← Назад к обзору

Тень

Цена идеальности

Кабинет тонул в густом полумраке, который лишь изредка прорезали холодные отблески уличных фонарей, пробивающиеся сквозь панорамное окно. Я сидел в своем кресле, не включая свет. Теневой Монарх, владыка мертвых, сильнейший охотник человечества... И, как выяснилось сегодня, абсолютно слепой отец.

Слова Алекса всё еще звенели в моих ушах, словно удары набата. «Ослеплен своей Хэ Ин... вертит из него веревки... стерва». Каждое слово было пропитано горечью, которую мой младший сын копил годами. И самое страшное было не в его дерзости, а в том, что я не мог с уверенностью сказать, что он не прав.

Я закрыл глаза, позволяя своим чувствам выйти за пределы комнаты. Тени в доме шептались. Я чувствовал ровное, спокойное дыхание Сухо в его комнате — он, как всегда, лег вовремя, чтобы завтра быть в идеальной форме. Я чувствовал Хэ Ин в нашей спальне; она читала, окруженная аурой безупречного порядка. А потом я потянулся дальше, к той поляне у водопада. Энергия Алекса пульсировала там, как маленькое, но нестерпимо яркое солнце. SSS-ранг.

Мой сын превзошел все мыслимые пределы, скрываясь под маской трудного подростка. Пока я умилялся успехам Сухо, который с трудом дотягивал до нижней планки S-ранга, Алекс в одиночку нес бремя силы, сопоставимой с моей. И он делал это, потому что не доверял мне. Не доверял собственной семье.

В дверь тихо постучали. Я не шелохнулся, но тени у двери расступились, пропуская вошедшего. Это был Ли Вон. Адвокат выглядел бледным, его обычно безупречная прическа была растрепана ветром.

– Господин Сон, вы просили подготовить отчеты по фонду... но я думаю, сейчас это не к спеху, – он замялся, видя мое состояние.

– Присядь, Ли Вон, – не открывая глаз, произнес я. Мой голос прозвучал глухо, даже для меня самого.

– Я до сих пор не могу в это поверить, – адвокат опустился в кресло напротив. – Алекс... Сумрак. Весь мир охотников гадает, кто этот таинственный мститель, закрывающий разломы до того, как туда успевают прибыть группы зачистки. А это мальчишка, который сегодня утром получил выговор за прогул истории.

– Он не просто закрывает разломы, Ли Вон, – я открыл глаза, и в темноте они сверкнули серым пламенем. – Он строит стену между собой и нами. И я сам подал ему кирпичи для этой стены.

Я встал и подошел к окну. В отражении стекла я видел не только себя, но и образы прошлого. Я вспомнил тот год, когда родился Алекс. Мы с Хэ Ин тогда действительно были на грани. Постоянные споры о будущем ассоциации, её требования соответствовать статусу «первой семьи» мира охотников. Она хотела идеальности. Она всегда её хотела. И когда она не получила её от меня, она переключилась на детей.

– Расскажи мне об инциденте в клубе, – приказал я. – О котором говорила Сумико. Почему я об этом не знаю?

Ли Вон отвел взгляд, и я понял: даже мой адвокат был частью этого заговора молчания.

– Алекс запретил мне говорить, – тихо признался он. – Полгода назад одна из дочерей высокопоставленного чиновника, охотница B-ранга, пыталась «приручить» его. Она подмешала в его напиток концентрат магического подавителя, смешанный с тяжелым наркотиком. Она хотела, чтобы он стал зависим от неё, чтобы манипулировать вашей семьей.

Я почувствовал, как пол под ногами начал мелко вибрировать. Тени в углах кабинета вздыбились, принимая чудовищные формы.

– И? – мой голос стал опасно тихим.

– Он едва не впал в кому, – Ли Вон сглотнул. – Его спасла только его истинная природа. Его организм выжег яд, но это стоило ему огромных сил. Сумико и парни нашли его в туалете клуба. Они не вызвали скорую, потому что Алекс пришел в себя и пригрозил им, что если вы узнаете, он просто исчезнет навсегда.

– И Хэ Ин? Она знала?

Ли Вон помедлил, а затем кивнул.

– Она узнала об этом через свои каналы через неделю. Но вместо того, чтобы прийти к Алексу, она... она замяла скандал. Она заплатила той семье, чтобы имя Сон не фигурировало в отчетах полиции. Она сказала мне, что «такое пятно на репутации Сухо и вашей семьи недопустимо».

Я ударил кулаком по раме окна. Бронированное стекло, способное выдержать взрыв, пошло мелкой паутиной трещин.

– Значит, она знала, что её сына пытались убить или превратить в раба, и её единственной заботой была репутация? – я обернулся к Ли Вону, и моя аура заполнила комнату, заставляя воздух стать тяжелым, как свинец.

– Она считает, что оберегает вас, господин Сон, – почти шепотом ответил адвокат. – Она создала вокруг Сухо кокон из правил и ожиданий, а Алекса просто... вычеркнула из «идеального уравнения». Для неё он — досадная ошибка того периода, который она хочет забыть.

Я горько усмехнулся. Досадная ошибка. Мой сын, который в шестнадцать лет обладает силой, способной поставить на колени целые нации, для собственной матери — всего лишь пятно на репутации.

– Ли Вон, ты свободен. Иди домой.

– Господин Сон, что вы собираетесь делать?

– Я собираюсь перестать быть слепым, – отрезал я.

Когда адвокат ушел, я долго стоял в тишине. Затем я вышел из кабинета и направился в спальню. Хэ Ин уже не спала. Она сидела в постели с планшетом в руках, просматривая графики тренировок Сухо на следующую неделю. Увидев меня, она улыбнулась своей безупречной, отрепетированной улыбкой.

– Джинву, ты поздно. Опять дела в Ассоциации?

– Я был на поляне у водопада, Хэ Ин, – сказал я, останавливаясь в дверях.

Её улыбка не дрогнула, но я заметил, как напряглись её пальцы на корпусе планшета. Она была великим охотником, её чувства были остры, и она мгновенно поняла, что маска сорвана.

– И что ты там делал? – её голос оставался спокойным и мелодичным. – Опять следил за Алексом? Я же говорила тебе, Джинву, он просто ищет внимания. Эти его татуировки, крашеные волосы, сомнительные друзья... Это пройдет.

– Это не пройдет, Хэ Ин, – я сделал шаг в комнату, и свет ламп начал меркнуть, подчиняясь моей воле. – Потому что это не крик о внимании. Это побег. Побег от матери, которая готова была позволить ему умереть от наркотиков, лишь бы не портить имидж «идеальной семьи».

Хэ Ин медленно отложила планшет. Её лицо стало холодным и твердым, как маска из белого мрамора.

– Я сделала то, что было необходимо для сохранения стабильности, – произнесла она. – Ты — символ этого мира. Сухо — твой преемник. Мы не можем позволить себе скандалы, связанные с незаконнорожденным ребенком, который ведет себя как уличный бандит.

– Незаконнорожденным? – я почувствовал, как внутри меня закипает холодная ярость. – Он мой сын, Хэ Ин. Такой же, как Сухо. Нет, даже больше... Он единственный, кто унаследовал мою истинную силу, потому что он не побоялся быть собой, пока ты лепила из Сухо удобную куклу.

– Твою силу? – она коротко рассмеялась, и в этом смехе была неприкрытая неприязнь. – Он — хаос. Он неуправляем. Если бы мир узнал, на что он способен, его бы потащили на опыты или объявили угрозой человечеству. Я защищала его, скрывая его ошибки!

– Ты скрывала не его ошибки, а свои страхи, – я подошел к ней вплотную. – Ты знала, что он SSS-ранг? Знала, что он — Сумрак?

На мгновение в её глазах промелькнуло замешательство, а затем — чистый, незамутненный страх.

– SSS? Это... это невозможно. Система не выдавала таких данных.

– Потому что он умнее нас всех. Он научился скрывать свою ману так, что даже я не замечал её, пока не подошел вплотную. Он живет двойной жизнью, потому что в этой, «идеальной», ему нет места. Ты отняла у Сухо его мечту — рисование, превратив его жизнь в бесконечную тренировку. Ты пыталась стереть Алекса.

– Я всё делала ради тебя! – она вскочила, её голос сорвался на крик. – Чтобы ты мог быть Монархом, не отвлекаясь на семейные дрязги! Чтобы у тебя был достойный наследник!

– Мне не нужен «достойный наследник», Хэ Ин. Мне нужны были сыновья.

Я развернулся и пошел к выходу.

– Куда ты? – крикнула она мне в спину.

– Ждать Алекса. И молиться, чтобы он еще не окончательно возненавидел этот дом.

Я спустился в гостиную и сел на диван, глядя на входную дверь. Время тянулось медленно. Я слышал, как Хэ Ин плачет в спальне — не от горя, а от осознания того, что её контроль рухнул. Я слышал, как Сухо ворочается во сне, возможно, чувствуя напряжение, повисшее в доме.

Прошло три часа. На горизонте начала заниматься серая полоска рассвета, когда во дворе послышался рокот мощного двигателя. Дверь открылась тихо, почти бесшумно.

Алекс вошел в дом, не включая свет. Он двигался с грацией хищника, его движения были отточены и уверенны. На нем была та самая серая толстовка, пропитанная запахом костра и озерной воды. Он замер, когда увидел меня в кресле.

Его ярко-синие глаза вспыхнули в темноте, и на мгновение я увидел в них не сына, а равного себе воина.

– Ты не спишь, старик, – произнес он, небрежно бросая ключи на столик. В его голосе не было страха, только легкая усталость.

– Ждал тебя, – я кивнул на диван рядом. – Поговорим?

Алекс усмехнулся, обнажая зубы. В этом жесте было столько дерзкого вызова, что я невольно вспомнил себя в начале пути.

– О чем? О моих «сомнительных компаниях»? Или о том, что я опять пропустил званый ужин с министром обороны? Извини, у меня были дела поважнее. В Кенгидо открылись врата ранга А, ассоциация как обычно тормозила, пришлось подчистить.

– Я знаю, Алекс. Знаю про Кенгидо. И про Сумрака. И про то, что произошло полгода назад в клубе.

Парень замер. Его аура, до этого спокойная, внезапно расширилась, заполнив гостиную ледяным холодом. Вазы на полках задрожали.

– Ли Вон разболтал? – процедил он сквозь зубы. – Я убью его.

– Не убивай. Он сделал это, потому что боится за тебя. И я тоже боюсь.

Алекс рассмеялся — громко, горько, запрокинув голову.

– Ты? Боишься за меня? Не смеши, отец. Ты последние десять лет смотрел сквозь меня, как через стекло. Ты видел только Сухо — своего идеального маленького солдата. Ты видел Хэ Ин и её бесконечные правила. А я был просто шумом на заднем плане.

– Ты прав, – я встал и подошел к нему. – Я был слеп. Я позволил Хэ Ин выстроить этот фасад, потому что так было проще. Я думал, что обеспечиваю вам безопасность, а на самом деле я строил тюрьму.

Алекс прищурился. Его синие глаза внимательно изучали мое лицо, ища подвох.

– И что теперь? Прочитаешь нотацию? Заставишь меня сдать лицензию охотника, которую я получил под чужим именем?

– Нет, – я положил руку ему на плечо. – Я хочу, чтобы ты перестал прятаться. Не ради ассоциации, не ради Хэ Ин. Ради себя. Ты сильнее, чем этот мир может себе представить, Алекс. И ты не должен нести это бремя в одиночку.

Младший сын отвел взгляд. Я почувствовал, как его плечи под моей рукой немного расслабились. На мгновение маска «крутого парня» дрогнула, и передо мной снова оказался тот маленький мальчик, который когда-то просил меня показать ему тени.

– Она ненавидит меня, – тихо сказал он, имея в виду Хэ Ин. – И я её тоже. Это не изменится от одного разговора.

– Я знаю. Но я больше не позволю ей или кому-то еще диктовать, кем ты должен быть. Если ты хочешь быть Сумраком — будь им. Если хочешь уехать из этого дома — я помогу. Но не потому, что ты «пятно на репутации», а потому, что ты свободный человек.

Алекс поднял на меня взгляд. В его глазах синий свет смешался с серым, точь-в-точь как у меня.

– Ты серьезно? Ты не заставишь меня «исправиться»?

– Ты и так в порядке, сын. Ты лучше всех нас.

Алекс молчал долго. Затем он медленно выдохнул, и магическое давление в комнате исчезло.

– Ладно, – буркнул он, отворачиваясь, чтобы скрыть нахлынувшие эмоции. – Но шашлыки я все равно буду готовить с парнями, а не на твоих приемах. И Сумико... она остается со мной. Даже если Сухо будет ныть.

– Сумико — прекрасный выбор, – я улыбнулся. – Хотя твой брат, боюсь, будет в шоке, когда узнает, кто на самом деле её парень.

– Это будет лучшим моментом в моей жизни, – Алекс наконец-то улыбнулся по-настоящему. – Видеть лицо «золотого мальчика», когда он поймет, что его младший брат — тот самый SSS-ранг, на которого он молится.

Он пошел к лестнице, но на первой ступеньке обернулся.

– Кстати, папа... Тот случай в клубе. Я сам со всем разобрался. Те, кто это сделал... они больше не охотники. Я просто сломал им каналы маны. Надеюсь, ты не в обиде?

– Я бы сделал хуже, – признался я.

Алекс кивнул и скрылся в коридоре. Я остался один в светлеющей гостиной. Впервые за много лет я чувствовал, что тени в этом доме не шепчутся о тайнах, а просто отдыхают.

Я знал, что впереди нас ждет тяжелый период. Хэ Ин не сдастся просто так, её мир рухнул, и она будет пытаться собрать его осколки. Сухо придется узнать правду о брате и о том, что его собственная жизнь была построена на лжи. Но глядя на первые лучи солнца, я понимал: лучше разрушить фальшивый идеал сейчас, чем позволить ему похоронить под собой моих детей.

Я — Сон Джинву, Теневой Монарх. И сегодня я наконец-то вернулся домой.