← Назад к обзору

Цепи

Грезы из стали и сахара

Первые лучи холодного сеульского солнца пробивались сквозь панорамные окна пентхауса Сон Джин Ву, разрезая полумрак спальни острыми золотистыми полосами. Охотник S-ранга открыл глаза ровно в шесть утра — привычка, выработанная годами смертельных опасностей и бесконечных тренировок, работала точнее любых часов. Его разум был чист, а тело мгновенно пришло в боевую готовность, но ровно через секунду реальность обрушилась на него тяжелым грузом.

Джин Ву попытался сесть, но его правая рука наткнулась на непреодолимое препятствие. Раздался тихий, вкрадчивый звон металла.

Он повернул голову и замер.

Рядом с ним, разметавшись на широкой кровати, спал Юкумура Юки. Огромный кондитер занимал добрую половину матраса. Его короткие черные волосы были беспорядочно растрепаны, а лицо, которое вчера выражало лишь презрение и холодную решимость, сейчас казалось непривычно спокойным. Без своей колючей ауры Юки выглядел просто как очень красивый, атлетически сложенный мужчина. Свет падал на его обнаженное плечо, заставляя черную тушь татуировок казаться объемной, словно цветы и узоры на его коже могли ожить в любой момент.

Джин Ву посмотрел на их запястья. Магическая цепь, которая вчера казалась длинной около метра, заметно изменилась. Теперь между их руками оставалось едва ли тридцать сантиметров. Звенья пульсировали тусклым, тревожным фиолетовым светом.

– Проклятье... – прошептал Джин Ву, чувствуя, как внутри нарастает глухое раздражение.

Артефакт не просто связывал их — он сокращал дистанцию. Словно невидимый кукловод подтягивал их друг к другу, не оставляя пространства для личных границ. Если так пойдет и дальше, к вечеру они будут вынуждены соприкасаться плечами при каждом шаге.

Юки пошевелился во сне. Его брови слегка сдвинулись к переносице, и он издал едва слышный гортанный звук. Цепь тут же отозвалась, натянувшись и дернув руку Джин Ву.

– Хватит брыкаться, – негромко произнес Джин Ву, хотя понимал, что спящий его не слышит.

Он внимательно наблюдал за Юки. В этом человеке не было ни капли маны — Джин Ву чувствовал это так же ясно, как чувствовал холод металла на коже. Для любого другого охотника S-ранга Юки был бы «гражданским», хрупким существом, нуждающимся в защите. Но глядя на этот рельефный пресс, на мощные мышцы груди, покрытые мелкими капельками пота, Джин Ву понимал: этот парень мог бы свернуть шею монстру голыми руками, если бы того прижали к стенке. В нем была первобытная, чистая сила, не замутненная магическими формулами.

Юки открыл глаза внезапно. Его ярко-синий взгляд мгновенно сфокусировался на Джин Ву. Никакой утренней сонливости, никакой растерянности — только мгновенная оценка ситуации.

– Ты всё еще здесь, – голос Юки после сна был низким и хриплым. – А я надеялся, что это был дурной сон, вызванный передозировкой сахара.

– Доброе утро, – сухо ответил Джин Ву. – У меня для тебя плохие новости. Посмотри на цепь.

Юки приподнялся на локтях, отчего мышцы на его руках напряглись, подчеркивая каждую линию. Он уставился на укоротившиеся путы.

– Какого черта? Она стала меньше?

– Судя по всему, артефакт теряет терпение, – Джин Ву сел на край кровати, вынуждая Юки тоже сесть, чтобы цепь не врезалась в кожу. – Эксперт говорил, что узы будут сужаться. Похоже, «гармония чувств» для этой железки — не пустой звук. Она буквально толкает нас друг к другу.

Юки сел рядом, и Джин Ву почувствовал жар, исходящий от его тела. Кондитер пах мукой, ванилью и чем-то мужским, терпким. Расстояние между их бедрами сократилось до нескольких дюймов.

– Это издевательство, – Юки встряхнул головой, отчего кольца в его ушах мелодично звякнули. – Я должен быть в своей кондитерской через час. У меня заказ на свадебный торт, который стоит как твои элитные доспехи.

– Тебе придется взять выходной, Юкумура, – Джин Ву встал, потянув за собой руку Юки. – Я не могу позволить тебе разгуливать по городу, когда мы связаны артефактом, который может выкинуть любой фокус. К тому же, Ассоциация всё еще пытается найти способ снять это без... – он замолчал, подбирая слова.

– Без того, чтобы мы переспали? – Юки усмехнулся, глядя на Джин Ву снизу вверх. – Знаешь, Сон, для величайшего охотника в мире ты слишком стеснителен. Вчера ты не казался таким правильным, когда смотрел на мои татуировки.

Джин Ву почувствовал, как по спине пробежал холодок. Этот парень читал его слишком легко.

– Мне нужно в душ, – отрезал Джин Ву. – И, судя по длине цепи, тебе придется стоять за дверью. Или внутри.

Юки фыркнул, поднимаясь на ноги. Его двухметровый рост делал его выше Джин Ву, и сейчас, в тесном пространстве спальни, это превосходство ощущалось особенно остро.

– Если ты думаешь, что я буду подглядывать за твоим «идеальным телом», то ты слишком высокого о себе мнения. Я видел достаточно охотников в спортзале. Вы все на одно лицо, когда снимаете майки.

– Тогда пошли, – Джин Ву направился к ванной комнате.

Процесс умывания превратился в абсурдную хореографию. Им приходилось синхронизировать каждое движение. Когда Джин Ву чистил зубы, Юки стоял рядом, опершись плечом о косяк, и с явным неудовольствием рассматривал интерьер ванной.

– Слишком стерильно, – заметил Юки, кивнув на белоснежные полотенца и безупречно чистые полки. – В этом доме вообще живут? Или ты просто хранишь здесь свои медали?

– Я редко бываю дома, – ответил Джин Ву, прополоскав рот. – Работа в подземельях не оставляет времени на уют.

– Работа, – Юки произнес это слово так, словно оно было горьким. – Ты называешь это работой? Ты просто играешь в бога, пока остальные пытаются не сдохнуть от страха.

Джин Ву резко повернулся к нему. Цепь звякнула, натянувшись между ними.

– Ты ничего не знаешь о том, через что я прошел, чтобы получить эту силу. Ты видишь только результат, но не цену.

Юки не отвел взгляда. Его синие глаза сверкнули холодным огнем.

– Цена всегда есть, Сон. Но ты хотя бы получил силу. А те, кто остался в тех подземельях навсегда? У них не было выбора. У тебя он был.

– Ты ошибаешься, – голос Джин Ву стал тихим и опасным. – У меня не было выбора с самого первого дня. Либо я становлюсь сильнее, либо все, кого я люблю, умирают. Это не игра. Это выживание.

В ванной воцарилась тяжелая тишина. Юки смотрел на него долго, изучающе, словно пытался найти трещину в броне охотника S-ранга. Наконец, он медленно выдохнул.

– Ладно. Допустим, ты не просто везунчик. Но это не меняет того факта, что сейчас ты привязан к «простому человеку» без маны. И если ты хочешь завтрака, тебе придется помочь мне на кухне.

– Я уже говорил, что умею готовить, – Джин Ву постарался вернуть себе самообладание.

– Сварить рамён — это не готовка, – Юки пренебрежительно махнул свободной рукой. – Пойдем. Покажешь, что у тебя в холодильнике. Надеюсь, там не только энергетические батончики и кровь монстров.

На кухне Юки развернул бурную деятельность. Несмотря на то, что его правая рука была скована с левой рукой Джин Ву, он умудрялся двигаться с поразительной грацией. Он приказал Джин Ву достать яйца, бекон и овощи.

– Держи сковороду, – скомандовал Юки. – И не вздумай использовать свои магические фокусы, чтобы ускорить процесс. Тепло должно быть естественным.

– Ты всегда такой... командующий? – Джин Ву послушно держал тяжелую чугунную сковороду, пока Юки одной рукой виртуозно разбивал яйца.

– В кондитерском деле дисциплина — это всё, – Юки сосредоточенно нарезал томаты, его татуированное предплечье двигалось в такт ножу. – Один лишний градус — и суфле опало. Одна лишняя минута — и карамель горчит. Мир охотников хаотичен, а мой мир подчиняется законам гармонии.

– И всё же ты здесь, – заметил Джин Ву, глядя, как Юки ловко переворачивает бекон. – Связан с «хаосом» в моем лице.

Юки на мгновение замер, затем посмотрел на Джин Ву. В его взгляде промелькнуло что-то странное — не злость, не брезгливость, а скорее любопытство, которое он так тщательно скрывал.

– Может, артефакт решил, что тебе не хватает немного сахара в жизни, Сон Джин Ву. Ты слишком серьезный. Весь мир на твоих плечах — это, конечно, благородно, но чертовски скучно.

Он протянул руку и, прежде чем Джин Ву успел среагировать, слегка коснулся его щеки пальцем, на котором осталась капля соуса.

– Попробуй. Тебе нужно подкрепиться, прежде чем мы поедем в твою драгоценную Ассоциацию.

Джин Ву замер. Прикосновение было мимолетным, но оно отозвалось странным теплом во всем теле. Цепь на их руках внезапно вспыхнула ярким золотом и... еще немного укоротилась. Теперь их запястья разделяли жалкие пятнадцать сантиметров.

– Черт, – Юки отдернул руку, глядя на путы. – Кажется, я зря это сделал.

– Ты слишком провокационный, Юкумура, – Джин Ву вздохнул, стараясь игнорировать бешено застучавшее сердце. – Давай просто поедим.

Завтрак прошел в молчании, но это молчание уже не было враждебным. Оно было наполнено осознанием того, что они оба застряли в этой ситуации надолго. Юки ел с аппетитом, не забывая критиковать качество масла в холодильнике Джин Ву, а тот ловил себя на мысли, что ему нравится наблюдать за тем, как этот огромный татуированный человек хозяйничает в его стерильном доме.

После завтрака им нужно было одеться. Для Юки это означало найти что-то, что не стесняло бы его движений.

– У тебя есть футболки побольше? – спросил Юки, копаясь в шкафу Джин Ву. – Все твои вещи выглядят так, будто они сшиты на манекенов.

– Возьми ту, черную, – Джин Ву указал на верхнюю полку. – Она мне велика, должна подойти.

Процесс переодевания стал очередным испытанием. Чтобы Юки мог надеть футболку, Джин Ву пришлось стоять вплотную, буквально чувствуя дыхание кондитера на своей шее. Юки поднял руки, и его мышцы перекатились под кожей, словно живые существа. Джин Ву невольно отвел взгляд, чувствуя, как в комнате становится слишком жарко.

– Ты краснеешь, Охотник? – Юки усмехнулся, продевая голову в горловину. – Неужели близость обычного человека так сильно тебя смущает?

– Просто в комнате душно, – буркнул Джин Ву, поправляя свои часы.

Когда они наконец вышли из дома и направились к машине, цепь между ними была натянута так туго, что они шли плечом к плечу. Со стороны это выглядело как странная, но очень гармоничная пара: изящный, но мощный Джин Ву и массивный, дерзкий Юки.

В машине Джин Ву сел за руль, а Юки пришлось устроиться на пассажирском сиденье, вытянув свои длинные ноги. Его рука лежала на центральной консоли, всего в паре сантиметров от руки Джин Ву, сжимающей рычаг переключения передач.

– Куда мы едем? – спросил Юки, глядя на проносящиеся мимо улицы Сеула.

– В штаб-квартиру. Глава Ассоциации собрал совет. Они нашли записи о подобных артефактах в архивах из Китая. Возможно, есть способ разорвать связь без... выполнения всех условий.

Юки промолчал, задумчиво крутя кольцо в ухе. Его взгляд был устремлен в окно, но Джин Ву видел его отражение в стекле.

– А если способа нет? – тихо спросил Юки через некоторое время. – Если этот артефакт — часть системы, которую ты не можешь взломать? Ты готов пойти на то, что он требует?

Джин Ву крепче сжал руль. Вопрос висел в воздухе, тяжелый и липкий.

– Я сделаю то, что необходимо для безопасности города, – ответил он официально, но сам почувствовал, насколько фальшиво это звучит.

– Опять твои геройские замашки, – Юки горько усмехнулся. – «Сделаю то, что необходимо». А как насчет того, чего хочешь ты, Сон Джин Ву? Ты хоть раз делал что-то просто потому, что тебе этого хотелось, а не потому, что мир требовал спасения?

Джин Ву замолчал. Он не помнил, когда в последний раз задавал себе этот вопрос. С тех пор, как он стал «Системой», его желания перестали иметь значение. Были только цели, уровни и враги.

– Я так и думал, – Юки откинулся на спинку сиденья. – Ты пустой внутри, Охотник. Весь твой блеск и слава — это просто красивая обертка на пустой коробке.

– Это неправда, – Джин Ву резко затормозил на светофоре, поворачиваясь к Юки. – У меня есть семья. У меня есть друзья.

– Но у тебя нет страсти, – Юки подался вперед, сокращая и без того ничтожное расстояние. – Ты не живешь, ты функционируешь. Даже сейчас, когда мы прикованы друг к другу, ты думаешь о протоколах Ассоциации, а не о том, почему твоя кожа горит там, где мы соприкасаемся.

Джин Ву хотел возразить, но слова застряли в горле. Юки был прав. Его кожа действительно горела. Каждое случайное касание их плеч или рук отзывалось электрическим разрядом, который не имел отношения к магии.

– Мы приехали, – сухо сказал Джин Ву, когда они заехали на парковку Ассоциации.

Здание встретило их суетой. Охотники, сотрудники, журналисты — все взгляды были прикованы к ним. Шепот волной катился по коридорам: «Смотрите, это Сон Джин Ву! А кто этот гигант рядом с ним? Они... связаны?»

Юки шел с высоко поднятой головой, игнорируя вспышки камер. Его спокойствие было непоколебимым, в то время как Джин Ву чувствовал нарастающее раздражение. Ему хотелось призвать свои тени и разогнать эту толпу, но он сдерживался.

В кабинете Главы Ассоциации Го Гун Хи было тихо. Пожилой мужчина сидел за своим столом, внимательно изучая древний свиток. Рядом с ним стоял тот самый эксперт, который вчера выглядел так, будто готов упасть в обморок.

– Рад видеть вас в добром здравии, Охотник Сон, господин Юкумура, – Глава поднял взгляд. Его глаза за стеклами очков выражали глубокую озабоченность. – Ситуация оказалась сложнее, чем мы предполагали.

– Вы нашли способ снять цепи? – сразу к делу перешел Джин Ву.

Эксперт судорожно сглотнул и выступил вперед.

– Мы изучили хроники эпохи династии Мин. Этот артефакт, «Узы Вечного Сродства», использовался для... кхм... укрепления политических союзов между великими кланами. Он не просто связывает тела. Он синхронизирует энергетические потоки и... эмоциональные фоны.

– Ближе к делу, – пробасил Юки, скрестив руки на груди.

– Проблема в том, – эксперт вытер лот со лба, – что артефакт распознал в вас идеальный баланс. Один из вас — абсолютный источник маны, другой — абсолютный физический сосуд. Вы как инь и ян. И чем больше вы сопротивляетесь этой связи, тем сильнее он будет вас сжимать.

– И что это значит? – Джин Ву нахмурился.

– Это значит, – подал голос Глава Ассоциации, – что если в течение сорока восьми часов вы не достигнете той самой «гармонии», о которой говорит легенда, цепи начнут поглощать вашу жизненную силу. Они будут сужаться, пока не раздавят кости обоих.

В кабинете повисла мертвая тишина. Юки посмотрел на свое запястье, где металл уже оставил красный след.

– То есть, – медленно произнес Юки, – у нас есть два варианта: либо мы становимся... любовниками, либо мы умираем в объятиях друг друга?

– Мы ищем другие пути! – быстро вставил эксперт. – Но пока... артефакт не реагирует ни на магию S-ранга, ни на физическое разрушение.

Юки внезапно рассмеялся. Это был громкий, искренний смех, который заставил всех присутствующих вздрогнуть.

– Иронично, не правда ли, Сон? Ты спас мир от монстров, но тебя может убить обычная железка только потому, что ты не можешь заставить себя почувствовать что-то к другому человеку.

Джин Ву посмотрел на Юки. В его смехе не было страха, только горькое признание абсурдности жизни.

– Мы не умрем, – твердо сказал Джин Ву, обращаясь к Главе. – Дайте нам время.

Когда они вышли из кабинета, Юки резко остановился, вынуждая Джин Ву тоже замереть.

– Знаешь, что самое забавное? – Юки посмотрел Джин Ву прямо в глаза. Его синий взгляд был пронзительным. – Я не боюсь смерти. Я прожил свою жизнь так, как хотел. Я готовил лучший хлеб, я слушал лучшую музыку, я любил тех, кого хотел любить. А ты? Если эти цепи раздавят нас завтра, о чем ты будешь жалеть? О том, что не закрыл еще один данж?

Джин Ву молчал. В его голове проносились образы: мать, сестра, бесконечные битвы, холод системы. И среди всего этого — тепло руки Юки, запах корицы и этот вызывающий взгляд.

– Я буду жалеть о том, – тихо произнес Джин Ву, – что встретил тебя в таких обстоятельствах.

Юки замер. Его дерзкая ухмылка медленно растаяла. Он не ожидал такой искренности от «пустого» охотника.

– Поехали отсюда, – Юки дернул цепь, но на этот раз мягко. – Мне нужно на кухню. Если нам осталось жить два дня, я хочу провести их, делая то, что люблю. А ты... ты будешь мне помогать. Это не обсуждается.

Джин Ву кивнул. Впервые за долгое время он почувствовал, что система больше не имеет над ним власти. Были только они, эта проклятая цепь и два дня, которые могли стать либо концом, либо началом чего-то, что не поддавалось никаким рангам.

Они вышли из здания Ассоциации под лучи заходящего солнца. Цепь между ними пульсировала, становясь всё короче, но теперь это пугало их гораздо меньше, чем раньше. Ведь в мире, где всё решала мана, они нашли нечто, что было гораздо сильнее любых заклинаний — живое, бьющееся человеческое сердце.