← Назад к обзору

Свн6

Скелеты в шкафу и лапша на ушах

Ужин в доме Сон всегда был священным ритуалом, временем, когда даже Монарх Теней откладывал свои бесконечные заботы о равновесии миров, а Чхве Хаин переставала быть сильнейшим охотником Южной Кореи. На столе дымился кимчи-ччигэ, стояли тарелки с пулькоги и идеально приготовленный рис. Аромат домашней еды должен был расслаблять, но Юки чувствовал себя так, словно сидел на вершине действующего вулкана.

Его татуировка на груди всё еще неприятно покалывала после недавнего инцидента на складе. Заклинание-печать восстановилось, но магические потоки внутри него всё еще бурлили, требуя выхода. Юки старался вести себя как обычно: он небрежно ковырял палочками в тарелке, раскачиваясь на стуле, и периодически поправлял наушник, висящий на шее.

– Юки, сядь ровно, ты не на скейтборде, – мягко, но настойчиво произнесла Хаин, переводя взгляд с мужа на младшего сына.

– Виноват, мам, – Юки лучезарно улыбнулся, выпрямляя спину. – Просто мышцы забились после тренировки. Учитель Ким сегодня гонял нас так, будто мы готовимся к штурму врат ранга S.

Джинву, сидевший во главе стола, поднял глаза от своей тарелки. Его взгляд был спокойным, но Юки всегда казалось, что отец видит его насквозь, до самых костей — в буквальном смысле.

– Это полезно, – заметил Джинву. – Координация и выносливость важны даже для тех, кто не планирует связывать жизнь с охотой. Кстати, Юки, как твоя учеба? Учителя не жалуются на твое поведение?

– Всё пучком, пап! – Юки бодро закивал, отправляя в рот кусок мяса. – Математика идет туго, но зато по английскому я лучший в классе. Ну, если не считать того, что я иногда спорю с учителем из-за сленга. Они там в учебниках застряли в прошлом веке.

– Главное, чтобы твои «споры» не закончились в кабинете директора, – Хаин улыбнулась, подкладывая сыну еще немного овощей. – Мы с отцом хотим, чтобы у тебя было нормальное будущее. Без лишнего риска.

Юки кивнул, стараясь не смотреть на Сухо. Его старший брат сидел напротив, воплощение идеального сына: прямая осанка, безупречные манеры, сосредоточенность. Сухо ел молча, и только легкое движение бровей выдавало его внутреннее напряжение. Он знал правду. Он видел те костяные головы и ту первобытную мощь, которую Юки выпустил на волю. И этот секрет теперь связывал их крепче любых семейных уз.

– Юки, сынок, – Хаин вдруг отложила палочки и заговорщицки наклонилась вперед. – Учеба — это, конечно, важно. Но ты такой видный парень... Высокий, красивый. В школе, наверное, от девчонок отбоя нет?

Юки в этот момент как раз решил запить еду соком. Услышав вопрос, он поперхнулся, и жидкость пошла не в то горло. Парень закашлялся, закрывая рот ладонью, а его лицо приобрело оттенок спелого помидора.

– Мам! – выдавил он наконец, когда приступ кашля утих. – Ну ты чего, серьезно?

– А что такого? – Хаин искренне рассмеялась, глядя на смущение сына. – Тебе шестнадцать. Самое время для первых свиданий. Или ты всё свободное время тратишь на свои танцы и скейт? У тебя есть кто-нибудь на примете?

Юки почувствовал, как по спине пробежал холодок. Его «свободное время» обычно уходило на тайные тренировки в заброшенных зонах, где он учился управлять армией неживых костей, и на редкие перекуры, которые помогали унять зуд магической энергии. Девушки? В его жизни было много поклонниц, но подпускать кого-то близко означало подвергнуть свой секрет риску.

– Ей-богу, мам, – Юки картинно закатил глаза, пытаясь перевести стрелки. – Какая еще девушка? У меня график плотнее, чем у папы в его лучшие годы. Танцы, боевка, скейт, Mobile Legends... Мне спать-то некогда!

Он хитро прищурился и указал палочками на брата.

– Лучше о таком Сухо спрашивай, а не меня. Он у нас гордость семьи, отличник и будущая звезда академии. Наверняка у него там целый гарем из поклонниц, просто он слишком скромный, чтобы признаться. А меня пока только учеба интересует... Ну, и новый трюк на скейте.

Сухо, который до этого момента успешно прикидывался деталью интерьера, замер. Он медленно поднял взгляд на брата, и в этом взгляде читалось явное обещание скорой и болезненной расправы.

– Юки... – предостерегающе произнес Сухо.

Но было поздно. Хаин, словно ищейка, почуявшая след, моментально переключила внимание на старшего сына.

– Сухо? – Она внимательно посмотрела на него, прищурив глаза. – А ведь Юки прав. Ты совсем ничего не рассказываешь о своей личной жизни. В академии много талантливых девушек-охотников. Неужели никто не заставил твое сердце биться чаще?

Джинву тоже с интересом посмотрел на старшего сына. В комнате повисла тишина, нарушаемая только тиканьем настенных часов. Сухо почувствовал, как на лбу выступает испарина. Он привык сражаться с монстрами, но допрос матери был испытанием совершенно иного уровня.

– Мама, я сосредоточен на тренировках и контроле маны, – чеканным голосом ответил Сухо, стараясь сохранять невозмутимость. – Личные отношения сейчас будут только отвлекать.

– Ой, ну какой ты зануда, – фыркнул Юки, наслаждаясь моментом. – Типичный «идеальный старший брат». Пап, скажи ему! Жизнь проходит мимо, пока он полирует свой меч.

Джинву усмехнулся, в его глазах блеснули искорки веселья.

– Каждый выбирает свой путь, Юки. Но баланс важен во всем. Сухо, твоя мать просто переживает.

– Я не переживаю, я просто любопытствую! – поправила Хаин, не сводя глаз с Сухо. – Так что, совсем никто? Даже та милая девушка из отдела логистики, которая заходила к нам на прошлой неделе?

Сухо вздохнул, понимая, что просто так его не отпустят.

– Мама, это была рабочая встреча. Мы обсуждали поставку экипировки.

– Ага, и поэтому она покраснела как рак, когда ты ей ручку подал? – вставил свои пять копеек Юки, едва сдерживая смех.

– Юки, если ты не замолчишь, я завтра лично проверю твою «координацию» на тренировочной площадке, – тихо сказал Сухо, и в его голосе проскользнула сталь, от которой у обычного человека подкосились бы ноги.

Юки лишь беззаботно махнул рукой. Он знал, что брат не причинит ему вреда, особенно при родителях. Ему нравилось это ощущение — быть «живым» элементом в этой семье, тем, кто нарушает тишину и заставляет всех улыбаться или злиться. Это была его роль, его маскировка.

– Ладно-ладно, молчу, – Юки поднял руки в притворном жесте сдачи. – Просто обидно, понимаете? Я тут весь такой бунтарь, душа компании, а все лавры достаются тихоне Сухо.

– Мы любим вас обоих одинаково, – Хаин тепло улыбнулась, и напряжение за столом начало спадать. – Просто вы такие разные. Иногда я удивляюсь, как в одной семье могли вырасти такие противоположности. Один — ценитель искусства и порядка, другой — вихрь на скейтборде.

Юки улыбнулся в ответ, но внутри у него что-то кольнуло. «Если бы вы только знали, насколько мы на самом деле похожи», – подумал он. Его сила была такой же темной и древней, как у отца, просто она приняла иную форму. Кости вместо теней. Смерть вместо вечного служения.

Когда ужин подошел к концу, Юки вызвался помочь с посудой — редкий порыв, который должен был окончательно усыпить бдительность родителей. Пока он расставлял тарелки в посудомойку, Сухо подошел к нему, делая вид, что берет стакан воды.

– Ты ходишь по тонкому льду, – прошептал брат, наклонившись к самому уху Юки. – Сначала тот склад, теперь эти шуточки... Ты думаешь, отец ничего не замечает?

Юки перестал греметь тарелками и серьезно посмотрел на брата. Его небесно-голубые глаза на миг стали холодными, как ледники.

– Отец видит то, что я позволяю ему видеть, – так же тихо ответил он. – Печать работает. А ты... ты обещал молчать. Помни о сделке, Сухо. Полгода домашки по искусству.

– Я помню, – Сухо сжал стакан чуть сильнее, чем следовало. – Но если твои «кости» однажды вылезут наружу в неподходящий момент, я не смогу тебя прикрыть. Ты играешь с огнем, Юки.

– Нет, брат, – Юки снова нацепил свою привычную дерзкую ухмылку. – Я играю со смертью. А она, как выяснилось, отличный партнер по танцам.

Сухо покачал головой и вышел из кухни. Юки проводил его взглядом, а затем почувствовал, как в кармане завибрировал телефон. Сообщение в чате «Mobile Legends» от одного из его знакомых по игре: «Слышал, на заброшке у порта сегодня было жарко. Говорят, там видели что-то... костяное. Твоих рук дело, Снежок?»

Юки нахмурился и быстро удалил сообщение. Слухи распространялись быстро. Ему нужно было быть осторожнее.

Он вышел на балкон, убедившись, что родители заняты просмотром новостей в гостиной. Вечерний Сеул сиял миллионами огней. Юки достал из потайного кармана куртки сигарету и щелкнул зажигалкой. Горький дым наполнил легкие, принося долгожданное успокоение. Магия внутри него утихла, свернувшись клубком, словно сытый зверь.

– Девушки, учеба... – пробормотал он, глядя на свои руки. – Если бы они знали, что их «бунтарь» каждую ночь сражается с тем, что лезет из самых темных углов этого мира.

Он прикрыл глаза, и на мгновение в его сознании всплыли те две огромные костяные головы. Они ждали его зова. Они были частью его сущности, его истинным «я», которое он был вынужден прятать под маской обычного подростка.

Внезапно дверь на балкон приоткрылась. Юки моментально щелчком отправил окурок далеко вниз, в темноту сада, и обернулся, напустив на себя максимально расслабленный вид.

На пороге стоял Джинву. Он не вошел, просто оперся о косяк, глядя на сына.

– Воздухом дышишь? – спросил он. В его голосе не было обвинения, только странная, глубокая печаль.

– Да, пап. Звезды сегодня красивые, – ответил Юки, стараясь не дышать в сторону отца, чтобы тот не почувствовал запах табака.

Джинву подошел к перилам и встал рядом. Он долго молчал, глядя на город, который когда-то спас.

– Знаешь, Юки... – начал он тихо. – Когда я был в твоем возрасте, я тоже думал, что смогу всё скрыть. Что смогу нести свою ношу в одиночку. Это плохая стратегия. Она выжигает изнутри.

Сердце Юки пропустило удар. Неужели? Неужели печать дала сбой?

– Пап, ты о чем? – он постарался рассмеяться, но смех вышел сухим. – Какая ноша? Моя главная проблема сейчас — как сдать тест по истории на следующей неделе.

Джинву повернул голову и посмотрел сыну прямо в глаза. На мгновение Юки показалось, что зрачки отца вспыхнули фиолетовым пламенем, а тени у его ног зашевелились, обретая форму.

– Если тебе когда-нибудь станет слишком тяжело... если твой «бунт» выйдет из-под контроля — приди ко мне. Не к Сухо, не к матери. Ко мне. Понял?

Юки сглотнул. В этот момент он понял, что его отец, возможно, не знает деталей, не знает про кости и древние заклинания, но он чувствует саму суть. Кровь Монарха Теней в жилах Юки не могла быть полностью скрыта никакой печатью.

– Понял, пап, – ответил он серьезно, отбросив напускное легкомыслие.

Джинву кивнул, хлопнул сына по плечу и так же бесшумно, как появился, ушел в дом.

Юки остался один. Его руки дрожали. Он прижал ладонь к татуировке на груди, чувствуя, как под кожей пульсирует мощь, готовая разорвать мир на части.

– Похоже, игра становится всё опаснее, – прошептал он в пустоту.

Он вернулся в свою комнату, бросил скейт в угол и повалился на кровать, надевая наушники. Включив тяжелый рок на полную громкость, он закрыл глаза. Ему нужно было поспать. Завтра будет новый день, новые маски и новые битвы, о которых никто не должен узнать.

В конце концов, он был Сон Юки. Бунтарь, танцор и повелитель костей. И он еще не был готов признать поражение в этой игре теней и света.