← Назад к обзору

Трах

Аркан для собственника

Прохладный воздух спальни казался наэлектризованным. Ася открыла глаза и не сразу поняла, где находится. Это была не её уютная, пахнущая лавандой и старыми книгами квартира, в которой она привыкла прятаться от реальности, пока муж был в отъезде. Тяжёлые портьеры, запах дорогого парфюма с нотками кожи и табака, огромная кровать — это была квартира Никиты. Его территория.

Сердце пропустило удар, когда она почувствовала на своей талии тяжёлую, горячую ладонь. Пальцы собственнически сжались, притягивая её хрупкое тело к широкой мужской груди.

– С добрым утром, сладкая, – раздался над ухом низкий, чуть хриплый голос, от которого по коже пробежали мурашки.

Ася вздрогнула и попыталась резко отстраниться, но стальная хватка не позволила ей сдвинуться ни на сантиметр. Она обернулась и столкнулась с пронзительным взглядом голубых глаз. Никита Макаров. Её муж. Человек, которого она не видела полтора месяца, пока он решал дела компании своего отца.

– Как я здесь оказалась? – прошептала она, чувствуя, как внутри всё дрожит. – Я же заснула у себя...

– У себя? – Никита усмехнулся, и в этой усмешке не было доброты. – Ты моя жена, Ася. Твой дом там, где я. Я прилетел ночью и просто забрал своё. Ты так крепко спала, даже не проснулась, когда я переносил тебя в машину.

Он приподнялся на локте, нависая над ней. Разница в их габаритах всегда пугала и одновременно завораживала её. Его 185 сантиметров чистых мышц против её 154 сантиметров хрупкости. Она чувствовала себя дюймовочкой, попавшей в капкан к хищнику.

– Ты не имел права, – Ася попыталась придать голосу твёрдости, но он дрогнул.

– Я имею право на всё, что касается тебя, – отрезал он, и его взгляд потемнел. – Я изголодался по тебе за эти недели. Ты хоть представляешь, как я сходил с ума, зная, что ты там одна, без моего присмотра?

В его глазах вспыхнул опасный огонь. Никита всегда был собственником, ещё со школы, хотя тогда это проявлялось лишь в косых взглядах на любого парня, посмевшего заговорить с ней. После их договорного брака это чувство переросло в одержимость. Он был первым и единственным, кто касался её тела в ту единственную, их брачную ночь. И сейчас Ася видела: он намерен повторить это немедленно.

Но в этот раз что-то внутри неё взбунтовалось. Ей надоело быть просто «сладкой» куклой, которую можно перевозить с места на место без спроса.

– Значит, ты хочешь меня? – Ася прищурилась, внезапно затихая.

– До одури, – выдохнул он, наклоняясь к её шее и вдыхая аромат её кожи.

– Тогда давай поиграем, – она неожиданно улыбнулась, хотя сердце колотилось где-то в горле. – Ты ведь любишь, когда всё по-твоему? Но сегодня я хочу сама.

Никита удивлённо приподнял бровь. Его маленькая, тихая жена, преподавательница в колледже, вдруг решила проявить инициативу? Это было ново. Это интриговало.

– И что ты задумала, сладкая?

Ася, стараясь не выдать дрожь в руках, потянулась к тумбочке. Она знала, что там лежит — вчера, когда она в полусне бродила по квартире, она заметила странный предмет, оставленный кем-то из рабочих, занимавшихся ремонтом в кабинете. Армированный скотч. Глупая, шальная мысль промелькнула в голове.

– Руки за голову, Никита, – приказала она.

Он коротко рассмеялся, но подчинился, уверенный в своём превосходстве. Для него это было лишь забавной прелюдией.

– Как скажешь.

Ася действовала быстро. Пока он наслаждался зрелищем её движений, она обмотала его запястья скотчем, прикрепляя их к массивному изголовью кровати. Серебристая лента плотно охватила его руки. Никита всё ещё улыбался, демонстрируя свои ровные зубы. Он был уверен, что разорвёт это «крепление» в любую секунду, как только ему надоест играть.

– А теперь... – Ася сглотнула, чувствуя, как жар приливает к щекам.

Она медленно перекинула ногу и оседлала его. Его возбуждение было очевидным, твёрдым и пугающим. В их первую ночь ей было больно и тесно, она была слишком узкой для него, и страх перед этим чувством никуда не исчез.

– Смело, – прорычал Никита, его глаза превратились в два узких ледяных озера. – Давай, Ася. Насаживайся. Я хочу чувствовать, как ты принимаешь меня.

Она начала медленно опускаться. Дыхание перехватило. Из-за его внушительных размеров каждое движение давалось с трудом, мышцы протестовали, но она упрямо продолжала. Она видела, как на шее Никиты вздулись вены, как он сжал челюсти, наблюдая за ней.

– Боже, Ася... – простонал он, когда она полностью погрузилась. – Ты такая тесная. Моя. Только моя.

Она начала двигаться, неловко, медленно, ловя каждый его выдох. Ей нравилось чувствовать власть, хотя она понимала, что эта власть иллюзорна. Никита смотрел на неё снизу вверх, и в этом взгляде было столько первобытной страсти, что у неё кружилась голова.

– Ты ведь никого не подпускала к себе, пока меня не было? – вдруг спросил он, и в голосе прорезались властные нотки.

– Нет, Никита... только ты, – выдохнула она, ускоряя темп.

– Правильно. Потому что если я узнаю, что кто-то хотя бы посмотрел на тебя не так... я уничтожу его. Ты принадлежишь мне, сладкая. Каждая твоя клеточка.

В какой-то момент игра перестала быть игрой. Ася почувствовала, как волна удовольствия накрывает её, она выкрикнула его имя, содрогаясь в оргазме. И в этот же миг реальность разбилась вдребезги.

Никита, чьё терпение подошло к концу, резко дернул руками. Армированный скотч, который казался надежным, с треском лопнул под напором его мышц. Ася вскрикнула от неожиданности, когда его огромные ладони мгновенно перехватили её талию.

– Время игр закончилось, – прорычал он.

Одним мощным движением он перевернул её под себя, вминая в матрас. Его глаза горели диким, необузданным огнем. Он больше не сдерживался.

– Теперь я, – коротко бросил он.

Его толчки были резкими, властными, почти грубыми. Он овладевал ею так, словно хотел оставить клеймо внутри неё, заставить забыть обо всём мире, кроме него. Ася стонала, впиваясь ногтями в его плечи, не в силах противостоять этому напору. Это было жёстко, но именно этого её тело, казалось, требовало всё это время разлуки.

– Чья ты? – выдохнул он ей в самые губы, не прекращая движения.

– Твоя... Никита, я твоя! – кричала она, теряя связь с реальностью.

Когда первая волна безумия утихла, он не отстранился. Он остался внутри, тяжело дыша и уткнувшись лицом в её волосы. Ася чувствовала, как его сердце бешено стучит о её ребра.

– Ты думала, что сможешь меня удержать этим скотчем? – тихо спросил он, и в его голосе послышалась странная нежность, смешанная с торжеством.

– Я просто... хотела, чтобы ты почувствовал, каково это — не иметь контроля, – прошептала она, приходя в себя.

Никита приподнял её лицо за подбородок, заставляя смотреть в глаза.

– У тебя никогда не будет контроля надо мной, Ася. Но у тебя есть кое-что посильнее. Ты — единственная женщина, которая может заставить меня потерять голову. Но запомни: я никогда не отпущу тебя. Даже не надейся сбежать в свою квартирку снова.

Он замолчал лишь на мгновение, и Ася почувствовала, как он снова начинает расти внутри неё. Его тело реагировало на неё мгновенно, с ненасытностью, которая пугала и льстила одновременно.

– Никита... ты же только что... – начала она, но он перебил её поцелуем.

– Мне мало, – прошептал он в её губы. – Мне всегда будет мало тебя. Мы не закончили.

Он снова начал двигаться, но на этот раз медленнее, с какой-то мучительной тягучестью, растягивая каждое мгновение. Ася чувствовала, как он заполняет её, не оставляя места для мыслей, для страхов, для сомнений по поводу их договорного брака. В эти минуты не было никаких договоров и бизнес-планов его отца. Был только он — её муж, её единственный мужчина, её персональный шторм.

– Стони моё имя, – приказал он, ускоряясь. – Я хочу слышать только его.

– Никита... Никита, пожалуйста... – она выгибалась под ним, чувствуя, как новая волна наслаждения подкатывает к самому горлу.

Он трахал её с какой-то яростной преданностью, словно доказывая самому себе, что она здесь, что она реальна и что она никуда не уйдет. Его собственничество не знало границ, и Ася, наконец, поняла: этот человек никогда не рассматривал их брак как простую сделку. Для него она была призом, который он не намерен был делить ни с кем, даже с её собственной независимостью.

Когда всё закончилось во второй раз, они оба лежали в полном изнеможении. Никита укрыл её одеялом, прижимая к себе так крепко, что, казалось, они стали одним целым.

– Завтра я перевезу остальные твои вещи, – обыденным тоном произнес он, перебирая её русые пряди.

– Никита, работа... колледж... – попыталась возразить Ася, хотя сил спорить уже не было.

– Водитель будет возить тебя на работу и забирать сразу после пар, – отрезал он. – Больше никаких ночёвок в одиночестве. Ты — Макарова. И ты будешь спать в моей постели каждую ночь. Поняла?

Ася вздохнула, закрывая глаза. Она знала, что это золотая клетка. Но, чувствуя тепло его тела и то, как бережно, несмотря на недавнюю жёсткость, он обнимает её, она не могла заставить себя бороться. По крайней мере, не сегодня.

– Поняла, – тихо ответила она, засыпая на его плече.

Никита улыбнулся, целуя её в макушку. Его сладкая жена наконец-то была дома. И он позаботится о том, чтобы она никогда больше не захотела уйти.