← Назад к обзору

Сын

Анатомия абсолюта и тени приюта

Второй день тренировок в подвальном зале дома Сон начался не с бодрящих криков, а с тяжелого, хриплого дыхания. Сон Сухо, будущая надежда ассоциации и обладатель редкого магического потенциала, сейчас выглядел как человек, которого несколько часов подряд переезжал каток. Его спортивная майка потемнела от пота, а ноги дрожали так сильно, что каждое приседание напоминало попытку удержать на плечах целое здание.

Над ним, словно безупречное изваяние, стоял Юки. На младшем брате не было ни капли усталости. Он был в одних свободных штанах, демонстрируя ту самую рельефную мускулатуру, которая заставляла даже Джин Ву чувствовать себя неловко. Черная татуировка на его плече, казалось, поглощала свет ламп, делая его образ еще более зловещим и притягательным.

– Спина прямая, Сухо, – голос Юки был холодным и ровным. – Если ты не можешь контролировать свои мышцы в покое, ты никогда не сможешь контролировать их в бою, когда мана начнет выжигать твои каналы.

– Я... я больше не могу, – прохрипел Сухо, валясь на маты. – Юки, это бессмысленно. Мое тело усилено магией. Зачем мне эти пытки? Я могу поднять тонну, когда использую ману, а сейчас я не могу поднять собственные ноги. Это... это просто не имеет практического смысла для охотника!

Джин Ву, стоявший чуть поодаль, молча наблюдал за сыновьями. Он сам только что закончил серию упражнений на баланс, которые Юки давал ему. Монарх Теней чувствовал каждую связку, каждую жилку. Это была странная, острая боль — боль живого существа, а не магического конструкта. Он быстро адаптировался, его тело, закаленное бесчисленными битвами, инстинктивно понимало, чего хочет Юки, но даже для него эта «чистая» нагрузка была испытанием.

Юки медленно перевел взгляд с брата на отца, а затем вздохнул, потирая переносицу. В этом жесте было столько старческого разочарования, что Сухо невольно стало стыдно.

– Вы всё еще не понимаете, – тихо сказал Юки.

Он подошел к стене зала — массивной конструкции из армированного бетона, способной выдержать случайный магический выброс ранга А.

– Ты говоришь, что это не имеет смысла, Сухо? – Юки встал в свободную стойку, его ноги слегка разошлись, распределяя вес. – Ты думаешь, что магия делает тебя сильным? Нет. Магия просто дает тебе рычаг. Но если сам рычаг сделан из соломы, он сломается, как только ты встретишь силу, превосходящую твою ману.

Юки сделал глубокий, медленный вдох. Его грудная клетка расширилась, мышцы пресса напряглись, превращаясь в стальной панцирь. На мгновение воздух вокруг него словно загустел, хотя артефакт подавления маны всё еще работал на полную мощность.

Без всякого замаха, коротким, почти незаметным движением Юки ударил кулаком в стену.

Раздался не просто звук удара — это был глухой, утробный рокот, от которого завибрировал пол под ногами Сухо и Джин Ву. Когда Юки отнял руку, в бетоне зияла огромная вмятина, окруженная сетью глубоких трещин. Куски крошки посыпались на пол.

– Смерти вопреки, Сухо, – Юки обернулся, его глаза сверкали ярко-голубым льдом. – Никакой маны. Чистая физика. Момент силы, переданный через идеально выстроенную структуру костей и мышц. Если бы я использовал ману с такой техникой, я бы обрушил этот дом. Но мне она не нужна, чтобы уничтожить врага.

Сухо и Джин Ву застыли. Джин Ву подошел к стене и коснулся края вмятины. Он чувствовал остаточное тепло от трения, но не чувствовал ни грамма магического следа. Это было невероятно. Это было физически невозможно для человека, не прошедшего Пробуждение.

– Ты... ты сделал это только мышцами? – голос Сухо дрогнул от благоговейного ужаса.

– Мышцы — это просто моторы, – ответил Юки, натягивая толстовку. – Важна синхронизация. Охотники ленивы. Вы нажимаете на кнопку «магия» и ждете результата. Я же сам являюсь и кнопкой, и результатом.

Юки подошел к скамье, взял полотенце и вытер лицо. Его движения снова стали мягкими, почти кошачьими. Напряжение в зале начало спадать, но шок в глазах его родных остался.

– Ладно, на сегодня пыток достаточно, – Юки бросил полотенце в корзину и посмотрел на отца. – Пап, есть кое-что серьезное.

Джин Ву мгновенно подобрался. Тон Юки изменился — исчезла наставническая жесткость, появилась тревога, которую младший сын редко себе позволял.

– Я слушаю, – коротко отозвался Монарх.

– Ты ведь знаешь, что я иногда езжу в приюты? – Юки оперелся спиной о треснувшую стену. – Отвожу туда десерты, которые не пошли на заказ, или просто остатки выпечки. Дети там меня любят, я знаю многих по именам.

Джин Ву кивнул. Он всегда одобрял это увлечение сына, считая это проявлением его доброго сердца, которое не огрубело, несмотря на отсутствие маны в мире силы.

– Так вот, – Юки нахмурился, его пальцы непроизвольно коснулись геометрического кулона на шее. – В последнее время в приюте «Зеленый холм» стало подозрительно мало детей. Я спросил у директора, куда делись Мин-хо, Су-джин и еще несколько ребят, с которыми я общался. Мне ответили, что их усыновили. Всех сразу, за одну неделю. Причем семьи якобы из-за границы.

Юки сделал паузу, его взгляд стал тяжелым.

– Я в это не верю, пап. Приют находится в районе, где уровень безопасности считается низким из-за близости к нестабильным вратам. Богатые иностранцы не ездят в такие места за детьми. И воспитатели... они ведут себя странно. Прячут глаза, суетятся. Когда я попытался пройти в жилой блок, меня не пустили, сославшись на «карантин». Но я не почувствовал там запаха лекарств. Зато я почувствовал кое-что другое.

Джин Ву прищурился.

– Что именно?

– Запах страха, – тихо сказал Юки. – И едва уловимый, гнилостный запах маны. Не такой, как у охотников. Она пахнет как... как застоявшаяся кровь. Мне это очень не нравится. Я хотел проверить сам, но если там замешаны пробужденные, мне будет сложно действовать скрытно, не раскрывая своих способностей. Проверишь это? Пожалуйста.

Джин Ву почувствовал, как внутри него всколыхнулась тьма. Если слова Юки были правдой, то под носом у Ассоциации происходило нечто чудовищное. И тот факт, что это заметил именно его «непробужденный» сын, говорил о многом.

– Я займусь этим немедленно, – голос Джин Ву стал подобен рокоту надвигающейся бури. – Бер, Игрит!

Из теней в углах зала мгновенно соткались две фигуры. Грозный муравей-король и верный рыцарь склонили головы перед своим господином. Сухо невольно отступил на шаг — даже будучи их союзником, он всегда чувствовал первобытный страх перед высшими тенями отца.

– Мой Король! – проскрежетал Бер, его глаза горели фиолетовым огнем. – Прикажите, и мы сотрем это место в пыль!

– Нет, – Джин Ву поднял руку. – Сначала разведка. Бер, отправь своих миньонов к приюту «Зеленый холм». Следите за каждым входом и выходом. Если увидите что-то подозрительное — не вмешиваться, пока я не дам команду. Юки, ты сможешь показать им место?

– Я поеду на мотоцикле, – Юки уже подхватил ключи. – Они могут следовать за мной в тенях.

– Будь осторожен, – Хэ Ин, которая незаметно вошла в зал и слышала конец разговора, подошла к младшему сыну и поправила воротник его толстовки. – Юки, если там опасно...

– Мам, ты же видела стену, – Юки мягко улыбнулся ей, и эта улыбка была самой теплой вещью в этом холодном бетонном зале. – Со мной всё будет в порядке. Я просто кондитер, который привез печенье. Кто заподозрит кондитера?

Когда Юки выкатил свой черный мотоцикл из гаража, тени вокруг него затанцевали. Бер и Игрит скользнули в его след, став невидимыми стражами. Джин Ву стоял на пороге дома, глядя вслед уезжающему сыну.

– Папа, – Сухо подошел к нему, всё еще потирая ушибленные мышцы. – Юки... он ведь сильнее нас всех, да? В каком-то фундаментальном смысле.

Джин Ву промолчал, но в его голове всё еще стоял звук удара Юки о стену. Звук силы, которая не просила разрешения у мира, чтобы существовать.

– Он — то, чем мы могли бы быть, если бы не полагались на костыли, Сухо, – наконец ответил Джин Ву. – А теперь иди в душ. Нам нужно подготовиться. Если Юки прав, сегодня ночью тени будут пировать.

Дорога до приюта заняла сорок минут. Юки ехал спокойно, не превышая скорость, но внутри него всё кипело. Он любил этих детей. Они были для него напоминанием о том, что мир может быть простым и искренним, в отличие от мира охотников, погрязшего в интригах и рангах.

Приют «Зеленый холм» представлял собой старое трехэтажное здание, окруженное высоким забором с колючей проволокой. Раньше это казалось мерой защиты от монстров, но теперь Юки видел в этом клетку.

Он припарковал мотоцикл у ворот и снял шлем. Охранник в будке, узнав его, неохотно нажал кнопку.

– Снова ты, Сон? – пробурчал мужчина, не глядя Юки в глаза. – Я же говорил, у нас карантин.

– Я просто оставлю коробку с пончиками на крыльце, – Юки вытащил из багажника ярко-розовую коробку. – Не хочу, чтобы дети остались без сладкого в такие времена.

– Ладно, клади и уходи, – охранник сплюнул на землю.

Юки прошел по дорожке к главному входу. Его чувства были обострены до предела. Он слышал, как в тенях за его спиной бесшумно перемещаются солдаты отца. Он чувствовал их присутствие как холодный ветерок.

Положив коробку на ступеньки, Юки на мгновение задержался. Он закрыл глаза и прижал ладонь к каменной кладке здания. Его тело, лишенное маны, работало как сверхчувствительный сейсмограф. Он почувствовал вибрацию. Глубоко под землей, под фундаментом приюта, работали генераторы. И еще... он услышал крик. Очень тихий, приглушенный толстыми стенами и слоями земли, но это был крик ребенка.

В ту же секунду запах гнилой маны стал невыносимым.

Юки резко развернулся и пошел обратно к воротам. Его лицо было непроницаемым, но рука, сжимавшая шлем, побелела от напряжения.

– Бер, – едва слышно прошептал он в пустоту. – Скажи отцу. Подвал. Там лаборатория. И там дети.

Тень под его ногами на мгновение расширилась и снова сузилась. Ответ был получен.

Юки сел на мотоцикл и отъехал на безопасное расстояние, скрывшись в переулке. Он знал, что сейчас начнется.

Через несколько минут небо над приютом внезапно потемнело. Это не были тучи. Это была аура Монарха Теней, которая накрыла здание, словно саван. Воздух задрожал от мощи, которую невозможно было скрыть.

Джин Ву появился прямо из воздуха над крышей приюта. Его глаза горели фиолетовым пламенем, а за его спиной разворачивались крылья из чистой тьмы.

– Вскрыть это место, – прозвучал голос, от которого задрожали стекла во всем районе.

Стены приюта буквально взорвались изнутри. Черные солдаты теней хлынули в проломы, сметая на своем пути наемников-охотников, которые пытались оказать сопротивление. Те, кто называл себя «охраной», падали замертво, даже не успев применить свои навыки — разница в силе была слишком велика.

Юки наблюдал за этим с крыши соседнего здания. Он видел, как Игрит аккуратно выносит на руках первых детей — напуганных, истощенных, но живых.

Внезапно из подвала здания вырвался столб грязно-зеленого пламени. Из разлома вышло существо, отдаленно напоминающее человека, но покрытое язвами и магическими печатями. Это был некромант-отступник, один из тех, кто проводил запрещенные эксперименты по пересадке маны от детей к богатым клиентам.

– Монарх Теней! – взвизгнул некромант, вскидывая посох. – Ты не имеешь права! Это частная собственность!

Джин Ву даже не удостоил его ответом. Он медленно опускался на землю, и каждый его шаг вызывал землетрясение.

– Ты тронул тех, о ком заботился мой сын, – тихо сказал Джин Ву, и в этом шепоте было больше угрозы, чем в любом крике. – Для тебя не будет смерти. Будет только вечность в моих тенях.

Некромант попытался сотворить заклинание, но в этот момент тень за его спиной ожила. Юки, который не смог остаться в стороне, спрыгнул с крыши и, используя свою невероятную скорость, оказался рядом с магом быстрее, чем тот успел завершить пасс.

Юки не использовал магию. Он просто нанес один удар — тот самый, который он показывал в зале. Его кулак вошел в грудную клетку некроманта, ломая ребра и разрывая магические потоки внутри его тела.

Маг захлебнулся собственной кровью, его посох выпал из рук. Он смотрел на Юки с ужасом, не понимая, как обычный человек может обладать такой силой.

– Это за Мин-хо, – холодно сказал Юки, выдергивая руку.

Джин Ву подошел к сыну и положил руку ему на плечо.

– Дальше я сам, Юки. Иди к детям. Им нужно увидеть знакомое лицо.

Юки кивнул. Он видел, как Бер и его солдаты методично зачищают остатки лаборатории. Он видел страх в глазах спасенных малышей, который начал сменяться надеждой, когда они увидели «парня с пончиками».

Этой ночью Сеул содрогнулся от гнева Монарха. Но в самом центре этого хаоса Сон Юки сидел на траве, окруженный детьми, и спокойно раздавал им сладости из своей коробки. Его татуировка медленно остывала, а ярко-голубые глаза снова стали мягкими.

Он был Сон Юки. Он не имел маны, но он имел силу защищать то, что ему дорого. И в этот момент даже Теневой Монарх, глядя на своего сына, понимал: истинная власть — это не количество солдат в тени. Это воля одного человека, который отказался быть слабым.

Когда рассвет забрезжил над руинами приюта, Джин Ву подошел к Юки.

– Ты был прав. Это была ферма по добыче магической эссенции. Мы нашли списки клиентов... там высокопоставленные чиновники из нескольких стран.

– Уничтожь их всех, пап, – Юки поднял на него взгляд. – Не как Монарх. Как отец.

Джин Ву едва заметно улыбнулся.

– Считай, что это уже сделано.

Они возвращались домой вместе. Сухо ехал в машине Ассоциации, сопровождая детей в госпиталь, а Джин Ву и Юки шли пешком по пустынным улицам.

– Юки, – начал Джин Ву после долгого молчания. – Тот удар... ты ведь не всё мне показал в зале.

Юки усмехнулся, поправляя кулон.

– У каждого кондитера должен быть свой секретный ингредиент, отец. Иначе клиенты перестанут удивляться.

Джин Ву посмотрел на небо. Он знал, что впереди еще много битв, но теперь он был спокоен. Потому что рядом с ним шел человек, который сделал невозможное — стал богом, оставаясь человеком. И этот человек был его сыном.