← Назад к обзору

Альфа

Гнев Монарха и Тень Предательства

Сон Джинву стоял неподвижно, но воздух вокруг него вибрировал от колоссального давления. Тени в углах гостиной удлинились, превращаясь в колышущуюся бездну, готовую поглотить любого, кто посмеет пошевелиться. В голове пульсировала только одна мысль, тяжелая и горькая: его обманули. Его — Теневого Монарха, человека, обманувшего саму смерть, — обвела вокруг пальца женщина, которую он считал своей опорой.

Взгляд серых глаз, похожих на предгрозовой фронт, медленно переместился с закрывшейся двери наверху, где скрылся Юки, на женщину, сжимавшуюся на диване. Ча Хэ Ин больше не выглядела жертвой. В свете неоспоримых доказательств её «раны» казались жалкими, а слезы — ядовитыми.

– Значит, мой щенок... – голос Джинву был тихим, но от него по полу пополз иней. – Ты хотела, чтобы я собственными руками уничтожил свою кровь? Чтобы я изгнал или убил Юки за преступление, которое ты сама срежиссировала?

Хэ Ин попыталась что-то сказать, её губы дрожали, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип. Давление ауры доминантного альфы было таким сильным, что ей, омеге, было физически трудно дышать.

– Отец... я... – Сухо сделал шаг вперед, его лицо было бледным, как полотно. Он выглядел потерянным. Весь его мир, в котором он был «правильным» сыном, а Юки — «проблемным» сорвиголовой, рухнул за несколько минут видеозаписи.

– Замолчи, Сухо, – отрезал Джинву, даже не глядя на него. – Ты проявил слабость. Ты позволил гневу ослепить свои инстинкты. Ты бросился на брата, не удосужившись включить мозг. Иди в свою комнату. Я поговорю с тобой позже. Если ты вообще достоин этого разговора.

Сухо понурил голову. Копия своего отца, он сейчас казался лишь бледной тенью по сравнению с тем могуществом, которое излучал Джинву. Не сказав больше ни слова, он почти бегом скрылся в коридоре, не в силах выносить тяжесть отцовского разочарования.

Джинву остался один на один с женой. Он медленно подошел к ней, и каждый его шаг отдавался глухим эхом в пустом зале.

– Ты знала, какая у нас с ним связь, – произнес он, остановившись в паре шагов. – Ты знала, что Юки — мой первенец от женщины, которую я любил до боли в костях. Он — доминантный альфа, он — будущее этого мира. И ты решила, что можешь просто стереть его, чтобы расчистить путь для Сухо?

– Я делала это ради нашего сына! – вдруг выкрикнула Хэ Ин, вскидывая голову. В её фиалковых глазах вспыхнуло отчаяние. – Юки опасен! Он неуправляем! Его сила... она не такая, как твоя. Он пугает людей! Сухо был бы лучшим наследником, он стабилен, он...

– Он слабее, – холодно прервал её Джинву. – И ты это знаешь. Ты испугалась, что твой сын всегда будет в тени моего «щенка». Но самое страшное не это. Самое страшное то, с кем ты решила разделить постель и планы по уничтожению моей семьи.

Джинву поднял руку, и тени за его спиной внезапно материализовались.

– Игрит! Белл! – позвал он.

Два высших теневых рыцаря возникли из пустоты, склонив головы в безмолвном почтении.

– Найдите его, – приказал Монарх, и его глаза вспыхнули потусторонним синим светом. – Моего «лучшего друга». Доставьте его сюда. Живым... пока что. Если он посмеет сопротивляться — ломайте конечности, но не трогайте голову. Я хочу, чтобы он осознавал каждую секунду своего конца.

Тени исчезли так же мгновенно, как и появились. Джинву снова повернулся к Хэ Ин. Та сжалась в комок, понимая, что пощады не будет.

– Ты больше не часть этой семьи, Хэ Ин, – его голос стал безэмоциональным, что было гораздо страшнее крика. – Завтра утром тебя здесь не будет. Документы о разводе и полном лишении прав на имущество будут готовы к рассвету. Радуйся, что я не убиваю тебя прямо сейчас только потому, что ты мать Сухо. Но если ты еще раз приблизишься к Юки или попытаешься заговорить с ним... я забуду о милосердии.

Он развернулся и пошел прочь из гостиной, оставив женщину рыдать на полу. Ему нужно было увидеть сына. Своего настоящего волка.

Поднимаясь по лестнице, Джинву чувствовал странную смесь гордости и вины. Юки всегда был особенным. Даже когда он был совсем маленьким, в нем чувствовалась эта стальная жила, эта независимость, которая порой пугала даже опытных охотников. Джинву помнил, как впервые увидел силу Юки — не тени, а кости. Это была магия смерти в её самом первозданном, материальном виде. Белые, прочные как алмаз конструкции, способные пробить любую защиту.

Джинву остановился перед дверью комнаты Юки. Из-за нее доносились звуки энергичной музыки и ритмичные щелчки клавиатуры. Юки действительно играл. После того как его чуть не вышвырнули из дома по ложному обвинению, он просто пошел играть в видеоигры.

Джинву тихо вздохнул и постучал.

– Входи, отец, если пришел извиняться, – раздался спокойный голос из-за двери. – Только не стой над душой, у меня босс-файт.

Джинву усмехнулся и вошел. Комната Юки была отражением его натуры: минимализм, технологичность и легкий налет хаоса. Стены украшали постеры из Assassin’s Creed, на столе стояло несколько мониторов, а в углу покоилась тренировочная грунта, которая выглядела так, будто по ней бил небольшой метеорит.

Юки сидел в своем кресле, его мощная спина была напряжена. На шее отчетливо виднелась татуировка ассасина, а взлохмаченные черные волосы с выбритыми висками делали его похожим на молодого хищника, отдыхающего после охоты.

– Ты знал, что я приду, – констатировал Джинву, присаживаясь на край кровати.

– Трудно не заметить, когда по дому гуляет аура, способная сравнять Сеул с землей, – Юки не отрывался от экрана, его пальцы порхали по клавишам с невероятной скоростью. – Ты успокоился? Или мне стоит ожидать, что тени начнут вылезать из-под моего стола?

– Я не собираюсь на тебя нападать, Юки. Никогда.

Юки наконец нажал финальную комбинацию клавиш, на экране вспыхнула надпись «Victory», и он с облегчением откинулся на спинку кресла. Он развернулся к отцу, закинув ногу на ногу. Его небесно-голубые глаза смотрели прямо и дерзко.

– Ты ведь знал, да? – спросил Джинву тише. – Знал, что она это планирует. Почему не сказал мне раньше?

– А ты бы поверил? – Юки усмехнулся, потирая пирсинг под губой. – Твоя идеальная жена, мать твоего второго сына, верная Хэ Ин... И я — «щенок», который вечно пропадает в залах, носит пирсинг и тату, и чей взгляд напоминает тебе о матери, которую ты не смог спасти. Слова против слов. Мне нужны были факты, отец. Я альфа, я привык действовать наверняка.

Джинву почувствовал укол в сердце. Юки был прав. Доминантный альфа внутри Джинву признавал в сыне равного, но человеческая часть слишком долго пыталась сохранить иллюзию мирной семьи.

– Прости меня, – произнес Джинву. Эти слова дались ему нелегко. Монарх редко извинялся. – Я позволил своей привязанности затуманить разум. Ты — мой сын, мой наследник. Твоя сила... она божественна, Юки. Ты превзошел все мои ожидания.

Юки внимательно посмотрел на отца. В этом взгляде не было обиды, только глубокая, не по годам мудрая усталость.

– Знаешь, почему я не сопротивлялся Сухо? – вдруг спросил он. – Я мог бы сломать ему ребра за секунду. Мог бы призвать бластер и превратить гостиную в пепел. Но я хотел, чтобы ты увидел разницу. Сухо — хороший парень, но он ведомый. Он омега в душе, хоть и родился альфой. Он подчиняется эмоциям и чужому влиянию. А я... я сам себе закон.

Юки встал, и его огромный рост — сто девяносто пять сантиметров — заставил даже Джинву почувствовать мощь, исходящую от сына. Юки подошел к окну и посмотрел на ночной город.

– Мама умерла, давая мне жизнь, – тихо сказал он. – Я всегда чувствовал этот долг. Быть лучшим. Быть тем, кто никогда не проиграет. Хэ Ин думала, что может напугать меня или подставить. Но она забыла, чья кровь течет в моих жилах.

Джинву подошел и положил руку на плечо сына. Юки не вздрогнул, не отстранился. Между ними снова восстановилась та самая связь — связь двух хищников, защищающих свою стаю.

– Что ты будешь делать с тем парнем? С «другом»? – спросил Юки, и в его голосе проскользнули ледяные нотки.

– Он уже в пути в «пустоту», – коротко ответил Джинву. – Там время течет иначе. Он будет долго размышлять над своим предательством.

– Справедливо, – кивнул Юки. – Но Сухо... не будь с ним слишком строг. Он просто дурак, которого использовали. Ему нужно научиться думать, прежде чем бить. Хотя, если он еще раз на меня кинется, я не обещаю, что буду так же милосерден.

Джинву усмехнулся.

– Думаю, после сегодняшнего он еще долго не рискнет поднять на тебя руку.

В этот момент внизу раздался грохот и леденящий душу крик. Кажется, Игрит и Белл вернулись с «гостем».

Юки даже не вздрогнул. Он потянулся, его атлетичное тело напряглось, словно стальная пружина.

– Ладно, отец. Разборки разборками, а мне нужно докачать уровень. И завтра у меня школа. Представляешь, каково это — сидеть за партой, когда ты можешь призывать костяных драконов?

Джинву рассмеялся — впервые за этот долгий вечер.

– Иди сюда, щенок, – он притянул сына к себе, крепко обняв. Юки на мгновение замер, а затем ответил на объятие, уткнувшись носом в плечо отца. Несмотря на весь свой рост, мощь и цинизм, в этот момент он снова был просто сыном.

– Я горжусь тобой, Юки, – прошептал Джинву. – Ты сильнее, чем я когда-либо был в твоем возрасте. И умнее. Твоя мать... она бы смотрела на тебя с восхищением.

Юки отстранился, его глаза чуть влажно блеснули, но он тут же взял себя в руки, надев привычную маску невозмутимости.

– Конечно, гордишься. Я же идеален, – он подмигнул отцу, возвращаясь к своему компьютеру. – А теперь иди, Монарх. Там внизу кто-то очень громко молит о пощаде. Не заставляй своих рыцарей скучать.

Джинву кивнул и вышел из комнаты, аккуратно прикрыв дверь. Спускаясь по лестнице, он чувствовал, как внутри него затихает буря, сменяясь холодной, расчетливой решимостью. Семья — это не те, кто живет под одной крышей. Семья — это те, кто готов стоять друг за друга до конца. И сегодня он чуть не потерял самое ценное, что у него было.

В гостиной Игрит уже держал за шкирку избитого, дрожащего мужчину, который когда-то называл себя другом Джинву. Ча Хэ Ин сидела в углу, не смея поднять глаз.

Джинву медленно спустился на последнюю ступеньку. Тень под его ногами расширилась, заполняя всё пространство.

– Ну что ж, – произнес Теневой Монарх, и его голос заставил предателя зайтись в рыданиях. – Рассказывай. У нас впереди целая вечность.

А наверху, в тишине своей комнаты, Юки снова надел наушники. Он слышал всё, что происходило внизу, но его это больше не касалось. Он защитил свое имя, он защитил свою честь. Он был доминантным альфой, и этот мир только начинал узнавать его истинную силу.

Напевая мелодию, он снова погрузился в игру, где тени были лишь пикселями, а кости — его верным оружием. Он знал, что завтра начнется новая глава. Без Хэ Ин, без лжи. Только он, его отец и сила, способная сокрушить небеса.

Юки улыбнулся, и в этой улыбке было что-то по-настоящему божественное и пугающее одновременно. Теневой Монарх воспитал достойного преемника, но Юки не собирался быть просто тенью своего отца. Он собирался стать легендой, о которой будут шептаться в самых темных уголках этого и других миров.

Ночной Сеул продолжал сиять огнями, не подозревая, что в одном из особняков только что решилась судьба целой династии. И в центре этой бури стоял шестнадцатилетний парень с голубыми глазами и шрамом на спине — истинный повелитель костей и тишины.