Альфа
Ожидание на острие тени
– Пап, о них есть какие-нибудь известия? – негромко спросил Юки, поравнявшись со мной у витрины с детскими вещами.
Я бросил на сына мимолетный взгляд. За последние годы он вытянулся еще сильнее, его плечи окончательно раздались, и теперь, в свои тринадцать с небольшим, он выглядел как сформировавшийся молодой альфа. На нем была свободная черная футболка, скрывающая рельеф мышц, широкие штаны в уличном стиле и безупречно чистые кроссовки. Его черные волосы с выбритыми висками были уложены в аккуратный, но дерзкий беспорядок.
Несмотря на юный возраст, аура Юки была настолько плотной и властной, что проходящие мимо омеги невольно замедляли шаг, оборачиваясь ему вслед. В их глазах читалось восхищение, смешанное с легким трепетом — они инстинктивно чувствовали в нем доминанта, истинного наследника Теневого Монарха. На меня же смотрели с уважением и некоторой опаской: я не скрывал обручальное кольцо на пальце, да и моя мана, хоть и подавленная, создавала вокруг нас зону отчуждения, которую решались нарушить немногие.
– Никаких, – ответил я, возвращая внимание к полкам с мягкими пеленками. – Хэ Ин и Сухо словно испарились. После того как счета были окончательно закрыты, они переехали в квартиру поменьше и перестали выходить на связь. Мои тени присматривают за ними издалека, но они ведут тихую, почти затворническую жизнь. Сухо, кажется, даже устроился на какую-то офисную работу.
Юки криво усмехнулся, поправляя лямку рюкзака.
– Офисная работа... Золотой мальчик в тесном пиджаке. Мама, должно быть, каждый вечер оплакивает его «разрушенную судьбу».
– Юки, – я мягко предостерег его. – Это их выбор. Мы дали им шанс на самостоятельность. Давай не будем о них сегодня. У нас есть дела поважнее.
Сын вздохнул и кивнул, его взгляд смягчился. Сегодня мы выбрались в торговый центр, чтобы докупить последние мелочи. Дома остались Акира и Ли Вон. Акира был уже на девятом месяце, и его живот стал настолько тяжелым, что ему было трудно даже передвигаться по квартире. Срок поджимал — целители говорили, что роды могут начаться в любую минуту. Ли Вон, как истинный партнер и верный друг, вызвался посидеть с ним, пока мы совершаем этот марш-бросок за подгузниками и специальными смесями.
– Как думаешь, Акира сильно нервничает? – Юки взял с полки крошечные пинетки и с интересом их повертел. – Он сегодня утром выглядел бледным.
– Он старается держаться, – я вздохнул, чувствуя, как внутри натягивается невидимая струна тревоги. – Но я чувствую через нашу связь, что ему страшно. Это его первый ребенок, Юки. И учитывая мою ману, роды не будут простыми.
– Ты ведь будешь рядом? – Юки серьезно посмотрел мне в глаза.
– Я не отойду от него ни на шаг, – твердо пообещал я.
Мы двинулись дальше по рядам. Магазин был огромным, наполненным звуками детского смеха и запахом новой одежды. Юки шел рядом, и я ловил себя на мысли, как сильно я горжусь им. Он не просто принял Акиру, он стал для него настоящим защитником. Его отношения с Ли Воном тоже перешли на новый уровень — они были неразлучны, и Ли Вон стал для Юки тем самым голосом разума, которого ему порой не хватало.
– Смотри, – Юки указал на набор деревянных игрушек. – Ли Вон говорил, что Акире нравятся натуральные материалы. Возьмем?
– Бери, – я улыбнулся. – Акира оценит твое внимание.
Мы уже подходили к кассе, когда я внезапно замер. Мое сердце пропустило удар, а тени у моих ног беспокойно зашевелились, превращаясь в острые шипы.
– Пап? – Юки мгновенно среагировал, его тело приняло боевую стойку, а в небесно-голубых глазах вспыхнул опасный огонь. – Что случилось? Враги?
– Нет... – я прижал ладонь к груди, чувствуя, как через ментальную связь с Акирой проходит мощный импульс боли и паники. – Началось.
– Рожает? – выдохнул Юки.
– Да. И судя по тому, что я чувствую... Ли Вон в панике.
Я не стал ждать. Плевать на очередь, на купленные вещи и на правила приличия. Я схватил Юки за плечо.
– «Обмен тенями»!
Мир на мгновение подернулся чернотой, пространство сжалось, и через секунду мы уже стояли посреди нашей гостиной.
Запах в квартире изменился. Он стал густым, пропитанным ароматом кедра, страха и крови. Из спальни доносились тяжелые стоны и сбивчивый голос Ли Вона.
– Акира, дыши! Пожалуйста, дыши! Юки! Джинву! Где вы?!
Я ворвался в спальню первым. Акира полулежал на кровати, его лицо было мокрым от пота и слез, волосы прилипли ко лбу. Ли Вон сидел рядом, судорожно сжимая его руку, его собственные глаза были полны слез.
– Джинву... – Акира вскрикнул, увидев меня, и его пальцы впились в простыни. – Больно... так больно!
Я мгновенно оказался рядом, оттесняя Ли Вона, который тут же попал в объятия Юки. Мой сын крепко прижал своего омегу к себе, успокаивая его дрожь.
– Я здесь, Акира. Я рядом, – я взял его за руку, направляя свою ману в его тело, стараясь облегчить боль, смягчить схватки. – Игрис! Берру!
Тени материализовались в комнате мгновенно.
– Мой Король! – Берру выглядел на удивление собранным. – Целители гильдии уже в пути, они будут здесь через пять минут. Я подготовил всё необходимое.
– Помоги ему, Берру, – приказал я.
Следующие несколько часов превратились в один бесконечный кошмар и чудо одновременно. Прибыли целители, комната наполнилась светом исцеляющей магии, но даже она с трудом справлялась с силой ребенка, который стремился появиться на свет. Это был маленький альфа, и его аура уже сейчас была настолько мощной, что обычные приборы зашкаливали.
Акира кричал, и каждый его крик отзывался в моей душе физической болью. Я держал его, шептал слова любви, делился своей силой, чувствуя, как он буквально ломается под напором этой новой жизни.
Юки и Ли Вон не ушли. Они стояли в дверях, крепко держась за руки. Юки был бледен, его челюсти были плотно сжаты. Он впервые видел изнанку жизни — не смерть на поле боя, а мучительное рождение.
– Еще немного, Акира! – кричал главный целитель. – Еще один раз!
Акира издал последний, надрывный крик, вложив в него все остатки сил. И вдруг... всё стихло.
В комнате воцарилась абсолютная, звенящая тишина. А затем её разорвал тонкий, требовательный плач.
– Альфа, – выдохнул целитель, принимая на руки крошечное, измазанное кровью существо. – Мальчик. Очень сильный альфа.
Я почувствовал, как напряжение, державшее меня последние часы, внезапно исчезло, сменившись небывалой легкостью. Я посмотрел на Акиру. Он лежал, совершенно обессиленный, но на его губах играла слабая, блаженная улыбка.
– Джинву... – прошептал он. – Покажи мне его.
Целитель передал мне сверток. Я взял сына на руки. Он был крошечным, но я чувствовал в нем свою кровь, свою тьму и свет Акиры. Его глазки открылись — они были темно-синими, почти черными, как ночное небо.
– Смотри, – я опустился на край кровати, показывая ребенка Акире. – Он прекрасен.
Акира коснулся крошечного кулачка, и малыш тут же ухватился за его палец.
– Привет, маленький... – прослезился Акира.
Юки и Ли Вон медленно подошли к нам. Юки смотрел на брата с таким благоговением, словно видел перед собой величайшее сокровище мира.
– Он... он такой маленький, – прошептал Юки. – И такой сильный.
– У него твое родимое пятно, пап, – заметил Ли Вон, указывая на поясницу малыша, где уже сейчас проглядывал едва заметный полумесяц. – Знак Монарха.
Я посмотрел на свою семью. На Акиру, который подарил мне это счастье. На Юки, который стал настоящим мужчиной. На Ли Вона, ставшего нам родным. И на этого маленького человечка, которому предстояло продолжить наш род.
– Как мы его назовем? – спросил Юки, переводя взгляд на Акиру.
Акира посмотрел на меня, и в его зеленых глазах я прочитал ответ.
– Сон Широ, – тихо произнес он. – Свет во тьме.
– Красивое имя, – одобрил Юки. – Сон Широ. Я буду защищать тебя, мелкий. Обещаю.
В этот вечер в нашем доме не было места теням прошлого. Хэ Ин, Сухо, старые обиды и предательства — всё это осталось далеко позади, в другой жизни. Здесь, в свете ламп и тепле родных сердец, начиналась новая история.
Я сидел у кровати Акиры, который уже заснул, прижимая к себе Широ. Юки и Ли Вон ушли на кухню, чтобы приготовить чай и наконец-то поесть — стресс вымотал всех.
Я смотрел на кольцо на своем пальце и понимал, что прошел долгий путь. От слабого охотника ранга E до Монарха, и от Монарха — до человека, который обрел истинный дом. Моя сила больше не была бременем. Она была щитом, который я выстроил вокруг тех, кого люблю.
– Ты будешь великим, Широ, – прошептал я, касаясь лба сына. – Но прежде всего, ты будешь любимым.
Малыш во сне забавно сморщил носик, и мне показалось, что тени в углах комнаты на мгновение сложились в защитный купол, охраняя покой нового наследника. Жизнь продолжалась, и на этот раз она была безупречной.