Альфа для монарха
Слеза Феникса и Шепот Системы
– Прошло два месяца, Юки. Всего два месяца, а мне кажется, что я брожу в этой пустоте целую вечность.
Я стоял перед массивной капсулой из закаленного магического стекла, наполненной вязким, светящимся лазурью раствором. Внутри, словно в коконе, замер мой муж. Его черные волосы медленно колыхались в жидкости, лицо было спокойным, почти безмятежным, если не считать мертвенной бледности. Шрам на его спине, который я так любил целовать по утрам, теперь казался уродливым клеймом поражения.
– Мой король, – голос Бери раздался за моей спиной, тихий и виноватый. – Магическое поле стабильно. Тело... тело не подвержено разложению. Но вы знаете, что это лишь отсрочка. Без души это просто оболочка.
– Я знаю, Бери. Уходи.
Тень безмолвно скользнула в угол комнаты. Я остался один в подвальном ярусе моего пентхауса, превращенном в высокотехнологичный склеп. Мои серые глаза, которые Юки называл грозовыми тучами, теперь были сухими и воспаленными. Я не спал нормально с того самого дня. Каждый раз, закрывая глаза, я видел ослепительный белый клинок и слышал последний вздох своего альфы.
Я прижал ладонь к холодному стеклу. Метка на моей шее ныла тупой, фантомной болью. Истинная связь не разорвалась окончательно — она превратилась в натянутую струну, которая вибрировала где-то на границе миров, не давая мне сойти с ума, но и не позволяя отпустить.
– Система, – прошептал я, и мой голос эхом отразился от стен. – Ты слышишь меня? Ты всегда давала мне задания. Ты вела меня к силе. Ты сделала меня Монархом. Неужели всё это было лишь для того, чтобы я смотрел, как умирает единственный человек, ради которого стоило быть живым?
Перед глазами всплыло знакомое неоновое окно.
[Внимание: Уровень стресса игрока критический. Рекомендуется отдых.]
– К черту отдых! – я ударил кулаком по стеклу капсулы, и по нему поползла тонкая трещина. – Дай мне ответ! Есть ли способ вернуть его? Ты контролируешь жизнь и смерть в этом мире! Скажи мне цену!
Экран мигнул. Текст начал быстро сменяться, символы перепутывались, словно Система сама сомневалась в том, что собирается предложить.
[Запрос принят. Анализ архивов Правителей и Монархов...]
[Обнаружен скрытый квест: «Реквием по Времени».]
[Описание: Смерть истинного партнера доминантного омеги-Монарха создала пространственно-временную аномалию. Энергия, накопленная в капсуле, в сочетании с вашей маной, может послужить катализатором.]
[Цель: Добыть «Слезу Феникса» или «Эликсир Бессмертия» (Источник Молодости). Эти артефакты не являются мифом. Они — остатки маны Первородного Света, сокрытые в Недосягаемых Вратах.]
Мое сердце пропустило удар. Я жадно вчитывался в каждое слово.
– Перемотать время... – мои пальцы дрожали. – Ты хочешь сказать, я могу вернуться в тот день? Предупредить его? Убить этих тварей до того, как они коснутся его?
[Предупреждение: Перемотка времени потребует 99% вашей текущей маны и может привести к необратимым изменениям в текущей реальности. Вероятность успеха — 0.01%.]
– Этого достаточно, – отрезал я, выпрямляясь. – Где находятся эти врата?
– Папа?
Я резко обернулся. В дверях стоял Сухо. Его маленькая фигурка в пижаме с драконами выглядела такой хрупкой в этом мрачном месте. Он сжимал в руках плюшевого Игритта, а его серые глаза смотрели прямо на капсулу с Юки.
– Сухо, почему ты не спишь? – я постарался смягчить голос, хотя внутри всё еще клокотала ярость и надежда.
– Папа Юки скоро проснется? – малыш подошел ближе и прижался к моим ногам. – Мне снилось, что он зовет нас. Он сказал, что там очень холодно.
Я подхватил сына на руки, чувствуя его теплую, живую ману. В нем было столько от Юки — та же упрямая складка между бровей, та же скрытая мощь.
– Да, Сухо. Скоро. Папа пойдет за ним. Я принесу его обратно, обещаю тебе.
– Ты уйдешь надолго? – Сухо заглянул мне в глаза, и я увидел в них понимание, не свойственное пятилетнему ребенку. – Игритт сказал, что ты собираешься на войну.
– Игритт слишком много болтает, – я поцеловал сына в лоб. – Послушай меня. Пока меня не будет, ты главный. Защищай Миджун и Алекса. Слушайся теней. Ты справишься?
Сухо серьезно кивнул.
– Я справлюсь. Я буду тренироваться с костями, как папа Юки учил. Чтобы, когда он вернется, он гордился мной.
Я с трудом сглотнул ком в горле. Оставив сына под присмотром Белла, я вернулся к капсуле. Система уже проложила маршрут. Врата находились на необитаемом острове в Тихом океане — место, которое не было отмечено ни на одной карте охотников.
– Кайсел!
Огромный дракон материализовался прямо в небе над пентхаусом, распугивая ночных птиц. Я прыгнул на его спину, чувствуя, как ветер бьет в лицо.
– Лети. Нам нужно забрать то, что принадлежит нам по праву.
Перелет занял несколько часов. Остров был окутан плотным туманом, который не пропускал даже магическое зрение. Но я чувствовал это — мощный источник энергии, древний и чистый. Это не была тьма Монархов и не свет Правителей. Это было нечто первобытное.
Когда Кайсел приземлился на вершине скалы, туман расступился, обнажая вход в пещеру, сияющую мягким золотистым светом.
– Жди здесь, – приказал я дракону и вошел внутрь.
Стены пещеры были покрыты фресками. Я замер, рассматривая их. На них были изображены двое. Один — окутанный тенями, другой — стоящий на горе костей. Они сражались плечом к плечу против небесного воинства.
– Значит, мы не первые, – прошептал я. – Истинные пары среди Монархов случались и раньше.
В центре пещеры находился небольшой бассейн, над которым парил флакон, вырезанный из цельного куска прозрачного кристалла. Внутри него пульсировала капля ярко-красной жидкости, похожая на расплавленный рубин.
[Обнаружен артефакт: Слеза Феникса.]
[Внимание: Хранитель пробужден.]
Земля задрожала. Из бассейна начала подниматься фигура, сотканная из воды и света. Она не имела четкой формы, но её мощь была сопоставима с национальным уровнем охотника.
– Уйди с дороги, – я призвал Кинжалы Камиша. Моя аура заполнила пещеру, подавляя сияние артефакта. – Мне не нужна битва. Мне нужна эта капля.
– Теневой Монарх... – голос Хранителя звучал как шелест прибоя. – Ты хочешь повернуть время вспять. Ты хочешь вернуть то, что забрала Вечность. Но знаешь ли ты цену?
– Любая цена меня устроит.
– Цена — не твоя жизнь. Твоя жизнь принадлежит Системе. Цена — твоя память. Если ты вернешься назад и изменишь исход, ты забудешь эти пять лет счастья. Ты забудешь своих детей. Ты вернешься в тот момент, когда вы еще не были парой. Вы станете чужими.
Я замер. Слова Хранителя ударили больнее, чем любой клинок. Забыть Алекса? Миджун? Сухо? Забыть, как Юки впервые взял их на руки? Забыть наши ночи, полные нежности?
– Нет... – я пошатнулся. – Должен быть другой способ.
– Другого способа нет, – Хранитель склонил голову. – Перемотка времени стирает всё, что было создано в «ложной» временной линии. Твой муж будет жив, но он не будет знать тебя. И ты не будешь знать его. Вы начнете с нуля.
Я посмотрел на Слезу Феникса. В ней отражалось моё лицо — изможденное, полное горя. А затем я вспомнил лицо Юки в капсуле. Его холодные руки. Его последний вздох.
– Он будет жив, – повторил я. – Он будет дышать. Он будет смеяться. Он будет тренироваться в своем особняке, пахнуть табаком и персиком. Он не умрет на той площади.
– Да. Но он не будет твоим.
Я закрыл глаза. В памяти всплыл образ Сухо, который обещал защищать меня. Мои дети... они исчезнут? Или они родятся снова, но уже в другом мире?
– Если я не сделаю этого, он останется мертвым, – я сжал рукояти кинжалов. – А мои дети будут расти сиротами, глядя на его труп в стеклянном ящике. Это не жизнь. Это медленная смерть для нас всех.
Я посмотрел на Хранителя.
– Я согласен.
– Тогда возьми её.
Я шагнул вперед и сорвал флакон. В ту же секунду пещера начала рушиться. Энергия Слезы Феникса хлынула в мои вены, вступая в реакцию с Тенью.
[Квест «Реквием по Времени» переходит в финальную стадию.]
[Использование Слезы Феникса...]
[Синхронизация с капсулой жизнеобеспечения...]
– Бери! Игритт! – закричал я, чувствуя, как моё сознание начинает распадаться на тысячи осколков. – Защищайте детей до последнего момента!
Я не помню, как добрался назад. Всё было как в тумане. Я ворвался в подвал пентхауса. Капсула сияла так ярко, что на неё больно было смотреть.
– Прости меня, Юки, – я разбил флакон прямо над раствором. – Прости, что заставляю нас пройти через это снова. Но я найду тебя. В любой жизни, в любом времени. Я доберусь до тебя по запаху корицы.
Красная капля упала в лазурную жидкость. Произошел взрыв маны такой силы, что весь Сеул содрогнулся. Мир вокруг меня начал бледнеть, терять краски. Я видел, как стены пентхауса растворяются, как исчезают игрушки детей на полу.
– Папа! – голос Сухо донесся откуда-то издалека.
Я потянулся к нему, но мои руки уже превращались в дым.
[Перемотка времени: 10%... 40%... 80%...]
[Удаление данных текущей реальности...]
Последнее, что я увидел — это глаза Юки внутри капсулы. Они открылись. В них вспыхнула жизнь, осознание и... узнавание?
– Джинву! – выкрикнул он, прежде чем ослепительная вспышка стерла всё.
***
Я проснулся от резкого запаха стерильности и маны. Я лежал в своем кабинете в Ассоциации. На столе стояла чашка еще теплого кофе.
– Председатель Сон? Вы меня слышите? – Го Гунхи стоял напротив, обеспокоенно глядя на меня. – Вы на мгновение отключились. Слишком много работы с этими новыми вратами в Сибуе?
Сибуя.
Я резко выпрямился. Голова раскалывалась. В памяти всплывали обрывки каких-то странных снов: дети, которых я никогда не видел, альфа с пронзительными голубыми глазами, запах персика...
– Сибуя? – переспросил я, и мой голос показался мне чужим. – Что с Сибуей?
– Мы обсуждали охотника, который может помочь с зачисткой, – Го Гунхи протянул мне папку. – Вы просили найти кого-то особенного. Доминантный альфа, 20 лет. Сон Юки. Он ушел из дела пять лет назад после того инцидента, но его сила... она сопоставима с вашей, Джинву.
Я взял папку. С фотографии на меня смотрел молодой парень с взлохмаченными черными волосами, короткой стрижкой и пирсингом под нижней губой. Его глаза были небесно-голубыми, холодными и мудрыми не по годам.
В груди что-то болезненно сжалось. Метка на моей шее — которой там не должно было быть, ведь я был одиноким омегой — вдруг отозвалась коротким, жгучим импульсом.
– Сон Юки... – прошептал я.
– Вы его знаете? – удивился председатель.
– Нет, – я встал, чувствуя, как внутри меня просыпается странная, первобытная уверенность. – Но я чувствую, что мне нужно встретиться с ним. Немедленно. Где он живет?
– В старом особняке на окраине. Но он не принимает гостей, Джинву. Он... довольно специфичный человек.
– Это мы еще посмотрим, – я уже шел к выходу, на ходу накидывая пальто.
Я ехал по знакомым улицам, которые казались мне одновременно родными и чужими. В голове крутились обрывки фраз: «Я найду тебя по запаху корицы», «Три точки на экране». Что это за бред?
Когда я остановился у ворот старого особняка, туман как раз начал сгущаться. Я подошел к двери и, не колеблясь, нажал на звонок.
Тишина.
Я нажал еще раз. И еще.
– Если это из Ассоциации, то идите к черту! – раздался из-за двери низкий, хриплый голос, от которого у меня по спине пробежали мурашки. – Я не работаю на правительство!
– Я не из правительства, – ответил я, стараясь, чтобы мой голос не дрожал. – Я Сон Джинву. И мне нужно с вами поговорить.
За дверью послышались шаги. Щелкнул замок. Дверь медленно открылась.
На пороге стоял он. Рост 195, атлетичное телосложение, черная футболка, открывающая татуировку ассасина на шее. Он был в одном полотенце, наброшенном на плечи, с его волос капала вода.
Запах.
Дорогой табак, спелый персик и... жженая корица.
Этот аромат ударил мне в нос с такой силой, что я едва не потерял равновесие. Перед глазами вспыхнули сотни кадров: мы смеемся, мы плачем, мы держим на руках младенцев.
– Ты... – выдохнул я, не в силах отвести взгляд от его голубых глаз.
Юки замер. Его зрачки расширились. Он смотрел на меня так, будто увидел призрака. Его рука, державшая край двери, заметно задрожала.
– Ты пришел, – тихо сказал он.
В его голосе не было удивления. В нем была... облегчение?
– Мы знакомы? – спросил я, хотя каждая клетка моего тела кричала «ДА!».
Юки медленно протянул руку и коснулся моей шеи — того самого места, где должна была быть метка. Его пальцы были горячими, и от этого прикосновения по моему телу прошла волна такой мощи, что я невольно застонал.
– В этой жизни — еще нет, – Юки горько улыбнулся, и я увидел в его глазах ту самую мудрость и боль, которую видел во сне. – Но я ждал тебя. Система сказала мне, что ты придешь. Что ты пожертвуешь всем, чтобы вернуть меня.
Я замер.
– Ты помнишь? – прошептал я. – Ты помнишь всё?
– Слеза Феникса сохраняет память альфы, если он был тем, ради кого совершена жертва, – Юки шагнул вперед, сокращая расстояние между нами до минимума. – Ты забыл нас, Джинву. Ты забыл наших детей. Но я... я помню каждый твой вздох. Каждую слезу.
Я почувствовал, как по щеке катится слеза. Память начала возвращаться рывками, болезненными вспышками. Сухо... Миджун... Алекс...
– Где они? – я схватил его за плечи. – Где наши дети, Юки?
– Они ждут своего времени, – он притянул меня к себе, утыкаясь лицом в мои волосы. – Мы создадим их снова. В этом мире, где нет тех тварей. Где я не умру на той площади. Ты спас меня, мой безумный Монарх.
Я вцепился в его футболку, вдыхая его запах. Всё было правильно. Время вернулось на круги своя, но теперь у нас был шанс.
– Я так испугался... – прохрипел я, закрывая глаза.
– Я знаю, – Юки поднял моё лицо за подбородок и посмотрел мне прямо в душу. – Но теперь я здесь. И я никуда не уйду. На этот раз мы будем готовы.
– На этот раз мы сожжем их всех до того, как они приблизятся, – пообещал я, чувствуя, как теневая мана внутри меня резонирует с его костяной силой.
Юки улыбнулся — той самой дерзкой, победной ухмылкой.
– Именно это я и хотел услышать. А теперь заходи в дом. Тебе нужно согреться. И мне нужно... очень много чего тебе рассказать.
Я переступил порог, и дверь за нами закрылась. Впереди была неизвестность, была новая борьба и новые враги. Но когда Юки взял меня за руку, переплетая наши пальцы, я понял: Хранитель ошибся. Жертва не была напрасной. Мы не начали с нуля. Мы начали с того места, где любовь оказалась сильнее времени.
– Юки? – позвал я, когда мы вошли в гостиную.
– Да?
– Я всё вспомню. Обещаю.
Он остановился и нежно поцеловал меня в лоб.
– Я знаю, Джинву. У нас есть вся жизнь, чтобы вспомнить. И целая вечность, чтобы построить наше будущее заново.
В камине уютно потрескивал огонь, а в воздухе плыл аромат персика и корицы. Теневой Монарх вернулся домой. К своему истинному альфе. И на этот раз небо содрогнется от их союза еще до того, как посмеет нанести удар.
– Начнем с завтрака? – предложил Юки, хитро прищурившись. – Я помню, ты любишь омлет с сыром.
Я рассмеялся, и этот смех был самым чистым звуком в этом обновленном мире.
– Начнем с завтрака. А потом... потом мы спасем мир. Снова.
– Как скажешь, любимый. Как скажешь.