← Назад к обзору

Альфа

Сердце Монарха и Костяной Гнев

Сон Джинву сидел в своем кабинете, сцепив пальцы в замок. В воздухе висело напряжение, настолько густое, что даже тени рыцарей под его ногами казались беспокойными. Перед его столом стояли трое: Сухо, выглядящий непривычно серьезным, Ли Вон, чьи пальцы нервно перебирали края планшета, и Юки.

Шестнадцатилетний альфа возвышался над братом и адвокатом, его небесно-голубые глаза светились холодным, расчетливым светом. На нем была черная худи, скрывающая мощные плечи, но не способная спрятать ту ауру божественного превосходства, которая исходила от него волнами.

– Пап, только я могу это сделать, – голос Юки был твердым, лишенным юношеских сомнений. – Здание корпорации «Нео-Генезис» защищено барьером, который реагирует на ману Теневого Монарха. Если ты подойдешь к нему, они активируют протокол самоуничтожения данных.

Джинву нахмурился, его серые глаза сузились.

– Юки, это здание — не просто офис. По моим данным, там сосредоточены силы, которые не уступают S-рангу. Ты доминантный альфа, но ты еще не прошел через истинное крещение битвой такого масштаба.

– Именно поэтому я пойду, – Юки шагнул вперед, и в его руке на мгновение блеснул призрачный клинок, созданный из чистой кости. – Моя сила иного порядка. Я не использую ману теней. Для их датчиков я — просто аномалия, погрешность. Вы будете наблюдать за мной через скрытые камеры в моей одежде. Вы увидите всё. Доверься мне.

Ли Вон сделал шаг к Юки, его лицо было бледным.

– Это безумие, Юки. Ты рискуешь собой ради информации, которую мы могли бы достать легально через пару месяцев...

– У нас нет пары месяцев, Ли Вон, – Юки мягко коснулся плеча своего омеги, и тот мгновенно притих, подавленный спокойной уверенностью своего альфы. – Они заметают следы. Хэ Ин была лишь верхушкой айсберга.

Джинву сделал глубокий, тяжелый вздох. Он чувствовал связь со своим «щенком» — связь, которая кричала о том, что Юки прав. В этом парне было больше от Монарха, чем сам Джинву готов был признать.

– Хорошо, – наконец произнес Джинву. – Но если что-то пойдет не так, если я увижу хотя бы тень смертельной опасности — я вмешаюсь. Мне плевать на барьеры, я просто снесу это здание вместе с кварталом. Понял меня?

Юки коротко кивнул и натянул капюшон.

– Понял. Сухо, присмотри за Ли Воном. Папа, включай мониторы.

Час спустя Джинву, Сухо и Ли Вон замерли перед огромной стеной экранов в секретном штабе. Камера на груди Юки передавала четкую картинку ночного Сеула. 30-этажное здание из черного стекла и стали возвышалось над районом Каннам, словно надгробная плита.

Юки двигался бесшумно. Джинву с удивлением наблюдал, как его сын использует архитектуру здания, выступы и тени, чтобы подняться на десятый этаж, минуя посты охраны.

– Он действительно делает это как в своих играх, – прошептал Сухо, не в силах скрыть восхищения. – Никаких лишних движений, никакой маны.

– Он превратил увлечение в искусство войны, – добавил Ли Вон, его глаза не отрывались от экрана.

Юки достал костяной клинок — тонкий, как игла, и прочный, как танковая броня. Он вскрыл замок на окне и скользнул внутрь. Его движения были холодными, профессиональными, почти механическими. Он не убивал охранников, если в этом не было нужды — он просто исчезал до того, как они успевали обернуться. Ассасин в тени. Джинву никогда не думал, что будет рад тому, что его сын сутками пропадал в виртуальных мирах.

Проникнув в главный офис, Юки подключил передатчик к серверу.

– Качаю файлы, – раздался его тихий голос в наушниках Джинву. – Здесь всё: счета Хэ Ин, связи с Монархами-отступниками... подождите.

На экране монитора промелькнула схема здания.

– В подвале есть несанкционированный уровень, – произнес Юки. – Глубина — пятьдесят метров. Там что-то огромное. Я иду вниз.

– Юки, уходи оттуда, данные у нас! – скомандовал Джинву, чувствуя, как холодная тревога сжимает его сердце.

– Нет, пап. Там что-то... я чувствую это.

Юки спустился в шахту лифта, используя костяные шпоры на ботинках, чтобы тормозить. Когда он достиг нижнего уровня и выбил дверь, то, что увидели зрители у мониторов, заставило Ли Вона вскрикнуть, а Сухо — отвернуться.

Это был огромный зал, заполненный прозрачными капсулами. В них вперемешку находились тела омег, альф и бет. Они были подключены к трубкам, по которым текла странная, флуоресцентная жидкость. Это была лаборатория по выкачиванию жизненной силы.

Юки остановился, его дыхание стало тяжелым. Камера задрожала — его начало тошнить. Запах разложения и химикатов, казалось, передавался даже через экран.

– Боже... – выдохнул Ли Вон. – Это же незаконные эксперименты по созданию искусственных ядер маны.

Но Юки уже не слушал. Он медленно шел вдоль рядов, пока не замер перед одной из капсул в самом центре. Джинву вскочил с кресла, его аура вспыхнула так ярко, что мониторы на мгновение пошли помехами.

В капсуле, в состоянии глубокого анабиоза, лежала женщина. Её черные волосы разметались в воде, а лицо, несмотря на прошедшие годы, сохранило ту божественную красоту, которую Джинву помнил каждую секунду своей жизни.

– Мама... – прошептал Юки.

Это была Юми. Мать Юки, которая официально считалась умершей при родах шестнадцать лет назад.

– Это невозможно, – прохрипел Джинву, его голос дрожал от ярости. – Я сам... я видел её тело.

– Значит, тебе показали то, что ты хотел увидеть, Теневой Монарх, – раздался чужой, леденящий голос из динамиков.

Из тени за капсулами вышли двое. Один — некромант в длинных мантиях, источающий запах гнили. Второй — высокий мужчина с глазами, светящимися неестественным золотом. Монарх Жизни, один из тех, кто всегда презирал власть Джинву.

– Твой отец сюда не попадет, щенок, – усмехнулся Монарх Жизни, глядя прямо в камеру на груди Юки. – Здесь стоит мощный барьер, настроенный на его частоту. Смотри, Сон Джинву, как твой драгоценный щенок падет там, где ты бессилен.

Юки медленно выпрямился. Его капюшон спал, открывая взлохмаченные черные волосы и глаза, которые теперь горели не небесно-голубым, а ослепительно-белым светом.

– Монарх Жизни, да? – голос Юки изменился. Он стал глубже, в нем зазвучал скрежет перемалываемых костей. – Ты использовал мою мать как батарейку шестнадцать лет. Ты думал, что барьер спасет тебя от гнева Монарха? Ты прав, мой отец не может войти. Но я — не мой отец.

Вокруг Юки пространство начало искажаться. Из пола, пробивая бетон, начали вырываться гигантские костяные шипы. В воздухе материализовались шесть огромных костяных бластеров, похожих на черепа древних драконов.

– Твое сердце будет моим, – прорычал Юки. – Как и твоя сила!

То, что произошло дальше, не поддавалось описанию. Это была не просто драка — это была бойня. Юки двигался с такой скоростью, что камера не успевала фиксировать его перемещения. Он не использовал тени, он использовал саму материю смерти.

Некромант попытался поднять армию скелетов, но Юки просто щелкнул пальцами, и бластеры выпустили лучи чистой энергии, испепелив противника на месте. Монарх Жизни взревел, бросаясь в атаку, его руки превратились в когти, способные разрывать миры.

Юки принял удар на грудь, даже не пошатнувшись. Его костяная броня, мгновенно выросшая под кожей, выдержала натиск. В ответ он схватил Монарха за горло.

– Ты называл меня щенком? – Юки вонзил костяной кинжал противнику в плечо. – Я — тот, кто стоит на пороге между жизнью и смертью. И сегодня я выбираю для тебя смерть.

Джинву смотрел на экран, сжимая кулаки. Он впервые видел сына в такой ярости. Это была холодная, расчетливая, божественная ярость. Юки дрался не просто на равных — он доминировал. Он был хищником, который наконец-то нашел достойную добычу.

Монарх Жизни попытался воззвать к своей силе, чтобы исцелиться, но Юки не дал ему шанса. Он голыми руками, с диким криком, вырвал светящееся золотое сердце из груди врага.

Экран на мгновение залило кровью. Юки тяжело дышал, его худи была разорвана, на боку виднелась глубокая рана, из которой сочилась кровь. Он шатался, но его взгляд был прикован к капсуле с Юми.

– Юки! – закричал Джинву в микрофон. – Уходи оттуда, здание сейчас рухнет!

– Нет, пап... – Юки подошел к капсуле и приложил руку к стеклу. – Я чувствую её искру. Сердце Монарха Жизни... оно может вернуть её. Я должен начать процесс оживления.

– Юки, это слишком опасно, ты истощен! – Ли Вон плакал, глядя на экран. – К зданию приближаются отряды зачистки корпорации, они взорвут подвал!

Юки посмотрел на датчики на своем запястье. Десятки красных точек приближались к нему.

– Черт... – он стиснул зубы. – Пап, я сниму барьер вручную изнутри. Но мне нужно пять минут тишины, чтобы вытащить её.

Юки ударил кулаком по пульту управления барьером, вырывая провода. Его руки светились белым светом, он направлял остатки своей силы, чтобы взломать систему.

– СЕЙЧАС! – крикнул он.

Джинву не нужно было повторять дважды. В ту же секунду, как барьер дрогнул, Монарх Теней исчез из кабинета.

Пространство перед зданием «Нео-Генезис» разорвалось черной дырой. Сон Джинву вышел из портала, и сама земля содрогнулась от его присутствия. Небо над Сеулом мгновенно почернело, затянутое тучами, которые принесли с собой не дождь, а тьму.

– Игрит! Белл! Берион! – голос Джинву раскатился громом по улицам. – Уничтожить всех, кто приближается к зданию. Не оставлять никого в живых.

Тысячи теней вырвались из-под его ног, затапливая площадь. Отряды зачистки корпорации, вооруженные новейшим магическим оружием, даже не успели вскинуть винтовки — их просто стерло волной черной стали.

Джинву в один прыжок достиг входа и, не заботясь о дверях, просто прошел сквозь стену. Он чувствовал Юки. Он чувствовал Юми.

Спустившись в подвал, он увидел картину, которая навсегда врезалась в его память. Юки стоял на коленях перед разбитой капсулой, прижимая к себе бледное тело матери. Вокруг него лежали груды костей и обломков. Светящееся сердце Монарха Жизни в его руках медленно тускнело, передавая свою энергию женщине.

Юки поднял голову. Его лицо было бледным, под глазами залегли глубокие тени, а изо рта текла струйка крови.

– Пап... – прошептал он, и в его голосе прозвучало облегчение. – Я успел. Она дышит.

Джинву в два шага оказался рядом, опускаясь на колени и подхватывая обоих — сына и жену. Он чувствовал слабое, но стабильное биение сердца Юми. Это было чудо, купленное кровью и яростью его сына.

– Ты справился, Юки, – Джинву положил руку на голову сына, делясь с ним своей энергией, чтобы закрыть его раны. – Ты сделал то, что не смог сделать я.

Юки прикрыл глаза, его голова бессильно опустилась на плечо отца.

– Я же говорил... я лучший, – пробормотал он с едва заметной улыбкой, прежде чем потерять сознание.

Джинву поднял их обоих на руки. Вокруг них подвал начал рушиться, с потолка сыпалась бетонная крошка, а где-то наверху его теневая армия продолжала методично уничтожать остатки врагов.

– Уходим, – приказал Джинву теням.

Через мгновение подвал опустел. А спустя еще секунду всё здание «Нео-Генезис» сложилось внутрь себя, превращаясь в гигантскую братскую могилу для тех, кто посмел играть с жизнями семьи Сон.

В штабе Ли Вон и Сухо смотрели на опустевшие экраны. Ли Вон дрожащими руками закрыл лицо, всхлипывая от облегчения. Сухо стоял неподвижно, глядя на то место, где только что был его брат. Сегодня он понял одну вещь: Юки не просто был доминантным альфой. Он был тем, кто мог бросить вызов самой смерти и победить.

Когда Джинву появился в штабе с Юми и Юки на руках, Ли Вон бросился к ним.

– Они живы? – крикнул он.

– Живы, – Джинву бережно уложил Юки на медицинскую кушетку, а Юми — на соседнюю. – Юки истощен, ему нужен покой. А Юми... ей нужно время, чтобы проснуться.

Ли Вон схватил руку Юки, прижимая её к своей щеке. Он чувствовал жар, исходящий от тела альфы, и его собственная омежья натура наконец-то успокоилась. Его альфа вернулся. Победителем.

Джинву отошел к окну, глядя на рассветающее небо над Сеулом. Хэ Ин была лишь пешкой в большой игре, но теперь правила изменились. Монарх Жизни мертв, его сила перешла к Юки.

– Ты превзошел меня, щенок, – тихо произнес Джинву, и в его глазах отразилось восходящее солнце. – Теперь этот мир действительно принадлежит тебе.

Юки на кушетке едва заметно пошевелился. Его пальцы крепче сжали руку Ли Вона, а на губах, испачканных кровью, заиграла та самая дерзкая улыбка, которую так боялись его враги и так любили его близкие. Глава «Нео-Генезис» была закрыта, но история нового Монарха только начиналась. И в этой истории больше не было места теням прошлого — только свету новой жизни, которую он отвоевал у самой бездны.