← Назад к обзору

Альфа

Наследие смерти и шёпот новой жизни

Утро в доме Сон Окумура всегда начиналось с особого ритуала. Юки, несмотря на свой статус полноправного Альфы и одного из самых опасных существ в мире охотников, неизменно просыпался первым. Ему нравилось это время — тишина, нарушаемая лишь мерным дыханием Джинву и Сухо, и возможность заняться тем, что приносило ему истинное умиротворение. Готовкой.

На кухне царил идеальный порядок. Юки, одетый лишь в домашние штаны, ловко орудовал ножом. Его короткие черные волосы были привычно взъерошены, а татуировка черепа на правом предплечье плавно двигалась в такт его движениям, словно оживая в утренних лучах солнца. Сегодня он решил приготовить нечто особенное — традиционный корейский завтрак с обилием закусок и идеально прожаренным мясом, дополненный его собственными секретными рецептами, привезенными из Японии.

– Доброе утро, – раздался сонный голос Джинву.

Теневой Монарх вошел на кухню, потирая глаза. Он подошел к Юки со спины и обнял его за талию, прижимаясь лицом к широкой спине Альфы.

– Пахнет божественно. Ты снова превзошел сам себя.

Юки чуть повернул голову, и его ярко-голубые глаза на мгновение вспыхнули нежностью.

– Садись за стол. Сухо уже встал?

– Я здесь! – Сухо буквально влетел в комнату, ведомый ароматом еды. – Юки, клянусь, если бы ты не был Жнецом, ты бы стал величайшим шеф-поваром в истории человечества.

Омеги уселись за стол, и Юки начал расставлять тарелки. Он как раз взял палочками кусочек сочной говядины и отправил его в рот, наслаждаясь вкусом собственного творения. Атмосфера была на редкость уютной и домашней, лишенной того напряжения, которое обычно сопровождало их выходы в свет Ассоциации.

– Юки, мы тут с отцом кое-что обсуждали... – Сухо внезапно посерьезнел.

Альфа продолжал жевать, кивнув парню, чтобы тот продолжал.

– Мы вместе уже несколько месяцев, – начал Сухо, переглянувшись с Джинву. – Наш брак официален, наша связь крепка как никогда. И мы подумали... Юки, мы хотим от тебя детей. Ты же наш муж.

Юки, который в этот момент как раз собирался проглотить кусок мяса, замер. Его глаза расширились, а лицо приобрело странный оттенок. В следующую секунду он громко поперхнулся.

– Кхе! Кха-кха! – Юки согнулся пополам, судорожно пытаясь вдохнуть.

– Юки! – Джинву вскочил с места, подбегая к нему и хлопая по спине. – Ты в порядке? Дыши!

– Воды! Дайте воды! – прохрипел Альфа, хватаясь за край стола.

Сухо быстро налил стакан холодной воды и протянул его мужу. Юки жадно выпил всё до капли, его грудь тяжело вздымалась, а иней начал непроизвольно проступать на поверхности столешницы — верный признак того, что его самообладание пошатнулось.

– Ну вы и... выдали, – наконец выдавил он, вытирая губы тыльной стороной ладони, где красовался череп. – Прямо за завтраком?

– А когда еще? – Сухо невинно захлопал ресницами, хотя в его глазах плясали чертики. – Мы серьезно, Юки. Мы с папой долго об этом говорили. Твоя кровь Жнеца и наши силы... это будет невероятное наследие.

Юки медленно опустился на стул, глядя на своих омег. Его обычно стоическое спокойствие дало трещину.

– Дети? – переспросил он, словно пробуя слово на вкус. – Вы понимаете, о чем просите? Моя сила... сила Жнеца... это не просто магия. Это бремя. Я рассказывал вам, как я его получил. Вы хотите, чтобы в ваших телах росло нечто, связанное с холодом смерти?

Джинву сел напротив него, накрыв ладонь Юки своей.

– Мы не боимся холода, Юки. Мы — тени и лед. Мы уже часть этого мира. И мы хотим, чтобы наше продолжение было именно от тебя. Не потому, что ты сильный Альфа, а потому, что ты — это ты. Мудрый, терпеливый и... умеющий любить так, как никто другой.

Юки посмотрел в глаза Джинву. В них не было страха, только бесконечная преданность. Затем он перевел взгляд на Сухо, который смотрел на него с надеждой и вызовом одновременно.

– Я всегда думал, что мой род закончится на мне, – тихо произнес Юки. – Жнецы не оставляют потомства. Мы берем силу из врат, мы служим балансу. Идея о том, что я могу стать отцом... она пугает меня сильнее, чем любой монстр S-ранга.

– Но ты не обычный Жнец, – Сухо подался вперед. – Ты наш Альфа. И ты идеален. Посмотри на себя — ты мудр, ты не ведешь себя как те перекачанные придурки из Ассоциации, которые видят в омегах только инкубаторы. Ты ценишь нас. Разве это не лучшие качества для отца?

Юки закрыл глаза, пытаясь унять дрожь в руках. В его голове проносились образы: маленькие дети с такими же ярко-голубыми глазами, бегающие по этому дому. Дети, которые будут обладать силой, способной изменять реальность.

– Это огромная ответственность, – Юки открыл глаза, и в них снова появилась та стальная решимость, которая делала его Жнецом. – Если мы пойдем на это, обратного пути не будет. Моя энергия во время зачатия... она может быть опасна для обычных омег. Но вы...

– Мы справимся, – твердо сказал Джинву. – Мои тени защитят плод, а твоя сила даст ему направление. Мы — самая сильная семья в этом мире, Юки. Кто, если не мы?

Юки встал и подошел к окну, глядя на город. Его татуировка на предплечье начала слабо пульсировать синим светом.

– Я должен быть уверен, что вы понимаете риск, – он обернулся, его лицо было серьезным как никогда. – Ребенок Жнеца может родиться с печатью. Он может видеть то, что не должен видеть ни один ребенок. Он будет чувствовать грань между жизнью и смертью с первого вздоха.

– Мы будем рядом, чтобы научить его с этим жить, – Сухо подошел к Юки и обнял его, прижимаясь ухом к его сердцу. – Так же, как ты научил нас не бояться твоего холода.

Юки вздохнул, чувствуя, как его ледяная броня окончательно тает под их напором. Он обнял Сухо одной рукой, а второй притянул к себе Джинву.

– Вы двое... – он покачал головой. – Вы действительно решили свести меня с ума. Сначала ЗАГС, теперь это.

– Мы просто хотим полноценную семью, Юки, – прошептал Джинву, целуя его в плечо, прямо над татуировкой. – Семью, где будет звучать детский смех, а не только лязг оружия и отчеты о зачистках врат.

Юки молчал долго, впитывая их тепло. Его инстинкты Альфы, которые он так долго подавлял своей мудростью, начали резонировать с их словами. Желание оставить след, защитить не только своих партнеров, но и их общее будущее, вспыхнуло в нем с новой силой.

– Хорошо, – наконец произнес он, и этот голос был полон такой глубины, что у омег перехватило дыхание. – Если это то, чего вы действительно хотите... я не стану противиться судьбе. Мы сделаем это.

Сухо радостно вскрикнул и повис на шее Юки, осыпая его лицо поцелуями.

– Я знал! Я знал, что ты согласишься!

– Но не прямо сейчас, – Юки усмехнулся, пытаясь восстановить порядок. – Мне нужно подготовиться. Моя магия должна быть в равновесии. И вам... вам тоже нужно набраться сил. Это будет не просто.

– Мы готовы, – Джинву улыбнулся, и в этой улыбке было столько любви, что Юки почувствовал себя самым счастливым существом на земле. – Главное, что мы сделаем это вместе.

Весь оставшийся день прошел в странном, приподнятом настроении. Юки, несмотря на утренний шок, ловил себя на том, что его мысли постоянно возвращаются к словам Сухо. Он начал представлять, как будет обучать своего сына или дочь искусству боя, как будет передавать им свою мудрость, защищая от тех ошибок, которые совершил сам.

Вечером, когда они втроем устроились в гостиной, Юки достал старую книгу в черном кожаном переплете — наследие, которое он хранил еще со времен своего пробуждения.

– Что это? – спросил Сухо, заглядывая через плечо.

– Древние записи о равновесии сущностей, – Юки медленно перелистывал страницы, исписанные странными символами. – Здесь говорится о союзах высших существ. Если мы хотим, чтобы дети были здоровы и их сила не разорвала их изнутри, нам нужно провести ритуал стабилизации во время зачатия.

Джинву внимательно посмотрел на книгу.

– Это потребует много энергии?

– Да. Но дело не только в энергии, – Юки поднял на них свои светящиеся глаза. – Это потребует полного слияния наших душ. Мы должны будем стать единым целым на всех уровнях — физическом, магическом и духовном.

– Мы к этому готовы, – Сухо сжал руку Юки. – Мы уже едины, Юки. Печати в ЗАГСе были лишь формальностью. Наша истинная связь глубже любых документов.

Юки кивнул. Он чувствовал, как в нем пробуждается нечто новое — не Жнец, несущий смерть, а Творец, готовый дать жизнь. Его татуировки на руках начали светиться мягким, успокаивающим светом, теряя свою пугающую остроту.

– Тогда начнем подготовку, – произнес Альфа. – Через месяц, когда звезды встанут в нужное положение и моя энергия достигнет пика, мы заложим основу нашего наследия.

Джинву прислонился к плечу Юки, глядя на огонь в камине.

– Наследие Жнеца и Монарха... Мир даже не представляет, что его ждет.

– Мир подождет, – Юки обнял своих омег, чувствуя абсолютный покой. – Сейчас важны только мы. И то тепло, которое мы сможем подарить новой жизни.

В ту ночь Юки долго не мог уснуть. Он смотрел на свои руки, на свои татуировки и понимал, что его путь, начавшийся с гибели семьи, теперь ведет к созданию новой. И в этом была высшая справедливость. Смерть, которую он нес в себе столько лет, наконец-то нашла свое искупление в любви.

Он больше не был одиноким Жнецом, блуждающим в тенях. Он был Альфой, мужем и будущим отцом. И эта новая роль была для него важнее любого ранга и любой власти. Юки Окумура был готов принять вызов судьбы, зная, что за его спиной стоят те, ради кого он готов перевернуть небеса и землю.

А на кухне всё еще стоял стакан с водой — немой свидетель того момента, когда великий Жнец впервые в жизни поперхнулся от простого человеческого счастья. И это было только начало их новой, еще более захватывающей главы.