← Назад к обзору

Свн6

Родственные узы и пороховая бочка

Дом семьи Сон еще никогда не казался Юки таким тесным. Даже в те моменты, когда он тайно тренировался в призыве костяных драконов в своей комнате, пространства было больше. Сейчас же воздух буквально искрил от избытка женской энергии, любопытства и того особого рода заботы, которая больше напоминает допрос в застенках Ассоциации Охотников.

Причиной этого стихийного бедствия стала Сон Джиа. Тетя Юки и Сухо, узнав о том, что у младшего племянника — того самого «проблемного» бунтаря — появилась девушка, сорвалась с места мгновенно. Она прилетела первым же рейсом, полная решимости выяснить всё до мельчайших подробностей.

Сейчас вся семья собралась в гостиной. Сон Джинву, мудро решив не вмешиваться в женские разборки, отгородился от реальности планшетом, делая вид, что изучает отчеты о новых разломах. Однако Юки видел, как подергивается уголок его губ, когда Джиа в очередной раз переходила на ультразвук от восторга.

– Нет, вы только посмотрите на него! – Джиа всплеснула руками, едва не задев вазу. – Наш Юки, наш маленький скейтбордист с вечными синяками на коленях, обзавелся дамой сердца! И какой дамой! Хаин, ты видела эти фотографии? Она же выглядит как принцесса из другого измерения!

– Я видела её вживую, Джиа, – мягко улыбнулась Хаин, разливая чай. – Она действительно производит впечатление. Хотя её вкус в одежде... скажем так, специфичен.

– Специфичен? Это называется «стиль», дорогая! – Тетя Джиа бесцеремонно уселась рядом с Юки и ущипнула его за бледную щеку. – Ну, признавайся, Казанова, как ты её заарканил? Неужели твои костяные фокусы помогли? Или ты просто включил свое фирменное обаяние «плохого парня»?

Юки, который до этого момента пытался слиться с обивкой дивана, издал страдальческий стон. Его фарфоровая кожа начала приобретать отчетливый розовый оттенок, что случалось крайне редко.

– Тетя, пожалуйста, – пробормотал он, пытаясь отстраниться. – Мы просто... общаемся. У нас общие интересы.

– Общие интересы? – Сухо, сидевший в кресле напротив, не смог удержаться от шпильки. – Ты имеешь в виду изучение темных искусств и прогулки по местам, где нормальные люди боятся ходить даже днем?

– Сухо, замолчи, – огрызнулся Юки, метнув в брата взгляд, полный обещаний скорой расправы.

– Ой, Сухо, не завидуй! – Джиа повернулась к старшему племяннику. – Я, честно говоря, ни капли не удивлена, что девушка появилась сначала у Юки. Ты у нас слишком правильный, весь в папу. Вечно в делах, в тренировках... А Юки — он живой! В нем есть искра, бунт! Девочки таких обожают.

– Я просто более ответственный, – сухо (каламбур не был намеренным) ответил Сухо, поправляя воротник.

Джинву за планшетом издал короткий смешок, но тут же спрятал лицо за экраном, когда Хаин бросила на него строгий взгляд.

– Юки, милый, – Хаин присела на край стола, глядя на младшего сына с той самой материнской проницательностью, от которой не спасала никакая магия. – Мы с тетей просто беспокоимся. Лилит — девушка необычная. Мы чувствуем, что она... непростая. Ты ведь понимаешь, что такие отношения накладывают определенную ответственность?

– Я всё понимаю, мам, – Юки вздохнул, понимая, что разговор входит в опасную стадию.

– И я имею в виду не только магическую ответственность, – добавила Хаин, понизив голос. – Вы молоды, кровь кипит. Юки, ты ведь знаешь о... последствиях?

В гостиной повисла такая тишина, что было слышно, как гудит холодильник на кухне. Юки замер. Он ожидал расспросов о силе Лилит, о её семье, о его планах на будущее, но к «этому» разговору в присутствии всей семьи он готов не был.

Тетя Джиа подалась вперед, её глаза блестели от любопытства.

– Да-да, племянничек! – подхватила она. – Мы о вопросах интимности. Ты у нас парень видный, атлетичный... И эта твоя татуировка на груди, она ведь наверняка действует на девушек как магнит? Вы же не собираетесь сделать меня бабушкой слишком рано? Хотя я была бы самой стильной бабушкой в Сеуле...

– Джиа! – одернула её Хаин, хотя сама едва сдерживала улыбку.

Юки почувствовал, что если он сейчас не возьмет ситуацию в руки, то его достоинство окончательно рассыплется в прах, как один из его скелетов. Он выпрямился, расправил плечи и посмотрел прямо в глаза тете, а затем матери. Его небесно-голубые глаза на мгновение потемнели, в них промелькнула та самая сталь, которая обычно появлялась только во время призыва лазурной косы.

– Слушайте, – его голос прозвучал неожиданно твердо и низко. – Я знаю, что вы все думаете. Что я — безответственный подросток, который только и делает, что нарушает правила. Но когда дело касается Лилит... всё иначе.

Он сделал паузу, чувствуя на себе взгляд отца, который наконец-то отложил планшет.

– У нас всё под контролем. Правда. Мы взрослые люди, несмотря на возраст. Мы предохраняемся, и я прекрасно осознаю все риски. Так что можете расслабиться — в ближайшее время менять подгузники вам не придется. Мы не собираемся делать вас бабушками раньше срока.

Сухо поперхнулся чаем. Хаин изумленно приоткрыла рот. Тетя Джиа несколько раз моргнула, явно не ожидая такой прямоты от «маленького Юки».

– О... – Джиа первой обрела дар речи. – Ого. Ну... это было... очень честно.

– Юки, – Хаин мягко коснулась его руки. – Мы просто хотели убедиться, что ты...

– Я знаю, мам. Вы заботитесь. Но Лилит — это не просто «девушка». Она — часть моего мира. Того самого мира, который я так долго скрывал от вас. И я не допущу, чтобы что-то пошло не так. Ни в магии, ни в жизни.

Джинву медленно поднялся со своего кресла. Его массивная фигура на мгновение заслонила свет ламп, создавая длинную тень, которая коснулась ног Юки.

– Хорошо сказано, – произнес Монарх Теней. – Ответственность — это то, что отличает мужчину от мальчика. Юки, я рад, что ты понимаешь серьезность момента.

Джинву подошел к сыну и положил тяжелую ладонь ему на плечо.

– Но если я узнаю, что ты лгал... – Джинву не закончил фразу, но в воздухе отчетливо пахнуло озоном и холодом пустоты.

– Я не лгу, пап, – Юки не отвел взгляда. – Никогда в таких вещах.

– Ну всё, всё! – Джиа снова захлопала в ладоши, разряжая обстановку. – Мальчик вырос! Джинву, посмотри, какой он у тебя кремень! Весь в мать, такая же решительность. А ты, Сухо, бери пример! Пока ты будешь полировать свои доспехи, все лучшие девушки Сеула разбегутся!

– Тетя, я прошу вас... – Сухо закрыл лицо рукой.

– Нет, серьезно! – Джиа уже вошла в раж. – Я вовсе не удивлена, что девушка появилась у тебя, Юки, раньше, чем у сухо. Ты — огонь, ты — жизнь семьи Сон! Без тебя этот дом был бы похож на музей античности. А теперь... теперь у нас есть Лилит. Я уже предвкушаю, как мы пойдем с ней по магазинам. С таким воротником, как у неё, мы просто обязаны посетить закрытые показы!

Юки представил Лилит — дочь древнего хаоса, владеющую фиолетовым пламенем — на шопинге с тетей Джиа и невольно содрогнулся. Это было опаснее, чем разлом ранга S.

– Думаю, Лилит будет в восторге, – соврал он, чувствуя, как напряжение окончательно уходит.

– Ладно, раз уж мы всё выяснили, – Хаин поднялась. – Сухо, помоги мне накрыть на стол. Джиа, ты наверняка проголодалась с дороги. Юки, ты можешь идти к себе, но чтобы через пятнадцать минут был внизу!

Юки не заставил себя ждать. Он буквально взлетел по лестнице на второй этаж, захлопнул дверь своей комнаты и рухнул на кровать. Сердце всё еще бешено колотилось.

– Ну и денек, – выдохнул он в подушку.

Он достал телефон. На экране светилось сообщение от Лилит, отправленное десять минут назад: «Чувствую всплеск маны в твоем доме. Твой отец решил меня испепелить дистанционно или твоя тетя просто слишком громко смеется?»

Юки быстро набрал ответ: «Второе. Она уже планирует твой гардероб на ближайшие пять лет. И... мы только что обсуждали вопросы контрацепции всей семьей. Пристрели меня».

Ответ пришел мгновенно: «Ха-ха! Костяной Монарх краснеет перед мамой? Это мило. Держись, Снежок. Завтра я спасу тебя от этого семейного уюта. У нас есть одно дело в заброшенном порту».

Юки улыбнулся. Он перевернулся на спину, глядя в потолок. Татуировка на груди приятно согревала кожу. Да, его жизнь была безумной. Да, его семья была набором ходячих катастроф и божественных сущностей. Но в этом и была её прелесть.

Он снова вспомнил слова тети Джиа о том, что он — душа семьи. Раньше это казалось ему обузой, маской, которую он носил, чтобы скрыть свою истинную силу. Но теперь, когда тайна была раскрыта, маска и лицо слились воедино. Он был бунтарем. Он был воином. И он был влюблен.

Снизу донесся голос тети Джиа, которая уже вовсю спорила с Сухо о чем-то совершенно маловажном. Юки встал, поправил серьгу в ухе и подошел к зеркалу.

– Ну что, Юки Сон, – прошептал он своему отражению. – Пора идти обедать. И постарайся не сгореть со стыда повторно, когда тетя начнет выбирать имена для твоих будущих детей.

Он вышел из комнаты, чувствуя, как в коридоре его встречает тень отца. Джинву стоял у окна, глядя на закат.

– Юки, – не оборачиваясь, позвал он.

– Да, пап?

– Ты действительно повзрослел. И дело не в девушке. Дело в том, как ты защищаешь то, что тебе дорого. Даже если это просто твое право на личную жизнь перед лицом Джиа.

– Спасибо, пап, – Юки остановился рядом.

– Но учти, – Джинву повернул голову, и в его глазах блеснул фиолетовый отблеск заката. – Если Лилит когда-нибудь захочет проверить на прочность стены этого дома... скажи ей, что я лично строил этот фундамент.

Юки усмехнулся и хлопнул отца по плечу.

– Она знает, пап. Поверь, она знает.

Они вместе спустились в столовую, где уже царил привычный хаос. Сухо пытался спасти свою порцию пулькоги от посягательств тети, Хаин смеялась, а на столе стоял аромат домашней еды, который не могла заменить никакая магия мира.

В этот вечер Юки понял: быть частью семьи Сон — это не только нести бремя силы. Это еще и уметь выживать за обеденным столом. И он справлялся с этим ничуть не хуже, чем с управлением костяными драконами.

Юки сел на свое место, поймал на себе подмигивание тети Джиа и просто начал есть. Жизнь была сложной, опасной и абсолютно сумасшедшей. Но он не променял бы её ни на какую другую. Даже если бы ему предложили стать самым обычным человеком в самом обычном мире. Ведь в обычном мире не было Лилит, не было лазурных молний и не было этой шумной, невыносимой и самой любимой семьи.