Влюблëность
Мелодия для одинокого сердца
Звезды над планетой Радужных Снов мерцали, словно рассыпанный сахар на темно-синем бархате. Это было тихое, уютное место, где облака пахли сахарной ватой, а реки текли медленно, нашептывая сказки прибрежным камням. Тут и Там сидела под раскидистым деревом, чьи листья светились мягким бирюзовым светом. В руках она привычно держала банджо, но сегодня её пальцы не выбивали чечетку по струнам, а едва касались их, извлекая задумчивые, почти меланхоличные звуки.
Её длинные оранжевые волосы были заплетены в свободную косу, а знаменитая зеленая шляпа чуть сползла на лоб. Обычно Тут и Там не могла усидеть на месте и пяти минут, но сейчас она замерла, глядя куда-то в бесконечность космоса.
– О чем грустим, рыжая? – Сильвия подошла сзади, неся в зубах охапку хвороста для костра. Она сбросила ветки на землю и внимательно посмотрела на подругу. – Ты уже полчаса мучаешь одну и ту же ноту. Если это из-за того, что мы не успели спасти тот приют для бездомных щенков-облачков, то расслабься — они в порядке, их приютила местная королева.
Тут и Там вздрогнула и неловко улыбнулась, поправляя синий кед.
– О, нет, Сильвия, я знаю, что со щенками всё хорошо. Я просто... я думала.
– Думала? – Сильвия подозрительно прищурилась. – Обычно, когда ты думаешь, у нас либо взрывается планета, либо мы оказываемся в гостях у какого-нибудь межгалактического тирана. Погоди-ка... Ты опять о нем?
Тут и Там покраснела — её оранжевая кожа приобрела глубокий персиковый оттенок. Она опустила взгляд на банджо и тихонько провела по струнам, создавая нежный, вибрирующий аккорд.
– Он просто выглядел таким одиноким, Сильвия. Ты видела его глаза? То есть... ну, те пустые глазницы, в которых горел зеленый огонь. В них было столько... столько невысказанного! Ему кажется, что захват планет сделает его счастливым, но это ведь не так. Ему просто не хватает того, кто бы его выслушал. Или обнял. Или приготовил ему чай с печеньем в форме звезд.
Зборнак тяжело вздохнула и уселась рядом, приминая траву своим мощным телом.
– Подруга, мы говорим о Лорде Злыдне. Он — ходячая катастрофа в красном трико. Он мечтает о власти, разрушениях и о том, чтобы его имя выкрикивали в ужасе. Он не хочет чая. Он хочет трон из черепов своих врагов!
– Но это только потому, что никто не предложил ему альтернативу! – Тут и Там воодушевленно вскинула голову, и её черные глаза с длинными ресницами заблестели в лунном свете. – Помнишь, как он забавно ругался на Гляделкинса? В этом было столько страсти! Если направить эту энергию в доброе русло... О, Сильвия, он мог бы стать самым замечательным существом в галактике!
Она снова ударила по струнам, и на этот раз мелодия обрела форму. Это была песня, которую она сочиняла последние несколько дней, перелетая с планеты на планету.
– Я хочу встретить его снова, – запела она тихим, чистым голосом. – Увидеть искру в его тьме. Хочу помочь ему хоть немного, подарить свет его душе. Пусть он злится, пусть он кричит, я знаю — сердце в нем еще стучит. Любить его — не значит сдаться, а значит — вместе ввысь подняться...
Сильвия слушала, и её суровое выражение лица постепенно смягчалось. Она знала Тут и Там лучше всех. Знала, что за этой наивностью скрывается сила, способная остановить армии. Но Лорд Злыдень был особым случаем. Он был не просто злодеем, он был упрямым, самовлюбленным и совершенно непробиваемым эгоистом.
– Ты же понимаешь, что он, скорее всего, попытается посадить тебя в темницу, если ты снова к нему подбежишь? – мягко спросила Сильвия.
– Ну, тогда у меня будет больше времени, чтобы поговорить с ним! – Тут и Там радостно хихикнула, и её оптимизм снова забил ключом. – В темницах обычно отличная акустика для банджо.
– Ты неисправима, – проворчала зборнак, но в её голосе слышалась теплота. – Ладно, если ты так настроена, нам нужно найти его корабль-череп. Гляделкинс обычно оставляет за собой след из пустых жестяных банок от энергетиков и разгневанных местных жителей. Думаю, мы нагоним их через пару систем.
Тут и Там внезапно вскочила и крепко обняла подругу за шею.
– Спасибо, Сильвия! Ты лучшая зборнак во всей Вселенной!
– Да-да, подлизывайся больше, – Сильвия фыркнула, но не отстранилась. – Иди спать. Завтра нам предстоит долгий путь, а я не хочу искать твоего «мистера Скелета», если ты будешь клевать носом на ходу.
Но Тут и Там не могла уснуть. Когда Сильвия мирно захрапела, сотрясая окрестные кусты, девушка в зеленой шляпе продолжала сидеть у догорающего костра. Она достала из шляпы небольшой блокнотик и карандаш.
– Так... «План по спасению Лорда Злыдня от плохого настроения», – прошептала она, записывая заголовок. – Пункт первый: подарить ему новую гитару, чтобы он перестал ломать вещи, когда злится. Пункт второй: научить его обниматься. Пункт третий...
Она запнулась, глядя на звезды. Ей вспомнилось, как Злыдень высокомерно отвернулся от неё на Музыкальных Холмах. Это было больно, но в то же время вызывало в ней странное желание доказать ему, что мир не так уж плох.
– Я помогу тебе, Злыдень, – тихо пообещала она ночному небу. – Даже если мне придется спеть тебе тысячу песен и испечь миллион кексов. Ты увидишь, что доброта — это самая крутая суперсила.
Где-то далеко, на огромном корабле-черепе, Лорд Злыдень внезапно громко чихнул.
– Гляделкинс! – закричал он, вскакивая с трона. – Кто-то только что подумал обо мне что-то доброе! Я чувствую это! Это отвратительно! Обыщи корабль, найди источник этой... этой милоты и немедленно уничтожь его!
Командующий Гляделкинс, вздохнув, оторвался от своих карт захвата.
– Сэр, это, скорее всего, просто сквозняк. Или у вас аллергия на собственное величие.
– Молчать! – Злыдень заметался по залу. – Это была она! Та девчонка в шляпе! Я чувствую её оптимизм даже через несколько световых лет! Почему она не боится меня, Гляделкинс? Почему она улыбалась?
– Потому что она сумасшедшая, сэр. Я же говорил.
Злыдень остановился у огромного иллюминатора, глядя на россыпь планет. В его голове всё еще эхом отдавался звон банджо, который он услышал на Музыкальных Холмах. Это было раздражающе. Это было глупо. Но почему-то, глядя на свое отражение в стекле, он поймал себя на мысли, что его корона действительно сидит на нем неплохо... как она и сказала.
– Если она снова появится, – прошипел он, пытаясь вернуть себе грозный вид, – я лично заставлю её слушать мои злобные монологи до конца её дней!
– Как скажете, сэр, – пробормотал Гляделкинс, возвращаясь к работе. – Как скажете.
А на планете Радужных Снов Тут и Там наконец уснула, прижимая к себе банджо. Ей снился большой красный корабль, украшенный цветами, и кто-то очень высокий и костлявый, кто впервые в жизни искренне улыбался, слушая её музыку. И в этом сне не было захватов, не было войн — была только песня, летящая сквозь звезды, соединяя два самых разных сердца в бесконечной галактике.