← Назад к обзору

вся правда о викструме

Адская крепость и небесный предел

Тишина в арендованном зале компьютерного клуба была обманчивой. Воздух, пропитанный запахом пота, дешевого энергетика и того самого специфического аромата «железа», казался наэлектризованным. Викструм сидел на краю стола, свесив ноги, и медленно поправлял воротник своей майки, которая теперь выглядела так, будто по ней проехался груженый вагонетка. Его губы припухли, а в глазах всё еще плескалось то самое обожание, ради которого он был готов на всё.

– Ну что, задроты, – Огурчик первым нарушил молчание, щелкнув пальцами перед лицом притихшего Валеры. – Посмотрели на «мибомбо» в реале? Теперь вы понимаете, почему я всегда говорил, что Викструм — наш главный ресурс? Это покруче незерита будет.

Максвелл, который уже успел принять свой привычный строгий вид, тщательно протирал очки краем футболки. Его кудрявые волосы были в полном беспорядке, но голос звучал так же властно, как и в дискорде.

– Огурчик, твой юмор деградирует быстрее, чем падает FPS на калькуляторе Валеры, – Макс надел очки и посмотрел на Викструма. – Но признаю, технические характеристики... впечатляют. Викструм, ты не потерял в производительности?

Викструм спрыгнул со стола, слегка покачнувшись. Его движения были текучими, почти кошачьими. Он подошел к Максвеллу вплотную и, не обращая внимания на его строгий вид, провел ладонью по его груди.

– Максик, ты же знаешь, я только разогрелся, – промурлыкал он, заглядывая задроту прямо в глаза. – Мой движок рассчитан на длительные нагрузки. Если хочешь, можем устроить стресс-тест прямо сейчас, пока Санчез еще не ушел.

Санчез, стоявший у стены, словно огромная статуя, медленно повернул голову. Его рост действительно пугал, но в этом клубе его габариты создавали ощущение безопасности и какой-то первобытной силы. Он не произнес ни слова, но его тяжелый взгляд, остановившийся на шее Викструма, заставил того вздрогнуть от сладкого предвкушения.

– Санчез не уйдет, – внезапно пискнул Валера, выглядывая из-за плеча Огурчика. – Ему... ему тоже понравилось. Я видел. У него даже руки дрожали, когда он тебя... ну, это...

– О, Валера, наш эксперт по статистике! – Огурчик громко захохотал и хлопнул парня по спине так, что тот чуть не упал. – 67 процентов вероятности, что Валера сейчас упадет в обморок от избытка чувств. Посмотри на него, он же красный как редстоун-блок!

Валера действительно залился краской, но на этот раз не отвернулся. Он смотрел на Викструма с какой-то новой, странной смелостью.

– Я просто думаю... – начал он тише. – Что если мы сейчас разойдемся, то завтра в игре всё будет по-другому. А я не хочу, чтобы было по-другому.

Викструм подошел к Валере и мягко взял его за подбородок.

– Маленький мой, – прошептал он, обдавая его горячим дыханием. – В игре я буду твоим самым послушным саппортом. Но здесь... здесь я хочу, чтобы ты был моим админом. Хочешь еще раз?

Валера сглотнул, глядя на то, как остальные обступают их. Максвелл сложил руки на груди, Огурчик предвкушающе оскалился, а тень Санчеза снова начала медленно накрывать комнату.

– Я... я не знаю, справлюсь ли я, – пролепетал Валера.

– Я помогу, – раздался низкий, вибрирующий голос Санчеза. Это было так неожиданно, что все замерли. Санчез говорил редко, но каждое его слово весило как стак булыжника.

Он подошел ближе и положил свою огромную ладонь на плечо Валеры, а вторую — на затылок Викструма.

– Мы все поможем, – добавил Максвелл, и в его голосе больше не было строгости, только хриплая жажда. – Это командная работа, помните? Никто не должен проседать по таймингам.

Они снова повалили Викструма на диван в углу зала. На этот раз всё было иначе. Первое потрясение прошло, и на смену ему пришла жадная, осознанная страсть. Викструм извивался, как вьюн, подставляясь под руки Максвелла, который теперь не стеснялся своих желаний. Макс кусал его за плечи, шепча что-то про «фрисетики» и «идеальные формы», пока его пальцы сплетались с кудрями на затылке Викструма.

Огурчик, как истинный пубертатник, был самым напористым. Он не церемонился, требуя внимания здесь и сейчас.

– Соси, шлюшка, – грубо приказал он, впихивая свои пальцы в рот Викструму. – Ты же так этого хотел. Хотел, чтобы все мы видели, какой ты жадный.

Викструм послушно открыл рот, его глаза закатились от удовольствия. Он действительно был жадным. Ему было мало одного, мало двоих. Ему нужно было, чтобы вся эта комната, все эти парни принадлежали ему, а он — им. Он чувствовал, как Валера несмело касается его бедра, и сам потянул руку парня выше, направляя его.

– Да, Валера... смелее... – простонал Викструм, когда рот освободился. – Ты же любишь цифру 67? Давай, покажи мне свои 67 способов меня порадовать.

Валера, вдохновленный этим призывом, отбросил остатки стеснения. Его маленькие ладони оказались на удивление горячими. Он прижался к Викструму с другой стороны, и его писклявый шепот теперь звучал как некое заклинание.

– Ты такой... такой мягкий, – бормотал Валера. – Я думал, люди в реале другие. Но ты как будто из облаков сделан.

– Из облаков нижнего мира, – усмехнулся Максвелл, перехватывая инициативу. – Где всегда огонь и лава.

Санчез молча наблюдал за этой сценой пару секунд, а затем просто взял Викструма за талию и перевернул его на живот, заставляя того уткнуться лицом в подушки дивана. Это было движение абсолютной власти. Викструм только всхлипнул от восторга, чувствуя, как его тело прошибает дрожь.

– Мой, – коротко бросил Санчез, и никто не посмел возразить.

В этот момент иерархия, о которой так пекся Максвелл, окончательно рухнула. Не было больше лидера, задрота, шутника или тихони. Были только четыре парня и их общая «игрушка», которая управляла ими гораздо искуснее, чем любым персонажем в Майнкрафте.

Викструм чувствовал каждое движение. Он чувствовал, как Максвелл прижимается к его спине, как Огурчик перехватывает его руки, как Валера целует его в шею, и как Санчез... Санчез просто берет то, что принадлежит ему по праву силы.

– О боже... – кричал Викструм, не заботясь о том, услышит ли их кто-то за пределами клуба. – Еще... пожалуйста... Макс, Валера... Санчез!

Звуки в комнате стали тяжелыми, влажными. Это была симфония плоти, лишенная кубических условностей. Здесь не было блоков, только живое, пульсирующее тепло.

Когда пик был достигнут, и комната погрузилась в тяжелое, удовлетворенное марево, они еще долго не могли разойтись. Викструм лежал в центре этого живого клубка, тяжело дыша. Его кожа лоснилась от пота, а на теле расцветали красные пятна — следы недавнего безумия.

– Знаете, – подал голос Огурчик, лениво перебирая пальцами волосы Викструма. – Я теперь даже не знаю, как завтра буду в монитор смотреть. Мне будет казаться, что твой скин в игре слишком... одетый.

– Мы это исправим, – отозвался Максвелл. Он сидел рядом, прислонившись спиной к дивану, и выглядел на удивление умиротворенным. – Я напишу мод. Специально для нашего сервера.

– Про мибомбо? – хихикнул Викструм, приоткрывая один глаз.

– Про тебя, – серьезно ответил Макс. – Чтобы каждый раз, когда ты заходишь в онлайн, все знали: пришла наша общая беда. Наша маленькая, ненасытная шлюха.

Валера, который лежал, уткнувшись носом в плечо Санчеза (что выглядело весьма комично из-за разницы в росте), тихонько засмеялся.

– А я посчитал, – сказал он. – Нас пятеро. Если мы будем встречаться раз в неделю, то за год мы проведем вместе 52 таких вечера. Это... это очень хорошая статистика.

Санчез просто хмыкнул, что в переводе с его языка означало полное согласие. Он осторожно погладил Валеру по голове, а затем протянул руку и коснулся щеки Викструма.

– Ты... молодец, – выдавил он из себя, и Викструм чуть не расплакался от счастья. Услышать похвалу от Санчеза было равносильно получению всех ачивок в игре сразу.

– Ребят, – Викструм сел, обнимая свои колени. – Я ведь правда... я всегда хотел быть нужным. В школе, дома... все думали, что я просто странный. А в игре я нашел вас. И я боялся, что если мы встретимся, вы увидите, какой я на самом деле, и разочаруетесь.

– Дурак ты, Вик, – Огурчик толкнул его в бок. – Мы увидели, какой ты на самом деле. И, честно говоря, это лучшее обновление в моей жизни. Ты наглый, ты жадный, ты... ну, ты сам знаешь кто. И нам это чертовски нравится.

– Именно, – подтвердил Максвелл. – В мире, где всё состоит из прямых углов и строгих правил, ты — наш единственный баг, который мы никогда не захотим фиксить.

Они начали медленно одеваться. Магия момента не исчезла, она просто трансформировалась в нечто более глубокое. Теперь, когда они знали вкус друг друга, игра в Майнкрафт больше никогда не будет прежней. Каждый поставленный блок, каждый добытый ресурс теперь будет иметь подтекст.

– Ну что, – Максвелл поправил очки и оглядел команду. – Завтра в 19:00. Сбор у спавна. Огурчик, если опоздаешь — штраф.

– Какой штраф? – нагло прищурился тот.

– Викструм придумает, – Максвелл кивнул в сторону парня, который уже натягивал свою майку.

Викструм обернулся и кокетливо прикусил губу.

– О, у меня уже есть пара идей. И поверьте, они вам не понравятся... хотя нет, вру. Они вам очень понравятся.

Они вышли из клуба в прохладную ночную тишину. Город спал, не подозревая, что в этом старом здании только что родилась самая странная и крепкая команда в истории серверов.

– Эй, Валера! – крикнул Огурчик уже у самого метро. – А 67 — это всё-таки что?

Валера остановился, посмотрел на друзей, на Викструма, который махал ему рукой, и улыбнулся — впервые за долгое время по-настоящему уверенно.

– 67 — это процент вероятности того, что следующая сходка закончится еще круче! – крикнул он в ответ.

– Оптимистично, – пробасил Санчез, скрываясь в тени переулка.

Викструм шел домой, чувствуя приятную слабость в мышцах и тепло в груди. Он знал, что завтра в дискорде снова будут шутки про мибомбо, строгие выговоры Максвелла и ворчание Огурчика. Но теперь он знал и другое: за каждым кубическим аватаром скрывается человек, который сегодня держал его в руках, как самое дорогое сокровище.

И он был готов сосать им вечно — и в игре, и в жизни. Потому что на этом сервере он наконец-то был дома.