← Назад к обзору

Забавная ошибка

Пицца, примирение и немного безумия

– Я же сказал, что ты мне должен, – Лэйн отстранилась от Грега, но её рука всё ещё лежала на его груди, чувствуя биение сердца. – И пицца – это только начало.

Грег, всё ещё улыбаясь, поцеловал её в макушку.

– Всё, что угодно, моя королева. Но сначала – пицца. Готов идти прямо сейчас.

Он уже собирался встать, когда Лэйн вдруг потянула его за руку, усаживая обратно на диван.

– Не так быстро, – промурлыкала она, и в её глазах вновь заплясали озорные искорки. – Сначала я хочу кое-что обсудить.

Грег почувствовал лёгкое беспокойство. Он знал, что когда Лэйн произносила «кое-что обсудить», это редко означало что-то простое.

– Что именно? – спросил он, стараясь выглядеть невозмутимым.

– Ну, например, как тебе пришла в голову идея рассылать… э-э-э… интимные фото незнакомцам? – она приподняла бровь, и Грег понял, что ему придётся выдержать ещё один раунд допроса.

– Лэйн, я же объяснил, – он вздохнул. – Я просто пошутил. Хотел показать, что я не девушка.

– А других способов не нашлось? – её голос стал чуть серьёзнее. – Например, написать: «Привет, я парень, и я не заинтересован»? Или просто заблокировать?

Грег пожал плечами.

– Ну, так неинтересно же. Я же не думал, что он окажется… би. И вообще, что он будет настолько настойчивым.

– Это не оправдание, Грег, – она покачала головой. – Ты должен понимать, что не все люди адекватно реагируют на такие вещи. Кто-то мог бы воспринять это как прямое приглашение. Или, как я уже говорила, оказаться маньяком.

– Ну, он же не маньяк, – Грег попытался её успокоить. – Просто… ну, видимо, ему понравилось.

– И это тебя забавляет? – Лэйн прищурилась.

– Нет! Что ты! – Грег поспешно замотал головой. – Конечно, нет. Я просто… я просто не подумал. Я признаю, что был идиотом. Большим идиотом.

Она наблюдала за ним, и Грег видел, как её взгляд смягчается.

– Хорошо, – наконец сказала она. – Я верю, что ты не хотел ничего плохого. Но пообещай мне, что больше никогда так не будешь делать. Ни с кем.

– Клянусь! – Грег поднял обе руки, демонстрируя всю свою искренность. – Ни единого миллиметра моего… э-э-э… достоинства не увидит ни одна живая душа, кроме тебя.

Лэйн улыбнулась.

– Вот это уже больше похоже на правду. А теперь… – она игриво потянула его за воротник футболки, притягивая ближе, – насчёт того, что ты мне должен.

Грег почувствовал, как по его телу пробежала приятная дрожь.

– Я весь во внимании, моя дорогая.

– Во-первых, – она начала перечислять, загибая пальцы, – ты идёшь за пиццей. Сам. И не просто идёшь, а покупаешь самую большую, с двойным сыром, пепперони, грибами и ананасами.

Грег поморщился.

– Ананасы? Лэйн, ты же знаешь, я не люблю ананасы на пицце.

– А это моя месть, – хихикнула она. – За мои нервы. И ты съешь свой кусок с ананасами, не морщась.

– Ох, ну ладно, – он вздохнул, но уже знал, что спорить бесполезно. – Что дальше?

– Дальше, – она продолжила, – мы смотрим тот дурацкий ромком, который я хотела посмотреть, а ты всё время откладывал. И ты не жалуешься, не засыпаешь и не комментируешь каждую сцену.

– Но, Лэйн, там же такие глупые диалоги! – Грег попытался протестовать, но она лишь строго посмотрела на него.

– Ни слова, Грег. Ни слова.

– Ладно, – он сдался. – Ромком, так ромком.

– И последнее, – её голос стал тише, а взгляд – более игривым, – после пиццы и ромкома… ты будешь меня целовать. Долго. И так, чтобы я забыла обо всех этих идиотах с дредами и перепихами.

Грег почувствовал, как его сердце заколотилось быстрее. Вот это уже было гораздо интереснее.

– Это я могу, – прошептал он, подавшись к ней. – Это я умею.

– И никаких «по приколу», – добавила она, прежде чем их губы встретились.

Поцелуй был долгим и страстным, полным извинений и обещаний. Грег целовал её так, словно хотел стереть все плохие воспоминания этого дня, заполнить её мысли только собой. Лэйн отвечала ему с такой же страстью, чувствуя, как злость и обида окончательно растворяются в его нежных прикосновениях.

Когда они наконец оторвались друг от друга, оба тяжело дышали.

– Ну что, идёшь за пиццей? – прошептала Лэйн, её глаза сияли.

– Иду! – Грег вскочил с дивана, полный новой энергии. – Бегу! Лечу!

Он быстро оделся и уже через несколько минут был готов отправиться.

– Я скоро! – крикнул он, прежде чем выйти за дверь.

Лэйн осталась одна в квартире, улыбаясь. Она знала, что Грег был немного сумасшедшим, но именно это она в нём и любила. Он был её кусочком дикой, необузданной природы, который всегда мог её удивить. И пусть иногда его шутки заходили слишком далеко, она знала, что его сердце принадлежало только ей.

Пока Грег отсутствовал, Лэйн решила привести себя в порядок. Она приняла быстрый душ, надела свою любимую футболку Грега, которая была ей велика, но так уютна, и шорты. Затем она заварила себе травяной чай, пытаясь успокоить остатки адреналина.

Через полчаса раздался звонок в дверь. Лэйн поспешила открыть. На пороге стоял Грег, держа в руках огромную коробку пиццы и пакет с напитками.

– Вот и я! – торжествующе провозгласил он. – С самой большой и ананасной пиццей в мире!

Лэйн рассмеялась.

– Отлично! Заходи, мой герой.

Они разложили пиццу на столике в гостиной. Запах свежей выпечки и пепперони наполнил комнату.

– Ну что, приступаем к пытке ананасами? – Грег театрально вздохнул, беря кусок с ананасами.

Лэйн хихикнула.

– Именно. И без нытья.

Грег откусил кусочек, стараясь не морщиться.

– М-м-м, – промычал он, – необычно. Но… терпимо.

– Вот так-то лучше, – удовлетворённо сказала Лэйн.

Они принялись за еду, болтая о пустяках, смеясь над шутками. Грег рассказывал о своём дне, о забавных случаях на работе, а Лэйн делилась своими впечатлениями от новой книги, которую она читала. Атмосфера в квартире была тёплой и уютной, словно и не было никакого инцидента с незнакомцем.

Когда пицца была почти съедена, Лэйн напомнила:

– А теперь – ромком.

Грег снова вздохнул, но уже без прежней драматичности.

– Да, да, помню. Твоё наказание.

Они устроились на диване, Грег обнял Лэйн, а она положила голову ему на плечо. Фильм начался. Как и ожидалось, он был полон клише и предсказуемых поворотов сюжета. Грег иногда закатывал глаза, но держался стойко, не произнося ни слова. Лэйн тайком наблюдала за ним, наслаждаясь его попытками сдержать свои комментарии.

К середине фильма Грег начал незаметно поглаживать её волосы, затем перешёл на шею, а потом и на плечи. Лэйн почувствовала, как её тело расслабляется под его прикосновениями. Она закрыла глаза, наслаждаясь моментом.

Когда фильм закончился, Грег выключил телевизор. В комнате стало тихо, лишь слышалось их дыхание.

– Ну что, – прошептал Грег, – наказание окончено?

– Не совсем, – промурлыкала Лэйн, поднимая голову и глядя ему в глаза. – Осталась самая приятная часть.

Грег улыбнулся.

– Вот это я люблю.

Он наклонился к ней, и их губы снова встретились. На этот раз поцелуй был более глубоким и нежным, полным невысказанных чувств. Грег целовал её так, словно хотел показать ей, как сильно он её любит, как она дорога ему. Лэйн отвечала ему с такой же искренностью, чувствуя, как её сердце наполняется теплом.

Их поцелуй постепенно становился всё более страстным. Руки Грега скользнули по её талии, притягивая к себе. Лэйн обвила его шею руками, прижимаясь всем телом. Она чувствовала его тепло, его силу, его желание.

– Ты мой, – прошептала она, отрываясь от его губ на мгновение. – Только мой.

– Твой, – ответил Грег, целуя её в шею. – Всегда твой. И никаких больше красавиц с дредами. Только ты.

Лэйн хихикнула.

– Это я и хотела услышать.

Они продолжили целоваться, их прикосновения становились всё более смелыми. Одежда постепенно начала мешать. Грег ловко расстегнул её шорты, а Лэйн потянула за его футболку. Воздух в комнате накалился.

Грег подхватил её на руки, не прерывая поцелуя, и понёс в спальню. Лэйн лишь крепче обняла его, чувствуя себя в полной безопасности в его сильных руках.

В спальне он осторожно опустил её на кровать. Их взгляды встретились. В глазах Грега горел огонь, а в глазах Лэйн – ответное пламя.

– Ты знаешь, – прошептала Лэйн, – я до сих пор немного злюсь на тебя.

– Знаю, – Грег улыбнулся, – но я сделаю всё, чтобы загладить свою вину.

И он начал. Он целовал её каждую клеточку тела, нежно и страстно. Его прикосновения были такими, что Лэйн забыла обо всём на свете. Она растворялась в его ласках, в его любви.

Ночь прошла в объятиях друг друга, полная страсти, нежности и безумия. Грег доказал Лэйн, что он действительно сожалеет о своём поступке, и что она для него – единственная. А Лэйн ещё раз убедилась, что, несмотря на все его чудачества, она любит этого большого ребёнка всем сердцем.

Утром Лэйн проснулась в объятиях Грега. Он спал, обняв её крепко-крепко. Она осторожно высвободилась из его рук и пошла на кухню, чтобы приготовить кофе. Пока она заваривала ароматный напиток, Грег появился на кухне, растрёпанный, но с улыбкой на лице.

– Доброе утро, моя королева, – прохрипел он, обнимая её сзади.

– Доброе, – Лэйн повернулась к нему, целуя. – Как спалось?

– Отлично, – он довольно заурчал. – Особенно после того, как я загладил свою вину.

Лэйн рассмеялась.

– Ну, признаю, ты постарался.

– А ты? – он игриво приподнял бровь. – Простила меня окончательно?

Лэйн задумалась на мгновение, а затем улыбнулась.

– Думаю, да. Но только при одном условии.

Грег напрягся.

– Каком?

– Ты никогда больше не будешь рассылать свои… э-э-э… фото незнакомцам, – она строго посмотрела на него. – И будешь всегда помнить, что я – твоя единственная «красотка».

– Клянусь! – Грег поднял руку, как при присяге. – Никаких больше фоток, никаких незнакомцев, никаких дредов. Только ты. Всегда.

Она поцеловала его.

– Вот так-то лучше. А теперь, мой любимый дурак, давай пить кофе. И никакого больше безумия хотя бы до обеда.

Грег улыбнулся. Он знал, что с Лэйн его жизнь никогда не будет скучной. И это было именно то, что он в ней любил.