз предплечья.

Сопла «Терминатора» с шипением стравили пар, охлаждая перегретые контуры. Забрало шлема Гарри поднялось, открывая его лицо. Бледное, мокрое от пота, со следами усталости вокруг глаз — но абсолютно спокойное.

Он посмотрел на дрожащую Сесилию, чьи руки судорожно сжимали рычаги управления.

– Передайте британскому министерству, мисс Олкотт, – негромко, но так отчетливо произнес Гарри, что его слова слышал каждый зритель в командном центре. – Я не подданный их короны. Я не оружие их армии. И я никогда не был их собственностью.

Он плавно развернул свой доспех спиной к ней, готовясь к посадке на техническую платформу:

– Если они хотят получить оружие — пусть пришлют моего брата. Говорят, он герой. А здесь… здесь школа для тех, кто учится защищать, а не красоваться перед колдокамерами.

***

Вечерний ветер на смотровой площадке главного корпуса был прохладным.

Гарри стоял, оперевшись руками на перила, и смотрел на заходящее солнце, окрашивающее залив Токио в багровые и золотые тона. Боль в затылке постепенно отступала, сменяясь приятным, чистым опустошением.

Сзади послышался знакомый, легкий стук каблучков.

Татинаси встала рядом, грациозно опершись локтями на ограждение. В ее руках была банка холодного яблочного сока, которую она без лишних слов прижала к горячей щеке юноши.

– Охладись, ас-истребитель, – с легким смешком произнесла она.

Гарри вздрогнул от холода алюминия, но послушно взял банку:

– Спасибо.

– Чифую только что отправила отчет в министерство, – Татинаси повернула к нему лицо, лукаво щурясь. – Говорят, британский военный атташе подавился своим вечерним чаем, когда увидел запись боя. Сорок восемь секунд, Гарри. Ты раскатал лучшего кандидата их академии меньше чем за минуту серийным кинетическим комплексом.

– Она пилотировала по учебнику, – Гарри открыл банку с характерным щелчком. – В учебниках не пишут, что противник может атаковать снизу сквозь скалу.

– В учебниках вообще много чего не пишут, – вздохнула девушка. Ее улыбка стала мягче, интимнее. Она сократила расстояние между ними, прижавшись плечом к его плечу. – Например, о том, что древняя магия может восстанавливать нейросети. То, что ты сделал в конце… этот оптический обман… это было заклинание иллюзий рода Поттеров, да? Дедушка Чарльз как-то показывал мне нечто подобное в Киото.

– Я не контролировал это осознанно, – признался Гарри. – Оно само вырвалось. Словно железо доспеха… попросило о помощи.

– Это называется резонансом, глупый, – Татинаси мягко накрыла его ладонь своей тонкой теплой рукой. – Твой IS принял тебя окончательно. Не как пилота-раба, которого заставляли нажимать на кнопки, а как свое сердце. Ты больше не подопытный образец номер двадцать четыре, Гарри. Ты пилот. Настоящий.

Гарри молчал, глядя на то, как их пальцы переплелись на металлических перилах. Тепло ее кожи прогоняло последние остатки металлического холода, годами жившего в его костях.

–