ты моя.
Шелковые шипы и стоны в тишине
Вероника Лодж никогда не проигрывала. В Нью-Йорке её называли «Ледяной принцессой», но в Ривердэйле она обнаружила в себе нечто иное — вулканическую страсть, которая требовала выхода. И этим выходом стала Шерил Блоссом.
После того случая в раздевалке Вероника не могла спать. Стоило ей закрыть глаза, как она чувствовала под пальцами дрожь Шерил, видела её расширенные зрачки и ощущала запах той самой тяжелой, почти удушающей розы. Это было безумие. Это было неправильно. Но Лоджи всегда получали то, что хотели, а Вероника хотела Шерил. Не просто её внимание, не просто её ярость — она хотела её душу, её тело и её капитуляцию.
«Я влюбилась в дьявола в красном», — думала Вероника, глядя на свое отражение в зеркале и поправляя жемчужную нить на шее. — «И, боже мой, мне это нравится».
Шерил, в свою очередь, была в бешенстве. Вероника Лодж осмелилась не просто бросить ей вызов, она перешла все границы. Она посмела коснуться её, прошептать эти грязные, обжигающие слова и уйти, оставив Шерил в состоянии полного хаоса. Блоссомы не прощают слабости, а Вероника заставила её почувствовать себя именно слабой.
На следующее утро в школе Шерил выглядела безупречно. Её губы были накрашены самым агрессивным оттенком алого, а спина была прямой, как натянутая струна. Она игнорировала Веронику с удвоенной силой, но теперь это была не холодная отстраненность, а наэлектризованное молчание.
Вероника видела это. Она чувствовала, как воздух между ними густеет, стоит им оказаться в одном коридоре. И она решила, что пора заканчивать эти игры в кошки-мышки.
Снова раздевалка. Снова вечер после тренировки. Вероника знала расписание Шерил лучше, чем свое собственное. Она дождалась, когда последняя «Лисица» покинет помещение, и вошла внутрь.
Шерил стояла у зеркала, стирая макияж. Увидев в отражении Веронику, она даже не вздрогнула.
– Опять ты, Лодж? – Шерил бросила использованный ватный диск в корзину. – Твоя одержимость моей персоной начинает граничить с уголовным преступлением. Убирайся, пока я не вызвала шерифа Миллера.
– Ты этого не сделаешь, Шерил, – Вероника подошла к двери и привычным жестом заперла её на замок. – Потому что тебе нравится этот страх. Тебе нравится, что кто-то в этом городе не боится твоего яда.
Шерил резко развернулась. В её руках была расческа, которую она сжимала так сильно, будто это был кинжал.
– Ты думаешь, что раскусила меня? – Шерил сделала шаг вперед, её глаза сузились. – Ты думаешь, что пара дешевых трюков и шепот на ушко дадут тебе власть надо мной? Ты ничто, Вероника. Просто избалованная девчонка, которая ищет острых ощущений в чужом горе.
Вероника не отступила. Напротив, она сократила дистанцию, пока между ними не осталось и десяти сантиметров.
– Тогда почему у тебя так дрожат руки, Шерил? – прошептала Вероника, глядя прямо в глаза рыжей бестии. – Почему ты не ушла сразу, как увидела меня?
– Потому что я собиралась вышвырнуть тебя отсюда! – выкрикнула Шерил и попыталась рвануться к двери, но Вероника среагировала мгновенно.
Она перехватила Шерил, прижимая её спиной к холодному металлу шкафчика. Это было столкновение двух стихий. Шерил пыталась вырваться, её локти упирались в грудь Вероники, но Лодж была полна решимости, подпитанной неделями сдерживаемого желания.
– Пусти меня! – прошипела Шерил, её лицо было в дюйме от лица Вероники.
– А если я попрошу? – голос Вероники вдруг стал мягким, почти умоляющим. – Если я скажу, что не могу дышать, когда ты так на меня смотришь? Если я признаю, что ты победила, Шерил? Пожалуйста... просто перестань бороться со мной.
Это «пожалуйста» подействовало на Шерил как удар под дых. Она на секунду замерла, ошеломленная этой внезапной уязвимостью в голосе своей соперницы. Вероника воспользовалась этой заминкой.
Она подалась вперед и накрыла губы Шерил своими.
Это не был нежный поцелуй. Это была битва. Вероника вкладывала в него всю свою страсть, всю свою потребность обладать этой невыносимой, прекрасной девушкой. Шерил на мгновение обмякла, её сознание затуманилось от неожиданного жара, но гордость Блоссомов взяла верх.
Шерил резко и больно укусила Веронику за нижнюю губу.
– Ай! – Вероника отпрянула, прижав пальцы к губе, на которой выступила капелька крови.
– Я же сказала — не смей, – тяжело дыша, произнесла Шерил. Её губы блестели, а в глазах плескалось торжество пополам с ужасом. – Ты не получишь меня так легко, Лодж.
Вероника слизнула кровь, и её взгляд стал по-настоящему хищным.
– О, так ты хочешь по-плохому? – Вероника снова прижала её к шкафчикам, на этот раз наваливаясь всем телом, не давая Шерил пространства для маневра. – Я не сдамся, Шерил. Ты можешь кусаться, можешь бить меня, но мы оба знаем, чем это закончится.
– Ты самоуверенная дрянь, – выдохнула Шерил, но её сопротивление становилось всё слабее.
Руки Вероники скользнули вниз, по талии Шерил, туда, где короткая юбка черлидерши едва прикрывала бедра. Шерил попыталась перехватить её запястья, но Вероника была быстрее. Её пальцы уверенно нащупали край ткани и, прежде чем Шерил успела что-то предпринять, юбка была отброшена в сторону.
– Вероника, нет... – голос Шерил сорвался на шепот.
– Да, – твердо ответила Вероника.
Она знала, что Шерил сейчас — как натянутая струна, которая вот-вот лопнет. Вероника опустилась на колени, продолжая удерживать Шерил за бедра. Её пальцы, тонкие и умелые, скользнули под кружевное белье, безошибочно находя то самое место, где броня Шерил Блоссом была всего лишь иллюзией.
Шерил судорожно вздохнула и откинула голову назад, ударившись затылком о металл.
– Посмотри на меня, – приказала Вероника.
Когда Шерил открыла глаза, в них не было ненависти. Там была только чистая, первобытная потребность. Пальцы Вероники начали двигаться — сначала медленно, дразняще, а затем всё более уверенно и ритмично.
– О боже... – сорвалось с губ Шерил.
Первый стон был тихим, почти подавленным, но он подействовал на Веронику как самый сильный наркотик. Она чувствовала, как Шерил плавится под её ладонями, как исчезает эта ледяная королева, уступая место живой, чувствующей девушке.
– Скажи это, Шерил, – прошептала Вероника, не прекращая ласк. – Скажи, что ты хочешь меня.
Шерил вцепилась пальцами в плечи Вероники, её ногти впились в кожу через ткань блузки. Она больше не могла сдерживаться. Еще один стон, громкий и надрывный, эхом разнесся по пустой раздевалке. Это был звук крушения всех её стен.
– Да... Вероника... пожалуйста... – выдохнула Шерил, закрывая глаза.
Вероника чувствовала, как у неё самой сносит крышу от этого звука. Она никогда не слышала ничего более прекрасного. Она ускорила темп, доводя Шерил до предела, наслаждаясь каждым дрожанием её тела, каждым сбившимся вдохом.
Когда Шерил наконец содрогнулась в мощной вспышке оргазма, она едва удержалась на ногах. Вероника подхватила её, помогая не упасть, и прижала к себе. Они стояли так несколько минут, тяжело дыша, в тишине, нарушаемой только гулом вентиляции.
Шерил медленно открыла глаза и посмотрела на Веронику. В её взгляде была растерянность, остатки удовольствия и странная, новая нежность.
– Ты... ты просто невозможна, – тихо сказала Шерил, поправляя растрепанные волосы.
Вероника улыбнулась — на этот раз искренне и тепло. Она потянулась и нежно коснулась щеки Шерил, той самой, по которой та её ударила два дня назад.
– Я же говорила тебе, Шерил. Блоссомы и Лоджи — это взрывоопасная смесь. Но признай, это было лучше, чем очередная ссора в коридоре.
Шерил усмехнулась, и в этой усмешке снова промелькнула прежняя королева Ривердэйла, но теперь в ней не было яда.
– Не надейся, что теперь я буду приносить тебе кофе в постель, Лодж.
– О, я на это и не рассчитываю, – Вероника подняла юбку с пола и протянула её Шерил. – Я предпочитаю, чтобы ты продолжала быть стервой. Но теперь ты — моя стерва.
Шерил взяла юбку, их пальцы на мгновение соприкоснулись, и электрический разряд снова прошил обеих.
– Посмотрим, Вероника. Посмотрим, кто из нас в итоге окажется сверху.
Вероника рассмеялась, чувствуя, как в груди разливается странное, щемящее тепло. Она знала, что впереди их ждет еще много битв, много тайн и, возможно, много боли. Но в эту минуту, в этой душной раздевалке, она была абсолютно счастлива.
Она получила Шерил Блоссом. И она не собиралась её отпускать.
– Идем, – сказала Вероника, отпирая дверь. – Нам нужно найти убийцу твоего брата. А потом... потом мы решим, кто из нас будет править этим городом.
Шерил кивнула, и они вышли из раздевалки вместе, плечом к плечу, готовые сжечь этот город дотла или спасти его — смотря какое у них будет настроение. Но одно было ясно: Ривердэйл больше никогда не будет прежним.