← Назад к обзору

Трансформеры: роботы под прикрытием:

Пламя ревности и искры примирения

Утро на свалке Клеев началось не с привычного гула генераторов или нравоучений Стронгарм, а с оглушительного визга, в котором смешались чистый восторг и капля адреналина. Солнце едва успело позолотить верхушки гор из металлолома, когда по центральной площадке начал кружить Гримлок. Огромный динобот, обычно грозный и неуклюжий, сейчас двигался с поразительной для его размеров грацией, описывая круги и виляя мощным механическим хвостом.

А на самом кончике этого хвоста, вцепившись в стальные пластины, сидела Скирк. Её кроваво-красные волосы развевались на ветру, словно живое пламя, а смех разносился по всей округе, заставляя Рассела высунуться из окна трейлера.

– Еще быстрее, Грим! – кричала она, закидывая голову назад. – Выше!

Гримлок издал довольное урчание, похожее на работу неисправного камнедробителя, и резко подбросил хвост вверх. Скирк на мгновение зависла в воздухе, чувствуя полную невесомость, прежде чем мягко приземлиться обратно на холодный металл. Её татуировки на щеках сияли ярко-бирюзовым светом, отражая пик её радости.

– Гримлок — лучший транспорт! – пробасил динобот, топнув лапой так, что пара старых седанов неподалеку жалобно звякнули. – Гримлок крутой! Скирк крутая!

– Ты просто космос, Грим! – Эмили перекатилась на спину, глядя в бесконечное голубое небо Земли.

Она не видела, что в тени главного ангара, скрестив руки на груди, стоял Бамблби. Его окуляры сузились до тонких щелей, а внутри корпуса нарастало странное, неприятное гудение. Это не было сбоем систем или нехваткой энергии. Это было чувство, которое автоботы редко испытывали в такой концентрации — жгучая, иррациональная ревность.

Бамблби видел, как она касается брони Гримлока. Видел, как она смеется над его неуклюжими шутками. И хотя он понимал, что динобот для неё — просто большой и верный друг, логические цепи лидера команды сейчас работали против него.

Когда Гримлок в очередной раз слишком резко качнул хвостом, и Скирк, смеясь, прижалась к его чешуйчатой стальной обшивке, терпение Бамблби лопнуло.

Раздался оглушительный удар. Бамблби со всей силы впечатал кулак в стоящий рядом пустой контейнер, смяв его, как бумажную коробку. Металл жалобно взвизгнул.

– Хватит! – прорычал он. Вместо привычных электронных трелей его голос прозвучал низко и угрожающе, с отчетливыми помехами.

Гримлок замер, опустив хвост. Скирк, соскользнув на землю, удивленно обернулась.

– Би? Ты чего? – Она сделала шаг к нему, улыбка еще не сошла с её лица. – Мы просто играли, ты бы видел, какой обзор открывается с высоты его...

Бамблби не дослушал. Он издал короткий, яростный рык, похожий на звук перегруженного трансформатора, и, резко развернувшись, трансформировался в «Камаро». С визгом шин, подняв тучу пыли, он сорвался с места, едва не задев крылом стопку старых покрышек.

– Гримлок что-то сделал не так? – растерянно спросил динобот, склонив голову набок.

Скирк нахмурилась, чувствуя, как радость внутри неё мгновенно сменяется нарастающим раздражением.

– Нет, Грим. Это наш «командир» что-то перепутал. Иди отдыхай, я разберусь.

Она направилась к дому — небольшому укрепленному строению, которое служило им штабом и жильем. Внутри было прохладно, но атмосфера буквально искрила статикой. Бамблби уже был там в своей робо-форме, он стоял спиной к двери, делая вид, что изучает показания на мониторе.

– И что это было за представление на улице? – Скирк захлопнула за собой дверь, скрестив руки на груди.

Бамблби медленно обернулся. Его маска была опущена, скрывая лицо, но свет окуляров был холодным и резким.

– Представление? – переспросил он через вокодер. – Я думал, это у тебя там цирк. С Гримлоком в главной роли.

– Мы просто дурачились! – Эмили повысила голос. – Ты ударил по металлу так, что у Денни, наверное, инфаркт случился. Зачем ты рычал на него? Он твой друг!

– Он огромный динобот, который едва контролирует свою силу! – Бамблби шагнул к ней, нависая своей массой. – Один неверный взмах, и он бы раздавил тебя! Ты хоть понимаешь, насколько ты хрупкая, Скирк? Или кибертронские татуировки выжгли тебе чувство самосохранения?

– Ах, вот оно что! – Скирк горько усмехнулась. – Забота о безопасности? Не лги мне, Бамблби. Я видела твой взгляд. Ты просто ведешь себя как собственник.

– Я веду себя как лидер команды, отвечающий за ценного бойца! – отрезал он.

– Ложь! – выкрикнула девушка. – Ты ведешь себя как ревнивый мальчишка!

Следующий час превратился в изнурительный допрос. Бамблби, словно заправский следователь, требовал отчетов: почему она проводит с Гримлоком больше времени на тренировках, чем с ним? Почему она позволяет Сайдсвайпу учить её экстремальному вождению, когда у неё есть он? Скирк поначалу пыталась объясняться. Она терпеливо, пункт за пунктом, рассказывала, что Гримлок помогает ей тренировать равновесие, а Сайдсвайп — скорость реакции.

Но Бамблби, казалось, не слышал. В его процессоре зациклились кадры её смеха, адресованного не ему.

– Ты не понимаешь, – твердил он, расхаживая по комнате, отчего пол вибрировал. – Ты теперь часть Кибертрона. Ты особенная. Ты не можешь просто так разбрасываться своим вниманием.

– Разбрасываться вниманием? – Эмили почувствовала, как внутри неё закипает настоящий гнев. – Ты слышишь себя? Я человек, Бамблби! У меня есть друзья, есть чувства, и я не твоя личная собственность, которую можно запереть в ангаре и доставать только тогда, когда тебе захочется поиграть в любовь!

– Я никогда не называл тебя собственностью! – взревел он, и звук его голоса заставил стаканы на столе задребезжать.

– Но ты так себя ведешь! Весь этот допрос... эти два часа твоих «лекций»! Ты просто пытаешься контролировать каждый мой шаг!

– Потому что я боюсь потерять тебя! – Бамблби ударил ладонью по стене рядом с ней. – Снова! Ты умерла у меня на руках, Эмили! Ты была холодной и безжизненной! И теперь, когда ты вернулась, когда ты сияешь этой силой... я не могу просто стоять и смотреть, как ты рискуешь собой ради глупых игр!

– Рискую собой? – Скирк подошла к нему вплотную, почти касаясь его нагрудной пластины. – Ты думаешь, я не помню ту темноту? Ты думаешь, я не ценю этот шанс? Но если твоя «любовь» — это клетка, то зачем мне вообще было возвращаться?

– Это не клетка! Это защита!

– Это тюрьма! – закричала она, и её татуировки вспыхнули кроваво-красным светом, отражая цвет её волос. – Ты не доверяешь мне! Ты не доверяешь Гримлоку! Ты доверяешь только своему страху!

– У меня есть причины бояться! – Бамблби наклонился к ней, его окуляры пылали. – Ты вечно лезешь в самое пекло! Ты бросаешься на Мегатрона с ножом, когда у тебя в руках должна быть пушка! Ты ведешь себя так, будто ты бессмертна, но это не так!

– Я воин! Ты сам сделал меня такой! Ты и Оптимус! – Эмили сорвала с головы белую шапку и отшвырнула её в угол. – А теперь ты хочешь, чтобы я была домашней кошкой? Не выйдет!

Они кричали друг на друга так громко, что Стронгарм, стоявшая снаружи, не решалась войти, опасаясь, что её немедленно дезинтегрируют просто за присутствие. Сайдсвайп, пристроившийся рядом, только присвистывал.

– Ого, – шепнул он. – У лейтенанта сейчас либо предохранители вылетят, либо он начнет трансформироваться прямо на месте от злости.

– Это нарушение протокола межличностного общения, – пробормотала Стронгарм, хотя в её голосе слышалась непривычная тревога. – Нам стоит вмешаться?

– Если хочешь лишиться головы — вперед, – Сайдсвайп качнул корпусом. – Там сейчас искрит покруче, чем при сварке корпуса.

Внутри комнаты спор достиг своего апогея.

– Ты просто невыносим! – Скирк схватила со стола какой-то прибор и замахнулась, но вовремя остановилась, просто швырнув его в кресло. – Я думала, мы партнеры! Я думала, ты понимаешь, что мне нужно чувствовать себя живой!

– Быть живой — не значит вести себя безрассудно! – Бамблби перегородил ей путь к двери. – Мы еще не закончили этот разговор!

– Нет, закончили! – Эмили попыталась проскочить под его рукой, но он осторожно, но твердо преградил ей путь манипулятором. – Пусти меня!

– Нет. Пока ты не признаешь, что это было опасно.

– Никогда! – Она уперлась руками в его холодный металл. – Ты ведешь себя как тиран, Бамблби! Я ненавижу, когда ты такой!

– А я ненавижу, когда ты заставляешь мою Искру сжиматься от ужаса каждый раз, когда ты решаешь «повеселиться»!

Они замерли, тяжело дыша. Скирк смотрела на него снизу вверх, её глаза были полны слез ярости и обиды. Бамблби смотрел на неё, и в его окулярах отражалось всё то отчаяние, которое он пытался скрыть за гневом.

Тишина, наступившая после крика, была почти болезненной. Слышно было только, как остывает металл и как работает вентиляция в корпусе автобота.

Скирк первой отвела взгляд. Её плечи опустились.

– Ты правда думаешь, что я настолько глупая? – тихо спросила она. Её голос больше не дрожал от злости, в нем слышалась усталость. – Что я не понимаю, как ты за меня боишься?

Бамблби медленно убрал руку, освобождая проход. Его плечи тоже поникли.

– Я не считаю тебя глупой, Эмили. Я считаю тебя... слишком дорогой ценой, которую я не готов заплатить снова.

– Но ты платишь её прямо сейчас, – она подняла на него глаза. – Своим недоверием. Ты убиваешь то, что между нами есть, пытаясь это «сохранить».

Бамблби молчал. Его системы проводили тысячи вычислений, пытаясь найти правильный ответ, но логика здесь была бессильна. Он видел перед собой не просто бойца своей команды и не просто «дитя двух миров». Он видел девушку, которая ради него прошла через ад.

– Прости, – наконец выдавил он. Звук его голоса был едва слышным шепотом. – Я... я перегнул палку.

– Перегнул? – Скирк слабо улыбнулась, вытирая глаза тыльной стороной ладони. – Ты её сломал и переехал грузовиком, Би.

Она подошла к нему и прислонилась лбом к его колену — выше она просто не доставала в его нынешней форме. Бамблби осторожно опустился на одно колено, становясь меньше, и обхватил её своими огромными ладонями, словно драгоценную реликвию.

– Я просто не знаю, как быть с этим чувством, – признался он. – На Кибертроне нас учили контролировать эмоции. Но с тобой... всё иначе. Когда я вижу тебя с кем-то другим, даже с Гримлоком... мои протоколы начинают сбоить.

– Это называется «быть живым», Би, – Скирк протянула руку и коснулась его щеки, там, где металл переходил в сенсорные панели. – У людей это случается постоянно. Мы учимся с этим жить. И тебе придется.

Бамблби издал серию тихих, мелодичных щелчков, которые она уже научилась понимать как знак глубокого облегчения.

– Значит, ты не уходишь к Гримлоку? – в его голосе проскользнула тень его привычного юмора.

Эмили рассмеялась, на этот раз искренне.

– Только если он научится трансформироваться в нормальную машину с подогревом сидений. А пока — ты вне конкуренции.

Она потянулась к нему, и Бамблби, окончательно сбросив маску холодного командира, прижал её к себе. В этот момент в комнату осторожно заглянул Сайдсвайп.

– Э-э... мы можем войти? Или нам подождать, пока вы решите, кто из вас главный по тарелочкам?

Скирк обернулась, всё еще находясь в объятиях Бамблби.

– Заходи, Сайдсвайп. Но если ты сейчас скажешь хоть слово про «протоколы общения», я разрешу Би тебя перекрасить в розовый.

– Молчу-молчу! – Сайдсвайп картинно застегнул рот на воображаемую молнию.

Стронгарм вошла следом, неодобрительно качая головой, но в её окулярах светилось явное облегчение.

– Лейтенант, отчет о патрулировании готов, – официально произнесла она, стараясь не смотреть на то, как Бамблби нежно поглаживает Скирк по волосам.

– Принято, Стронгарм, – Бамблби выпрямился, но не отпустил руку Эмили. – Команда, слушай мою команду. Сегодня — никаких допросов. Никаких ссор. Мы идем помогать Денни с его новым «проектом». И да... Гримлок, ты можешь катать Скирк. Но только под моим присмотром.

– Гримлок — лучший! – послышался радостный рев с улицы.

Скирк посмотрела на Бамблби и подмигнула ему. Она знала, что это не последняя их ссора. Ревность, страх и разница их природ еще не раз столкнут их лбами. Но пока его Искра билась в унисон с её сердцем, она знала — они справятся. Ведь даже в мире стали и проводов нет ничего сильнее, чем два существа, которые учатся любить друг друга вопреки всем законам физики и логики.