Ученик ведьмы бездны версия 2
Делегация искусственного острова
Воздух в полуразрушенном складском терминале густел с каждой секундой, превращаясь в тягучую, осязаемую взвесь из озона, пепла и первобытного ужаса.
Дамблдор с трудом удерживал равновесие. Пальцы, сжимавшие Бузинную палочку в глубине просторного рукава мантии, онемели. Древнее дерево, повидавшее тысячи дуэлей и смертей, мелко дрожало, посылая в ладонь директора предупреждающие, колющие импульсы. Палочка Смерти буквально вопила: перед ними не просто маги. Перед ними стояли существа из иных пластов бытия, где законы европейской магии не стоили и ломаного гроша.
Годрик Поттер беспомощно хрипел, распластавшись на растрескавшемся бетоне. Аура Кодзё Акацуки — тяжелая, всесокрушающая сила Четвертого Истинного Предка — вдавливала его в пол, словно многотонная гранитная плита. У четырнадцатилетнего «национального героя» перехватило дыхание, перед глазами плыли кровавые круги, а из носа тонкой струйкой сочилась кровь. Вся его напускная храбрость, все высокомерие золотого мальчика растворились без следа.
– Кодзё, осади, – негромко, без тени напряжения произнес Гарри, даже не обернувшись к другу. – Он задохнется раньше, чем успеет осознать, в какую грязь наступил.
Акацуки хмыкнул, моргнул, возвращая зрачкам привычный карий оттенок, и лениво засунул руки глубже в карманы:
– Как скажешь. Просто не люблю таких щенков. Лают громко, а стоит ветру подуть — прячутся под лавку.
Давление мгновенно спало. Годрик судорожно, со всхлипом втянул сырой воздух терминала, кашляя и дрожа всем телом. Джеймс Поттер, все еще скованный призрачными звеньями цепей Глейпнир, яростно рванулся:
– Мерзавцы! Да как вы смеете?! Вы хоть понимаете, кто перед вами?! Альбус, сделай что-нибудь! Примени темпоральный барьер!
– Замолчи, Джеймс, – тихо, но так резко оборвал его Дамблдор, что старший Поттер захлебнулся собственным криком.
Директор медленно повернул голову к миниатюрной фигуре в черном викторианском платье, которая парила в воздухе над головами пришельцев, опираясь тонкой рукой на кружевной зонтик.
– Госпожа Минамия, – произнес Альбус, стараясь придать своему голосу привычную бархатистую уверенность, хотя в уголках его глаз залегли глубокие тени. – Я полагаю, произошла досадная дипломатическая ошибка. Мы прибыли сюда не с враждебными намерениями. Мы пришли за ребенком… за сыном наших друзей.
– Ошиблись? – Нацуки прикрыла веки, а затем резко распахнула их. В лазурных зрачках ведьмы клубилась бездонная тьма иного измерения. – Незаконный перенос через государственную границу Особого округа. Взлом локальных пространственных экранов. Угрозы боевым заклинанием сотруднику Общественной безопасности. В любой цивилизованной стране за подобное вас бы просто распылили на атомы прямо на посадочной площадке. И только мой ученик удерживает меня от того, чтобы отправить ваши внутренности на корм глубоководным химерам.
Лили Поттер не сводила взгляда с Гарри. Ее лицо было мертвенно-бледным, по щекам катились слезы, смывая идеальный министерский макияж:
– Гарри… Гарри, пожалуйста, посмотри на меня. Я твоя мать! Мы… мы совершили ошибку, Дамблдор поклялся, что твои магические каналы были разрушены навсегда! Мы оставили тебя у Петунии ради твоей же безопасности! Волан-де-Морт… его сторонники убили бы тебя!
Гарри медленно повернулся к ней. В его зеленых глазах — тех самых, которые она передала ему при рождении — не отразилось ни единой искры тепла. Только бесконечный, промозглый холод бездны.
– Безопасность? – переспросил он, и в его голосе прорезался сухой металлический лязг. – Жить в чулане под лестницей среди пауков и пыли — это безопасность? Донашивать обноски за жирным кузеном, есть объедки раз в два дня и получать удары сковородкой за то, что случайно посмотрел в окно — это забота любящих родителей?
Лили отшатнулась, прижав ладони к губам:
– Нет… Петуния не могла… она обещала…
– Замолчи, – оборвал ее Гарри, и от звука его голоса по бетону под ногами Лили побежали тонкие трещины инея. – Ты не имеешь права произносить оправдания. Когда меня выбросили здесь, на пирсе Итогами, голодного, истекающего кровью после очередных «воспитательных мер» твоего драгоценного зятя, где была твоя материнская любовь? Где был великий Дамблдор с его птицами и сладкими речами? Вас не было. Меня нашла Нацуки-сенсей. Она собрала мои разорванные каналы буквально по крупицам, пока я кричал от боли в операционной на протяжении трех недель.
Саяка Кирасака сделала шаг вперед, встав плечом к плечу с Гарри. Ее глаза горели праведным гневом, а серебряное копье тихо гудело, готовое в любую долю секунды сорваться в смертоносный выпад:
– И эти жалкие трупоеды смеют называть себя семьей? Гарри проливал кровь за этот город! Он закрывал собой барьеры и сражался с древними тварями, пока вы в своем сытом замке пили тыквенный сок и восхваляли этого надутого индюка!
– Следи за языком, девчонка! – взревел опомнившийся Годрик, с трудом поднимаясь на колени. – Я победил Темного Лорда! Я герой Британии! А он — просто выродок, сбежавший к нелюдям!
– Дерзкий щенок, – Ля Фолия Рихавейн изящным движением взвела курок своего богато украшенного револьвера и направила дуло прямо между глаз Годрика. Ее голос звучал обманчиво мягко, словно шелест королевского шелка. – Еще одно слово, мальчик, и я лично проверю, насколько быстро твои мозги отмоются от этого грязного пола. Поверь, корона Альдегира с легкостью покроет расходы на международный скандал из-за убийства одного зарвавшегося европейского хама.
Дамблдор поспешно выставил вперед свободную руку:
– Ваше Высочество, умоляю, остановитесь! Мистер Поттер… Гарри! Речь идет не о прошлых обидах. Речь идет о жизни и смерти. Имя, вышедшее из Кубка Огня, налагает нерушимый контракт. Магический Гейс. Если чемпион не явится в Хогвартс и не примет участие во всех испытаниях Турнира Трех Волшебников, древний огонь выжжет его магическое ядро дотла. Ты ведь уже чувствуешь это, мальчик мой? Твое тело отторгает собственную силу!
Гарри невольно скривился, коснувшись груди. Под тканью рубашки багровый узор пульсировал ядовитым жаром, впиваясь фантомными иглами в саму суть его пространственного ядра.
– Он прав, – холодно констатировала Нацуки, плавно опускаясь на землю рядом с учеником. Цепи, удерживавшие Поттеров, со звоном распались на черные светящиеся искры и растворились в воздухе. – Контракт завязан на кровь рода Поттеров и сакральное пламя древнего артефакта. Гарри восстановился лишь на шестьдесят процентов после инцидента с Тюремным барьером. Если он попытается взломать пространственную петлю контракта прямо сейчас, отдача разорвет его сосуды.
– Значит, ты должен вернуться домой! – с надеждой воскликнула Лили, протягивая к нему дрожащие руки. – Мы снимем клятву вместе, Альбус найдет способ…
– Домой? – Гарри рассмеялся. Этот смех был сухим и колючим, словно треск ломающегося льда. – У меня есть только один дом, миссис Поттер. И он находится здесь, среди океана, стали и демонов.
Юноша расправил плечи и посмотрел прямо в лицо Дамблдору. В его взгляде директор не увидел и намека на подчинение — лишь расчетливую холодность офицера, оценивающего позиции неприятеля.
– Я прибуду в Хогвартс, – произнес Гарри. – Но не как потерянный сын, не как студент и уж тем более не как ручная собачка Министерства Магии. Я прибуду туда как законный представитель Особого округа Итогами и официальный рыцарь королевского дома Рихавейн.
– Но правила Турнира… – попытался вставить Дамблдор.
– Ваши замшелые правила не стоят бумаги, на которой они написаны, старик! – жестко отрезала Нацуки, щелкнув сложенным зонтиком по бетону. – Я, Нацуки Минамия, Ведьма Бездны и официальный опекун Гарри Поттера, возглавлю дипломатическую миссию. С нами отправятся свидетели и охрана, обладающие абсолютным иммунитетом. Если хоть один волос упадет с головы моего ученика по вине ваших интриг — я лично запечатаю ваш драгоценный Хогвартс в карманное измерение вечного вакуума. А теперь — убирайтесь с острова. Портал открыт. Обратный отсчет пошел. Пять секунд.
За спинами британцев воздух взвыл, разрываясь широкой сиреневой трещиной, ведущей обратно в промозглые туманы Шотландии.
Джеймс хотел было что-то выкрикнуть, но Кодзё выразительно оскалился, блеснув острыми вампирскими клыками, а над плечом маленькой молчаливой Астарты соткался гигантский призрачный голем из чистого зеленого пламени, сжавший кулаки размером с карету.
Схватив упирающегося Годрика за шиворот, Дамблдор потянул за собой потрясенную, рыдающую Лили и шагнул в портал. Джеймс, бросив на первенца взгляд, полный ядовитой ненависти и глубинного страха, последовал за ними. Пространство с хлопком схлопнулось.
На складе воцарилась тишина, нарушаемая лишь плеском волн за внешней стеной.
Гарри покачнулся. Дыхание перехватило, и он опустился на одно колено, прижав ладонь к груди. Багровый след Гейса полыхнул изнутри, заставляя его стиснуть зубы до хруста.
– Гарри! – Саяка мгновенно бросилась к нему, отбросив лук-копье в сторону. Она опустилась на колени рядом, обвивая его плечи руками и прижимая его голову к своей груди. – Тише, держись… Я здесь.
– Проклятый контракт среагировал на близость источника, – прошептал Гарри, чувствуя, как мягкий, знакомый аромат жасмина и оружейного масла, исходивший от Саяки, немного притупляет жгучую боль. – Эта дрянь требует подтверждения присутствия.
Ля Фолия подошла с другой стороны, опустившись рядом в шелковом шелесте подола. Ее тонкие, прохладные пальцы коснулись пылающей кожи на его шее, проводя мягкую волну очищающей альдегирской магии:
– Не напрягайся, мой рыцарь. Ты показал им зубы. Теперь наша очередь разыграть эту партию.
– Астарта констатирует: уровень праны субъекта нестабилен, – раздался ровный детский голосок. Беловолосая девочка подошла вплотную и протянула Гарри маленькую коробочку с энергетическими пилюлями. – Рекомендуется постельный режим и прием питательных веществ.
Кодзё вздохнул, почесав затылок:
– Ну и влипли же мы. Похоже, спокойным школьным денькам конец?
– Конец, Акацуки, – невозмутимо отозвалась Нацуки, поправляя кружевные перчатки. – Возвращаемся в комендатуру. Нужно уведомить Организацию Короля Львов и правительство Альдегира. Мы летим в Европу.
***
Штаб-квартира Общественной безопасности острова Итогами напоминала крепость из стекла и сверхпрочного сплава. В полночь на сороковом этаже все еще горел свет.
За массивным овальным столом совещаний собрался весьма примечательный состав.
Нацуки Минамия сидела во главе стола, методично перелистывая голографические отчеты. По правую руку от нее расположился Гарри, уже переодевшийся в свежую одежду, но все еще бледный. Рядом с ним неотлучно находились Саяка и Ля Фолия. Напротив сидели Кодзё и только что прибывшая Юкина Химэраги.
Боевой маг Ордена Короля Львов, одетая в свою неизменную школьную форму с чехлом от копья «Шневальцер» за спиной, выглядела предельно собранной.
– Я связалась с Третьим отделом, – заговорила Юкина, выводя на центральный проектор герб Организации Короля Львов. – Старейшины взбешены. Британское Министерство Магии грубо нарушило Международную Конвенцию о разграничении сфер влияния. Использование артефакта десятого уровня опасности — Кубка Огня — в отношении гражданина суверенного особого округа приравнивается к скрытому магическому терроризму.
– Они изолированы в своем средневековом мирке уже три века, – с презрением заметила Саяка, нервно постукивая пальцами по столу. – Их Статут о секретности превратил магов Европы в высокомерных дикарей. Они искренне считают, что за пределами их островов живут только «маглы» и «темные твари», не способные к высшему колдовству.
– И именно эта слепота станет их погибелью, – Ля Фолия грациозно подперла подбородок ладонью, на ее лице играла опасная, поистине королевская улыбка. – Мой отец уже подписал указ. Королевство Альдегир направляет в Шотландию дипломатическую миссию высшего ранга. Официальный повод — культурный обмен и инспекция безопасности международных состязаний. Мы задействуем наш флагманский бронированный дирижабль «Иггдрасиль». Гарри будет представлен как специальный атташе по безопасности Альдегира и личный защитник кронпринцессы. Пусть эти напыщенные лорды попробуют вякнуть хоть слово против дипломатического корпуса суверенной монархии.
– Химэраги, твое назначение? – спросила Нацуки, взглянув на юную шаманку.
– Орден приставил меня в качестве официального наблюдателя, – Юкина коротко поклонилась. – Официальная легенда — сопровождение делегации Альдегира. Неофициальная… – она бросила выразительный взгляд на Кодзё. – Контроль за Четвертым Истинным Предком.
– Эй, я вообще-то не напрашивался! – возмутился Кодзё, вскинув руки. – Это Нацуки-чан заставила меня подписать бумаги!
– Во-первых, для тебя я Нацуки-сенсей, сопляк, – ледяным тоном оборвала его ведьма. – Во-вторых, ты летишь не развлекаться. Сила Истинного Предка — наш главный сдерживающий фактор. Старый паук Дамблдор считается сильнейшим чародеем своего региона. Если у него возникнет соблазн применить ментальную магию или попытаться похитить Гарри внутри замка, ты просто покажешь ему одного из своих фамильяров. Пусть вспомнит, почему вампиры древности правили континентами.
Кодзё тяжело вздохнул, но спорить не посмел. Когда Нацуки говорила таким тоном, перечить ей было равносильно прыжку в жерло действующего вулкана.
– А что на счет испытаний? – Гарри поднял глаза на наставницу. – Гейс заставит меня выйти на арену. Что бы они там ни приготовили, мне придется сражаться.
– Ты будешь не просто сражаться, Гарри, – Нацуки впервые за вечер мягко улыбнулась, и в этой улыбке сквозила безграничная гордость наставника за своего лучшего шедеврального воспитанника. – Ты покажешь этим замшелым консерваторам, что такое настоящая магия Бездны. Ты покажешь роду Поттеров цену их выбора. Они украли твои силы в младенчестве, чтобы напитать своего бездарного идола? Прекрасно. Ты выйдешь на их арену и растопчешь их иллюзии в пыль.
Совещание затянулось за полночь. Когда планы были согласованы, а каналы связи зашифрованы, участники начали расходиться.
Гарри вышел на открытую террасу верхнего яруса. Ночной океанский бриз приятно холодил лицо, внизу раскинулось бесконечное море неоновых огней Итогами — живого, технологичного, дышащего магией города, который стал ему настоящей родиной.
Тихие шаги возвестили о приближении гостей.
Саяка подошла сзади и молча обняла его за пояс, уткнувшись лбом между его лопаток. Гарри почувствовал, как ее пальцы судорожно сжимают ткань его куртки:
– Ты ведь… не останешься там? – ее голос предательски дрожал. – Когда все закончится? Ты не вернешься к ним?
Гарри повернулся в кольце ее рук, мягко приподнял ее лицо за подбородок и заглянул в карие, полные тревоги глаза:
– Глупая. Куда я уйду от тебя? От Нацуки? От всех нас? Британия для меня — чужая, мертвая земля. Там живут призраки людей, которые предали меня еще до того, как я научился говорить. Мое место здесь. С тобой.
Саяка всхлипнула, покраснела до кончиков ушей и, привстав на цыпочки, требовательно и жадно поцеловала его. Гарри ответил на поцелуй, прижимая девушку к себе, чувствуя, как бешеный стук ее сердца постепенно выравнивается, входя в унисон с его собственным.
– Какая идиллия, – послышался мелодичный смех, и к ним неслышно подошла Ля Фолия. Ветер трепал ее серебристые волосы, придавая ей сходство с древней богиней луны. – Но не забывай, Саяка, в этой постели и в этом сердце найдется место для нас двоих.
– Ля Фолия! – вскрикнула Кирасака, отпрянув от Гарри с пылающими щеками. – Мы же на служебном балконе комендатуры!
– И что? – принцесса лишь лукаво склонила голову, шагнула к Гарри и без тени сомнений накрыла его губы вторым, не менее страстным поцелуем, властно запустив тонкие пальцы в его непослушные черные волосы. Когда она отстранилась, ее глаза сияли неподдельным торжеством. – В Шотландии будет холодно, мой рыцарь. Тебе понадобятся две очень горячие девушки, чтобы согревать тебя по ночам.
Гарри только покачал головой, не сдержав искренней, теплой улыбки. Какими бы чудовищами ни казались его прошлые кошмары, рядом с этими людьми он знал: он больше никогда не будет одинок.
***
6 ноября 2014 года. Шотландия, Замок Хогвартс.
Большой зал гудел уже четвертый день подряд. Слухи, распространявшиеся по замку со скоростью лесного пожара, обрастали все более дикими подробностями.
«Старший брат Годрика Поттера жив!» «Он сквиб, которого прятали в магловской психушке на Востоке!» «Нет, он стал темным магом и возглавляет банду азиатских наемников!» «Да он просто калека, Дамблдор притащит его сюда, чтобы Годрик спас его на Турнире!»
За столом Гриффиндора Годрик Поттер восседал подобно падишаху, хотя под его глазами залегли темные круги, а рука, державшая кубок с тыквенным соком, то и дело мелко вздрагивала. Рядом сидел Рон Уизли, с набитым ртом яростно вещавший на весь стол:
– Да я тебе говорю, Годрик! Твой братец просто струсил! Сквибы — они все такие, ущербные! Папа рассказывал, у нас в роду был двоюродный дядя-сквиб, так он даже соплохвоста испугался! Если он вообще посмеет явиться, ты утрешь ему нос на первом же задании!
– Конечно утру, – процедил Годрик, пытаясь отогнать стоящий перед глазами образ складского терминала, налитые кровью глаза красноглазого парня и призрачные цепи, ломающие кости. – Он никто. Жалкая тень.
За столом Слизерина Драко Малфой ядовито усмехался, перешептываясь с Пэнси Паркинсон:
– Поттеры облажались по-крупному. Оказывается, благородные гриффиндорские спасители бросили своего первенца на произвол судьбы. Отец говорит, в Попечительском совете уже готовят запрос о лишении Джеймса Поттера капитанского звания в аврорате.
За преподавательским столом царила гробовая тишина. Лили Поттер, осунувшаяся, с бледными губами, теребила край салфетки, не притрагиваясь к еде. Джеймс, сидевший рядом с ней, мрачно сверлил взглядом центральные двери, то и дело сжимая кулаки. Дамблдор сидел неподвижно, сложив пальцы домиком, но его знаменитые очки-половинки не скрывали тяжелого, напряженного взгляда, устремленного в пространство.
Рядом за столом расположились министр магии Корнелиус Фадж, вырядившийся в парадную мантию в тонкую полоску, и Людо Бэгмен с широкой, натянутой улыбкой.
– Альбус, вы уверены, что мальчик прибудет? – нервно зашептал Фадж, промокая лысину платочком. – Пресса стоит на ушах! Рита Скитер уже накатала три разгромные статьи о сокрытии наследника Поттеров! Если он не появится для взвешивания палочек, начнется катастрофа!
– Он прибудет, Корнелиус, – тихо, без привычной бодрости отозвался Дамблдор. – У него нет выбора. Контракт Кубка обязывает.
– Да бросьте вы, Корнелиус! – самодовольно осклабился Джеймс. – Мальчишка просто набил себе цену перед своими восточными дружками. Приползет на коленях, куда он денется без магии? Мы с Лили быстро вправим ему мозги и вернем в семью.
В этот момент заколдованный потолок Большого зала, обычно отражавший хмурое осеннее небо Шотландии, внезапно затянуло багрово-черными грозовыми тучами.
Воздух в замке резко потяжелел. Тысячи парящих свечей разом вспыхнули зеленым пламенем и затрещали. Древние каменные стены Хогвартса задрожали, словно под замком проснулся спящий гигант.
– Что происходит?! – взвизгнула мадам Максим, директриса Шармбатона, вскакивая со своего места. Ее гигантская фигура едва не опрокинула стол.
Игорь Каркаров побледнел, инстинктивно схватившись за левое предплечье:
– Эта магия… это не чары замка! Нас атакуют?!
Снаружи, со стороны Черного озера, донесся оглушительный, утробный рев турбин, смешанный со звуком разрываемого пространства. Огромная тень накрыла витражные окна зала.
Ученики бросились к окнам, толкаясь и крича. То, что они увидели, заставило замолчать даже самых говорливых.
Сквозь тяжелые облака, рассекая воздух сияющими магическими рунами на киле, опускался гигантский летающий корабль. Белоснежный корпус, хищные обводы футуристического воздушного крейсера, перекрещенные силовыми полями лазурного цвета, и сверкающий на бортах королевский герб: два золотых дракона, обвивающих серебряный меч. Воздушный линкор королевства Альдегир «Иггдрасиль» завис прямо над лужайкой замка, поднимая ураганный ветер, пригнувший вековые деревья Запретного леса к самой земле.
– Во имя Мерлина… – пробормотал Фадж, роняя свой котелок на стол. – Ч-что это за магловская громадина?!
– Это не маглы, Корнелиус, – хрипло произнес Дамблдор, поднимаясь на ноги. Его рука на Бузинной палочке побелела от напряжения.
Тяжелые дубовые двери Большого зала не просто распахнулись — их сорвало с петель без единого звука. Они плавно, словно в невесомости, разошлись в стороны, застыв в воздухе под воздействием искаженной гравитации.
В проеме возникла пространственная арка, сотканная из клубящегося сиреневого тумана.
Первыми через нее перешагнули двое.
Слева шла высокая девушка с длинными серебристыми волосами, одетая в белоснежный церемониальный мундир офицера высшего командования Альдегира, отороченный золотом и мехом. На ее боку покоилась богато украшенная сабля, а в изумрудных глазах читалось неприкрытое, ледяное презрение к собравшимся. Первая принцесса Ля Фолия Рихавейн ступала так, словно этот древний замок был всего лишь дешевой таверной, куда ей пришлось зайти по ошибке.
Справа от нее шагала девушка в черном боевом жилете поверх строгой формы, с короткими темными волосами. В ее руках мерцало серебром смертоносное лук-копье «Дер Фрайшютц», тихо вибрирующее на неслышимой для человеческого уха частоте. Саяка Кирасака держала оружие наготове, сканируя зал цепким, профессиональным взглядом элитного телохранителя.
Следом ступили Юкина Химэраги, чей чехол от священного копья источал ауру чистого изгнания нечисти, заставив профессора Снейпа инстинктивно вжаться в спинку стула, и беловолосая Астарта, невозмутимо державшая за руку небрежно зевающего Акацуки Кодзё. Четвертый Истинный Предок скользнул скучающим взглядом по сотням ошарашенных лиц, и сама тень вокруг его ног казалась гуще и темнее, чем во всем остальном зале.
А затем… вышли они.
Маленькая фигура в черном готическом платье ступала по каменным плитам с таким царственным достоинством, будто владела этой землей по праву первородства. Кружевной зонтик в ее тонких пальцах лениво покачивался. Нацуки Минамия не удостоила взглядом ни директора, ни министра.
Рядом с ней шел Гарри Поттер.
В зале повисла такая тишина, что было слышно, как на одном из столов плавится и капает воск свечи.
Никаких лохмотьев. Никакого смирения брошенного калеки.
Перед школой стоял высокий, плечистый юноша шестнадцати лет. На нем была угольно-черная форма особого боевого подразделения округа Итогами: бронированный жилет из чешуи дракона-гидры поверх темной шелковой рубашки, высокие армейские берцы и полурасстегнутый длинный плащ, полы которого мерцали встроенными микромагическими контурами. На его поясе висели зачарованные ножны с коротким клинком из зачарованной стали, а на правом бедре в кобуре покоился тяжелый крупнокалиберный револьвер пространственного типа.
Его непослушные смоляные волосы были коротко подстрижены по бокам, открывая острые, хищные скулы. Но страшнее всего были его глаза. Яркие, светящиеся нечеловеческим изумрудным огнем, в глубине которых перекатывались волны истинной, первородной Бездны.
– Мерлин правый… – выдохнула профессор Макгонагалл, прижав ладонь к сердцу.
– Гарри… – судорожно всхлипнула Лили, попытавшись встать, но Джеймс удержал ее за руку, хотя сам выглядел так, будто только что увидел восставшего из могилы инфернала.
Годрик за гриффиндорским столом поперхнулся тыквенным соком, судорожно вжимаясь в скамью и молясь всем известным богам, чтобы этот черноволосый демон не посмотрел в его сторону.
Делегация остановилась прямо перед помостом преподавательского стола.
Нацуки Минамия сделала шаг вперед, и звук удара ее зонтика о каменный пол отозвался гулким эхом под сводами потолка, заглушая все мысли присутствующих:
– Директор Альбус Дамблдор. Представители Министерства Магии Великобритании.
Ее детский, кристально чистый голос обладал чудовищным резонансом, заставляя вибрировать стекла в стрельчатых окнах.
– Перед вами — официальная дипломатическая делегация Особого демонического округа Итогами и монархии Альдегир. Мы прибыли для сопровождения нашего официального представителя и Четвертого Чемпиона Турнира — Гарри Поттера.
Ля Фолия грациозно шагнула вперед, положив ладонь в белой перчатке на эфес сабли:
– Любая попытка ограничения свободы мистера Поттера, любая попытка несанкционированного ментального воздействия или принуждения к контакту с лицами, не входящими в утвержденный нами протокол, – принцесса холодно окинула взглядом побелевших Джеймса и Лили, – будет расценена правительством Альдегира как акт прямой военной агрессии против королевской семьи.
Фадж окончательно сполз под стол, судорожно хватая ртом воздух.
Дамблдор медленно поднялся. На его лице больше не было дедушкиной улыбки. Старый волшебник понимал: ситуация окончательно и бесповоротно вышла из-под его контроля. Игра, которую он планировал вести по своим правилам ради «Высшего Блага», превратилась в международный дипломатический и магический кризис, где на стороне брошенного им мальчика стояли силы, способные стереть Великобританию с лица земли за считанные часы.
– Добро пожаловать в Хогвартс, – через силу выдавил Дамблдор, глядя прямо в горящие зеленью глаза Гарри. – Мы… рады приветствовать Чемпиона.
Гарри лишь усмехнулся — холодно, безжалостно и предвкушающе.
Он почувствовал, как багровый след Гейса на груди наконец утих, признав выполнение условий прибытия. Теперь контракт не убивал его. Теперь контракт давал ему законное право выйти на эту арену.
– Вы хотели видеть четвертого чемпиона? – негромко, но отчетливо произнес Гарри, окинув ледяным взором затихший, оцепеневший от ужаса зал. – Вы его получили. Начнем эту игру, директор. Посмотрим, сколько ваших правил выдержит удар Бездны.