← Назад к обзору

Альфа

Ледяное пламя и тень прошлого

Прошла неделя с того памятного разговора в парке. Для Сухо эта неделя превратилась в настоящую полосу препятствий. Я видел, как мой сын, обычно спокойный и уверенный в себе, буквально изводил себя. Он пытался подойти к Окумуре в школе, предлагал помощь с учебой, даже приносил домашние обеды, приготовленные Хэ Ин, но Юки оставался неприступен, как гранитная скала. Альфа вежливо, но холодно отказывался от всего, проходя мимо Сухо так, словно тот был лишь случайным прохожим, а не наследником самой могущественной семьи в мире.

Наблюдать за этим было непросто. Мои тени, особенно Игрит и Бериу, то и дело порывались «проучить наглеца», но я пресекал любые попытки вмешательства. Сухо должен был пройти этот путь сам. Однако сегодня Хэ Ин решила, что нам всем нужно немного отвлечься от семейной драмы и отправиться за покупками.

Торговый центр «Старфилд» гудел от толпы. Я старался максимально скрыть свою ауру, чтобы не вызывать паники у обычных людей, но мой рост и внешность Хэ Ин всё равно притягивали взгляды. Сухо шел рядом, уставившись в пол. Его запах — обычно свежий, как утренний дождь — сейчас отдавал застоявшейся влагой и тоской.

– Сухо, посмотри на тот отдел, тебе нужны новые кроссовки для тренировок, – мягко сказала Хэ Ин, пытаясь подбодрить сына.

– Да, мам, наверное... – безучастно отозвался он.

Мы проходили мимо продуктового супермаркета, когда я внезапно почувствовал знакомое присутствие. Это была не магическая сила, а та самая стальная воля, которую я запомнил неделю назад. Я остановился, и Хэ Ин, проследив за моим взглядом, тоже замерла.

В нескольких метрах от нас, у стеллажей с овощами, стоял Окумура Юки. На нем была простая черная футболка, подчеркивающая его широкие плечи, свободные штаны и серые кроссовки. Он выглядел обыденно, но всё равно выделялся из толпы своей статью. Однако он был не один.

Рядом с ним стоял другой омега. И он был... необычен. Высокий, около ста восьмидесяти пяти сантиметров, с иссиня-черными волосами и пронзительными серыми глазами, которые казались подведенными изящными стрелками, что придавало его лицу лисье, почти мистическое выражение. От него исходила аура спокойствия и профессиональной хватки.

– Ли Вончик, ты уверен в этом? – раздался глубокий голос Юки. Он держал в руках упаковку брокколи, глядя на нее с явным сомнением.

Омега, которого назвали Вончиком, усмехнулся и ловко выхватил овощи из рук Юки, закидывая их в тележку.

– Конечно, уверен! – звонко ответил он. – Иначе ты так и будешь питаться одной лапшой быстрого приготовления. Это не еда для альфы твоего уровня, Юки.

– Лапша экономит время, – буркнул Окумура, хотя в его голосе не было той ледяной стужи, с которой он разговаривал с нами.

– Тебе нужна нормальная еда, и не спорь со мной, – Вончик поправил рукав своей дорогой рубашки. – Я знаю тебя с самого детства, твои привычки меня не обманут. И к тому же... – Омега понизил голос, но мои чувства охотника позволили мне услышать каждое слово. – У тебя скоро гон. Я должен быть готов, нужно всё подготовить заранее. Лекарства, продукты, режим. Ты же знаешь, как тяжело ты его переносишь в одиночку.

Юки тяжело вздохнул и потер шею, где виднелись контуры его татуировок.

– Как скажешь. Спорить с тобой бесполезно. Лучший адвокат города, а ведешь себя как мамочка.

– Я твой лучший друг и единственный, кто может вправить тебе мозги, – парировал Вончик, лукаво прищурившись.

В этот момент Сухо, стоявший рядом со мной, издал тихий звук, похожий на подавленный всхлип. Его лицо побледнело. Видеть Юки в компании другого омеги, с которым тот был так близок и расслаблен, стало для него сокрушительным ударом.

Юки, почувствовав чужой взгляд, резко обернулся. Его голубые глаза мгновенно сузились, возвращая себе привычный холод. Вончик тоже повернул голову, и его взгляд — острый и оценивающий — прошелся по нам.

– О, – произнес омега-адвокат, ничуть не смутившись присутствием Теневого Монарха. – Кажется, это твои знакомые, Юки?

Юки молчал, его тело напряглось, словно он готовился к прыжку или защите.

– Добрый день, – первым заговорил я, делая шаг вперед. Хэ Ин положила руку на плечо Сухо, удерживая его на месте. – Не ожидал встретить вас здесь.

Вончик ослепительно улыбнулся, и в этой улыбке я почувствовал не только вежливость, но и острый ум.

– Сон Джинву-ним. Для меня большая честь познакомиться с вами лично. Я Ли Вончик, представляю интересы господина Окумуры и, по совместительству, являюсь его старым другом.

– Адвокат? – Хэ Ин приподняла бровь. – Вы кажетесь очень молодым для такой профессии.

– Талант не знает возраста, госпожа Ча, – Вончик слегка поклонился. – Как и чувства.

Он бросил мимолетный взгляд на Сухо, который выглядел так, будто готов был провалиться сквозь землю. В глазах Вончика не было издевки — скорее, странное понимание, смешанное с легкой жалостью.

– Юки, нам пора, – коротко бросил Окумура, хватаясь за ручку тележки.

– Погоди, – Вончик придержал его за локоть. – Невежливо уходить вот так. Юки не очень силен в светских беседах, – обратился он к нам, – особенно когда речь заходит о личном пространстве.

– Мы не хотели мешать вашим покупкам, – сказал я, глядя прямо на Юки. – Мой сын просто...

– Я всё понимаю, отец, – перебил меня Сухо. Его голос дрожал, но он нашел в себе силы поднять голову. – Окумура-сан, извини, что побеспокоили.

Юки посмотрел на Сухо. На мгновение его взгляд смягчился — совсем чуть-чуть, почти незаметно.

– Ты не беспокоишь меня, Сон Сухо. Я просто сказал тебе правду. Не трать свое время на то, что не принесет тебе счастья.

– А что приносит счастье тебе? – вдруг спросил Сухо, делая шаг вперед. Его аура омеги вспыхнула, вступая в резонанс с тяжелой аурой Юки. – Лапша в одиночестве? Или это вечное отчуждение?

Вончик удивленно приподнял брови, явно не ожидая такой смелости от «золотого мальчика».

– Счастье — это свобода от чужих ожиданий, – отрезал Юки. – Вончик, идем.

Они двинулись к кассам. Я смотрел им вслед, анализируя увиденное. Ли Вончик не был просто другом. Он был щитом Юки, его связью с миром, который альфа так старательно игнорировал. И их близость была основана на годах взаимного доверия, чего у Сухо не было и быть не могло за неделю знакомства.

– Он... он не один, – прошептал Сухо, когда они скрылись за поворотом. – У него есть кто-то, кто знает его настоящего.

– Это не значит, что они пара, Сухо, – заметила Хэ Ин, хотя в ее голосе звучало сомнение. – Но это значит, что тебе будет гораздо сложнее, чем мы думали.

– Этот Ли Вончик... – я задумчиво потер подбородок. – Он не простой омега. В нем чувствуется стержень. Он заботится об Окумуре так, как заботятся о семье.

– Я видел, как он на него смотрел, – Сухо сжал кулаки. – Юки доверяет ему. Он позволяет ему указывать, что есть и как жить. А меня он даже слушать не хочет.

– Потому что ты для него — символ того мира, от которого он бежит, – сказал я, поворачиваясь к сыну. – Ты — сын Монарха, принц в сияющих доспехах. А он — сирота, который привык выгрызать свое право на жизнь. Для него твоя любовь — это угроза его независимости.

Сухо замолчал. Мы продолжили покупки в тишине, но я видел, как в его голове идет напряженная работа. Он больше не выглядел раздавленным. Скорее... озадаченным.

Вечером, когда мы вернулись домой, Сухо не ушел к себе. Он сел в гостиной, глядя на огонь в камине.

– Отец, – позвал он.

Я присел в кресло напротив.

– Да, Сухо.

– Юки сказал, что я привык получать всё по щелчку пальцев. И сегодня, когда я увидел его с Вончиком, я понял... Я ведь действительно думал, что раз он мне нравится, то он должен ответить взаимностью. Потому что так всегда было. Все хотели быть со мной.

Я кивнул, слушая его откровение.

– Но Юки — он другой. Ему плевать, кто мой отец. Ему плевать на мои деньги или статус. Он видит во мне только избалованного ребенка.

– И что ты собираешься делать? – спросил я, чувствуя гордость за то, что сын начинает понимать суть проблемы.

– Я хочу узнать, кто он на самом деле. Не из досье Ассоциации, а сам. Ли Вончик сказал, что у него скоро гон. И он сказал, что Юки переносит его тяжело.

Я нахмурился. Гон у доминантного альфы без пары — это всегда риск. Сила может выйти из-под контроля, а боль бывает невыносимой.

– Ты хочешь помочь ему? – спросила Хэ Ин, входя в комнату с подносом чая.

– Я хочу быть рядом, – твердо ответил Сухо. – Даже если он будет гнать меня. Я не буду навязываться как омега. Я хочу помочь как человек, которому не всё равно.

Я посмотрел на свои руки. Тени в комнате замерли, внимая словам наследника.

– Это опасная игра, Сухо. Альфа в период гона может быть неуправляем. Даже такой, как Окумура.

– Я сильнее, чем кажусь, папа. Ты сам меня учил.

Я закрыл глаза, вызывая в памяти образ Окумуры Юки. Его фарфоровую кожу, его татуировки, его ледяной взгляд. И этого странного адвоката, который стоял за его спиной.

– Хорошо, – сказал я наконец. – Но если ситуация выйдет из-под контроля, я вмешаюсь.

– Спасибо, отец.

Сухо ушел к себе, и в его походке появилась новая решимость. Он больше не был просто влюбленным подростком. Он становился охотником, который наметил самую сложную цель в своей жизни — сердце человека, который разучился верить.

– Ты думаешь, у него есть шанс? – тихо спросила Хэ Ин, прислонившись к моему плечу.

Я обнял ее, чувствуя знакомый аромат.

– У Окумуры Юки много секретов, Хэ Ин. И этот Ли Вончик — лишь верхушка айсберга. Но наш сын... он наследник Теневого Монарха. В его крови течет сила, способная менять миры. Если кто и может растопить этот лед, то только он.

Однако где-то в глубине души я чувствовал беспокойство. Окумура Юки не был обычным парнем. Его реакция на мою ауру, его выдержка, его окружение... Всё это указывало на то, что мы столкнулись с чем-то гораздо более глубоким, чем просто неразделенная любовь.

И этот адвокат, Ли Вончик. Он смотрел на меня не как на бога, а как на равного, хоть и признавал мой статус. В его глазах светилась искра, которую я видел только у тех, кто прошел через ад и вернулся обратно.

– Завтра я попрошу Берна присмотреть за ними повнимательнее, – прошептал я.

– Джинву, ты обещал не вмешиваться, – упрекнула Хэ Ин.

– Я не вмешиваюсь. Я подстраховываю. Мир теней всегда на страже, особенно когда речь идет о сердце моего сына.

Ночь опустилась на город, укрывая его черным покрывалом. Где-то в небоскребе Окумура Юки готовился к своей личной битве с собственной природой, а Ли Вончик составлял план защиты. А в нашем доме Сухо точил свои чувства, готовясь к самому главному испытанию в своей жизни.

Битва за любовь только начиналась, и ставки в ней были выше, чем в любом подземелье S-ранга. Потому что на кону была не жизнь, а душа. И я, Теневой Монарх, впервые в жизни не знал, чем закончится эта история. Но одно я знал точно: скучно не будет. Ведь когда сталкиваются два таких упрямых альфы и два таких необычных омеги, искры могут сжечь весь мир дотла. Или создать новый.