← Назад к обзору

Альфа

Наследие алых глаз и черного пламени

Библиотека академии «Рассвет» всегда напоминала мне древний храм знаний. Высокие своды, запах старой бумаги и тишина, которую нарушал лишь шелест страниц. Но сегодня тишина казалась звенящей и тревожной. Мы вчетвером — я, Сатору, Сугуру и Хэ Ин — оккупировали самый дальний стол, заваленный тяжелыми фолиантами по генеалогии великих кланов и истории S-ранговых охотников.

– Смотрите, что я нашел, – Сатору ткнул пальцем в пожелтевшую страницу книги с грифом «Особый доступ». – Клан Учиха. Это не просто семья охотников, это целая легенда, окутанная мраком и кровью.

Я наклонился ближе, вчитываясь в строки. Описание клана заставляло кожу покрываться мурашками. Особая генетика, позволяющая пробуждать уникальные способности глаз — Шаринган. В тексте говорилось о невероятной динамической прозорливости, способности копировать чужие техники и, в высших формах, призывать черное пламя Аматэрасу, которое невозможно потушить обычными средствами.

– У них особые глаза, – прошептала Хэ Ин, листая другой том. – Это как твои «Шесть глаз», Сатору, но природа силы иная. Учихи — мастера иллюзий, физической силы и разрушительных огненных техник. Весь мир охотников десятилетиями пытался либо заполучить их гены, либо уничтожить их от греха подальше.

– И вот один из них сидит с нами за одной партой и притворяется любителем овсяного печенья, – горько усмехнулся Гето. – Учиха Мадара, его отец, был признан сильнейшим альфой Японии. Его мощь была настолько велика, что ассоциации охотников нескольких стран заключили пакт о ненападении, лишь бы он не вмешивался в их дела.

Сатору захлопнул книгу и посмотрел на меня с каким-то странным выражением лица — смесью азарта и опасения.

– Джинву, ну и повезло же тебе, – протянул он. – Такой альфа, да еще и доминантный... Он ведь может оказаться твоей истинной парой. Ты хоть представляешь, что это значит? Это пугает до чертиков. Наше правительство из кожи вон лезет, чтобы поддерживать хотя бы видимость дружеских отношений с кланом Учиха. А ты у нас теперь «особо приближенный».

– Прекрати, Сатору, – я покачал головой, хотя внутри всё сжалось от его слов. – Он просто мой одноклассник. И напарник, если верить его словам.

– Напарник сына Мадары, – Сугуру хмыкнул, потирая подбородок. – Звучит как начало самого опасного приключения в твоей жизни, Джинву.

Мы вышли из библиотеки, когда солнце уже начало клониться к горизонту, окрашивая стены академии в багровые тона. Воздух на улице был свежим, но едва мы подошли к главным воротам, я почувствовал знакомый аромат. Табак и корица. Но на этот раз запах был не один — он смешивался с чем-то невероятно нежным, напоминающим цветущую вишню.

У ворот стоял Алекс. Он по-прежнему был в своей мешковатой толстовке, но теперь он не сутулился. Рядом с ним стояла женщина, чья красота буквально ослепляла. Она была миниатюрной, едва доходила Алексу до плеча — около 160 сантиметров роста, — но от неё исходила такая аура спокойствия и скрытой силы, что даже проходящие мимо альфы невольно замедляли шаг, склоняя головы. Она была омегой, и она была поразительно похожа на Алекса: те же черные волосы, те же черты лица, только более мягкие.

– Мама? – голос Алекса прозвучал удивленно, но в нем проскользнули теплые нотки, которых я никогда не слышал раньше. – Что ты тут делаешь?

Женщина рассмеялась — звук был похож на перезвон маленьких колокольчиков. Она потянулась и ласково потрепала сына по взъерошенным волосам.

– А что, я уже не могу навестить своего любимого сына? – она улыбнулась, и в её глазах на мгновение вспыхнул озорной огонек. – Тем более, твой отец настоял на том, чтобы забрать тебя лично.

– Папа тоже тут? – Алекс обреченно потер переносицу, и в этот момент он выглядел как обычный подросток, уставший от гиперопеки родителей. – Серьезно?

– Более чем, – раздался глубокий, рокочущий голос, от которого, казалось, завибрировала сама земля под нашими ногами.

Из припаркованного неподалеку черного роскошного лимузина вышел мужчина. Его присутствие было подобно грозовому фронту. Длинные, иссиня-черные волосы каскадом падали на спину, а взгляд темных глаз, казалось, прошивал насквозь. Это был Учиха Мадара. Легенда во плоти.

Он подошел к сыну и, не обращая внимания на застывших в полупоклоне охранников академии, крепко обнял Алекса за плечи.

– У моего сына сегодня день рождения, – Мадара произнес это так, будто объявлял о победе в войне. – Неужели ты думал, что мы позволим тебе провести этот вечер в одиночестве, скрываясь под этими нелепыми очками?

– Пап, я же просил, – пробормотал Алекс, но не отстранился. Напротив, он на мгновение расслабился в руках отца.

– Идем, наследник Учиха и Небесного Дракона, – Мадара подтолкнул сына к машине. – Мы приготовили тебе сюрприз, который тебе точно понравится. Хватит на сегодня притворяться «обычным».

Они пошли к машине — величественный альфа, изящная омега и их сын, который в этот момент перестал быть «ботаником» Алексом Окумурой. Они шли и о чем-то весело переговаривались, как самая обычная, счастливая семья, не обращая внимания на шокированные взгляды студентов и преподавателей.

Мы стояли в тени колонн, не в силах пошевелиться.

– Вы это видели? – Сатору первым обрел дар речи, его глаза за линзами очков округлились. – Мадара Учиха... Он только что обнял его, как будто тот — самое ценное сокровище в мире. И этот запах... Боги, от них троих исходит столько энергии, что у меня датчики в голове зашкаливают.

– Небесного Дракона? – Хэ Ин нахмурилась, быстро записывая что-то в свой блокнот. – Его мать... она ведь из клана Рю? Это же древнейшая династия омег-целителей, чья кровь считается священной.

Я молчал, глядя вслед уезжающему лимузину. В голове все еще звучал смех Алекса и его мамы. В этот момент я понял одну важную вещь: Алекс не просто скрывался. Он защищал этот хрупкий мир своей семьи от грязи и интриг общества охотников.

– Джинву, ты в порядке? – Сугуру положил руку мне на плечо.

– Да, – я глубоко вдохнул, чувствуя, как в воздухе всё еще витает слабый шлейф табака и персика. – Просто... кажется, мой напарник гораздо сложнее, чем я думал. И его день рождения — это явно не то событие, которое можно проигнорировать.

– Ты собираешься сделать ему подарок? – Сатору хитро прищурился.

– Возможно, – я улыбнулся, чувствуя странную уверенность. – Но сначала мне нужно понять, что можно подарить человеку, у которого есть всё, включая черное пламя в крови.

Вечер опустился на академию, но для меня мир стал ярче. Я знал, что завтра Алекс снова придет в класс в своей огромной толстовке и сядет в углу. Но теперь я буду знать, что под этой тканью бьется сердце наследника двух величайших кланов, и что этот «призрак» выбрал меня своим напарником.

– Идемте, – сказал я друзьям. – Нам еще нужно переварить всё, что мы узнали. И, Сатору, закрой рот, в него скоро муха залетит.

Мы направились к общежитию, а я всё думал о том взгляде, который Алекс бросил на ворота перед тем, как сесть в машину. Он искал меня. И я был уверен, что наше «незаконченное дело» только начинается.

Где-то в глубине души я чувствовал, что эта встреча у ворот была не случайной. Мадара Учиха не просто забирал сына — он обозначал территорию. И то, как он посмотрел в нашу сторону перед тем, как закрыть дверцу машины, говорило яснее любых слов: «Я наблюдаю за тем, кто окружает моего сына».

– Знаешь, Джинву, – внезапно произнес Сугуру, когда мы уже подходили к дверям общежития. – Если ты действительно станешь его парой, тебе придется соответствовать. И я не про ранги охотников. Я про ту внутреннюю силу, которую мы сегодня видели.

– Я знаю, Сугуру, – ответил я, глядя на восходящую луну. – Я знаю. И поверь, я не собираюсь оставаться в тени. Даже если эта тень принадлежит клану Учиха.

В ту ночь мне снились черные вороны, кружащие над полем боя, и тихий шепот, пахнущий корицей, который обещал, что самое интересное еще впереди. Алекс Учиха был загадкой, которую я собирался разгадать, чего бы мне это ни стоило. И если для этого нужно было бросить вызов самому Мадаре — что ж, Сон Джинву никогда не боялся трудностей.