← Назад к обзору

Сын монарха

Абсолютная уязвимость

Зал приемов Ассоциации охотников Кореи сегодня напоминал выставку достижений магического хозяйства. Хрустальные люстры дрожали от избытка эманаций силы, витавших в воздухе. Здесь собрались сливки мирового сообщества: представители национальных уровней, лидеры крупнейших гильдий США, Китая и Японии. Все они приехали обсудить новые угрозы, но на деле — в очередной раз помериться длиной своих магических шлейфов.

Сон Юки чувствовал себя в этой толпе как лев в курятнике: ему было откровенно скучно, но при этом он ощущал каждое движение «птиц» вокруг. На нем была безразмерная черная футболка с крупным графическим принтом черепа, свободные штаны, перехваченные ремнями, и новенькие кроссовки Nike, которые мягко пружинили при каждом шаге. Кепка была сдвинута чуть набок, скрывая внимательный взгляд ярко-голубых глаз.

Пока его отец, Сон Джинву, с привычным ледяным спокойствием вел беседу с председателем, а мать и брат Сухо вежливо кивали иностранным делегатам, Юки предпочел отстраниться. Он облокотился на резные перила балкона, выходящего на тренировочную арену, и лениво покручивал на запястье тяжелые часы. В ушах пульсировал ритмичный бит, отсекающий лишний шум.

– Эй, парень, ты не ошибся дверью? – раздался грубый голос справа, перекрывая музыку.

Юки не шевельнулся. Он лишь слегка повернул голову, замечая группу из пяти человек. Судя по нашивкам — высокоранговые охотники из европейской делегации. От них так и фонило высокомерием и дорогой парфюмерией, смешанной с острой маной.

– Я к тебе обращаюсь, – рослый блондин с эмблемой S-ранга на лацкане пиджака сделал шаг вперед. – Ты сын того самого Сон Джинву? Мы слышали, у него есть младший, который... как бы это помягче... дефектный? Ни капли маны. Это правда?

Юки медленно снял один наушник и потер переносицу. Вздох получился тяжелым и искренним.

– Знаешь, – тихо произнес он, глядя на блондина, – обычно люди твоего уровня должны быть умнее. Но, видимо, мана выжигает серое вещество быстрее, чем я думал.

Охотники переглянулись. Воздух вокруг них заискрился — явный признак того, что они начали активировать свои пассивные навыки устрашения.

– Ты дерзишь тем, кто может раздавить тебя щелчком пальцев, малявка, – прошипел второй, пониже, с неприятной ухмылкой. – Твой отец — легенда, но ты — просто балласт. Хочешь, покажем тебе, что такое настоящая разница в силе?

Юки выпрямился. Его рост в 180 сантиметров и разворот плеч заставили нападавших на секунду замолчать, но отсутствие магического давления в его теле по-прежнему давало им ложное чувство безопасности.

– Раз не понимаете словами, будем объяснять действиями, – Юки спрыгнул с перил прямо на песок тренировочной арены, пролетев добрых пять метров и приземлившись совершенно бесшумно.

Он огляделся и заметил молодого охотника из охраны Ассоциации, который сжимал в руках тренировочный шест из композитного сплава.

– Одолжишь на пару минут? – Юки улыбнулся парню той самой обезоруживающей улыбкой «души компании».

Охранник, опешив, протянул оружие. Юки ловко перехватил шест, заставив его свистнуть в воздухе. В это время на балконах и трибунах стало тихо. Сон Джинву, Хэ Ин и Сухо, услышав шум, вышли к перилам. Джинву прищурился, его глаза опасно блеснули, но он не сделал ни шага, чтобы остановить сына. Он знал: Юки никогда не начинает драку первым, но всегда её заканчивает.

Пятеро иностранных охотников, раззадоренные вниманием публики, спрыгнули на арену вслед за ним.

– Пятеро на одного? – Юки подбросил шест и поймал его за спиной. – Справедливо. Хотя бы у вас будет шанс.

– Ты поплатишься за свой язык! – крикнул блондин, и его тело окутало золотистое сияние усиления.

Юки заговорил. Его голос был спокойным, но благодаря акустике зала его слышал каждый присутствующий.

– Охотники... Великие герои. Огромная мощь, которая спасает этот мир. Вы привыкли, что мир вращается вокруг вашего запаса маны, – он начал медленно вращать шест, создавая вокруг себя непроницаемый кокон из звука и движения. – Но у вашего успеха есть общая, фатальная слабость.

Первый охотник бросился в атаку, его кулак, заряженный энергией, был способен пробить танковую броню. Юки даже не посмотрел на него. Минимальное движение в сторону — и кулак прорезал воздух в миллиметре от его футболки.

– Представьте ситуацию, – продолжал Юки, нанося короткий, почти незаметный тычок шестом в колено нападавшего. – Ты S-охотник, величайший из великих. Но вдруг ты попадаешь в ловушку. В зону, где не работает твоя магия. Где твои «божественные» силы просто испаряются.

Блондин взвыл от боли и рухнул на песок. Его мана была активна, но удар Юки пришелся точно в акупунктурную точку, на мгновение парализовав нервный узел.

– В этот момент ты становишься обычным человеком, – Юки двигался между оставшимися четырьмя охотниками, словно танцуя. Шест в его руках казался живым существом. – Без своей великой силы, лимонные мои, вы просто... слабый мусор.

Второй нападающий попытался создать магический щит, но Юки, использовав инерцию собственного тела, ударил концом шеста в основание щита — именно туда, где поток маны был наиболее нестабильным. Конструкция рассыпалась искрами.

– Когда вы лишены магии, для врага вы — легкая добыча, – Юки внезапно ускорился.

Для зрителей на трибунах он превратился в размытую тень. Он не использовал магию, это была чистая биомеханика, доведенная до абсолюта. Он знал анатомию лучше любого хирурга. Удар по запястью — кинжал падает на землю. Удар под дых — охотник забывает, как дышать.

– Или вот пример, – Юки остановился перед последним, самым крупным противником, который в ужасе застыл, не понимая, как «пустышка» раскидал его элитную группу. – Ядро маны. Если знать, куда бить, его можно повредить механически. И ни одна броня в мире не спасет тебя от резонанса собственного тела.

Юки сделал резкий выпад рукой — не шестом, а просто открытой ладонью. Он не коснулся противника, но остановил руку в сантиметре от его солнечного сплетения. Воздушная волна от удара была такой силы, что охотника отбросило назад на несколько метров.

Юки развернулся к стене арены, которая была укреплена магическими печатями, выдерживающими удары ранга А. Он коротко, без замаха, ударил кулаком по бетону.

Раздался оглушительный треск. По стене поползли глубокие трещины, и огромный кусок камня просто вывалился наружу, превратившись в пыль. Охотники, стоявшие рядом, повалились на землю, закрывая головы руками, их штаны были испачканы строительной пылью и позором.

– Мана — это дар, – Юки обернулся к трибунам, поправляя кепку. – Но если вы делаете её своей единственной опорой, вы строите замок на песке. Я выбрал строить на камне.

Он подошел к замершему охраннику и с легким поклоном вернул ему шест.

– Спасибо, отличный баланс.

На арене воцарилась мертвая тишина. Иностранные делегаты смотрели на Юки с ужасом, смешанным с благоговением. Сон Джинву на балконе едва заметно улыбнулся, скрестив руки на груди. Хэ Ин прикрыла рот ладонью — она впервые видела, чтобы её младший сын демонстрировал такую холодную, концентрированную ярость.

Юки, словно и не было никакой драки, начал насвистывать мелодию, которая играла у него в наушниках. Он небрежно отряхнул футболку от пыли и зашагал к лестнице, ведущей к семье.

Когда он поднялся на балкон, Сухо первым нарушил молчание.

– Ты... ты сломал стену с антимагическим покрытием. Просто кулаком.

– Я же говорил, брат, – Юки подмигнул ему, проходя мимо. – Твои мышцы кора расслаблены. Если бы на моем месте был враг, ты бы уже не стоял здесь.

Джинву положил руку на голову младшего сына, взъерошив его черные волосы, выбившиеся из-под кепки.

– Ты слишком суров к ним, Юки. Они всего лишь люди, которые привыкли быть богами.

– Пусть привыкают быть людьми, пап, – ответил Юки, глядя отцу прямо в глаза. – Так безопаснее для всех.

В этот вечер разговоры о мане и рангах в Ассоциации поутихли. Все смотрели на парня с татуировкой перьев на шее, который спокойно уплетал принесенный с собой сэндвич, и понимали: в мире Сонов даже «пустота» может быть тяжелее целой вселенной. А Хэ Ин, глядя на своих сыновей, подумала, что слова Юки заставили даже её, охотницу ранга S, почувствовать легкий холодок по спине. Он был прав. И эта правда была сильнее любого заклинания.