Сын монарха
Стеклянный блеск и черная молния
Я стоял на балконе, вглядываясь в ночной Сеул, который раскинулся у подножия моего дома ярким ковром из неоновых огней. Ветер трепал мои волосы, но я не чувствовал холода — Теневой Монарх не знает таких земных слабостей. Мое внимание было приковано не к огням мегаполиса, а к молодому человеку, стоявшему в паре шагов от меня.
Мой старший сын. Моя гордость и моя самая сложная загадка.
Алекс оперся локтями о перила, глядя вдаль тем же пронзительным взглядом, который когда-то заставлял врагов дрожать. Но в его глазах горел не серый туман теней, а ослепительная синева электрических разрядов. Он был выше меня, шире в плечах, и в его осанке сквозила уверенность хищника, который знает, что на вершине пищевой цепи ему нет равных.
Юми проделала невероятную работу. Она воспитала его сильным, независимым и, что самое важное, сохранившим человечность в мире, где сила часто превращает людей в монстров. Мы разошлись с ней много лет назад, тихо и без взаимных упреков, просто осознав, что божественному существу и земной женщине трудно удержать равновесие на одном канате. Но Алекс стал тем мостом, который навсегда связал наше прошлое.
Тишину нарушил резкий щелчок зажигалки. Я повернул голову и увидел, как Алекс подносит огонек к сигарете. Густой дым поплыл в сторону сада.
– Ты куришь? – я не смог скрыть легкого удивления в голосе.
Алекс выпустил струю дыма, даже не взглянув на меня. Его профиль в лунном свете казался безупречным, словно сошедшим с обложки дорогого глянца.
– Пап, мне двадцать, а не пять, – отозвался он с легкой усмешкой, в которой слышалось снисхождение. – Не начинай лекцию о вреде здоровья. Мои клетки регенерируют быстрее, чем этот табак успеет хотя бы подумать о моих легких.
Я усмехнулся в ответ. Спорить с ним действительно было бесполезно. В этом упрямстве он был моей точной копией.
– Как поживает твоя мать? – спросил я, переводя тему. – Мы давно не общались.
– У нее всё отлично, – Алекс стряхнул пепел вниз. – Пекарня процветает. Она открыла уже третью точку в центре. Вечно в муке, вечно улыбается. А еще она возится с мелкой. Воспитывает ее настоящей леди, хотя, как по мне, та еще сорвиголова.
Я на мгновение замер. Информационные потоки, которые я обычно контролировал, видимо, дали сбой в личной сфере.
– У тебя есть сестра? – мой голос прозвучал чуть более хрипло, чем я планировал.
– Ага, – Алекс наконец посмотрел на меня, и в его глазах промелькнула теплота. – Ей десять. Мина. Совершенно несносная девчонка, но я ее обожаю. Она, кстати, постоянно спрашивает про «того крутого дядю с картинки».
– Поздравляю, – я искренне улыбнулся. – Рад за Юми. Она заслужила простое семейное счастье.
Мы помолчали. Воздух между нами снова наэлектризовался, но на этот раз не от магии, а от темы, которую я не мог больше игнорировать. Я видел, как Хэ Ин старается, как она сжимает кулаки под столом, когда Алекс проходит мимо, не удостаивая ее даже взглядом.
– Алекс, – я заговорил серьезно, – почему ты так относишься к Хэ Ин? Она не желает тебе зла. Она искренне хочет стать для тебя если не матерью, то хотя бы другом.
Сын резко выпрямился. Его куртка соскользнула с одного плеча, обнажая татуировку, которая тут же отозвалась на его гнев слабым синим свечением.
– Опять ты об этом, – голос Алекса стал ледяным. – Слушай внимательно, отец. Я уважаю тебя. Ты — Теневой Монарх, ты спас этот мир, и ты мой отец. Хэ Ин — твоя жена и мать твоего младшего сына. Она — твоя жизнь, твой выбор и твоя семья. Но для меня она — никто.
– Она часть моей жизни, значит, она должна быть частью и твоей... – начал было я, но он перебил меня.
– Не заставляй меня любить ее, – отрезал Алекс, и в его голосе прорезались нотки настоящей угрозы. – Если ты будешь давить, наши пути просто разойдутся. Я приехал сюда ради тебя и Сухо. Она — лишь дополнение к дому, которое я вынужден терпеть. Не путай мою вежливость с принятием. Твоя семья — это не моя семья.
Я тяжело вздохнул, глядя на него. В этот момент я почувствовал себя не всемогущим правителем теней, а просто растерянным родителем. Я понимал, что если продолжу этот разговор, то могу потерять его навсегда. Его гордость была его броней, и ломать ее означало уничтожить саму суть Алекса.
– Хорошо, я понял, – я поднял руку в примирительном жесте. – Больше не буду поднимать эту тему. Я не хочу тебя терять.
Алекс заметно расслабился. Молнии под его кожей утихли, и он снова затянулся сигаретой.
– Вот и отлично. Давай сменим пластинку.
Я решил зайти с другой стороны. Его жизнь в Европе была покрыта завесой тайны, и мне, как отцу, было любопытно, что происходит в его сердце.
– Кстати, – я прислонился спиной к перилам, – ты сейчас с кем-нибудь встречаешься?
Алекс хмыкнул, глядя на свои начищенные кеды.
– Ну, была одна особа в Париже. Модель, из тех, что не едят ничего, кроме солнечного света. Но мы расстались пару месяцев назад. Она оказалась... пустой. Красивая обертка, а внутри — только жажда внимания. Сейчас ни с кем. А что, папа, решил проверить мою личную жизнь?
Я выдержал паузу, обдумывая, как лучше преподнести свою идею.
– Да так. Просто хотел познакомить тебя с одним человеком. Его зовут Чон Ли Вон. Ему двадцать три года, он блестящий адвокат.
Алекс поднял бровь, явно не понимая, к чему я клоню.
– И зачем мне адвокат? Я вроде пока ничего не нарушил. Ну, кроме пары скоростных режимов по пути из аэропорта.
– Он не просто адвокат, – продолжил я, вспоминая образ молодого человека, о котором шла речь. – Черные волосы, серые глаза, которые словно подведены стрелками — очень необычная внешность. Красивый парень, рост около ста восьмидесяти. Умный, сдержанный. Мне кажется, вам было бы о чем поговорить.
Алекс замер с сигаретой у рта. Он медленно повернул голову ко мне, и на его лице отразилась смесь шока и искреннего веселья.
– Ты что, в свахи заделался, старик? – он расхохотался, и этот смех был таким громким и живым, что даже тени в углах балкона задрожали. – Серьезно? Теневой Монарх подбирает мне партию?
– Я просто предлагаю вариант, – я постарался сохранить невозмутимое выражение лица, хотя в душе тоже улыбался. – Ты вечно ищешь драйва и сложности. Ли Вон — это загадка, которую не так просто разгадать.
Алекс затушил сигарету о перила и выбросил окурок в темноту. Он подошел ко мне вплотную, и я снова ощутил, насколько он стал сильным. Его энергия была дикой, необузданной, в то время как моя была спокойной и глубокой, как океан.
– Адвокат, значит, – протянул он, прищурив свои ярко-голубые глаза. – Красивый, серые глаза... Ты специально выбрал кого-то, кто напоминает тебя самого по описанию?
– Возможно, – я не стал отрицать очевидного.
– Ладно, – Алекс хлопнул меня по плечу так сильно, что обычный человек лишился бы ключицы. – Посмотрим на твоего протеже. Но если он окажется занудой, который будет цитировать мне уголовный кодекс за ужином, ты лично купишь мне тот новый спорткар, о котором я говорил Сухо.
– Идет, – я кивнул.
– А сейчас, – Алекс развернулся и направился к выходу с балкона, – я пойду заберу мелкого. Мы обещали себе порцию сахара и немного ночного безумия. Не скучай тут в своем вечном величии, папа.
Он исчез в дверях, и через минуту я услышал, как внизу радостно закричал Сухо. Вскоре послышался рев мощного двигателя, и черный спорткар сорвался с места, оставляя после себя лишь запах жженой резины и озона.
Я остался на балконе один. В небе над Сеулом снова собирались тучи, но на этот раз это была обычная погода, а не предвестник катастрофы. Мои сыновья были вместе, и это было самым важным.
Алекс был бурей, Сухо — светом. А я был тенью, которая всегда будет их прикрывать. И пусть мой старший сын всё еще держал сердце на замке для моей семьи, я знал: время — это единственное, над чем я не властен, но именно оно умеет лечить самые глубокие раны.
– Удачи, Ли Вон, – тихо произнес я в пустоту. – Тебе придется нелегко с этим парнем. Но, возможно, именно ты сможешь заземлить эту молнию.