Жена
Гордость и пепел
Сон Джинву стоял у панорамного окна своего кабинета, заложив руки за спину. Город внизу казался муравейником, бесконечным потоком огней и судеб, за которые он, как сильнейший охотник человечества, нес ответственность. Но сегодня его мысли были далеки от глобальных угроз или баланса сил между нациями. В его голове все еще звучал звонкий, пронзительный голос Юми и стоял образ Ча Хэ Ин, чье лицо, перепачканное соусом, выражало не столько стыд, сколько уязвленное высокомерие.
Вчерашний инцидент не давал ему покоя. Теневой Монарх внутри него требовал немедленной и жесткой расправы над тем, кто посмел посягнуть на его семью. Но Джинву-человек хотел понять: как далеко могла зайти женщина, которую он когда-то считал достойным соратником?
Тихий шелест тени за спиной заставил его слегка повернуть голову.
– Мой Повелитель, – голос Бера прозвучал в его сознании, полный подобострастия и скрытой жажды крови. – Женщина-охотник прибыла. Она ждет в приемной, как вы и приказали. Прикажете ли вы мне... проучить её за дерзость по отношению к Королеве?
– Стой на месте, Бер, – холодно ответил Джинву. – Я сам разберусь. И не смей показываться, пока я не позову.
Тень колыхнулась и замерла. Джинву выдохнул, усмиряя бушующую внутри магическую энергию, которая заставляла воздух в комнате вибрировать. Он сел в кресло и коротким импульсом открыл замок на двери.
– Входи, Хэ Ин.
Дверь медленно отворилась. Ча Хэ Ин вошла в кабинет, и Джинву сразу заметил перемену. В ней не было вчерашней растерянности. Она была одета в свой лучший боевой костюм, волосы идеально уложены, а лицо превратилось в непроницаемую маску. Она выглядела как символ Ассоциации охотников — безупречная, сильная, холодная. Но для Джинву, который видел её истинное лицо вчера, этот фасад казался хрупким стеклом.
– Сон Джинву-ним, – она слегка поклонилась, соблюдая формальности, но в её глазах не было раскаяния.
Джинву долго молчал, рассматривая её так, словно видел впервые. Его серые глаза, похожие на грозовое небо, казалось, прошивали её насквозь, читая сокрытые намерения.
– Юми рассказала мне всё, – наконец произнес он, и его голос был подобен рокоту далекого грома. – О порошке, о корпоративе, о твоем плане «исправить имидж» моей семьи. Я дал тебе ночь, чтобы ты могла подготовить оправдания. Слушаю.
Хэ Ин выпрямилась, её подбородок чуть дрогнул, но она не отвела взгляда.
– Мне не в чем оправдываться, Джинву-ним. Мои методы могли показаться... радикальными, но мои цели были продиктованы заботой о будущем нашей страны и вашем статусе.
Джинву приподнял бровь, и в кабинете внезапно стало на несколько градусов холоднее.
– Заботой? Ты планировала опоить меня и разрушить мой брак ради «статуса»? Ты серьезно считаешь, что имеешь право решать, кто достоин стоять рядом со мной?
– Да! – Впервые в её голосе прорезались эмоции, она сделала шаг вперед, сжав кулаки. – Вы — Монарх! Вы — божество в человеческом обличье! Весь мир смотрит на вас! И что они видят? Обычную женщину, которая ведет себя как подросток, носит ваши вещи и не имеет ни капли магической силы? Она — слабое звено, Джинву-ним! Она тянет вас вниз, приземляет вашу легенду до уровня бытовой драмы!
Джинву медленно поднялся из-за стола. Его рост в сто девяносто сантиметров и аура, которую он перестал сдерживать, заставили Хэ Ин невольно отступить на полшага.
– Ты называешь её слабым звеном? – Он усмехнулся, но в этой усмешке не было веселья. – Юми вчера ударила тебя в спину не потому, что она слабая. Она сделала это, потому что у неё хватило смелости защитить то, что ей дорого, от врага, который в сто раз сильнее её физически. А ты... ты трусливо планировала подсыпать порошок в бокал, потому что знала, что в честном противостоянии у тебя нет шансов против её искренности.
– Искренность не закроет врата ранга S! – выкрикнула Хэ Ин, теряя самообладание. – Я могла бы быть вашей опорой в бою! Мы могли бы стать идеальной парой, символом новой эры! А она... она просто домохозяйка с корзинкой персиков!
– Она — та, кто возвращает меня к жизни после каждого боя, – отрезал Джинву. – Когда я возвращаюсь из Тьмы, мне не нужен «символ эры» или «боевая опора». Мне нужна жена, которая взъерошит мне волосы и спросит, хочу ли я ужинать. Мне нужен сын, в чьих глазах я вижу будущее, а не отчеты Ассоциации.
Он подошел к ней вплотную. Давление его маны стало настолько густым, что Хэ Ин почувствовала, как её собственные чувства охотника кричат об опасности.
– Твой план... Разрушить мою семью ради имиджа. Ты хоть понимаешь, что если бы Юми не услышала тот разговор, если бы ты действительно попыталась это провернуть... я бы не просто выгнал тебя. Я бы стер само упоминание о тебе из этого мира.
Хэ Ин побледнела. Она видела, что он не шутит. Перед ней стоял не коллега, а Теневой Монарх, чья воля была абсолютным законом.
– Ты думала, что я женюсь на тебе под давлением общества? – Джинву наклонился к её уху, и его шепот пробрал её до костей. – Ты забыла, кто я такой. Я сам создаю это общество. Я — тот, кто решает, какой имидж будет у этого мира. И если мой мир включает в себя жену-томбоя и маленького сына, то горе тому, кто попытается предложить мне другую версию реальности.
Он отстранился и вернулся к столу, садясь с видом человека, который только что вынес окончательный вердикт.
– Юми была права вчера. Ты потеряла фокус. Ты больше не охотник, Хэ Ин. Ты — политик, жаждущий власти через чужую постель. Это омерзительно.
– Что вы собираетесь делать? – её голос дрожал.
– Твоя лицензия охотника S-ранга приостановлена на неопределенный срок, – сухо произнес Джинву. – Ты отстранена от всех рейдов и официальных мероприятий Ассоциации. Го Гунхи уже уведомлен. Официальная версия — «психологическое истощение и необходимость длительной реабилитации».
– Вы не можете... – начала она, но Джинву перебил её одним взглядом.
– Я могу всё. И это — милосердие. Потому что Юми просила меня не ломать тебе жизнь окончательно. Она сказала, что тебе просто нужно «проветрить мозги». Если бы решение принимал только я, ты бы сейчас уже не стояла в этом кабинете.
Хэ Ин опустила голову. Её плечи поникли, идеальная маска окончательно рассыпалась. Она поняла, что проиграла всё: карьеру, статус и ту призрачную мечту о величии рядом с Монархом, которую сама себе выдумала.
– Уходи, – бросил Джинву, открывая папку с документами, давая понять, что аудиенция окончена. – И запомни: если я еще раз увижу тебя ближе, чем на километр от моей жены или сына... даже тени не найдут того, что от тебя останется.
Когда дверь за Хэ Ин закрылась, Джинву тяжело вздохнул и потер переносицу. Гнев медленно уступал место усталости. В этот момент дверь снова приоткрылась, но на этот раз осторожно и тихо.
В щель просунулась взъерошенная черная макушка, а затем показались любопытные небесно-голубые глаза.
– Она ушла? – прошептала Юми, проскальзывая в кабинет.
На ней была его огромная черная футболка, которая доходила ей почти до колен, и короткие шорты. В руках она держала тарелку с нарезанными персиками.
Джинву мгновенно преобразился. Холод в глазах исчез, уступая место мягкому, теплому свету.
– Ушла, мила. Больше она нас не побеспокоит.
Юми подошла к нему, бесцеремонно забралась на колени и сунула ему в рот кусочек персика.
– Ты был слишком суров? – спросила она, разглядывая его лицо. – Я видела её в коридоре, она выглядела так, будто её переехал «Горный гигант».
– Я был справедлив, – ответил Джинву, проглатывая сладкий фрукт и обнимая жену за талию. – Она хотела разрушить то, что я ценю больше жизни. За это полагается цена.
Юми вздохнула и прислонилась лбом к его плечу.
– Жаль её, на самом деле. Быть такой сильной и такой глупой одновременно... Она ведь правда думала, что счастье — это когда ты красиво смотришься на обложке журнала.
– Не у всех есть твой дар видеть главное, – Джинву зарылся носом в её короткие волосы, вдыхая родной аромат. – Спасибо, что услышала её тогда. Если бы не твоя... эм... экспрессивная реакция, всё могло бы зайти слишком далеко.
Юми хихикнула, вспоминая вчерашний обед на голове Хэ Ин.
– Ну, рагу действительно было жалко. Но её лицо в тот момент стоило всех ребрышек мира!
Они просидели в тишине несколько минут. Джинву чувствовал, как его гнев окончательно растворяется в её тепле. Юми была его спасением. Она не требовала от него быть богом, она требовала, чтобы он был мужем и отцом. И именно эта простота делала её самой могущественной женщиной в его мире.
– Джинву? – тихо позвала она.
– Да?
– А Юки сегодня утром пытался вызвать «теневого зайчика». Кажется, у него получилось. У мамы в саду теперь бегает какая-то черная субстанция с длинными ушами и пугает соседских котов.
Джинву рассмеялся, представляя эту картину. Его сын рос не по дням, а по часам, и его сила начинала проявляться самым неожиданным образом.
– Весь в отца, – с гордостью сказал он.
– И в мать, – добавила Юми, хитро прищурившись. – У зайчика голубые глаза и он очень любит персики.
Джинву крепче прижал её к себе.
– Значит, он взял самое лучшее от нас обоих.
В кабинете Теневого Монарха снова воцарился покой. За окном продолжал шуметь Сеул, охотники готовились к новым рейдам, а интриги плелись и рассыпались в прах. Но здесь, в этом небольшом пространстве, защищенном самой мощной магией во вселенной, существовало нечто незыблемое.
Семья. Единственное, что имело значение для человека, который мог командовать смертью, но выбрал жизнь ради любви.
– Пойдем домой? – предложила Юми, спрыгивая с его колен. – Я обещала Юки, что мы сегодня устроим пикник прямо на ковре в гостиной. И никакой Хэ Ин, никаких имиджей и никаких порошков. Только мы.
Джинву поднялся, подхватил свой пиджак и улыбнулся — той самой искренней улыбкой, которую видела только она.
– Пойдем домой, Юми. У нас есть дела поважнее, чем спасение мира. Нам нужно ловить теневого зайчика.
Они вышли из кабинета рука об руку. Сотрудники Ассоциации, провожая их взглядами, поспешно отворачивались, но каждый из них чувствовал: Теневой Монарх сегодня был особенно опасен и особенно счастлив. И горе тому, кто снова решит, что «имидж» важнее, чем тихий смех его жены.