Аделит
Багровый отблеск памяти
Она уже видела эту ауру — не в книгах, не в пыльных хрониках магического совета, а в тех редких, полузабытых видениях, что порой пронзали сознание воительницы при взгляде на древнейшие артефакты. Сила, не знавшая человеческих законов. Пламя, родившееся задолго до того, как люди научились чертить первые рунические круги.
Эльза едва заметно покачнулась, не опуская тяжелого меча, но ее взгляд был намертво прикован к фигуре девушки, стоявшей посреди выжженного кратера.
На поляне свистел ветер, вздымая крупицы черного пепла.
Маскировка Аделит осыпалась окончательно. Больше не было безликой, закутанной в темный плащ наемницы с серебряными волосами. На растрескавшейся земле стояла тонкая, невысокая фигура. Ее нежно-розовые волосы, волнами спадавшие до лопаток, трепетали на ветру, и в их глубине, словно живые угли в костре, пульсировали ярко-красные пряди. При каждом движении воздуха казалось, будто ее прическа сама по себе была венцом из лепестков мягкого пламени. Правая рука, обнажившаяся после того, как истлел зачарованный рукав, светилась: сложный, извивающийся багровый узор древнего пакта прожигал воздух вокруг себя, заставляя пространство идти мелкой рябью от чудовищной температуры.
А глаза... Двойные, красно-розовые, они горели опасным, первобытным огнем.
Нацу сделал еще один шаг. В его ноздри снова ударил этот запах — густой, раскаленный, отдающий сухим кедром, нагретым базальтом и чем-то неуловимо родным. Запах очага, которого у него не было уже четыреста лет.
– Ты... – повторил он, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. – Откуда у тебя этот запах? И почему твои волосы...
– Заткнись, Нацу! – рявкнула Аделит, даже не повернув к нему головы.
Ее голос звенел от ярости, но дышала она тяжело, прерывисто. Внутри ее вен словно вскипел жидкий свинец. Магия элементаля огня, вырвавшись наружу в полную силу, уже начала требовать свою кровавую дань: разум заволакивало душным алым маревом, шепчущим лишь одно слово — *сжечь*. Сжечь все вокруг, обратить в пепел скалы, деревья, врагов, союзников, чтобы осталась только чистая, выжженная пустота.
*«Ада! Дыши глубже, дурочка!»* – прогремел в ее голове низкий рык Эриона.
Огромный огненный лис, чье тело сейчас возвышалось над поляной на добрых три метра, хлестнул тремя пылающими хвостами по земле. Волна мягкого жара накрыла Аделит, и часть бушующей внутри нее энергии плавно перетекла в зверя через сияющую метку на его передней лапе. Это немного остудило рассудок, но правая рука все еще нестерпимо пульсировала. Впрочем, притупленное чувство боли позволяло ей игнорировать ожоги на собственной коже.
– Какая занятная зверушка, – раздался с верхушки обломанной сосны шипящий, протяжный голос.
Кобра сидел на спине своей гигантской змеи, склонив голову набок. Его фиолетовые узкие зрачки впились в Аделит.
– Эй, Брейн, ты слышишь это? Я слышу ее мысли. В них нет обычного человеческого страха или сомнений. Там такой грохот, будто в клетку заперли дикого дракона! Но еще громче звучит паника за мелкую соплячку. Она боится, что мы тронем ребенка!
Брейн медленно опустил темный посох, кончик которого все еще курился ядовитым дымом. Линии на его лице слегка исказились в гримасе искреннего любопытства.
– Элементальная связь... Древний пакт с высшим духом первородного пламени, – медленно произнес лидер Орасион Сейс, смакуя каждое слово. – Я полагал, что все хранители сгинули в эпоху драконьих войн. Как любопытно. Ты реликт ушедшей эпохи, девочка. Но еще любопытнее твоя спутница.
Брейн перевел тяжелый взгляд на валун, за которым жалась Венди. Девочка дрожала всем телом, слезы текли по ее щекам, но она упрямо сжимала кулачки, пытаясь собрать остатки магической силы.
– Магия исцеления без использования лакрим... Небесная дева. Небесный убийца драконов, – губы Брейна растянулись в торжествующей ухмылке. – Какая удача! Ты именно та, кто нам нужен. С твоей силой воскрешение Джерара станет пустяком, и тогда Нирвана наконец будет принадлежать нам!
– Венди?! – вскрикнула Люси, прижимая к груди дрожащего Хэппи. – Они охотятся за ней?!
– Только через мой труп, ублюдки, – процедила Аделит.
Она не стала ждать. Оттолкнувшись от обугленной земли, девушка сорвалась с места с такой скоростью, что воздух позади нее взорвался хлопком преодоления звукового барьера. Ее низкий рост, который она так яростно защищала от насмешек, давал невероятное преимущество в центре тяжести и маневренности: она стелилась над самой травой, превратившись в оранжевую комету.
– Гонщик! Перехвати ее! – скомандовал Брейн.
– Слишком медленно для меня, коротышка! – осклабился Гонщик, со свистом рассекая воздух. Вокруг него вспыхнули магические круги замедления, и мир для магов коалиции внезапно застыл, погрузившись в вязкую патоку.
Но Аделит даже не замедлила бег.
– Моя магия не подчиняется законам человеческого времени! – взревела она.
Ее правый кулак вспыхнул ослепительным мягко-рыжим сиянием, в котором кружились раскаленные уголья.
– Взрывной росчерк: Когти Эриона!
Три огненных лезвия длиной в несколько метров вспороли пространство. Гонщик, не ожидавший, что кто-то способен пробить его барьер замедления, в последний момент успел выставить руки в защитном жесте. Удар чудовищной плотности снес его с траектории, протащив по земле добрых тридцать метров и оставив за собой дымящуюся борозду.
– Получай, сухопутная селедка! – оскалилась Аделит, блеснув острым клыком.
– Назад, Адель! – раздался сзади крик Эльзы.
Аделит инстинктивно пригнулась. Прямо над ее головой пронесся гигантский ледяной молот, созданный Греем, и сокрушительный поток камней от Джуры Некиса. Маги светлой коалиции наконец пришли в себя и бросились в контратаку.
– Не смей поворачиваться ко мне спиной! – зашипел Кобра.
Его змея Кьюбеллиос стремительно спикировала вниз, раскрыв пасть, сочащуюся фиолетовым ядом. Сам темный маг занес руку, окутанную едким туманом:
– Сокрушающий клык Ядовитого Дракона!
– А ну не трогай ее! – Нацу возник буквально из ниоткуда. Его кулак, объятый ревущим алым пламенем Хвоста Феи, врезался в блок Кобры, вызвав вспышку ударной волны.
Два драконьих запаха столкнулись в воздухе, смешиваясь с едким смрадом яда.
– Ты... – Нацу тяжело дышал, удерживая натиск противника, но краем глаза продолжал коситься на Аделит. – Я не знаю, почему ты выглядишь как... как кто-то, кого я должен помнить! Но если ты тронешь Венди, я тебя сам побью! А пока — прикрой ее!
– Без твоих соплей разберусь, огнеплюй! – огрызнулась Аделит, отступая на шаг к валуну.
Внутри нее все клокотало. Ее магия была нестабильна. Каждый раз, когда она использовала заклинания хранительницы, багровый узор на предплечье начинал жечь кожу до костей, провоцируя новую вспышку слепого бешенства. Красные пряди в ее розовых волосах разгорались все ярче. Перед глазами плясали кровавые круги.
– Адель-сан! Ваша рука! – Венди с ужасом смотрела на ее кровоточащее и покрытое волдырями запястье. Девочка протянула дрожащие ладони, окутанные целительным вихрем ветра. – Позвольте мне...
– Не смей тратить силы, мелкая! – оборвала ее Адель, хотя ее голос дрогнул от боли. – Держись за Шарли. Рун, держи периметр!
Огромный лис с глухим рычанием встал над девочками, окружив их кольцом негасимого пламени. Ни одна стрела Ангела, ни одно заклинание темных магов не могли пробить эту древнюю защиту.
Но Брейн лишь холодно усмехнулся.
– Вы слишком наивны, детишки гильдий, – прошептал он, поднимая свой посох обеими руками. – Вы смотрите вперед, но тьма всегда приходит из слепой зоны.
Земля под ногами Венди и Руна внезапно пошла рябью. Огромный маг земли, Горящий Глаз, которого Аделит сбила в самом начале битвы, не был побежден. Он медленно поднялся среди обломанных сосен, его единственный рабочий глаз налился кровью.
– Земля... плачь и размягчайся! – взревел он, ударяя ладонями по грунту.
Почва мгновенно превратилась в зыбучую, чавкающую трясину. Защитный круг Руна дрогнул: лапы гигантского лиса начали погружаться в жидкую грязь, разрывая огненный контур.
– Дерьмо! – выругалась Аделит, бросаясь вперед.
Но в этот момент воздух прорезал тонкий, насмешливый голос.
– Откройся, Врата Резца! Каэлум! – крикнула Ангел, парящая в небе на белоснежных крыльях.
В воздухе материализовалась серебряная сфера, мгновенно трансформировавшаяся в гигантскую пушку. Луч ослепительного белого света ударил прямо в центр поляны, поднимая стену из пыли, осколков камня и сбивая дыхание.
– Эльза! – крикнул Грей, но мечница уже не могла ответить.
Кобра, воспользовавшись хаосом, смазанной тенью проскользнул мимо Нацу. Зубы Кьюбеллиос с глухим щелчком сомкнулись на плече великой воительницы, впрыскивая смертоносный фиолетовый яд. Эльза коротко вскрикнула, ее доспехи со звоном осыпались, и она рухнула на колени, судорожно хватая ртом воздух.
– Эльза! – в панике взревел Нацу, бросаясь к ней.
– Это наш шанс! – скомандовал Брейн.
Темные щупальца магии Тьмы Каприччио вырвались из-под земли, оплетая ноги Венди и сдергивая ее с устойчивого камня прямо в объятия грязевой ловушки.
– Адель-сан! Спасите! – отчаянный детский крик разорвал гул битвы.
– ВЕНДИ!
Аделит не видела ни падающей Эльзы, ни мечущегося Нацу. Весь мир сузился до одной точки — испуганного лица маленькой синеволосой девочки, которую неумолимо затягивало во тьму.
В этот момент тонкая нить контроля, которую с таким трудом удерживал Эрион, с оглушительным звоном лопнула.
– Ада, нет! Не используй это заклинание! – взвыл лис, пытаясь ментально достучаться до ее разума, но было поздно.
Разум Аделит поглотила первобытная ярость.
Ее багровый знак вспыхнул так ярко, что на него стало больно смотреть даже на расстоянии сотни метров. Ткань на ее правом плече окончательно сгорела, обнажая тонкую белую кожу, по которой теперь ветвились светящиеся раскаленные вены. Нежно-розовые волосы взметнулись вверх, целиком превратившись в ревущий огненный вихрь. Красно-розовые глаза полностью залило багрянцем, в них не осталось ни капли человеческого.
– ОТДАЙ ЕЕ! – этот голос не принадлежал семнадцатилетней девушке. Это был рев стихии, способной стирать с лица земли города.
– Первородное пламя: Танец Пепельного Солнца!
Земля под ногами Аделит раскололась. Мягкий рыжий огонь, обычно спокойный и текучий, превратился в колоссальную взрывную волну, ударившую во все стороны. Деревья в радиусе пятидесяти метров мгновенно превратились в сухой пепел. Земляная трясина Горящего Глаза вскипела, испаряясь за доли секунды и превращаясь в растрескавшуюся корку запекшейся глины.
Брейн едва успел выставить абсолютный магический щит, но даже его отбросило назад, а посох в руке опасно затрещал от запредельной температуры.
– Что это за чудовищная мощь?! – ошеломленно выдохнул лидер Орасион Сейс, глядя сквозь дым.
Аделит неслась вперед, не чувствуя земли. Ее кулак был занесен для смертельного удара, готового размозжить череп темному магу. Но ее тело не выдерживало.
Древняя магия пожирала сосуд. На ее щеках, на шее, на открытых ключицах начали проступать мелкие кровавые трещины — избыток элементального пламени буквально разрывал ее плоть изнутри. Движения девушки стали хаотичными, слепыми; она уже не видела врагов, она видела лишь колышущуюся перед глазами багровую пелену.
– Она теряет рассудок! – крикнул Леон, прикрывая лицо от невыносимого жара. – Ее собственная магия сжигает ее заживо!
– Ада! – взревел Эрион, уменьшаясь в размерах и бросаясь к ней, но его отбросило волной ее же неконтролируемого огня.
Брейн, будучи опытным тактиком, мгновенно уловил слабость противника.
– Безумная девчонка, – холодно усмехнулся он.
Пока Аделит в слепой ярости крушила выставленный им фантомный барьер, позади нее бесшумно материализовался Гонщик. Одной рукой он подхватил потерявшую сознание от страха Венди, а другой сгреб испуганно пищащего Хэппи, подвернувшегося под руку.
– Груз захвачен, босс! – осклабился Гонщик.
– Отступаем! – скомандовал Брейн. – Скоро Нирвана пробудится, и этот жалкий свет угаснет навсегда!
– СТОЯТЬ! – взревела Аделит, резко разворачиваясь.
Она попыталась сделать шаг, но ее правая нога подогнулась. Перегрузка магических каналов достигла критической точки. Из ее рта брызнула тонкая струйка крови, заливая подбородок и капая на разорванную рубашку. Огненный вихрь вокруг ее тела начал сжиматься, превращаясь в смертоносную ловушку: пламя отказывалось подчиняться, намереваясь выжечь саму жизнь своей носительницы.
Темные маги исчезли в черной пространственной воронке, оставив после себя лишь эхо издевательского хохота.
– Венди... – хриплый, сдавленный шепот сорвался с губ Аделит.
Она стояла посреди выжженной пустоши, покачиваясь, объятая собственным неуправляемым огнем. Ее глаза блуждали, теряя фокус. Багровый знак на руке раскалился до белизны, прожигая саму ауру.
– Рун... я не могу... остановить...
*«Ада, держись! Мне нужно поглотить избыток, но если я коснусь тебя сейчас, связь разорвет нас обоих!»* – голос лиса был полон непривычного, неподдельного ужаса. Маленький лисенок метался вокруг нее, не зная, как подступиться к пылающему вихрю.
Внезапно сквозь стену огня прорвалась чья-то широкая ладонь.
– Эй! – раздался громкий, возмущенный и абсолютно безрассудный голос. – Прекрати орать и жечь все подряд! Ты же своих поджаришь, идиотка!
Нацу стоял прямо перед ней, шагнув в эпицентр элементального пекла. Его одежда дымилась, чешуйчатый белый шарф трепетал, но парень даже не поморщился.
Он глубоко вдохнул, раздувая грудную клетку, и широко разинул пасть:
– Спасибо за угощение!
Раздался оглушительный свист. Чудовищный поток мягко-рыжего пламени, пожиравший Аделит, внезапно изогнулся и сплошной рекой устремился прямо в глотку Убийцы Драконов.
– Нацу, стой! Это не просто огонь! – крикнул сзади Грей, придерживая раненую Эльзу. – Ты подавишься этой дрянью!
Но Нацу не слушал. Он глотал первородное элементальное пламя жадными, огромными глотками. Его глаза расширились от шока: этот огонь не был похож ни на пламя Макао, ни на железо или рубиновые взрывы, которыми он питался раньше. Он был древним, плотным, словно жидкий янтарь, и обжигал внутренности не столько жаром, сколько дикой, пульсирующей тоской и первобытной мощью.
– Кх-х!.. – Нацу закашлялся, из его ноздрей и ушей вырвались струйки дыма, но он не отступил, пока не высосал до последней капли всю остаточную магию, бушевавшую вокруг девушки.
Последний всполох огня исчез в его пасти.
На поляне воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием магов и треском тлеющих углей.
Аделит замерла. Безумный жар спал. Ее розовые волосы бессильно упали на плечи, красные пряди потускнели, превратившись в обычные темные локоны. Глаза вернули свой нормальный оттенок, но веки неумолимо отяжелели. Знак на правой руке медленно угас, оставив после себя лишь багровый рисунок на обожженной коже.
Она покачнулась вперед, готовая рухнуть лицом в золу, но Нацу машинально подхватил ее за плечи.
Она была легкой. Невероятно легкой для мага, обладающего такой разрушительной мощью. И крошечной — ее макушка едва доставала ему до груди.
Драгнил держал ее, чувствуя, как мелко дрожит ее тело, и снова втянул носом воздух. Без маскировки, без бушующего пламени ее запах стал кристально чистым.
– Этот запах... – пробормотал он, глядя на ее бледное лицо, на едва заметный шрам на левой щеке, на маленькую брошь в виде пламени, сиротливо висевшую на разорванной рубашке. – Я знаю тебя. Я точно тебя знаю. Ты пахнешь как... как дом. Как пещера Игнила.
Аделит с трудом разлепила веки. Силы покинули ее, но гордость и въевшаяся за годы привычка защищаться никуда не делись.
Она скривила губы, с трудом обнажив правый клык, и слабо ткнула Нацу кулаком в черной перчатке прямо в солнечное сплетение.
– Руки... убрал, шпала недоделанная... – прохрипела она, пытаясь стоять самостоятельно, но ноги предательски дрожали.
– Ты совсем спятила?! – взвился Нацу, хотя руки все же не убрал, продолжая удерживать ее за локоть. – Какая я тебе шпала?! Я тебя только что от самосожжения спас! И вообще... твой огонь ужасен на вкус! Он жжется изнутри так, будто я проглотил ежа, завернутого в наждак!
– А ты... не жри чужую магию без спроса, помойная яма... – огрызнулась Аделит, морщась от головной боли.
Притупленное чувство боли спасало от болевого шока, но чудовищное магическое истощение брало свое. Ей отчаянно хотелось упасть прямо здесь и проспать пару суток, хотя обычно потребность во сне у нее была минимальной.
– Нацу! Оставь ее! – к ним подбежала Люси, ее лицо было бледным от ужаса. – Эльзе плохо! Этот яд... он распространяется слишком быстро!
Все споры мгновенно утихли.
На краю поляны на руках у Джуры лежала непобедимая Титания. Ее кожа приобрела мертвенно-бледный оттенок с фиолетовыми разводами, дыхание было поверхностным и хриплым. Рука, в которую впилась змея, страшно распухла и почернела.
– Яд Кьюбеллиос... – глухо произнес Джура, его суровое лицо потемнело. – Он разрушает магические каналы и останавливает сердце. Без сильного мага-целителя она не протянет и нескольких часов.
– Венди... – всхлипнула Шарли, прижимая лапки к мордочке. – Они забрали Венди именно ради этого! Чтобы она исцелила какого-то Джерара!
– Джерар?! – глаза Нацу и Грея синхронно расширились.
– Тот самый ублюдок из Райской Башни?! – прорычал Грей, сжимая кулаки. – Но он же погиб!
– Они хотят воскресить его, – раздался глубокий, низкий голос.
Маги Хвоста Феи и Чешуи Змеи-Девы вздрогнули, повернувшись на звук. Рядом с Аделит сидел Эрион. Лис вернулся к своим относительно скромным размерам — ростом с крупную собаку, — но его рубиновые глаза светились древним разумом, заставившим даже Джуру невольно напрячься.
– Говорящий зверь? – опешил Леон. – Высший дух?
– Мое имя Эрион, маг льда. И придержи свой язык, если не хочешь остаться без пальцев, – холодно бросил лис, садясь рядом с хозяйкой и позволяя ей опереться на его пушистый бок. – Джерар Фернандес знает, где запечатана Нирвана. Брейн не может найти ее самостоятельно. Для этого им и понадобилась девочка. Ее магия Небесного Убийцы Драконов способна исцелять смертельные раны и рассеивать любое проклятие.
– Убийца Драконов?! – Люси схватилась за щеки. – Эта крошка — Убийца Драконов, как Нацу?!
Нацу, однако, не слушал про Нирвану. Он стоял, не сводя глаз с Аделит, которая с глухим стоном опустилась на траву, прислонившись спиной к боку Эриона. Девушка вытащила из подсумка клочок ткани и принялась вытирать кровь с подбородка.
– Хватит пялиться, Драгнил, дыру прожжешь, – буркнула она, не поднимая глаз.
– Откуда у тебя эта брошь? – тихо, совсем не своим обычным громким голосом спросил Нацу.
Он указал пальцем на ее челку, где на заколке слабо поблескивал вырезанный из красного камня лепесток пламени.
– Я видел такую. Очень давно. У одного человека...
Аделит замерла. Ее пальцы в черной перчатке судорожно сжались на коленях. Сердце болезненно сжалось, пропустив удар.
Память о прошлом была ее незаживающей раной. Туманной, истерзанной, полной пустоты. Она помнила тепло руки старшего брата Альберта — единственное яркое ощущение из далекого детства. Она помнила, как он застегивал эту брошь на ее волосах, улыбаясь своей мягкой, грустной улыбкой, перед тем как все поглотил огонь и крики. Но лица брата она не помнила. Не помнила, как он погиб. Не помнила, почему осталась жива.
И Нацу... двоюродный брат, которого она помнила лишь озорным мальчишкой, вечно дравшимся с деревянными мечами под присмотром великого огненного дракона.
«Он вспомнил? Неужели он хоть что-то помнит?» – пронеслась в голове отчаянная мысль.
Но сказать правду прямо сейчас? Здесь, среди умирающей Эльзы, надвигающейся катастрофы с Нирваной и паники?
– Нашла на помойке, – холодно, с подчеркнутым сарказмом бросила Аделит, отводя взгляд. – Красивая стекляшка, вот и нацепила. Какое тебе дело?
Нацу нахмурился, его брови сошлись на переносице:
– Ты врешь. Твой запах изменился, когда ты это сказала. Ты пахнешь солью и страхом.
– Слышь ты, ищейка драконья! – вспыхнула Аделит, вскинув голову, и ее красно-розовые глаза сверкнули неподдельной яростью. – У нас Эльза при смерти, Венди утащили темные ублюдки, а ты тут в допросную вздумал играть?! Если мы не спасем малявку, Брейн активирует Нирвану, и тогда твой Хвост Феи, твой драгоценный совет магов и весь этот чертов континент сгниют в безумии! Тебе мало поводов шевелить булками, идиот?!
– Да как ты смеешь!.. – взревел Нацу, делая шаг к ней.
– Довольно! – рявкнул Джура, и его голос сотряс землю под ногами спорящих магов. Святой маг поднялся во весь свой исполинский рост, держа на руках бесчувственную Эльзу. – Девушка права. Сейчас не время для выяснения отношений и тайн прошлого. Титания угасает. Мы должны разделиться.
– Я пойду за Венди! – тут же выкрикнул Нацу, напрочь забыв о ссоре. Его кулаки снова вспыхнули пламенем. – Я выбью зубы этому Брейну, спасу Венди и Хэппи, и заставлю ее вылечить Эльзу!
– Ты даже не знаешь, куда идти, тупоголовый, – проворчала Аделит, с трудом поднимаясь на ноги.
Она покачнулась, но упрямо расправила плечи. Ее разорванная одежда открывала обожженную ключицу и алеющий знак пакта на руке, но лицо выражало абсолютную, несгибаемую решимость.
– Рун чувствует след Венди. У нас с ней особая связь гильдии «Кошкин дом». Мы найдем их первыми.
– «Мы»? – переспросил Грей, с сомнением оглядев ее израненное тело. – Ты еле на ногах стоишь. Ты видела себя? Твоя рука похожа на кусок прожаренного бифштекса!
– Я маг огня, сосулька, меня пламенем не напугать, – огрызнулась Адель, дернув плечом. – Боль — это иллюзия нервных окончаний. Жить буду. Главное — вытащить Венди до того, как они заставят ее применить магию.
Она полезла в свою поясную сумку и выудила оттуда странный продолговатый предмет — металлический цилиндр с припаянным к нему хрустальным шариком и медным винтом.
– Что это еще за хлам? – подозрительно прищурился Леон.
– Это не хлам, это эфирный глушитель темных вибраций моей собственной конструкции, – с гордостью заявила Аделит, хотя ее нос все еще был слегка перепачкан сажей от предыдущего эксперимента. – Если прикрепить его к следу ауры, он блокирует сигналы слежения темных магов. Нужно просто повернуть этот винт на три четверти оборота и...
Винт со звонким щелчком отскочил, ударил Аделит прямо в лоб, а из шарика с яростным шипением вырвался сноп разноцветных искр, осыпав ее волосы искрами бенгальского огня.
Венди рядом не было, чтобы посмеяться, поэтому в повисшей тишине раздался лишь сухой кашель Грея, отчаянно пытавшегося сдержать ржач.
*«Гений инженерной мысли, не иначе»,* – язвительно заметил Эрион, прикрыв глаза лапой.
– Заткнитесь все! – прошипела Аделит, с силой швырнув испорченный прибор в кусты. Ее щеки залил густой румянец смущения, который она поспешно скрыла, натянув остатки капюшона на голову. – Механика — тонкая наука! Вам, дуболомам, не понять! Короче, лис возьмет след!
– Я иду с вами, – твердо произнес Нацу, подходя ближе. В его взгляде больше не было насмешки — лишь звериная концентрация и странная, глубинная теплота, от которой Аделит стало не по себе. – Ты спасла меня от того взрыва. И ты пыталась спасти Венди. Мне плевать, кто ты и почему прячешь лицо. Сейчас мы бьем одну морду на двоих.
Аделит посмотрела в его черные, пылающие решимостью глаза. Точно такой же взгляд был у него тогда, в далеком прошлом, когда он клялся Игнилу стать сильнейшим. Ничего не изменилось. Четыреста лет прошли, стерли память, разрушили цивилизации, но эта упрямая драконья душа осталась прежней.
Она едва заметно вздохнула, и уголок ее губ дрогнул в короткой, усталой улыбке.
– Ладно, огнеплюй. Только попробуй отстать — ждать не буду.
– Ха! Да я быстрее тебя побегу, мелочь пузатая!
– ЧТО ТЫ СКАЗАЛ ПРО МОЙ РОСТ, ЯЩЕРИЦА ПЕРЕРОСТОК?!