← Назад к обзору

Жизненный урок

Предел человеческой воли

Спустя несколько дней после того, как в семье Сон наметилась хрупкая оттепель, Сон Джинву и Сухо всё ещё не могли отделаться от гложущего любопытства. То, что Юки сделал с ними в подвале, используя антимагический барьер, было не просто удачей или эффектом неожиданности. Это была пугающая, отточенная эффективность.

– Юки, – начал Джинву, когда они снова спустились в тренировочный зал, на этот раз без барьеров и враждебности. – Мы с твоим братом много думали. В тот день ты двигался быстрее, чем должен позволять человеческий предел без усиления маной. Мы хотим увидеть, на что ты способен на самом деле, когда не пытаешься нас... проучить.

Юки, одетый в свободные спортивные штаны и футболку, открывающую его татуированное плечо, лениво разминал кисти. Его ярко-голубые глаза скользнули по отцу и брату.

– Вы уверены? – Он усмехнулся своей привычной полуулыбкой. – Я не хочу снова ломать вам кости.

– Обижаешь, мелкий, – фыркнул Сухо, скрестив руки на груди. – Теперь, когда я знаю, чего ожидать, ты меня так просто не достанешь. Давай, покажи свою истинную силу. Без магии, без фокусов. Просто ты.

Юки вздохнул, его взгляд мгновенно стал холодным и сосредоточенным. Он подошел к одной из стен подвала — массивному блоку из укрепленного армированного бетона, способному выдержать прямой удар охотника ранга А.

– Физическая сила — это не только мышцы, – тихо произнес Юки, принимая низкую стойку. – Это контроль над каждой клеткой своего тела.

Он сделал глубокий вдох. Его кожа приобрела легкий блеск, а мышцы пресса и груди рельефно проступили под футболкой. Внезапно Юки нанес удар. Это не был широкий замах; движение было коротким, почти незаметным, идущим от самой стопы через бедро прямо в кулак.

Грохот разорвал тишину подвала. По стене поползли глубокие трещины, и в центре, там, где коснулся кулак тринадцатилетнего мальчика, образовалась глубокая вмятина, осыпающаяся бетонной крошкой.

Джинву прищурился. Он видел это — в момент удара Юки не использовал ману, но его тело сработало как идеально настроенный гидравлический пресс.

– Впечатляет, – признал Монарх Теней. – Но это всё ещё в рамках человеческих возможностей, пусть и пиковых.

Юки выпрямился, отряхивая руку, на которой не осталось ни царапины.

– И это я ещё не использовал технику акупунктуры, – спокойно заметил он, поправляя пирсинг в ухе. – С помощью воздействия на определенные болевые и энергетические точки можно не только убивать или лишать маны, как я сделал с вами.

Он посмотрел на свои ладони, где под кожей переплетались вены.

– Если знать, куда нажать, можно временно снять ограничители мозга. Тело человека само по себе — невероятная машина, но мозг не дает нам использовать его на сто процентов, чтобы мы не разорвали собственные связки. Я научился обходить этот запрет. Я могу усилить свое тело так, что на несколько минут стану быстрее любого охотника-ассасина. Но цена за это — дикая боль после.

Сухо подошел к стене и коснулся трещин.

– Ты безумец, Юки. Ты тренировался до такого состояния в одиночку, пока мы...

– Пока вы наслаждались своим божественным статусом? – Юки перебил брата без капли злобы, но с явной иронией. – Кто-то же должен был быть готов к тому, что боги могут упасть. Ладно, на сегодня шоу окончено. Я иду отдыхать.

Поздним вечером в особняке воцарился уют, который всё ещё казался Юки чем-то сюрреалистичным. Он устроился на большом мягком диване в гостиной, вытянув ноги. На экране шел какой-то старый боевик, который он выбрал просто для фона, а в руках у него была плитка дорогого темного шоколада. Юки чувствовал себя максимально расслабленным, физическая усталость после демонстрации силы приятно ломила мышцы.

Внезапно диван просел под чьим-то весом. Юки даже не успел среагировать, как Сон Джинву, великий Монарх Теней, сел рядом и, не говоря ни слова, притянул сына к себе. Джинву обнял его за плечи, уткнувшись носом в растрепанные черные волосы подростка.

Юки замер с куском шоколада во рту. Его правый глаз нервно дернулся.

– Э-э... пап? – выдавил он, чувствуя, как его личное пространство схлопывается со скоростью света.

Но на этом странности не закончились. С другой стороны на диван опустилась Ча Хэ Ин. Она мягко прижалась к Юки, обнимая его за другую руку и кладя голову ему на плечо.

– Ты так вкусно пахнешь, – прошептала она, прикрыв глаза. – Корицей и шоколадом. Наш маленький Юки...

Юки чувствовал себя так, будто его зажали в тиски два самых могущественных существа на планете. Он попытался пошевелиться, но объятия были крепкими и... пугающе нежными.

«Что за хрень?» – пронеслось в голове у парня.

– Что на вас нашло? – наконец спросил он вслух, стараясь, чтобы голос не слишком дрожал от замешательства. – Вы что, пересмотрели семейных драм, пока я был в душе?

– Мы просто поняли, как много времени потеряли, – глухо ответил Джинву, не отрываясь от его макушки. – Юки, ты так долго был один со своими тренировками и своими мыслями. Мы просто хотим, чтобы ты знал... ты не должен быть сильным каждую секунду.

– Пап, я буквально три часа назад проломил бетонную стену кулаком, – напомнил Юки, чувствуя, как его лицо начинает пылать от смущения. – Я вполне справляюсь.

– Сила не мешает тебе быть нашим сыном, – Хэ Ин чуть сильнее сжала его ладонь. – Мы так редко просто сидели вот так. Без доспехов, без планов на завтра.

В этот момент в гостиную вошел Сухо. Увидев эту картину, он на мгновение замер, а затем на его лице расплылась ехидная ухмылка.

– О, групповые обнимашки? Без меня? – Сухо не стал дожидаться приглашения и буквально запрыгнул на диван, наваливаясь на них сверху и обхватывая всю троицу своими длинными руками.

– Сухо, ты тяжелый как горный тролль! – прохрипел Юки, оказавшийся в самом центре этого живого многослойного пирога. – Пустите! Я сейчас задохнусь!

– Младшие братья созданы для того, чтобы их тискали, – весело отозвался Сухо, игнорируя протесты. – Смирись, Юки. Ты сам виноват — разморозил нас, теперь терпи последствия.

Юки предпринял еще одну попытку вырваться, но Джинву лишь плотнее прижал его к себе, а Хэ Ин начала легонько перебирать его волосы. Парень вздохнул, чувствуя, как сопротивление бесполезно тает. Несмотря на всю неловкость ситуации и его напускное ворчание, где-то глубоко внутри, там, где раньше жила холодная пустота одиночества, разливалось странное, щемящее тепло.

– Вы невыносимы, – пробурчал Юки, откусывая очередной кусок шоколада. – Все вы. Охотники высшего ранга, легенды мира... ведете себя как дети.

– Это и есть быть людьми, Юки, – тихо сказал Джинву, и в его голосе парень услышал искреннюю улыбку. – Ты сам нас этому научил.

Они просидели так до самого конца фильма. Юки постепенно расслабился, его голова сама собой опустилась на плечо матери, а ноги переплелись с ногами Сухо. Экран телевизора мерцал, отбрасывая блики на их лица, и в этой тишине особняка больше не было слышно эха былых обид.

– Знаете, – подал голос Юки, когда титры начали ползти по экрану. – Если вы завтра снова станете холодными статуями, я применю ту технику на себе и выпорю вас обоих ремнем. Несмотря на все ваши уровни.

– Мы запомним, – рассмеялась Хэ Ин, целуя его в висок.

– Я прослежу за этим, мелкий, – добавил Сухо, потягиваясь.

Юки закрыл глаза, чувствуя мерное дыхание отца за спиной. Он понял, что его борьба не прошла даром. Он выбил из них дурь, он сломал их маски, и теперь, в этой тесной и немного нелепой куче из тел на диване, он наконец-то почувствовал то, о чем мечтал все эти тринадцать лет.

Он почувствовал себя дома.

– Эй, пап, – сонно пробормотал Юки.

– М-м?

– Только попробуй завтра на завтраке начать говорить о «стратегии расширения влияния теней». Я подсыплю тебе соль в кофе.

– Договорились, сын. Только человеческие новости и вкусная еда.

Юки улыбнулся, погружаясь в сон. Он знал, что завтра будет новый день, новые тренировки и, возможно, новые опасности. Но теперь он был уверен: какие бы враги ни пришли из иных миров, его семья встретит их не как холодные боги, а как люди, которым есть что терять. И в этом была их истинная, непобедимая сила.