Встреча Сони Афанасьевой и Марго после тренировки по современным танцам которые находятся в городе Абакан называются они театр современного танца лайм
Шепот сердца в тишине комнаты
Вечерний Челябинск за окном окончательно погрузился в густую, иссиня-черную ночь, расцвеченную лишь редкими цепочками уличных фонарей и огнями проезжающих машин. Соня Афанасьева закрыла за собой дверь квартиры, стараясь не шуметь — родители, скорее всего, уже отдыхали. В прихожей пахло уютным домашним теплом, корицей и чем-то неуловимо родным, что всегда помогало сбросить груз дневных забот.
Но сегодня груз был странным. Это не была усталость в мышцах, хотя тело после интенсивного прогона в «Лайме» требовало отдыха. Это было какое-то щемящее, сладкое и одновременно пугающее чувство, которое поселилось где-то под ребрами после того, как она помахала Марго рукой на остановке.
Соня механически скинула кроссовки, повесила ветровку и прошла в свою комнату. Она не зажигала верхний свет, включив лишь небольшую настольную лампу, которая отбрасывала мягкий янтарный круг на письменный стол, заваленный тетрадями и эскизами танцевальных костюмов.
Она села на край кровати, обхватив колени руками. В голове, словно на зацикленной кинопленке, прокручивались кадры сегодняшнего дня. Вот Марго испуганно оборачивается у здания на Кирова, 100. Вот она бежит, смешно подпрыгивая, а её волосы рассыпаются по плечам. Вот они сидят в кафе, и золотистый свет лампы отражается в её огромных, всё еще немного настороженных глазах.
– Блин... – прошептала Соня в пустоту комнаты, чувствуя, как щеки начинают гореть. – Ну как же так?
Она откинулась на подушки, глядя в потолок, где плясали тени от оконных рам. Сердце, которое, казалось, должно было успокоиться после тренировки, вдруг забилось чаще, стоило ей вспомнить ощущение ладони Марго в своей руке во время контактной импровизации. В тот момент всё вокруг — зеркала, музыка, крики хореографа — просто перестало существовать. Был только ритм и это невероятное чувство доверия, которое Марго, такая закрытая и ершистая, вдруг позволила себе проявить.
Соня перевернулась на живот и уткнулась лицом в подушку, издав приглушенный стон.
– Блин, как же я люблю её, – выдохнула она, и эти слова, произнесенные вслух, показались ей почти осязаемыми.
Они повисли в воздухе, меняя всё. Соня знала, что это не просто симпатия к подруге по группе «Первый шаг». Это было что-то гораздо глубже, что-то, что заставляло её высматривать Марго в толпе других танцоров, что заставляло её сердце пропускать удар, когда Марго улыбалась своей редкой, застенчивой улыбкой.
Она вспомнила, как Марго сегодня в зале сказала: «Это потому что ты была рядом». Эти слова грели Сонину душу лучше любого какао. Ей хотелось защитить эту хрупкую девушку от всех её страхов, от чувства собственной «деревянности», от всего мира, который иногда казался Марго слишком враждебным.
Соня встала, подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение. Растрепанная после долгого дня, с легким румянцем, она выглядела совсем не так, как та уверенная в себе Соня Афанасьева, которую привыкли видеть в театре «Лайм». Сейчас она была просто влюбленной девчонкой, которая не знала, что делать с этим огромным чувством.
– Ладно, Соня, соберись, – сказала она своему отражению. – Тебе завтра с ней пирог есть. Главное — не выдать себя раньше времени.
Она начала медленно готовиться ко сну, но мысли не отпускали. Она представляла, как завтра они будут стоять на той самой площадке с мягким покрытием. Она будет страховать Марго, держать её за талию, помогая делать переворот... От одной мысли об этом по коже пробежали мурашки.
Соня достала телефон. Руки слегка дрожали. Она открыла их переписку. Последнее сообщение от Марго — то самое сердечко — ярко светилось на экране. Соня несколько раз набирала текст: «Ты спишь?», «Жду завтрашнего дня», «Ты сегодня была лучшей». Но каждый раз стирала, боясь показаться слишком навязчивой.
В итоге она просто написала:
– Спокойной ночи, Марго. Пусть тебе приснится наш самый крутой танец.
Отправив сообщение, она тут же спрятала телефон под подушку, словно он мог ее укусить. Сердце колотилось где-то в горле. Через пару минут телефон коротко вибрировал. Соня нырнула под одеяло, подсвечивая себе экраном.
– И тебе спокойной ночи, Сонь. Спасибо за всё. До завтра, – ответила Марго.
Соня прижала телефон к груди и закрыла глаза. Теперь она знала, что не уснет еще долго, прокручивая в голове каждое слово и каждый жест. Но это была самая счастливая бессонница в её жизни.
Где-то там, в другом районе Челябинска, Марго, возможно, тоже не спала, глядя на экран телефона. И эта мысль делала ночной город не таким холодным и огромным.
– До завтра, Марго, – прошептала Соня, засыпая с улыбкой на губах. – До самого лучшего завтра.