← Назад к обзору

Тень прошло и свет против тьмы

Золото и пепел: Уроки выживания

Воздух в Большом зале Хогвартса казался наэлектризованным. Витя Пхакин, поправляя на груди значок старосты школы, не сводил глаз со стола Слизерина. Его внимание было приковано к Ване Новикову. Тот почти не притрагивался к еде, его пальцы нервно перебирали край мантии, а лицо приобрело нездоровый, сероватый оттенок. Витя чувствовал, как внутри него растет холодное, липкое подозрение. Это не была просто вражда однокурсников; от Вани исходила та же темная, удушливая аура, которую Витя ощущал в ту ночь на кладбище, когда Питер Петегрю воскресил Волендеморта.

– Он опять на него смотрит, – шепотом произнесла Амалия, толкнув Диму в бок. – Витя, ты скоро в нем дырку прожжешь.

– Он Пожиратель, Амалия, – так же тихо, но твердо ответил Витя, не оборачиваясь. – Я видел, как он прячет левое предплечье. И эти его отлучки... Дима, ты заметил, что он исчезает с карты Мародеров в районе седьмого этажа?

– Карта не врет, дружище, – Дима Самодаев нахмурился, откладывая вилку. – Но лезть туда в одиночку — самоубийство. Если Новиков действительно получил Метку, он теперь не просто заносчивый придурок, а опасный хищник.

Настя Самодаева, сидевшая рядом с Витей, накрыла его ладонь своей. Ее голубые глаза были полны тревоги.

– Витя, пообещай, что не будешь делать глупостей, – попросила она. – Мы только начали приходить в себя после того нападения на наш дом.

Витя сжал ее пальцы. Воспоминания о зимних каникулах все еще жгли его разум ярче любого пожара. Он снова видел оскал Фенрира Грейбэка, летящего на Настю, чувствовал жар пламени, охватившего их гостиную. В ту ночь он понял, что его враги не остановятся ни перед чем. Он вспомнил, как Беллатриса Лестрейндж смеялась ему в лицо, и как он, ослепленный яростью, едва не переступил черту, отделяющую защитника от убийцы. Только крик Насти тогда вернул его к реальности.

– Я обещаю, что буду осторожен, – ответил Витя, хотя в его голове уже созревал план.

Через неделю, во время тренировки по квиддичу, напряжение достигло апогея. Витя, как капитан команды Гриффиндора, вывел своих игроков на поле под проливным дождем. Это был решающий матч против Слизерина.

– Дима, следи за кольцами! – крикнул Витя, взмывая ввысь на своей метле. – Настя, Амалия, работайте в связке!

Игра была жесткой. Слизеринцы играли грязно, постоянно пытаясь сбить гриффиндорцев с метел. Ваня Новиков, игравший на позиции охотника, намеренно пролетел в сантиметре от Насти, едва не столкнув ее. Витя, заметив это, почувствовал, как в груди закипает гнев.

– Новиков! – взревел он, направляя метлу вниз.

В этот момент над полем блеснул золотистый проблеск. Снитч! Витя забыл обо всем, устремившись за маленьким крылатым мячиком. Новиков, бросив квоффл, рванул наперерез. Они летели плечо к плечу, скорость была сумасшедшей. Ветер свистел в ушах, капли дождя больно били по лицу.

– Тебе не победить, Пхакин! – прокричал Ваня, толкая Витю плечом. – Твое время уходит, как и время твоего драгоценного директора!

Витя не ответил. Он применил один из своих приемов: резко ушел в пике, а затем, сделав мертвую петлю, оказался прямо над головой Новикова. Его рука сомкнулась на холодном металле снитча за секунду до того, как Ваня успел среагировать.

– Гриффиндор победил! – пронеслось над стадионом.

Но радость победы была недолгой. После матча, когда команда праздновала в раздевалке, Витя решил выследить Новикова. Он накинул мантию-невидимку и последовал за Ваней к подземельям.

– Я знаю, что ты задумал, Новиков, – Витя сбросил мантию, когда они оказались в безлюдном коридоре.

Ваня медленно обернулся. Его палочка уже была в руке.

– Ты ничего не знаешь, «избранный», – прошипел он. – Ты просто мальчишка, которому повезло выжить. Но удача не бесконечна.

– *Экспеллиармус!* – выкрикнул Витя, но Ваня легко отбил заклятие.

Началась дуэль, равной которой Хогвартс не видел давно. Это не было похоже на школьные упражнения. Заклинания летали с такой скоростью, что воздух трещал. Витя использовал невербальную магию, комбинируя атакующие чары с защитными щитами. Он был быстрее, точнее, сильнее.

– Ты слаб, Ваня, потому что твоя сила основана на страхе, – произнес Витя, уклоняясь от темного луча. – *Гладиус Люминис!*

Из кончика палочки Вити вырвался клинок чистого света, который разрубил щит Новикова и отбросил его к стене. Ваня тяжело дышал, его палочка отлетела в сторону. Витя подошел ближе, направив острие своей палочки в грудь врага.

– Я мог бы убить тебя сейчас, – негромко сказал Витя. – Но я не стану марать руки о предателя. Помни об этом, когда твой Лорд прикажет тебе совершить невозможное.

Весна принесла с собой не облегчение, а предчувствие конца. Уроки с Римусом Люпином стали для Вити единственной отдушиной. Профессор учил его не просто защищаться, но и понимать природу тьмы.

– Магия — это инструмент, Витя, – говорил Римус, расхаживая по кабинету. – Твое собственное заклинание, «Аква Этерна», которое ты использовал для спасения дома Самодаевых, — это магия созидания. Волендеморт не способен на такое. Он знает только разрушение.

– Но как уничтожить то, что не хочет умирать? – спросил Витя, глядя на свои руки.

– Через крестражи, – раздался холодный голос от двери.

Северус Снейп вошел в класс, его мантия развевалась, как крылья летучей мыши. Он и Римус обменялись короткими, почти незаметными кивками. В этих взглядах больше не было ненависти — только общее дело и общая боль.

– Директор поручил мне помочь вам, Пхакин, – продолжил Снейп. – Мы с Люпином разработали методику поиска остаточных эманаций темной магии. Если вы хотите победить, вам придется научиться чувствовать то, от чего нормальные люди бегут в ужасе.

Следующие месяцы превратились в бесконечный марафон. Витя, Дима и Амалия проводили ночи в библиотеке, сопоставляя факты и легенды. Они уничтожили медальон Слизерина, используя меч Гриффиндора, который Витя достал из распределяющей шляпы. Каждый уничтоженный крестраж отнимал у Вити силы, но давал ясность.

А потом пришла ночь на астрономической башне. Смерть Дамблдора стала для Вити ударом, от которого он думал, что не оправится. Глядя на безжизненное тело великого волшебника, Витя чувствовал, как мир вокруг рушится.

– Он оставил нас, – прошептал Дима, обнимая плачущую Амалию.

Витя стоял в стороне, сжимая в кармане фальшивый медальон. В ту минуту к нему подошел Снейп.

– Не смей сдаваться, – прошипел Северус, и в его глазах Витя впервые увидел неприкрытую гордость. – Он верил в тебя больше, чем в кого-либо другого. И я тоже верю. Теперь ты — надежда этого мира.

Битва за Хогвартс началась на рассвете. Замок содрогался от заклинаний. Римус Люпин сражался в Большом зале, прикрывая отход младших учеников. Его движения были молниеносными, волчья натура придавала ему невероятную реакцию. Снейп, сбросив маску предателя, обрушивал на Пожирателей Смерти мощь, которую он скрывал годами.

Витя встретил Волендеморта в самом центре двора. Вокруг них образовался вакуум — никто не смел вмешаться в эту дуэль.

– Ты проиграл, Том, – сказал Витя, его голос звучал удивительно спокойно. – Твои крестражи уничтожены. Ты остался один.

– У меня есть сила, о которой ты даже не мечтаешь! – взревел Темный Лорд, посылая в Витю Аваду Кедавру.

Витя не стал уклоняться. Он выставил вперед палочку, концентрируя в ней всю свою любовь к родителям, к Насте, к друзьям.

– *Экспеллиармус!*

Золотой и зеленый лучи столкнулись, создавая ослепительную вспышку. В этот момент Витя почувствовал, как вся мощь его рода, наследников Гриффиндора, проходит через него. Заклятие Волендеморта обернулось против него самого. Тело Темного Лорда начало распадаться на пепел, уносимый ветром.

Тишина, наступившая после, была оглушительной.

Девятнадцать лет спустя Витя Пхакин, Министр магии, стоял на перроне 9 и 3/4. Он смотрел на своих детей — Арсения и Елену, которые увлеченно спорили о том, кто быстрее поймает снитч в этом году.

– Папа, а если я буду плохо учиться? – спросил Арсений, глядя на отца карими глазами.

– Тогда я приеду в школу и лично проверю твои успехи в зельеварении, – усмехнулся Витя, кивнув стоящему неподалеку Снейпу. Северус, ставший директором Хогвартса, лишь слегка приподнял бровь.

К ним подошел Ваня Новиков. Он выглядел солидно, хотя в уголках его глаз всё еще читалась та старая насмешливость.

– Пхакин, твой сын опять занял купе для старост раньше времени, – заметил Ваня.

– Это наследственное, Новиков, – Витя пожал ему руку. – Спасибо, что присмотрел за ними на каникулах.

– Я просто не хочу, чтобы они разрушили мой отдел игр, когда вырастут, – буркнул Ваня, но в его взгляде было тепло.

Настя подошла к мужу и положила голову ему на плечо.

– Мы справились, Витя, – тихо сказала она.

– Да, – ответил он, провожая взглядом уходящий поезд. – Мы справились.

Впереди была долгая жизнь, полная лекций в Хогвартсе, министерских отчетов и семейных ужинов, где за одним столом собирались бывшие враги и вечные друзья. Римус Люпин, крестный тезка их младшего сына, уже звал их в «Три метлы», а Северус Снейп, ворча о потраченном времени, обещал зайти на чашку чая. Война закончилась, и наступило время, когда магия служила только одному — счастью.