← Назад к обзору

Создатель

Вкус персика и табака

Джинву стоял у окна своей квартиры, глядя на огни вечернего Сеула. Город жил своей жизнью: тысячи людей спешили домой, не подозревая о том, что их мир висит на волоске, удерживаемый лишь волей одного человека. Но сегодня Теневого Монарха беспокоили не монстры из разломов и не интриги Ассоциации. Его беспокоило странное чувство, которое не покидало его с того самого момента, как он увидел Юки рядом со своим сыном.

Это было иррационально. Джинву, обладающий восприятием, способным уловить движение крыльев мухи на другом конце города, видел в этом парне лишь обычного человека. Юки казался «пустым» — его мана едва теплилась, соответствуя уровню слабого охотника ранга Е. И всё же, каждый раз, когда их взгляды пересекались на расстоянии, внутри Джинву что-то содрогалось. Старый инстинкт, заложенный еще в Двойном подземелье, кричал об опасности, но логика и чувства Монарха твердили обратное.

– Пап, ты чего в темноте стоишь? – Голос Сухо вывел его из оцепенения.

Джинву обернулся. Сын выглядел воодушевленным. В последнее время Сухо всё больше напоминал его самого в молодости, но в нем было больше света, больше жизни, которую Джинву постепенно терял, становясь единым целым со своей тенью.

– Просто задумался, – Джинву слегка улыбнулся. – Ты сказал, что твой друг придет к семи?

– Да, Юки подтвердил. Он классный парень, пап. Знаешь, он мне очень помог с тренировками. У него какой-то нестандартный взгляд на использование маны. Хотя он сам не особо силен, советы дает дельные.

Джинву кивнул, скрывая нахлынувшее подозрение. «Не особо силен», но дает советы будущему наследнику силы Монарха? Это звучало странно.

– Я хочу познакомиться с ним поближе, – произнес Джинву, проходя на кухню. – Если он твой близкий друг, я должен знать, кто он такой.

– Ты прямо как настоящий отец-наседка, – рассмеялся Сухо, накрывая на стол. – Не пугай его своей аурой Монарха, ладно? Он обычный гражданский, ну, почти.

Джинву промолчал. Он уже давно научился скрывать свою мощь так глубоко, что даже S-ранговые охотники видели в нем лишь симпатичного мужчину. Но Юки... Юки вызывал у него желание не просто скрыть силу, а выплеснуть её, чтобы проверить, выстоит ли этот парень под её гнетом.

Ровно в семь вечера раздался звонок в дверь.

Сухо бросился открывать. Джинву остался в гостиной, чувствуя, как воздух в комнате внезапно стал гуще. Запах. Тот самый запах, который преследовал его в кошмарах и самых сокровенных мечтах на протяжении многих лет. Табак. Персик. Горькая кора.

– Привет, Сухо! Прости, если немного опоздал, – раздался мелодичный, чуть хрипловатый голос.

– Проходи, Юки! Ты как раз вовремя. Знакомься, это мой отец, Сон Джинву.

Джинву медленно развернулся.

В дверях стоял молодой человек. Сегодня на нем не было той небрежной толстовки, открывающей татуировки. Он выбрал строгую черную водолазку, которая плотно облегала его атлетичное тело, темные брюки и начищенные до блеска туфли. Волосы были всё так же растрепанны, а в ушах поблескивали знакомые черные кольца.

Юкио посмотрел прямо в глаза Джинву. Его ярко-голубые глаза вспыхнули на мгновение, и в этом блеске Джинву увидел не просто искру, а целые галактики, рождающиеся и умирающие в бездне.

– Очень приятно познакомиться, господин Сон, – Юкио вежливо поклонился, но на его губах играла та самая полуулыбка, которую Джинву видел на алтаре смерти. – Сухо много рассказывал о вас.

– Взаимно, Юки, – голос Джинву прозвучал ровно, хотя сердце в груди пропустило удар. – Проходи к столу.

Ужин начался в подчеркнуто мирной обстановке. Сухо увлеченно рассказывал о своих успехах в подземельях, а Юкио внимательно слушал, вставляя короткие, но меткие замечания. Он вел себя как идеальный гость: был вежлив, обаятелен и проявлял искренний интерес к делам семьи.

Однако Джинву не сводил с него глаз. Он наблюдал за тем, как Юкио держит вилку, как он смеется, как его пальцы слегка постукивают по скатерти. В каждом его жесте сквозила грация хищника, который притворяется домашним котом.

– Скажи, Юки, – Джинву прервал рассказ сына, – откуда ты родом? Я не чувствую в твоем произношении сеульского акцента.

Юкио поднял взгляд от тарелки и мягко улыбнулся.

– О, я много путешествовал. Мои родители были... исследователями. Мы никогда долго не задерживались на одном месте. Можно сказать, я гражданин мира. Или того, что от него осталось после появления врат.

– Исследователями? – Джинву прищурился. – И что же они исследовали?

– Истоки, – коротко ответил Юкио. – То, что было до системы. До того, как мир превратился в игровую площадку для высших сущностей.

В комнате на мгновение повисла тишина. Сухо переводил взгляд с отца на друга, чувствуя внезапно возникшее напряжение.

– Пап, Юки очень начитанный, – попытался разрядить обстановку Сухо. – Он знает о монстрах и мане больше, чем любой профессор в Ассоциации.

– Верю, – кивнул Джинву, не отрывая взгляда от гостя. – Юки, скажи, а ты сам не думал о том, чтобы пройти повторную оценку? Мне кажется, твой ранг Е не совсем соответствует твоим... знаниям.

Юкио рассмеялся, и этот звук заставил тени в углах комнаты задрожать.

– Сила — это ведь не только количество маны, господин Сон. Это то, как ты её используешь. Зачем мне высокий ранг? Чтобы привлекать лишнее внимание? Мне нравится моя жизнь. Я предпочитаю наблюдать.

– Наблюдать за чем? – Джинву подался вперед, положив руки на стол.

– За тем, как меняется мир. За тем, как новые герои приходят на смену старым. – Юкио сделал паузу и добавил тише, глядя прямо в душу Джинву: – И за тем, как те, кто получил дар, справляются с его бременем.

Джинву почувствовал, как его собственная мана начала непроизвольно просачиваться наружу. Теневые солдаты внутри его тени заволновались. Игрис и Бериу едва сдерживались, чтобы не проявиться без приказа — они чувствовали что-то, чего не мог до конца осознать их господин. Ужас. Первобытный ужас перед существом, которое стояло у истоков их создания.

– Сухо, – внезапно сказал Юкио, не разрывая зрительного контакта с Джинву, – кажется, я забыл в твоей комнате свой телефон, когда мы заходили переодеться после тренировки. Не посмотришь?

– А? Да, конечно, сейчас, – Сухо быстро встал и вышел из кухни.

Как только дверь за ним закрылась, атмосфера в комнате изменилась мгновенно. Иллюзия обычного ужина рассыпалась прахом.

Джинву больше не сдерживался. Его аура Теневого Монарха обрушилась на кухню, заставляя стены вибрировать, а посуду — трескаться. Глаза его вспыхнули фиолетовым пламенем.

– Кто ты такой? – прорычал он, и его голос теперь звучал как хор тысяч мертвецов. – Я помню тебя. Тот день... алтарь... Ты не человек.

Юкио даже не вздрогнул. Он спокойно откинулся на спинку стула, и вокруг него образовался кокон тишины, о который разбивалась вся мощь Монарха, не причиняя ему ни малейшего вреда. Его голубые глаза сияли так ярко, что затмевали свет ламп.

– Ты повзрослел, Джинву, – произнес Юкио, и его голос теперь вибрировал от истинной власти. – Стал достойным преемником Эшборна. Но ты всё еще задаешь вопросы, на которые уже знаешь ответ.

– Ты сказал, что ты создал Монархов. Ты сказал, что они предали тебя, – Джинву медленно поднялся со своего места. Тень под его ногами начала расширяться, поглощая свет. – Зачем ты здесь? Зачем ты крутишься возле моего сына?

Юкио тоже встал. Он был чуть выше Джинву, и сейчас, в этом полумраке, его фигура казалась бесконечно огромной, заполняющей всё пространство реальности.

– Твой сын интересен, – Юкио сделал шаг к Джинву. – В нем течет твоя кровь, но в нем есть и нечто иное. Потенциал, который может превзойти твой. А я... я просто заскучал. Бессмертие — утомительная штука, Джинву. Иногда хочется посмотреть, как растут семена, которые ты когда-то бросил в землю.

– Если ты тронешь его... – начал Джинву, материализуя в руке кинжал Гнева Камиша.

Юкио оказался рядом с ним быстрее, чем Джинву успел моргнуть. Это не была скорость охотника. Это было мгновенное перемещение самой материи. Юкио положил ладонь на руку Джинву, сжимающую кинжал, и магия оружия просто погасла.

– Тише, Монарх, – прошептал Юкио ему на ухо. – Я не враг твоему сыну. Пока что. Я дал тебе жизнь, когда ты молил о ней. Я дал тебе силу, о которой ты не смел и мечтать. Неужели ты думаешь, что я пришел, чтобы всё это разрушить?

Джинву замер. Дыхание Юкио коснулось его шеи, и снова этот запах — персик и табак. Воспоминания о поцелуе на алтаре вспыхнули в мозгу с новой силой. Тогда это была агония и спасение. Сейчас это было искушение и власть.

Юкио медленно провел пальцами по щеке Джинву, и тот почувствовал, как по его телу пробежал электрический разряд. Сила этого парня была не просто велика — она была фундаментальна. Он был самой основой, на которой строились законы этого мира.

– Ты всё еще помнишь вкус моей маны, не так ли? – усмехнулся Юкио. – Она течет в твоих венах вместе с силой тени. Ты — мое творение, Сон Джинву. В некотором смысле, ты принадлежишь мне больше, чем этой женщине, которая не смогла тебя принять, или Ассоциации, которая тебя боится.

Джинву хотел оттолкнуть его, хотел вызвать свой легион, но его тело не слушалось. Он был заворожен этой близостью.

– Что тебе нужно? – выдавил он.

– Только твоя верность, – Юкио отстранился, и давление мгновенно исчезло. – И твое молчание. Сухо не должен знать, кто я. Для него я просто Юки. Если ты раскроешь мою личность, цена будет выше, чем та, которую ты заплатил в подземелье. Понимаешь?

– Да, – ответил Джинву, чувствуя, как к нему возвращается контроль над телом.

В этот момент дверь комнаты открылась, и вошел Сухо, вертя в руках телефон.

– Нашел! Он завалился за кровать. Ребят, вы чего в темноте стоите? Лампочка перегорела?

Юкио мгновенно превратился в прежнего обаятельного парня. Он весело подмигнул Сухо.

– Да, видать, напряжение скакнуло. Твой отец рассказывал мне очень интересную историю о своих первых походах.

Джинву с трудом сглотнул, пытаясь унять дрожь в руках. Он посмотрел на сына, затем на Юкио. Он понимал, что попал в ловушку, из которой нет выхода. Создатель вернулся, и он не собирался уходить.

– Да, – подтвердил Джинву, стараясь, чтобы его голос не дрожал. – Очень интересную историю.

Вечер закончился так же мирно, как и начался. Юкио вскоре откланялся, сославшись на то, что ему нужно подготовиться к завтрашней тренировке. Сухо пошел его провожать до лифта.

Джинву остался один на кухне. Он смотрел на пустую тарелку гостя и чувствовал, как в воздухе всё еще витает аромат персика и табака. Он подошел к окну и увидел, как Юкио выходит из подъезда.

Парень остановился, словно почувствовав взгляд, и поднял голову. Он не помахал рукой, не улыбнулся. Он просто смотрел на окна квартиры Джинву несколько секунд, а затем достал сигарету и закурил. Огонек зажигалки на мгновение осветил его лицо — лицо бога, играющего в человека.

Джинву коснулся своих губ. Он знал, что эта встреча была лишь началом. Юкио вернулся не просто так. Он что-то задумал, и Сухо был частью этого плана. Но самым пугающим было не это.

Самым пугающим было то, что Джинву, величайший охотник человечества и Повелитель Теней, в глубине души снова хотел почувствовать ту мощь. Он хотел снова ощутить вкус губ того, кто когда-то вытащил его из бездны, только чтобы затянуть в еще более глубокую тьму.

– Ты заплатишь высокую цену, – прошептал Джинву слова, которые услышал много лет назад.

Теперь он понимал: цена еще не была выплачена до конца. И Юкио пришел за остатком.