← Назад к обзору

Альфа

Наследник тени и пламени

Прошла неделя с того момента, как я впервые почувствовал истинный запах Алекса Окумуры. Семь дней я наблюдал за ним, и это превратилось в своего рода одержимость. В классе он оставался всё тем же: сутулым призраком в безразмерной толстовке, который вечно что-то записывал в тетрадь и никогда не поднимал глаз. Его блокаторы снова работали исправно — видимо, он сменил препарат или увеличил дозировку, потому что манящий аромат табака и персика исчез, сменившись стерильной пустотой.

Но я-то знал. Я видел тот огонь в его глазах у черного входа. И это знание жгло меня изнутри.

– Джинву, ты снова сверлишь его взглядом, – Сатору Годжо бесцеремонно плюхнулся на край моего стола, перегородив обзор. – Что ты пристал к этому ботанику? Он же скучный, как лекция по истории магических печатей.

Я лениво перевел взгляд на Сатору. Тот, как обычно, сиял — белоснежные волосы идеально уложены, на лице самодовольная ухмылка. Рядом стоял Сугуру Гето, мягко улыбаясь, и Ча Хэ Ин, которая сосредоточенно перебирала какие-то отчеты.

– Он весьма интересная личность, Сатору, – ответил я, откидываясь на спинку стула. – Тебе просто не понять. Ты привык видеть только то, что блестит.

– Ой, началось! – Сатору картинно закатил глаза. – «Тайные глубины», «загадочные души»... Послушай, Джинву, если он тебе так интересен, давай просто проследим за ним сегодня? Узнаем, где живет этот человек-невидимка, чем занимается после школы. Может, он по вечерам коллекционирует редкие виды плесени?

– Не думаю, что это хорошая идея, – подала голос Ча Хэ Ин, не отрываясь от бумаг. – Вторгаться в частную жизнь одноклассника — это как минимум неэтично, а как максимум — нарушение школьного устава.

– Ой, да ладно тебе, Хэ Ин! – Сатору спрыгнул со стола и приобнял её за плечи, от чего та недовольно поморщилась. – Джин, расслабься! Это же просто небольшая прогулка. Сугуру, ты ведь со мной?

Гето вздохнул, глядя на своего партнера с нескрываемой нежностью, смешанной с обреченностью.

– Если я скажу «нет», ты всё равно пойдешь и влипнешь в неприятности. Так что я с вами.

Я посмотрел на Алекса. Он как раз собирал свои вещи, медленно и методично укладывая учебники в старый рюкзак. Что-то внутри меня требовало отказаться, остановить их, но любопытство оказалось сильнее. Мне хотелось увидеть его в естественной среде. Сорвать эту маску окончательно.

– Ладно, – сдался я. – Но если он нас заметит, я скажу, что это была идея Годжо.

После уроков мы держались на расстоянии. Алекс шел не спеша, засунув руки в карманы и глядя себе под ноги. Мы следовали за ним, стараясь не привлекать внимания — благо, в толпе студентов академии «Рассвет» затеряться было несложно.

Однако вскоре пейзаж начал меняться. Мы покинули оживленные улицы и углубились в элитный район, где за высокими заборами скрывались особняки, стоимость которых исчислялась десятизначными суммами.

– Ого, – присвистнул Сатору, поправляя свои темные очки. – Наш «ботаник» живет в районе «Золотых холмов»? Здесь же живут только главы корпораций и S-ранговые охотники.

– Может, он сын садовника? – предположил Гето, хотя в его голосе уже слышалось сомнение.

Алекс остановился перед массивными коваными воротами одного из самых величественных поместий. Охранная система пискнула, распознавая его сетчатку, и ворота бесшумно разошлись в стороны. Он вошел внутрь, даже не оглянувшись.

– Ну что, идем назад? – спросила Хэ Ин, заметно нервничая. – Мы узнали достаточно.

– Еще чего! – Сатору уже перемахивал через невысокую часть ограды, скрытую густым плющом. – Мы только дошли до самого интересного!

Нам ничего не оставалось, кроме как последовать за ним. Мы прокрались через идеально ухоженный сад к тыльной стороне дома. Огромные панорамные окна второго этажа выходили на просторную террасу.

Мы затаились в тени вековых дубов. В комнате за стеклом зажегся мягкий свет.

– Смотрите, – прошептал я, чувствуя, как сердце начинает биться чаще.

Алекс был в комнате один. Он сбросил свой рюкзак на пол и первым делом стащил через голову эту нелепую, огромную толстовку.

Послышался сдавленный вдох Ча Хэ Ин. Даже Сатору на мгновение замолчал.

Под мешковатой одеждой скрывалось тело, которое могло бы принадлежать богу войны. Широкие, мощные плечи, рельефные мышцы спины, перекатывающиеся под кожей при каждом движении, узкая талия. Но поразило нас не это.

Вся его спина и правое плечо были покрыты сложной, пугающе красивой татуировкой — черное пламя, переплетающееся с изображениями древних воронов. А поперек лопатки тянулся длинный, рваный шрам, явно оставленный когтями какого-то могущественного монстра.

– Черт возьми... – выдохнул Сатору. – Это же... он выглядит как профессиональный наемник, а не школьник.

Алекс подошел к окну и распахнул стеклянную дверь, выходя на балкон. Он снял очки, бросив их на столик, и запустил пятерню в свои густые черные волосы, зачесывая их назад. Без очков и с открытым лицом его внешность была ослепительной — агрессивная, дикая красота доминантного альфы, которую он так тщательно прятал.

Он стоял у перил, вглядываясь в закат, и в этом жесте было столько властности и сексуальности, что я почувствовал, как мои собственные инстинкты омеги начинают сходить с ума. Воздух вокруг него словно вибрировал.

Внезапно зазвонил телефон. Алекс достал его из кармана брюк и поднес к уху.

– Да, – голос его изменился. Он больше не был монотонным. Теперь это был низкий, бархатистый баритон, в котором чувствовалась скрытая угроза. – Слушаю.

Мы замерли, боясь даже дышать. Благодаря нашим чувствам охотников, мы могли разобрать каждое слово даже на таком расстоянии.

– Привет... Да, всё нормально, – Алекс усмехнулся, и эта улыбка была далека от доброжелательности. – Учусь. Нет, пока не раскрыли. Блокаторы справляются, хотя Сон Джинву что-то заподозрил. Он умнее, чем кажется.

Я вздрогнул, услышав свое имя.

– Да нет, не волнуйся, – продолжал он, прохаживаясь по балкону. – Я взял фамилию мамы, так что в архивах академии я просто Окумура. Если узнают, что я наследник клана Учиха и сын самого Учихи Мадары, ты же знаешь, какой начнется кипишь. В классе сразу начнут подлизываться, репортеры прохода не дадут... Ой, пап, не начинай, пожалуйста!

Мы застыли, словно громом пораженные.

– Учиха... Мадара? – прошептал Сатору, и его лицо впервые на моей памяти стало абсолютно бледным. – Тот самый «Призрак Клана», сильнейший альфа прошлого поколения? Который, по слухам, в одиночку зачистил подземелье S-ранга в Японии?

– Мы в полной заднице, – констатировал Гето, притягивая Сатору к себе, словно пытаясь защитить.

Алекс на балконе между тем продолжал разговор, не подозревая, что его маленькая тайна только что перестала быть таковой для четырех человек.

– Да, я помню про тренировку. Завтра буду в поместье. Всё, мне пора, нужно доделать этот идиотский проект по мано-биологии, чтобы не выбиваться из образа. Давай, пока.

Он отключил вызов и еще долго стоял, глядя на засыпающий город. В лучах заходящего солнца его татуировки казались живыми, словно тени воронов на его коже были готовы взлететь.

– Нам пора уходить, – я первым пришел в себя. – Сейчас же.

Мы бесшумно отступили вглубь сада и перелезли через забор. Никто не проронил ни слова, пока мы не отошли на несколько кварталов.

– Офигеть... – Сатору наконец обрел дар речи. – Алекс Окумура — это Алекс Учиха. Сын национального достояния. И он сидит в углу нашего класса и ест дешевые булочки из автомата!

– Теперь понятно, почему его запах такой... тяжелый, – Ча Хэ Ин поправила волосы дрожащей рукой. – Кровь Мадары. Это не просто альфа. Это элита из элит.

– Джинву, – Сугуру посмотрел на меня очень серьезно. – Ты ведь понимаешь, что теперь всё изменится? Ты единственный, с кем он вообще заговорил.

Я шел вперед, чувствуя, как в груди разливается странное тепло. Запах табака, персика и корицы теперь обрел для меня новый смысл. Это был запах власти, скрытой за смирением. Запах хищника, который не нуждается в том, чтобы рычать, чтобы доказать свою силу.

– Ничего не изменится, – ответил я, глядя на свои руки. – По крайней мере, в школе. Мы будем молчать. Если он узнает, что мы шпионили за ним... думаю, даже твои «Бесконечность», Сатору, не спасут нас от гнева его отца.

– Согласен, – быстро закивал Годжо. – Я могила. Но, черт возьми, Джинву! Ты видел его пресс? Я теперь не смогу смотреть на него в классе, не представляя эти татухи.

– Пошли уже, – я ускорил шаг, пытаясь унять дрожь в коленях.

Этой ночью я долго не мог уснуть. Перед глазами стоял образ Алекса на балконе — свободного, сильного, лишенного оков своей маски. Я понимал, что влюбился не в «ботаника» и даже не в «наследника клана». Я влюбился в ту тьму, которую он так бережно охранял под мешковатой одеждой.

На следующее утро в классе было непривычно тихо. Сатору, обычно громкий и наглый, сидел тише воды, ниже травы, бросая на заднюю парту опасливые взгляды. Гето и Хэ Ин тоже выглядели напряженными.

Алекс вошел за минуту до звонка. Всё тот же: в гигантской серой кофте, с растрепанными волосами и в своих нелепых очках. Он прошел мимо нас, едва заметно кивнув.

Когда он садился за парту, я обернулся. Наши взгляды встретились на долю секунды. За стеклами очков я увидел едва заметную, лукавую искру.

Он знал.

Он знал, что мы были там. И он позволил нам увидеть.

Я улыбнулся и отвернулся к доске. Игра стала куда опаснее, но именно это и заставляло мою кровь кипеть. В элитной академии «Рассвет» наступали новые времена, и я был готов стать частью этой тени, которую Алекс Учиха так мастерски отбрасывал на весь мир.