← Назад к обзору

Второй Поттер на службе AST

Тени над проливом

Ранняя весна в префектуре Канагава наступала неслышно, смывая следы редких зимних заморозков мягкими дождями и влажным океанским ветром. На склонах холмов вокруг города Тенгу начинали набухать почки горных сакур, а в жилых кварталах воздух уже пах влажной землей, цветущей сливой и свежесваренным кофе из уличных автоматов.

В подземном полигоне шестого исследовательского сектора базы AST царила иная атмосфера. Здесь пахло жженым фторопластом, озоном и сухим статическим электричеством.

– Фиксация фазового сдвига: тридцать две сотых микросекунды, – раздался из динамиков громкой связи ровный, лишенный эмоций голос Тобиичи Оригами. – Синхронизация полевого генератора CR-Unit с рунической цепочкой «Ансуз-Турисаз» завершена. Отклонений в распределении плотности маны не зафиксировано.

В центре круглой бронированной арены стояла Сьюзен Боунс.

Бывшая воспитанница Пуффендуя и несостоявшийся британский аврор преобразилась до неузнаваемости. На ней был надет новейший прототип легкого полуэкзоскелета серии «Валькирия», разработанный совместными усилиями инженеров фонда «Асакаоми» и аналитиков «Рататоска». Белые композитные щитки плотно прилегали к бедрам и предплечьям, на спине мерно пульсировал миниатюрный накопитель духовных частиц, а вместо традиционной волшебной палочки в правой руке девушки лежал эргономичный тактический стилус из матового титана с встроенным кристаллом резонанса.

Напротив нее, лениво покачивая тренировочным клинком из закаленного полимера, стояла Рёко Кусакабэ. Капитан AST была облачена в стандартную полевую броню без шлема, ее каштановые волосы были собраны в тугой узел на затылке, а взгляд оставался насмешливым и цепким.

– Не спи на рубеже, Боунс, – бросила Рёко. – В реальном бою никто не будет ждать, пока твоя мана разогреет контуры. Работай навскидку!

Рёко сорвалась с места с пугающей скоростью. Компенсаторы ее брони с глухим хлопком сжали воздух, и капитан сократила дистанцию за долю секунды, нанося диагональный рубящий удар слева направо.

Сьюзен не отступила ни на шаг.

Ее реакция была отточена сотнями часов изнурительных тренировок. Девушка не стала выкрикивать громоздкие формулы на латыни. Ее большой палец плавно сместил селектор режимов на титановом стилусе, а левая рука выбросила вперед полупрозрачную лазурную плоскость Территории.

Тренировочный меч Рёко врезался в светящийся многогранник с металлическим звоном, высекая сноп искр. В ту же секунду сквозь лазурный щит проступили светящиеся золотые руны защиты древнескандинавского строя, многократно усиливая упругость барьера.

– *Ступефай-Импульс!* – выдохнула Сьюзен.

Короткий кинетический разряд, вырвавшийся из острия стилуса, был тоньше человеческого волоса, но нес в себе энергию разогнанного пневматического молота. Луч ударил точно в сочленение наплечника Рёко. Капитана отбросило назад на три шага, ее магнитные ботинки с визгом прочертили борозды по бронеплитам пола, гася инерцию.

– Стоп тренировка, – раздался спокойный голос из смотровой ложи.

Гарри стоял за бронированным стеклом командного пункта, опустив ладонь на панель интеркома. На нем был простой форменный свитер старшего лейтенанта и темные армейские брюки. На его безымянном пальце поблескивало кольцо, а взгляд изумрудных глаз выражал искреннее удовлетворение.

Рёко опустила меч, вытерла пот со лба тыльной стороной перчатки и довольно ухмыльнулась:

– Время реакции снизилось до шести сотых секунды. Молодец, Сьюзен. Еще месяц — и сможешь выбивать зубы европейским темным магам без всякой магии, чисто на рефлексах сервоприводов.

– Спасибо, капитан, – Сьюзен глубоко выдохнула, отключая питание бронежилета. Накопитель за ее спиной тихо вздохнул, сбрасывая излишки тепла. – Но без рунической матрицы Дафны я бы не удержала вектор удара. Чистая Территория слишком жесткая, она не гасит магический резонанс, а отбрасывает его обратно в оператора.

В смотровую ложу вошли двое.

Дафна Гринграсс несла под мышкой тонкий планшет с данными телеметрии. За прошедшие месяцы она окончательно освоилась в роли ведущего специалиста ресурсной логистики и прикладного рунического моделирования. Строгий серый брючный костюм подчеркивал ее безупречную осанку, а золотые волосы были аккуратно заколоны серебряной шпилькой в форме листа гинкго. Следом за ней шагала Гермиона Грейнджер, на ходу делая пометки в голографическом интерфейсе персонального терминала.

– Мы объединили концепцию «Щита Протего» с фазовой дисперсией Реализатора, – доложила Дафна, подойдя к Гарри. На ее губах играла легкая, уверенная улыбка профессионала. – Теперь защитная Территория не пытается сломать входящее заклинание грубой силой. Она раскладывает его на базовые гармоники и рассеивает в окружающее пространство в виде безвредного тепла. Даже если по оператору ударят «Авадой», заряд просто стечет по внешнему контуру, словно вода по стеклу.

– Теоретически это закрывает главную уязвимость наших полевых групп перед неизбирательными темными проклятиями, – подтвердила Гермиона, поправляя тонкие очки. – Раньше авроры и Пожиратели рассчитывали на то, что магловская броня бесполезна против некротических чар. Теперь их самое грозное оружие превратилось в бесполезный световой фейерверк.

Гарри повернулся к ним, опершись бедром о край стального стола:

– Как чувствует себя Астория?

Лицо Дафны мгновенно смягчилось, на щеках проступило живое, теплое сияние:

– Прекрасно. Вчера получила высший балл за практическую работу по молекулярной биологии. Преподаватели в лицее Тенгу не могут поверить, что ребенок три месяца назад не знал, что такое таблица Менделеева. Она завела подруг, ходит в секцию традиционной стрельбы из лука... Гарри, она впервые в жизни просыпается по утрам без страха не дожить до заката.

– Ради этого все и делалось, – негромко произнес он.

Внезапно под потолком смотровой ложи запульсировал тревожный янтарный маяк.

Звуковой сигнал не был оглушительным — короткий, прерывистый зуммер третьего уровня срочности, предназначенный для офицеров штаба быстрого реагирования. Голографический экран на центральной стене мигнул, свернув графики телеметрии, и развернул прямое видеосообщение с командного мостика крейсера «Фраксинус».

На экране появилась Котори Ицука. Вишневого леденца во рту командующей на этот раз не было. Ее лицо, обычно выражавшее надменную скуку или боевой азарт, было непривычно мрачным, а алые глаза сузились.

– Лейтенант Кусакабэ, капитан Кусакабэ. Всему офицерскому составу немедленно подняться на борт. Получен приоритетный запрос по закрытой линии дипломатической связи из Женевы.

– Что произошло, командующая? – спросил Гарри, мгновенно подбираясь.

– Британия прорвала карантин, – коротко бросила Котори. – Но не кораблями. Двадцать минут назад Международная Конфедерация Магов активировала протокол континентальной катастрофы. Волан-де-Морт выпустил дементоров. Всех до единого.

***

На мостике «Фраксинуса» царила тяжелая, сосредоточенная тишина, нарушаемая лишь частым перестуком клавиш и тихими докладами дежурных офицеров.

На гигантском трехмерном глобусе, парящем в центре зала, северо-западная часть Европы была окрашена в зловещие пепельно-серые и черные тона. Вокруг Британских островов, словно гигантские ядовитые метастазы, расползались темные стрелы, пересекающие пролив Па-де-Кале и устремляющиеся к побережью Нормандии, Бельгии и Нидерландов.

Рядом с капитанским креслом стояли Рейне Мурасамэ и Флёр Делакур. Старшая вейла была бледна, ее тонкие пальцы до побелевших суставов впивались в спинку кресла оператора, а глаза расширились от ужаса.

– Они сошли с ума... – шептала Флёр, глядя на мерцающие датчики. – Они обрекли на смерть миллионы людей...

Гарри, Рёко, Дафна, Сьюзен и Гермиона поднялись по ступеням на главный помост.

– Докладывайте, – приказал Гарри, глядя на Котори.

Командующая развернула тактическую панель в сторону вошедших:

– Шесть часов назад в цитадели Азкабан произошел колоссальный всплеск темной энтропии. По данным французских наблюдательных станций на мысе Гри-Не, Волан-де-Морт осознал полную бесперспективность морской или экономической блокады. Запасы продовольствия и алхимического сырья на островах подходят к концу, чистокровные кланы начали открытую резню за ресурсы в окрестностях Оксфорда. Чтобы предотвратить внутренний бунт и пробить брешь в изоляции, Реддл провел массовый ритуал кровавого жертвоприношения в подземельях министерства.

– Кого он принес в жертву? – глухо спросила Сьюзен.

– Всех заключенных камер предварительного следствия, мелких чиновников, заподозренных в нелояльности, и захваченных маглов из восточного Лондона, – бесстрастно ответила Рейне, выводя на экран данные спектрального анализа. – Около трех тысяч человек. Их жизненная сила и предсмертная агония были направлены через артефакт «Сердце Бездны» на ментальную стимуляцию популяции дементоров.

Гермиона судорожно прижала ладонь ко рту:

– Он снял с них все природные ограничения...

– Хуже, мисс Грейнджер, – Рейне подняла глаза, в которых не было и следа обычной сонливости. – Дементоры больше не привязаны к острову голодом или страхом перед патронусами. Они впали в состояние миграционного неистовства. По нашим оценкам, над Ла-Маншем сейчас движется единый рой численностью более семи тысяч особей. Они идут сплошным фронтом шириной в шестьдесят километров. Перед ними движется волна неестественного холода: температура над водой упала до минус двадцати градусов, плотный могильный туман вывел из строя радары гражданской авиации и судоходства.

– А французские и международные заслоны? – спросила Дафна, сжимая кулаки. – В Кале стоял гарнизон европейского объединенного Аврората!

Флёр Делакур горько усмехнулась, и в ее голосе зазвенели слезы:

– Гарнизон смят, Дафна. Мой дядя командовал второй линией обороны в Дюнкерке. Он успел передать сообщение по вейловскому зеркалу связи за пять минут до того, как связь оборвалась. Патронусы... они не работают против такой массы. Когда на тебя надвигается тысяча тварей одновременно, серебряный свет просто захлебывается в их холоде. Человеческий разум не способен генерировать счастливые воспоминания такой силы под прямым давлением волны абсолютного отчаяния. Волшебники теряют волю, падают на колени и задыхаются. Первые линии укреплений уже пали. Дементоры вышли на побережье Франции и движутся вглубь материка, выкашивая приморские города маглов.

– Французское правительство объявило военное положение, – добавила Котори, скрестив руки на груди. – Верховный совет МКМ и президент Франции полчаса назад официально обратились к правительству Японии и руководству «Рататоска». Они признали свою полную неспособность сдержать прорыв конвенциональными магическими методами. Они умоляют нас о помощи.

В зале повисла тяжелая, гулкая тишина.

Гарри подошел к панорамному экрану, вглядываясь в серую мглу, затянутую цифровой сеткой координат над проливом.

Там, далеко на западе, умирала земля, давшая ему жизнь. Земля, правители которой верили в непогрешимость собственной крови, в право сильного топтать слабого, в великие пророчества слепых стариков. Годрик погиб, защищая пустые догмы. Дамблдор гнил в каменном мешке Нурменгарда, лишенный величия. Джеймс Поттер сидел в кандалах Шпандау, проклиная сына, посмевшего выбрать свободу. А чудовище, порожденное их трусостью и слепотой, теперь пожирало чужие дома, стремясь утопить весь мир в своей ядовитой агонии.

– Гарри... – тихо позвала Рёко, встав рядом с ним и положив ладонь ему на плечо. – Что скажешь?

Он медленно повернулся к офицерам. В его взгляде не было сомнений. Не было злорадства. Лишь холодная, алмазная решимость офицера, знающего цену миру.

– Мы не позволим этой чуме расползтись по земле, – произнес Гарри. Его голос прозвучал спокойно, но от его тона по мостику пробежала дрожь. – Если волшебники Европы способны лишь дрожать и уповать на сказки о серебряных зверях, мы покажем им, как сражается цивилизация, познавшая законы мироздания.

– Лейтенант Кусакабэ, – Котори выпрямилась во весь рост, ее глаза полыхнули боевым огнем. – Каков ваш тактический план?

– Уничтожить рой, – четко ответил Гарри. – Не отогнать. Не рассеять. Уничтожить физически и метафизически. Дементор считается бессмертным лишь потому, что европейская магия воспринимает его как духовную сущность, лишенную плоти. Но с точки зрения квантовой механики и теории Реализаторов, дементор — это стабильный сгусток отрицательной энтропии, паразитирующий на термодинамическом потенциале живых клеток. Если разорвать фазовые связи внутри этого сгустка и подать в него высокочастотный поток чистой положительной маны — он распадется на элементарные частицы.

– Теоретически это возможно через орудийную систему «Гунгнир», – задумчиво произнесла Рейне, ее пальцы запорхали над сенсорами. – Но для точечного уничтожения рассеянного фронта нам потребуется зафиксировать рой в стазис-ловушке. Кто-то должен удерживать периметр на земле и направлять излучатель.

– Этим займемся мы, – Рёко коротко кивнула. – Первое штурмовое крыло AST.

– Мы идем с вами, – шагнула вперед Дафна, ее синие глаза полыхнули сталью. Рядом с ней встали Сьюзен и Флёр. – Мы не останемся в тылу, когда решается судьба нашего континента. Мои руны стабилизируют Территорию, Сьюзен прикроет фланги, а Флёр обеспечит ментальный резонанс против ауры страха.

Воздух в углу капитанского мостика, под тяжелым стальным сводом вентиляционной шахты, внезапно закружился черной воронкой.

– Ара-ара... Неужели вы собирались устроить столь грандиозную охоту без меня?

Куруми Токисаки шагнула на металлическую палубу.

Сегодня на ней было ее полное астральное платье: пышный готический кринолин алого и черного шелка, корсет с серебряной шнуровкой и широкополая шляпа с темной вуалью. В ее тонких руках покоились два кремневых мушкета, а левый золотой глаз с бешеной скоростью вращал свои стрелки:

– Тысячи созданий, питающихся чужим временем и радостью... Какой омерзительный, нерациональный расход драгоценных секунд. Гарри-сан, позвольте моим теням присоединиться к трапезе. Я обещаю: после сегодняшнего дня в небе над этим вашим Ла-Маншем станет очень тихо.

Гарри посмотрел на Котори. Командующая решительно сжала кулак:

– Приказ по крейсеру «Фраксинус»! Перевести двигатели в режим гиперпространственного прыжка через верхние слои стратосферы. Точка выхода — сектор «Нормандия-Север», высота три тысячи метров. Боевой группе AST и спецконтингенту занять места в десантных капсулах. Операция «Очищение» начинается немедленно!

***

Побережье близ французского городка Кале напоминало преддверие ледяного ада.

Еще утром здесь шумел прибой, кричали чайки, а над песчаными дюнами висел запах свежих круассанов и дикой лаванды. Теперь земля была скована мертвым, серым панцирем инея. Морская вода у берега превратилась в вязкую, черную кашу из колотого льда. В воздухе стояла неестественная, парализующая тишина, в которой не осмеливался раздаться ни единый птичий крик.

На гребне песчаной дюны, за полуразрушенным каменным парапетом старинного форта, держали последний рубеж остатки французского сопротивления.

Два десятка авроров в разорванных, покрытых коркой льда темно-синих мундирах стояли спиной к спине. Их лица напоминали лица живых мертвецов: серые, осунувшиеся, с остекленевшими глазами, полными безнадежного ужаса.

– *Экспекто Патронум!..* – надрывно, захлебываясь рыданиями, выкрикнул молодой французский офицер.

Из кончика его палочки вырвалось бледное, чахлое облачко серебристого пара, приняло форму ласточки, слабо взмахнуло крыльями и тут же рассыпалось искрами, погашенное наползающей со стороны моря стеной могильного холода.

– Бесполезно, Жан... – прохрипел пожилой капитан с перебитой рукой, опускаясь на колени прямо в ледяную грязь. – Они слишком близко. Мы не удержим... Память... Я больше не помню лица моей матери... Только тьма...

С моря надвигался кошмар.

Небо над Ла-Маншем исчезло, поглощенное гигантской, кипящей тучей из черного шелка и гниющих лохмотьев. Тысячи дементоров летели сплошной, бесконечной лавиной, закрывая горизонт от края до края. Звук их движения напоминал шуршание миллиардов сухих погребальных саванов, а дыхание вымораживало саму ткань пространства. Под ними вода в проливе закипала белым паром, мгновенно замерзающим на ветру.

Передние ряды тварей уже опускались к дюнам, вытягивая костлявые, покрытые струпьями руки к оцепеневшим магам, предвкушая пиршество чужих душ.

Внезапно небесный свод над фортом разорвало ослепительным, яростным громом.

Это не был раскат грозы. Это был звук рассекаемого на гиперзвуке воздуха.

Свинцовые тучи, казавшиеся непроницаемыми, разошлись идеальным эллипсом диаметром в три километра. Сквозь образовавшийся разлом хлынул чистый, золотой солнечный свет, ударив по черному ковру тварей, словно клинок архангела.

А следом за светом из стратосферы бесшумно скользнула циклопическая стальная громада крейсера «Фраксинус». Ее белоснежные броневые пластины сверкали на солнце, а по контуру корпуса мерцали тысячи лазурных геометрических символов искажения пространства.

Французские авроры, ослепленные внезапным сиянием, замерли, запрокинув головы.

– Что это?.. – прошептал раненый капитан. – Ангелы?..

– Нет, капитан, – раздался с небес звучный, кристально чистый голос через внешние акустические резонаторы корабля. – Это Силы Самообороны. Прижмитесь к земле.

С борта крейсера сорвались шесть белых комет.

Они падали вертикально вниз, оставляя за собой инверсионные следы ионизированного воздуха, и за мгновение до столкновения с землей раскрыли светящиеся крылья Территории.

Удар шести пар магнитных ботинок о мерзлый песок отозвался глухим колокольным гулом. Волна сжатого воздуха разметала сугробы инея на сотню метров вокруг, очистив пространство перед фортом.

В центре строя стоял Гарри Кусакабэ.

На нем был полный боевой костюм офицера связи AST, усиленный титановыми пластинами и полевым Реализатором. В правой руке он держал тактический клинок, лезвие которого вибрировало на частоте чистого духовного резонанса, а левая ладонь была раскрыта навстречу надвигающейся черной лавине.

Справа от него встала Рёко с тяжелым плазменным карабином наперевес, слева — Оригами, чьи наплечные турели уже наводились на цели с пугающим электронным жужжанием. Чуть позади заняли позиции Дафна, Сьюзен и Флёр, замкнув треугольник тактической поддержки.

Дементоры, ошеломленные внезапным появлением чужаков, на мгновение замедлили полет. Но первобытный, неутолимый голод взял верх. С чудовищным, скрежещущим воем тысячи тварей ринулись вниз, устремляясь к светящемуся островку живой энергии.

– Развернуть объединенную Территорию «Авалон»! – скомандовал Гарри.

– Есть! – синхронно отозвались голоса.

Дафна вонзила свой стилус в мерзлую землю у своих ног. Золотые руны высшего порядка — «Соулу», «Эйваз», «Альгиз» — вспыхнули на песке гигантским кругом, соединяясь с лазурными полями бронекостюмов AST.

Флёр Делакур вскинула руки к небу, и ее серебряные волосы взметнулись в потоке восходящего тепла. Чистейшая магия вейл — магия первородной страсти, любви к жизни и солнечного света — хлынула из ее сердца, насыщая защитный контур эмоциональной частотой невероятной плотности.

Над фортом и побережьем вырос колоссальный купол из переливающегося перламутра и золота.

Первая тысяча дементоров врезалась в барьер на полном ходу.

Но вместо того чтобы сломать защиту своим ледяным дыханием, твари взвыли от невыносимой боли. Контакт с полем, сочетавшим в себе физическую твердость Территории и духовный огонь вейлы, стал для созданий энтропии смертельным. Их гниющие лохмотья вспыхивали белым пламенем, ледяные кости рассыпались в серую пыль за доли секунды.

– Турели — беглый огонь термобарическими зарядами! – скомандовала Рёко.

Оригами не нуждалась в повторении приказа.

Четыре плазменных излучателя за ее спиной открыли непрерывный огонь. Сгустки сверкающей энергии температурой в десять тысяч градусов прошивали ряды тварей насквозь, оставляя в черной туче гигантские горящие просеки. Каждый выстрел порождал ударную волну, разрывавшую фазовые тела дементоров на части.

Сьюзен Боунс действовала с холодной, яростной точностью. Ее стилус посылал в гущу врагов модифицированные импульсы «Бомбарда-Максима», соединенные с кинетическим ударом Реализатора. Воздух над морем взрывался хлопками локальных вакуумных схлопываний, сминая тварей сотнями.

А затем из тени под куполом поднялась она.

Куруми Токисаки парила над побережьем, раскинув руки, словно темная богиня возмездия. Ее гигантский циферблат «Зафкиэль» материализовался прямо в воздухе за ее спиной, закрывая полнеба.

– Первая пуля: Алеф! – пропела она, направляя дуло мушкета в собственный висок.

Выстрел. И мир вокруг нее взорвался движением.

Сотни клонов Куруми вынырнули из теней песчаных дюн, устремляясь в самое сердце черного роя. С безумным, восторженным смехом они вскидывали пистолеты и мушкеты, поливая дементоров пулями, заряженными чистым ускоренным временем.

Для существ, чье существование держалось на вечной, застывшей стагнации смерти, контакт со стремительным потоком времени был губителен. Попадание пули Куруми заставляло их фазовые тела стареть, разрушаться и распадаться в прах за доли миллисекунды.

– Гарри-сан! – крикнула Куруми сквозь грохот выстрелов. – Рой заблокирован! Они сжались в секторе «Ноль»! Пора зажечь солнце!

Гарри поднял глаза к небу, прижав палец к гарнитуре:

– «Фраксинус»! Орудие «Гунгнир» — наведение по моим координатам! Снять лимитаторы мощности!

– Захват цели подтвержден, – раздался с мостика голос Котори. – Накопители маны на ста процентах. Залп через три... два... один... Огонь!

Нос циклопического крейсера раздвинулся, обнажая циклопический ствол квантово-духовного излучателя.

Луч, ударивший с небес, был шириной в пятьдесят метров. Он состоял из чистейшей, концентрированной изумрудной энергии, смешанной со световым излучением Территории высшего класса.

Свет ударил точно в центр остатков черной лавины над проливом.

Звука не было. Лишь ослепительная, абсолютная вспышка, превратившая пасмурный день над Ла-Маншем в полдень на экваторе. Волна очищающего жара испарила могильный туман, растопила льды на воде и выжгла саму память о страхе над всем побережьем Франции.

Тысячи дементоров — последние чудовища древней Британии — не успели даже издать предсмертный вопль. Их темная, уродливая сущность была мгновенно дезинтегрирована, возвращена в первородный вакуум, из которого они когда-то выползли.

Когда луч угас, над морем повисла звенящая, хрустальная тишина.

Тучи исчезли. Небо было пронзительно-синим, чистым, умытым весенним ветром. На спокойные, изумрудные волны пролива падали мягкие солнечные лучи. В воздухе пахло солью, водорослями и свежестью ранней весны.

Ни единого дементора больше не существовало.

Французские авроры на дюнах медленно поднимались на ноги, не веря собственным глазам. Раненый капитан опустил здоровую руку в морскую воду, чувствуя, как уходит ледяное оцепенение, и слезы катились по его грязным щекам.

– Они уничтожили их... – прошептал он, глядя на шестерых воинов в сверкающей броне. – Всех до единого... За пять минут...

***

Час спустя. Белые скалы Дувра. Британский берег.

Здесь, на противоположной стороне пролива, царило безмолвие заброшенного кладбища.

Ветер с моря трепал полы форменного плаща Гарри, пока он стоял на самом краю обрыва, глядя в глубь острова. За его спиной тихо гудели сервоприводы бронекостюма Рёко, а чуть поодаль держали периметр Оригами и Сьюзен.

С высоты скал открывался вид на серую, застывшую равнину графства Кент.

Ни одного огонька в деревнях. Ни одного поезда на рельсах. Ни одного дымка из печных труб. Британия Волан-де-Морта была мертва еще до того, как пали ее чудовища. Она задохнулась в собственной гордыне, в собственном страхе, в гнилом болоте чистокровных законов.

Там, в сотне миль к северу, в пустом и холодном замке Хогвартс, безносый тиран наверняка уже почувствовал, как оборвалась связь с его черной армией. Он сидел в полуразрушенном Большом зале, сжимая в руке бесполезную палочку, и дрожал от ужаса перед железными птицами востока, которые могли стереть его в порошок одним нажатием кнопки.

Гарри вынул из кармана старый металлический жетон — свой единственный ученический пропуск в библиотеку Хогвартса, завалявшийся в подкладке старой куртки еще с четвертого курса.

Он разжал пальцы.

Маленький кусочек латуни сорвался с края обрыва, кувыркнулся в воздухе и исчез в пенных волнах прибоя далеко внизу.

– Лейтенант, – негромко позвала Рёко, подходя ближе и мягко касаясь его плеча бронированной перчаткой. – Связь с Женевой восстановлена. Конфедерация магов и правительство Франции подписали бессрочный акт о признании экстерриториального статуса миротворческого контингента AST. Они предлагают любые награды, любые титулы, любые компенсации...

Гарри тихо, искренне усмехнулся, поворачиваясь к жене:

– Пусть