← Назад к обзору

Возду

Колыбель для ветра

Ночной воздух Республиканского города был прохладным, но в спальне Аватара царило уютное, почти осязаемое тепло. Аанг сидел на краю широкой кровати, подтянув колени к подбородку, и просто смотрел. Прошло всего несколько часов с тех пор, как крики новорожденных близнецов возвестили миру о начале новой эры, и тишина, воцарившаяся теперь, казалась священной.

Всё, что произошло с ним за этот невероятный год, казалось Аангу затянувшимся, прекрасным сном. Встреча в раскаленной пустыне, дерзкий взгляд голубых глаз Юкио, его отказ подчиняться правилам и то, как постепенно этот дикий ветер стал его единственной гаванью. Аанг перевел взгляд на мужа. Юкио спал без задних ног, раскинувшись на шелковых простынях. Его черные волосы разметались по подушке, а лицо, обычно напряженное и полное вызова, сейчас выражало абсолютное умиротворение. На его обнаженном плече тускло поблескивала татуировка — те самые черные линии, которые когда-то показались Аангу «скучными», а теперь стали самыми родными на свете.

Аанг осторожно, стараясь не разбудить Юкио, протянул руку и коснулся его пальцев. Кожа мужа была горячей. Юкио отдал столько сил, поддерживая Аанга во время родов, вливая в него свою энергию и буквально не давая упасть в обморок от боли и истощения, что теперь имел полное право проспать хоть до следующего новолуния.

– Спасибо тебе, – едва слышно прошептал Аанг, и в его глазах блеснули слезы счастья.

Он медленно поднялся и подошел к двум колыбелям, сделанным из светлого дерева и украшенным резьбой в виде летящих облаков. В одной из них, завернутый в оранжевое, спал Кай. Он был спокойным ребенком, его маленькое лицо во сне казалось сосредоточенным, а серые глаза, которые он открывал пару часов назад, обещали мудрость и глубину. В другой колыбели сопел Тецуо. Этот малыш уже успел показать характер, устроив настоящую бурю, когда его попытались запеленать слишком туго. Его черная макушка смешно топорщилась, и Аанг невольно улыбнулся, видя в нем уменьшенную копию Юкио.

Чувство завершенности переполняло Аватара. Пять лет он нес на плечах груз целой погибшей цивилизации. Он смотрел на Катару, которая видела в нем лишь брата, и чувствовал, как мир вокруг него становится серым и безжизненным. А теперь... теперь под его крышей спали три мага воздуха. Его семья. Его народ.

– Ты всё-таки встал, – раздался хриплый, сонный голос с кровати.

Аанг обернулся. Юкио приподнялся на локтях, щурясь от мягкого света ламп. Его взгляд мгновенно нашел Аанга, а затем переместился на колыбели.

– Тебе нужно отдыхать, Аватар, – Юкио сел, потирая лицо ладонями. – Целители сказали, что твое тело совершило невозможное. Не заставляй меня снова звать Катару, чтобы она привязала тебя к кровати магией воды.

– Я просто не могу насмотреться на них, – Аанг подошел к мужу и сел рядом, прислонившись головой к его плечу. – Мне всё кажется, что я проснусь в пустыне, один, и всё это — лишь игра воображения.

Юкио обнял его за талию, притягивая ближе. Его рука, покрытая шрамами и татуировками, легла на живот Аанга, который теперь стал непривычно плоским и легким.

– Это не сон, – Юкио прижался губами к виску Аанга. – Я чувствую их Ци. Она вибрирует так сильно, что у меня в ушах звенит. Тецуо уже пытается управлять сквозняками во сне, ты заметил?

Аанг тихо рассмеялся, закрывая глаза.

– Он весь в тебя. Такой же неугомонный. Знаешь, Юкио... я ведь думал о будущем. О том, что будет дальше.

Юкио вопросительно приподнял бровь, его пальцы начали лениво выводить узоры на спине Аанга.

– Ого, ты только что родил двоих, а уже планируешь захват мира?

– Не мира, – Аанг поднял голову и посмотрел мужу прямо в глаза. – Я хочу еще детей. Не сейчас, конечно. Дадим этим сорванцам немного подрасти. Но лет через пять... я бы хотел еще одного мальчика.

Юкио замер, его голубые глаза расширились от удивления. Он внимательно изучал лицо Аанга, ища в нем признаки шутки, но нашел лишь твердую решимость и бесконечную нежность.

– Ты серьезно? – Юкио усмехнулся, и в этой усмешке проскользнула его прежняя дерзость. – Тебе было мало этих девяти месяцев? Ты едва не свел с ума весь город своими капризами насчет еды и вечными медитациями.

– Это того стоило, – отрезал Аанг, придвигаясь ближе. – Я уже даже имя придумал. Тензин. Мне кажется, оно звучит очень... правильно. Как глубокий вдох перед полетом.

Юкио на мгновение замолчал, пробуя имя на вкус. Он посмотрел на колыбели, затем на Аанга, и его взгляд потеплел. Он понимал, что для Аватара это не просто каприз. Это было восстановление справедливости. Каждый новый ребенок был победой над тем пламенем, что когда-то пыталось поглотить их народ.

– Тензин, значит... – Юкио повалил Аанга обратно на подушки, нависая над ним. – Ну, если ты так настаиваешь, Аватар, я готов внести свой вклад. Но через пять лет, не раньше. Мне нужно время, чтобы научить этих двоих не сносить крышу у резиденции.

– Договорились, – прошептал Аанг, обвивая шею мужа руками.

– Знаешь, – Юкио вдруг стал серьезным, его лицо оказалось в нескольких сантиметрах от лица Аватара. – Когда я шел по той пустыне, я думал, что умру последним в своем роду. Я проклинал этот дар, потому что он делал меня мишенью. Но глядя на тебя... и на них... я впервые благодарен духам за то, что я маг воздуха.

Аанг коснулся его губ своими в коротком, но глубоком поцелуе. В этом жесте было всё: и горечь прошлых потерь, и триумф сегодняшнего дня.

– Мы не просто выжили, Юкио. Мы победили.

– Мы победили, – согласился Юкио, ложась рядом и укрывая их обоих теплым одеялом.

Тишина снова окутала комнату. В колыбелях мерно дышали будущие мастера, чьи имена когда-нибудь войдут в историю. Аанг засыпал, чувствуя, как его Ци переплетается с Ци спящего рядом мужа. Он знал, что завтра будет шумный день: придут Зуко и Сокка, Тоф будет ворчать, что дети слишком громко топают по земле, а Катара будет давать советы по уходу. Но это будет завтра.

А сегодня над Республиканским городом стояла ясная ночь, и легкий ветерок, залетавший в открытое окно, нежно качал колыбели, словно сам мир баюкал своих новых детей. Аанг улыбнулся во сне, зная, что через пять лет в этом доме станет еще на один голос больше. Тензин. Имя, ставшее обещанием.

– Спи, Аватар, – прошептал Юкио, уже проваливаясь в сон. – Наш ветер только начинает набирать силу.

И в этой фразе была вся правда их новой жизни. Ветер, который когда-то казался лишь шепотом в пеплах истории, теперь превращался в могучий поток, способный обнять весь мир. Аанг больше не был последним. Он был первым в длинном ряду тех, кто вернет небесам их истинных хозяев. И рядом с ним был тот, кто не побоялся стать его опорой, его мужем и отцом его детей — дикий маг с небесными глазами, который когда-то просто шел по пустыне, не подозревая, что несет в себе спасение целой нации.

Счастье — это было слишком простое слово для того, что чувствовал Аанг. Это было возрождение. И оно пахло весной, молоком и свежим ветром, гуляющим в кронах деревьев за окном.